Глава 28.

Через шесть часов, когда последние капли света начали медленно стекать за горизонт, сливаясь с бирюзовой драгоценностью океана и заманчивой синевой небосвода, а звезды – ночные светила – приветливо мигнули в вышине, поле резко окончилось скалистым обрывом. Он был окружен довольно высокими и грозными на вид слоистыми скалами удивительного контраста белого и черного цветов, поверхность которых, словно зеркало, отражала звездное небо, тем самым растягивая его в бесконечности.

Мы, как один, остановились перед обрывом, завороженные почти магическим видом. Я покосилась на Кая, который не сводил серых глаз с прощальных лучей солнца.

-Хочешь нарисовать? – вырвалось у меня.

-Да... Акварелью... В смысле, - Кай тряхнул головой и зажмурился. – Чего стоим? Нужно спускаться, а то скоро совсем стемнеет.

Сказать легко, а сделать – не так уж и просто. Но, наученные горьким опытом, мы даже не задумывались о том, чтобы передохнуть или отступить. Мы были слишком близко к цели. И кто знает, что может случится, если ты остановишься.

Камни царапали руки и голые икры, но за части выступающие части скалы можно было с легкостью ухватиться, поэтому без особых проблем мы приземлились на очень маленькую каменную платформу. Вода океана ласково погладила нас по ногам. Я опустила руку и провела пальцами по ее поверхности, думая об Атлантиде, находящейся где-то там, за этой толщей воды.

Кай ощупывал каждый сантиметр скалистой стены за нами.

-Ты уверен, что это здесь? – спросила я.

-Да. Вход должен быть здесь, а в этой скале должны быть коридоры, ведущие под воду.

-У них же есть мусорки, да? – Терри потряс перед моим носом пустыми бутылками из-под газировки.

Я пожала плечами и потрепала по голове этого маленького храброго мальчика.

Вдруг платформа зашаталась так, что я чуть не упала в воду, и начала быстро и бесшумно опускаться вниз. Не успела я и глазом моргнуть, как погрузилась в темноту. Я аккуратно развела руки в стороны, и мои ладони наткнулись на острый камень и справа, и слева. Я повела вокруг себя: спереди, сзади и сверху та же ситуация. Меня словно поместили в капсулу.

Стоп.

Где ребята?

-Кай! Терри! – закричала я, но мой голос сразу же затух, словно погашенный огонек. – Ау! Что за чертовщина происходит?!

Вдруг сзади (откуда?!) появились руки и надели мне на глаза темную повязку и сжали в железные тиски мои кисти за спиной.

-Не паникуй, - раздался мужской приглушенный голос у моего уха. – Я проводящий. Пошли.

Он легонько толкнул меня коленкой сзади, и я аккуратно тронулась в путь.

-Почему вы надели на мои глаза повязку?

-Потому что мы не знаем, можно ли тебе доверять.

-Куда вы меня ведете?

-Угадай.

-В убежище.

-Ого, какое красивое название! – хохотнул проводящий. – Ну да, именно туда.

Я заметила, что наши голоса стали более громкими и шаги более четкими, словно покрытие туннеля сменилось другим материалом. Я начала нервничать.

-Почему только я иду с вами? Где Кай и Терри, черт возьми?!

-Ты задаешь слишком много вопросов. И очень некрасиво выражаешься для королевской особы. Ай-ай-ай.

Кровь застыла в моих жилах. Кай же писал от другого имени? Значит, они не могут знать, кто я. Пока что, по крайней мере.

Нет, все не должно быть так. По плану я говорю с представителями этих подпольников, успокаиваю их и предлагаю свою цену за помощь. Все должно было начаться с переговоров. А как поступят вооруженные до зубов люди, которые ненавидят королевскую семью, если к ним приведут королеву – по сути, их главного врага?

А? Как?

Если они узнали, кто я, то заранее все спланировали. Скорее всего, Кая и Терри уже давно нет в живых, а надо мной хотят поиздеваться перед смертью. Я до крови закусила нижнюю губу.

Неужели я попала в ловушку?! Да еще и привела с собой других?!

Вдруг незнакомец отпустил мои руки и довольно грубо стянул повязку с глаз, разлохматив и без того не-ахти прическу. В глаза мне ударил неяркий свет, и я, готовая в любую секунду упасть в обморок от страха, увидела следующую картину.

Передо мной стоял длинный деревянный (деревянный! В середине 21 века!) стол со скамьями по обе стороны. На нем ничего не было, и эту печальную пустоту освещала тусклая лампочка с иронично красивым абажуром. На самых обычных серых стенах и у них было свалено оружие, части мебели, картины, тарелки, карты и книги, и все это в абсолютно хаотичном порядке. В правом углу, прямо напротив стола, я приметила довольно большую и такую же деревянную дверь.

На скамье сидела... молодая девушка. Длинные черные волосы разметались по спине, черная майка и черные джинсы обтягивали ее тонкое, но мускулистое тело, по плечу вилась тонкая черная татуировка, а кожаные сапоги до колен дополняли ее образ. Запястья девушки были обмотаны белыми бинтами, а в руках она вертела красивый серебряный кинжал с резной черной рукояткой. Она подняла голову на звук шагов, ее карие глаза блеснули в свете тусклой лампы. Не сразу, но я поняла, кто это, и осознание повергло меня в шок.

-Узнала? – спросила меня Джун с горькой ухмылкой.

Девушка, с которой я обменивалась дружелюбными улыбками в уютном кафе. Девушка, которая читала заманчивую книгу в резной бирюзовой обложке. Девушка, которой я отдала свой стакан с кофе. Последний нормальный человек, с которым я общалась в той жизни.

Нормальный.

Ага.

Размечталась.

Я не двинулась с места и не отвела взгляд от Джун. Я продолжала смотреть, изучая, гадая, каким боком она оказалась втянута во все это дело. Девушка так же, совершенно не смущаясь, шарила глазами по мне, от макушки до пяток.

-А ты похудела, - заметила она.

-Как давно? – твердым и прямым, как моя спина, голосом перебила я ее.

Лицо Джун перекосила ироничная ухмылка, но она ответила без обиняков:

-Все время.

-Даже в кафе?

-Даже там.

-Ты знала о моем происхождении?

-Разумеется.

-Тогда зачем каждый раз просиживала в кресле? Следила? Выясняла?..

-Травила, - просто ответила Джун, продолжая вертеть кинжал в руке.

Я не сводила глаз с оружия, сосредоточив в этой точке все свое удивление, ужас, шок, негодование и страх.

Травила. Даже когда я ничего не знала об Атлантиде, меня уже ненавидели.

-Ты смущаешь кинжал, - наконец, сердито произнесла Джун, и я удивилась, как она может шутить в такой ситуации. – Давай сядем и расскажем друг другу все, как это делают во всяких фильмах. – Она кивнула на скамью напротив себя. – Но ведь у нас же не фильм, правда?

Девушка кивнула кому-то за моей спиной, и я почувствовала, как проводящий бесшумно скрылся в темноте, пробормотав что-то наподобие «Все веселье всегда себе оставляет».

Веселье. Класс. Ха-ха.

Ха.

Окоченевшими ногами я подошла к скамье и медленно опустилась на сиденье, не сводя взгляда с Джун.

До сих пор ничего из происходящего не укладывалось у меня в голове.

Ну не может быть таких совпадений!

Я пошевелила заледеневшими пальцами, стараясь согреть их, хотя в комнате и было тепло. Шок сковал все мое тело, и мозг в том числе.

Джун вздохнула и резким движением воткнула кинжал в деревянный стол.

-Ну что? Будем играть в вопрос-ответ?

Да. Ответ. Заветное слово. Ключевое слово. Сейчас я могу получить ответы. Наконец-то.

И мозг включился.

-Как ты узнала, кто я?

-Были источники.

-Как и когда конкретно ты хотела меня отравить?

Джун пожала плечами.

-Я долго выясняла, какой кофе ты обычно берешь, чтобы подмешать яд в нужное место в нужное время. Отрава была в том последнем стакане. Но ты благополучно решила отдать его мне! Забавная ситуация, - девушка выдернула кинжал из стола и принялась снова вертеть его в руках.

-Да, очень, - пробормотала я.

В ушах гулко стучало мое несчастное сердце. Каждый нерв, казалось, решил принять холодный душ, потому что я не чувствовала ни одной конечности.

Я избежала смерти, потому что задержалась в кафе. Потому что писала книгу. Меня спасло обычное обстоятельство, самый обыкновенный случай.

Какое страшное осознание.

Я прочистила горло. Мои вопросы еще не закончились.

-Почему я говорю с тобой, а не с нормальным взрослым человеком?

-Потому что тебе нужна именно я.

-То есть ты предводитель подпольников. Но ты очень молода!

-Это говоришь мне ты?

-Я – единственная наследница престола, а ты? У вас тоже монархия?

Джун выгнула бровь:

-Я сделаю вид, что понимаю, о чем ты.

-Так как ты подчинила себе людей старше тебя?

-Во-первых, я их не подчиняла, они сами пришли ко мне. Во-вторых, у меня есть определенное... преимущество.

Я поняла, что она не собирается раскрывать свои козыри.

-Почему вы так агрессивно настроены против правительства, Совета и меня?

-Потому что ты очень мало знаешь, о прекрасная юная королева, - Джун подалась вперед, ее карие глаз блеснули, словно молочный шоколад. – Мы следили за тобой, как могли. Когда ты сбежала, думаешь, тот старик, который напал на тебя, не житель Атлантиды? Ты не задумывалась об этом, ведь так?

Я промолчала, и Джун откинулась на спинку скамьи.

-Тот старик был нищим, потерявшим все, в итоге сошедшим с ума. И такие, как он, составляют больше половины населения Атлантиды.

Я отказывалась верить.

-Ты не задавалась вопросом, почему тебя не вывозят никуда, кроме Дениквы? А, ты же такая занятая, какие разъезды... В то время как слетать в соседний город занимает какой-то час на скоростном двигателе. И если бы ты подумала своей головой, то давно бы поняла, что за огнями Дениквы и еще пар мегаполисов скрывается реальная Атлантида, где люди страдают и умирают из-за твоего любимого Правительства и советников.

Я уронила голову на руки и поняла, что догадывалась обо всем этом. Да, на затворках сознания у меня мелькали мысли, проносились мятежные идеи жестокого настоящего, но я их убирала «на потом». Потому что я надеялась, что это не правда. И потому что боялась.

-Ты говоришь так, словно знаешь все по себе, - прошептала я.

-А ты проницательна. Когда мне было два года, когда ты жила в Портленде и спала сладким сном в уютной колыбельке, в моей стране творился хаос. Вальтер и его дружки разрушали деревни в поисках чего-то непонятного. Наш дом оказался на их пути. Этот подонок забрал моих родителей – маму и папу. Они спасли меня, спрятали между досок в полу, а теперь я даже не помню их лиц. Но в мою память вросла физиономия Вальтера. Выражение его рожи я никогда не забуду, - Джун буквально выплевывала каждое слово. Она уже не смотрела на меня. Ее взгляд был устремлен в прошлое. Она сжала рукоять кинжала. – Меня нашла и воспитала тетя, которая почила, когда мне исполнилось пятнадцать. Я осталась одна и была вынуждена найти подпольников, но тогда они были лишь шайкой, а не организацией. Такими, какие они есть сейчас, их сделала моя ненависть.

Постепенно нас стало больше, потому что Вальтер разрушил тысячи домов, таких же, как мой. Приходили друзья и родственники убитых, сбежавшие из тюрем, пострадавшие и израненные придворные – все, кто недоволен устройством Атлантиды. А таких очень и очень много.

Все эти шестнадцать лет мы не ослабевали, а только становились – и становимся – сильнее. Я управляю всем, потому что я ненавижу Вальтера, Совет и королевскую семью больше всех. Ненависть держит тепло в моем теле и заставляет идти и не сдаваться. Меня гложет вопрос, почему. На кой хрен ему сдалась моя семья?! – голос девушки сорвался, но она быстро пришла в норму. – Постепенно, но когда-нибудь я добьюсь своего.

Я смотрела в щель между досок стола и думала о маленькой девочке, смотрящей через похожие щели на то, как уводят ее родителей.

-Но я не имею ничего общего с Вальтером, - пробормотала я в ладони. – Он предал и меня. Они все меня обманывали, пудрили мозги, вешали лапшу на уши. И не только мне...

-Вот именно, что тебя обманывали, - перебила меня Джун, - а ты оказалась настолько глупа и бесхребетна, что ни о чем не догадалась. И я думаю: а нужна ли ты нам вообще? Что ты можешь дать мне?

Я резко вскинула голову, чтобы высказать все, что я думаю об этой заносчивой выскочке, но тут дверь распахнулась, и в комнату влетело нечто красное. Красноволосое.

-Да Господи, есть в этом мире хоть кто-нибудь, кто не замешан в этом дерьме?! – в отчаянии выкрикнула я.

-Эдди был, - Элис, бариста из лучшего паба во всей Деникве, сверлила меня глазами. – Но он умер, когда выпил вторую, отравленную порцию «Вокэтуса». Которая, кстати говоря, предназначалась тебе.

Я уже ничему не удивлялась. Элис – высокая, одетая в черные джинсы и черную кожаную куртку – все такие крутые, ну прямо закачаешься! – с золотыми сережками по всему уху – бросила на меня красноречивый взгляд. Я поморщилась:

-И ты обвиняешь в этом меня?!

-Ну ясен пень. Надо было травануть тебя сразу, и дело с концом, - пожала плечами девушка, и я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами. У меня нет завышенной самооценки, и я понимала, что не заслужила такого отношения. Не заслужила!

Элис повернулась к Джун и зашептала ей что-то на ухо. Я могла слышать только обрывки:

-Он... поговорить... Сейчас...

-Обойдется, - поморщилась Джун.

-Но он... Срочно...

-Ну так передай ему, что у меня есть дела поважнее! – ударила рукой по столу девушка. – Сам же прекрасно все знает! Накосячил – это его проблемы.

-Как скажешь, - состроила рожицу Элис и, бросив последний презрительный взгляд в мою сторону, удалилась. Она оставила дверь открытой, и в комнату просочились звуки шумных разговоров разных тембров и громкостей, звон тарелок, ложек и кружек и даже смех. Так как дверь была прямо напротив стола, я увидела проход между столами и еще одну дверь, но я не могла наблюдать за сидящими по краям людьми. Там определенно было много народу, и они обедали. Или ужинали. Или даже завтракали. А который час?

Джун со вздохом повернулась ко мне и положила подбородок на руки:

-Хм, хм, хм... Была бы моя воля, я бы выкинула тебя в океан, - столько презрения было в ее голосе, что я не сомневалась в серьезности этих слов. – Но даже я не самая-самая главная здесь. Всем управляют деньги, а на следующем месте стоит тот, кто их имеет. Так что как скажет наш спонсор, так и будет. Он скоро должен прийти, - Джун выглянула за дверь, и мое сердце радостно забилось, потому что в конце прохода показался высокий мужчина с густой черной бородой, идущий плечо к плечу со светловолосым парнем. – О, а вот и он! Ваше Высочество, что скажете?

Сначала я задавалась вопросом, почему Джун обратилась к бородатому мужчине «Ваше Высочество», когда до меня дошло. Кай подошел к нашему столу и посмотрел на меня своими серебряными глазами.

Да ладно.

Прежде, чем принц успел хоть что-то сказать, я сделала то, что обещала. Я расхохоталась.

И снова здравствуй, о истерика!

K63P8|