Глава 5. О везении и не

С момента заключения в Водной тюрьме Шэнь Цинцю не мог заставить себя сфокусироваться на внешнем мире. Плен, суд — с этим, наверное, нужно хоть что-то сделать. Кому? Поддержание маски бесстрастного небожителя хотя бы не требовало отдельных усилий. Приходил зверёныш, издавал раздражающий шум, потом ушёл. Нужно выслушать его в следующий раз. Проанализировать. Понять. Оценить угрозу. Интересно, решит ли Нин-эр навестить своего учителя? Сможет ли посмотреть ему в глаза? А он ей?

Ужасно хотелось спать. Для совершенствующегося уровня горного лорда регулярный ночной отдых не необходимость, роскошь, дань привычке. Вот только Шэнь Цинцю не спал уже больше трёх месяцев — с тех пор как до главы пика Цинцзин дошли слухи о возвращении в мир людей его ученика-полукровки — а вервие бессмертных полностью блокировало течение духовной энергии.

«Этот учитель был неправ».

Оскорбил демона, посчитав того слишком слабым, чтобы сразиться с ним (убить?), признал собственную неспособность (нежелание?) защитить ученика (демоническое отродье?)

С самого появления зверёныша на пике Цинцзин, Шэнь Цинцю не покидало чувство «неправильности». Ло Бинхэ раздражал. Сирота, у которого была любящая мать и мечта, готовая вот-вот осуществиться. Слишком похожи. И так отличаются. Кому из них не повезло больше — учителю, получившему ежедневное живое напоминание о том, какой могла бы стать его судьба (если бы только Ци-гэ пришёл, если бы он, сяо Цзю, оказался... каким?), или ученику, чьё лицо для учителя полностью скрыли призраки прошлого?

Шэнь Цинцю, Шэнь Цзю, навсегда останется грязным рабом. Преступником. Недостойным. Если подумать, то как раз сейчас этот Шэнь находится на своём месте. Дела на пике Цинцзин переданы Мин Фаню. Планы и рекомендации на случай нападения демонов или бессмертных, если власти над демоническими землями (мести этому учителю) окажется Ло Бинхэ недостаточно, лежат на столе главы Юэ... Ци-гэ. Почему же так больно?

Лю Цингэ говорил, что боль — это выбор, что мы сами решаем, отдаться ей или оставить её позади. На удивление глубокая мысль для тупого вояки. Лю Цингэ говорил... А потом он умер.

Мерный шелест смертельно опасного водопада убаюкивал, но не давал ответов.

«В этом мире верить нельзя никому».

***

— Так, попробуем ещё раз. Специально для... — первые пять пришедших на ум эпитетов Лу Лисин благополучно проглотила, — гордых но не совсем бессмертных заклинателей. Мастер Шэнь, честного суда ждать бессмысленно. Вас здесь убьют. И смерть эта лёгкой не будет.

Шэнь Цинцю смерил непрошеную спасительницу холодным взглядом.

— Вы меня вообще слушаете?

— Девочка, а почему ты думаешь, что этот мастер должен? Лучший способ «не допустить честного суда» — инсценировать неудачный побег. Можешь передать зверёнышу, что этот мастер не впечатлён. Он повторяется. Второй раз один и тот же трюк не сработает, даже если предлагать мне «свободу» придёт Нин Инъин. — Каждое слово Шэнь Цинцю сочилось ядом и отдавало нескрываемым чувством собственного превосходства.

Лу Лисин глубоко вздохнула, мысленно сосчитала до десяти и только потом ответила.

— То есть вы утверждаете, что у стратега прославленной школы Цанцюн не хватит хитрости и ума, чтобы не допустить предательства со стороны этой ученицы?

— Уже хватило. — Шэнь Цинцю лениво прикрыл глаза, как бы показывая, что разговор окончен.

Способности горного лорда выглядеть хозяином положения вопреки любым внешним обстоятельствам можно было только позавидовать.

— Я действительно хочу помочь... — слово «себе» вслух Лу Лисин произносить не стала, но фраза всё равно была должна получиться достаточно искренней. — И если Ло Бинхэ об этом узнает...

— Хорошо. — Голос Шэнь Цинцю прозвучал неожиданно устало и как-то... Обречённо? — Когда в Водной тюрьме содержится узник, кто-то непременно должен находиться на платформе, иначе водный занавес перекроет выход, даже если у тебя есть ключ. Ты и правда готова остаться здесь? Нет? Так я и думал. Пустая трата времени. Причём опасная не только для меня, если зверёныш действительно не ожидает тебя здесь увидеть.

— Вы! — Лу Лисин задохнулась от возмущения.

«Как вообще можно спасти того, кто спасаться совсем не желает?»

Система вопрос проигнорировала.

«Так, на сегодня с меня хватит». — Лу Лисин поспешила покинуть платформу, стараясь не думать о том, что со стороны это выглядит, словно она спасается бегством. Технический аспект выполнения миссии стоило доработать, тут Шэнь Цинцю был прав... — «Но всё равно раздражает! Ещё и этот самодовольно-снисходительный тон!»

Лу Лисин начинало казаться, что она не просто готова понять Ло Бинхэ, но и с радостью к нему присоединится. «Злодей-учитель» и на страницах книги особой симпатии не вызывал, личное общение же впечатление, сложившееся при чтении, пока лишь укрепляло, так что «защиту» тюрьмы она активировала с некоторой долей злорадного удовлетворения. Каменная тропа растворилась в водах озера бесследно и совершенно бесшумно, будто её и не было.

[В случае провала основной миссии вы умрёте], — напомнила о себе система.

«Почему мне не могла достаться нормальная миссия?» — Лу Лисин закатила глаза. — «Мало ли персонажей более достойных спасения? Издевавшийся над слабым ребёнком Мин Фань, конечно, был тем ещё засранцем, но младшие ученики Цинцзин смерти от клинка разъярённого владыки демонов или его подручных точно не заслужили. А заклинатели других пиков? Да половина из них с Ло Бинхэ во времена его ученичества вообще не пересекалась! А не обладающие духовной силой и боевыми навыками обыватели, гибшие пачками при насильственном объединении миров?»

[Миссия «Спасение школы Цанцюн» активирована. Миссия «Спасение мира людей» активирована. Плюс 20 баллов за проявленную инициативу!]

«Да ты издеваешься...»

[Функции «издевательство над пользователем» в базовых настройках системы не предусмотрено].

Продолжить перепалку или хотя бы выяснить подробности новых миссий, помешали голоса — кто-то стремительно приближался к Водной тюрьме, перекрывая Лу Лисин единственный путь отступления.

«Охрана?» — Отсутствию патрулей по дороге «сюда» Лу Лисин значения не придала, списав беспечность адептов, которые, по идее, должны были охранять Водную тюрьму, на «период безвластия» — старый глава дворца уже практически отошёл от дел, а его преемник Ло Бинхэ ещё не успел (или не пожелал) вникнуть в управленческую рутину. Да и с учётом мощи «встроенной» системы безопасности, живые охранники были, скорее, лишней уязвимостью, чем дополнительной защитой... — «Ло Бинхэ?» — Лу Лисин заметалась по пещере в поисках подходящего укрытия — встречаться с главным героем в столь компрометирующих обстоятельствах ей хотелось меньше всего. В конце концов Лу Лисин удалось забиться в щель между камнями, нависающими над озёрной гладью.

«Успела», — она с облегчением выдохнула, стараясь устроиться поудобнее. Водный занавес искрился и переливался в неровном свете факелов, даря ощущение нереальности происходящего. — «Зато вид отсюда открывается великолепный».

Скрежет поднимающейся каменной тропы заставил Лу Лисин вздрогнуть. Ло Бинхэ — «Ну конечно, а кто же ещё!..» — шагнул на платформу в сопровождении девушки, демоническое очарование которой не могли скрыть даже одежды адептки дворца Хуаньхуа (впрочем, наброшенные достаточно небрежно). Очередных непрошеных посетителей Шэнь Цинцю ожидаемо проигнорировал.

— Гэгэ Ло, позволь Лин-эр... — голос спутницы Ло Бинхэ звенел от еле сдерживаемого предвкушения, не сулящего «объекту» ничего хорошего.

«Лин-эр? Ша Хуалин? Не слишком ли уверенно чувствует себя предводительница демонов юга, находясь в самом сердце одной из крупнейших заклинательских школ?»

Ло Бинхэ отмахнулся, не позволив своей... помощнице? супруге? договорить.

— Учитель, вы скучали? Этот ученик нашёл способ скрасить ваше ожидание и наполнить его незабываемыми ощущениями. Вы рады, учитель?

От этого голоса сердце на миг замирало, а потом начинало биться чаще. Перед глазами плыло. Лу Лисин сжала ладонями виски, пытаясь вернуть контроль над собственным телом.

Ло Бинхэ нависал над пленённым горным лордом, всем своим видом источая угрозу.

— Учитель, мне придётся настаивать, чтобы вы приняли этот дар.

Лу Лисин на секунду зажмурилась. Когда она открыла глаза, Ло Бинхэ, нет — владыка демонов — удерживал Шэнь Цинцю, заставляя того отпить из своей наполненной кровью ладони и нашёптывая ему что-то на ухо. Сцена выглядела до неприличия интимной. Лу Лисин сама не знала, что чувствовать — ревность или возбуждение.

Ша Хуалин рассмеялась, внезапно, звонко, искренне и совершенно неуместно, заставляя Лу Лисин очнуться от наваждения.

«Твои ж косые алгоритмы!» — Демоническая кровь, попавшая в организм Шэнь Цинцю, превращала миссию по его спасению из невыносимо сложной в практически неосуществимую, давая Ло Бинхэ возможность отслеживать и контролировать своего поверженного врага на любом расстоянии. — «Слишком рано! Это не могло случиться вот так...» — Лу Лисин чётко помнила, что к идее задействовать свою кровь главный герой пришёл спустя несколько глав с подробнейшим описанием пыток — чтобы жертва не умерла слишком быстро. — «Но почему сейчас?» — Лу Лисин ударила кулаком в землю. Из-под её руки выскользнули мелкие камушки и скатились в озеро, чтобы раствориться в нём с раздражённым шипением.

«Ой-ой».

— Лин-эр, посмотри, кто решил заглянуть к нам в гости. — В голосе Ло Бинхэ — обманчивое добродушие.

Лу Лисин сжалась в комок, стараясь стать как можно незаметнее. «Меня здесь нет... Может быть, стоит выйти и во всём признаться? Ло Бинхэ — благородный герой, спасать попавших в беду девиц ему по статусу положено...» — а как ещё охарактеризовать ситуацию, в которой она, Лу Лисин, оказалась, если не «беда». — «Только как-нибудь нецензурно. Нет».

— А кто это тут у нас?

Лу Лисин отпрянула, и земля неожиданно ушла у неё из-под ног. Изящные (но убийственно острые) коготки Ша Хуалин ухватили лишь воздух.

Боль. Голос системы звучит приглушённо, словно пробиваясь сквозь толщу воды.

«Почему словно?»

[Уровень здоровья критический].

Темнота.