🔞NSFW🔞 Один пирог два раза не съешь(Часть 2)

Гарри успевает сделать только три шага в комнату, прежде чем знакомые руки ложатся на его бедра, а подбородок Драко устраивается на его плече, когда он прижимается к нему сзади. - Я думал, ты никогда не вернешься домой. Затянувшееся напряжение Гарри тает от мелодичного тона знакомого шикарного голоса Драко в его ухе. - Извини, я пытался вернуться домой раньше, но Робардс настоял, чтобы никто не получал особого обращения, даже в день рождения. - Ммм, да, с днем рождения, Гарри, - шепчет Драко, скользя руками по груди Гарри и целуя его в шею. - Только моему дню рождения осталось еще полчаса, - бормочет Гарри, закрывая глаза.- Полагаю, тогда нам лучше поторопиться, - говорит Драко, отстраняясь от Гарри. У Гарри есть только секунда, чтобы задуматься, что он делает, прежде чем Драко шепчет непонятное заклинание, и длинная полоска атласной золотой ленты разматывается от подарка в середине кровати и плывет через комнату прямо в раскрытую ладонь Драко. - Что ты делаешь? - Гарри хрипит, похоть скапливается в его животе, борясь с замешательством от того, почему Драко выглядит таким чертовски самодовольным из-за кусочка ленты. - Значит, теперь я могу открыть свой подарок? Драко ухмыляется, наклоняясь, чтобы прошептать: - Я надеялся сначала распаковать тебя. Лицо Гарри вспыхивает от слов Драко. О. Ох. Драко смотрит на Гарри пристальным, напряженным взглядом. - Позволишь мне? - спрашивает Драко, проводя кончиками ленты по внутренней стороне запястья Гарри. Гарри вздрагивает, странный шум заполняет его уши, когда он проглатывает желание застонать. Блять. Они говорили об этом однажды, в ту ночь, когда переехали сюда. Они отпраздновали новоселье, трахаясь на полу все еще пустой гостиной, после чего принесли бутылку вина и любимую китайскую еду. Затем Драко временно превратил стул в кровать, куда они рухнули вместе пьяные и довольные. Гарри был так счастлив и так расслаблен, что когда Драко спросил, чего бы ему хотелось в их новой квартире, скользя руками вверх-вниз по голой спине Гарри, вместо того чтобы сказать что-то нормальное, вроде нового дивана или настоящей кровати, Гарри пробормотал: - Хочу, чтобы ты связал меня и сделал римминг. Руки Драко замерли, его губы коснулись лба Гарри, когда он прошептал: - Оу. У Гарри не было времени долго обдумывать реакцию Драко, потому что он был таким сонным, а тело расслабленным и тяжелым, и он погрузился в легкий сон, уткнувшись лицом в шею Драко. На следующее утро лицо Гарри вспыхнуло от смущения, когда он вспомнил о сказанном, но обнаружил, что его храбрость исчезла, когда он выпил свой чай и захотел спросить Драко, помнит ли он. Гарри был на взводе в течение нескольких дней, беспокоясь, что он попросил слишком много, но Драко не упоминал об этом, как и Гарри. Прошел уже месяц, Гарри почти позволил себе поверить, что все забылось. За исключением того, что, очевидно, Драко не забыл, и блять, это не должно было возбуждать Гарри. - Это значит «да»? - спрашивает Драко, его рука опускается к брюкам Гарри, чтобы помассировать и без того болезненно твердый член. Драко знает, что он хочет этого, знает из раннего признания Гарри и его очевидного возбуждения, что ему нравится эта идея, но все же он спрашивает, желая только того, чтобы Гарри чувствовал себя готовым довериться, и блять, это становится для Гарри еще более трудным – встретиться лицом к лицу с пучиной желания Драко не только угодить Гарри, но и заставить его чувствовать себя комфортно. - Да, блять, да, - отвечает Гарри, его лицо горит, а в ушах звенит. Его смущение от словесного признания своего желания только усиливается опьяняющим осознанием того, что Драко явно так же возбужден этой идеей, как и Гарри, если твердый член, прижатый к его бедру, является хоть каким-нибудь признаком. - Ложись на кровать, Гарри. Гарри не нужно повторять дважды, он тянется назад, хватает свою футболку и срывает ее. Его очки тоже падают на пол, но Гарри все равно; он сбрасывает ботинки, игнорируя глухой стук, с которым они ударяются о дальнюю стену. - Не терпится? - Драко смеется, но одышка в его голосе выдает его собственную реакцию. - Иди на хуй, - говорит Гарри с улыбкой, сбрасывая боксеры и брюки на пол и пиная их ногой. Они пролетают через всю комнату, приземляясь в кучу в нескольких футах от корзины для белья. - Вообще-то, я надеялся трахнуть тебя, - говорит Драко, снимая свою одежду гораздо более достойно, но не менее нетерпеливо. - Это... это тоже хорошо, да, - выдыхает Гарри, его колени ударяются о кровать, когда он ползет обратно к подушкам, укладывая подарок на место. Он даже не пытается скрыть своего возбуждения. Гарри только девятнадцать, и ёба ради, любой секс с Драко - это хороший секс. Он до сих пор ясно помнит тот первый раз в Хогвартсе, когда Драко нерешительно спросил, может ли он трахнуть Гарри, как будто он мог сказать "нет". Гарри перестал дышать, волна похоти захлестнула его при мысли о том, как сильно Драко хотел его. Они много трахались до этого, руками, ртами и бедрами, но это был первый раз, когда они сделали это, и, хотя это было немного больно, это было охренеть как великолепно. После этого Гарри тоже трахнул Драко. Он делал это довольно часто на самом деле. Драко спросил его однажды, спустя несколько недель после того, как они начали заниматься таким сексом, есть ли у Гарри какие-то предпочтения, на что Гарри рассмеялся, засунув руку за спину Драко, чтобы сжать его задницу и прошептать: «Мне нравится делать все это с тобой», и Мерлин, он сделал это. Честно говоря, Гарри не был особенно разборчив. Пока они с Драко были голыми, он был чертовски счастлив. На самом деле, он мог вспомнить несколько довольно невероятных оргазмов, когда они даже не были голыми, так что да, пока он был с Драко, его все устраивало.

Но мысль о Драко, делающему ему римминг, как вибрирует подобно магии, ведь это то, чего они еще не делали, ни один из них, хотя бог знает, Гарри тоже этого хотел. Просто у него никогда не хватало смелости попросить еще раз, особенно после его первого пьяного признания. - Перевернись, - говорит Драко, в то время как Гарри думает, что Драко, вероятно, хочет, чтобы это звучало уверенно, но это звучит вопросительно, нерешительно, только укрепляя уверенность Гарри в том, что он не единственный, кто чувствует себя выбитым из колеи и неуверенным. Он подается вперед, пальцы запутываются в волосах Драко, когда он соединяет их губы для одного быстрого поцелуя, надеясь передать в действии то, что не может словами. Драко вздрагивает от поцелуя, его глаза остаются закрытыми на несколько секунд дольше, чем у Гарри. Когда он снова открывает их, Гарри криво улыбается ему, прежде чем перевернуться на живот, притянув подушку и прижав ее к груди, чтобы зарыться в нее лицом и поднять бедра. Он чувствует себя незащищенным и распутным, и это так же страшно, как и опьянительно. - Блять, - выдыхает Драко, холодные пальцы скользят по позвоночнику Гарри. Гарри рефлекторно выгибает спину, раздвигая ноги шире и поднимая бедра вверх. Пальцы Драко до боли знакомы, когда они двигаются по его спине, чтобы устроиться на бедрах, большие пальцы Драко скользят по ямочкам над его задницей в течение долгих секунд, прежде чем руки Драко двигаются ниже, раскрывая его, и на один краткий миг Гарри буквально забывает, как дышать. Это всего лишь Драко - Драко, который знает каждую часть тела Гарри и его сердце, который засунул свой член в задницу Гарри всего два дня назад. Но это как-то по-другому, интимно, и мысль о том, что рот Драко, который, как Гарри знает по опыту, способен на столько же порочности, сколько и доброты – вот-вот окажется у него на заднице, заставляла Гарри чуть ли не плакать, хотя Драко еще даже не коснулся его там. Драко бормочет беспалочковые очищающие чары, с которыми Гарри знаком слишком хорошо, хотя обычно они используются перед тем, как член или пальцы проникнут в задницу Гарри, а не рот. Гарри не уверен, почему мысль о языке Драко возле его дырки делает его член достаточно твердым, чтобы причинять боль, почему его руки сжимаются на подушке так сильно, что он боится разорвать ее пополам, если пошевелится, или почему он снова чувствует себя почти как в первый раз. Он просто знает, что хочет этого, хочет Драко, и это, честно говоря, пугает его. Это не просто движения языка Драко в одном из его самых интимных мест, но и понимание скрытого доверия, которое оно подразумевает для них обоих. И в этом весь смысл, осознает Гарри, когда теплое дыхание Драко скользит по его щели. Он доверяет Драко все, что имеет. Он верит, что Драко знает его пределы, заботится о нем, не причинит ему вреда. Он доверяет ему так, как никогда не доверял никому, кроме Рона и Гермионы, и почему-то это доверие кажется другим, кажется больше. Первое прикосновение языка Драко даже не к его дырке, а скорее к родинке на правой ягодице, которую он не видит, но которую, как он знает, Драко особенно любит. Но все же это рот Драко. Рот Драко на его заднице. Рот Драко становится все ближе и ближе к месту, где его никогда не было. - Пожалуйста, - стонет Гарри, его голос приглушен подушкой. Он не может поверить, что уже умоляет, но, блять, у него никогда не было особого самоконтроля, если это касалось Драко. Глупо было думать, что он будет у него сейчас. - Мерлин, тебе действительно нравится, да? Гарри уже дал ясно ему понять на этот счёт и потому просто фыркнул в ответ, повернув голову в сторону и надеясь, что Драко не видит маленькую капельку слюны, скопившуюся в уголке его рта и стекающую на подушку.

- Что навело тебя на эту мысль, гений?