Глава двенадцатая

- И Энди так сказал? - спрашивает Линдси. - Умереть не встать.

- Знаю. Можно подумать, стоит папе захотеть, и я сразу же побегу к Крикету.

- Ага, можно подумать, ты вообще бегаешь то к одному парню, то к другому. Периодически.

- Точно... точно...

На другом конце трубки повисает длинная пауза.

- Лола Нолан, пожалуйста, скажи мне, что не думаешь о Крикете Белле в таком ключе.

- Конечно же нет! Не думаю. Совсем.

- Потому что он разбил тебе сердце. И мы с тобой целых два года его ненавидели. Помнишь то письмо на шестнадцати страницах, которое ты сожгла у меня на заднем дворе? А церемониальное выкидывание розовой крышечки от бутылки в океан? - Да. Я все помню. - А твой бойфренд? Ты помнишь своего бойфренда? Макса?

Я хмурюсь, глядя на постер над кроватью. С него на меня хмуро смотрит Макс.

- Который бросает меня, чтобы поехать в турне?

- Он тебя не бросает. Прекрати разыгрывать драму, Нед.

Но на самом деле это так. Сегодня за завтраком Макс сказал, что Джонни уже договорился насчет концерта в Южной Калифорнии. И самое веселое в том, что он состоится в ночь на следующее воскресенье, так что Макс в любом случае не сможет прийти к нам на завтрак. Мне даже не придется выискивать себе оправдание.

- Я больше не желаю обсуждать парней, - заявляю я. - Может, лучше посмотрим "Шпионку"?

Нам с Линдси нравится определенный тип телесериалов: в них обязательно должно присутствовать раскрытие загадочных преступлений, а герои просто обязаны носить прикольные костюмы. Наши любимые: "Шпионка", "Мертвые до востребования", "Кукольный дом", "Ангелы Чарли" и "Мстители". Поскольку подруга счастлива составить мне компанию, остаток недели мы не обсуждаем НИКОГО из парней. Хотя я не перестаю о них думать.

Мой бойфренд Макс. Крикет. Макс. Крикет.

Как Энди удалось поставить меня в такое неловкое положение? Как у него получилось так мастерски использовать эту глупую семейную поездку? И еще меня угнетает мысль о том, что с тех пор, как Беллы вернулись, все важные события почему-то выпадают на выходные. Школьная неделя всегда тянется долго, но эта не идет ни в какое сравнение с остальными. Она просто бесконечная.

А работа? Лучше об этом не думать. Сколько я уже напечатала неправильных билетов, налила не тех напитков, которые заказывали. Сколько ненужных участков подмела! Я сбилась со счета. Даже Анна - моя самая добрая на свете кураторша и одна из самых близких подруг - не выдержала, когда в субботу я вернулась с обеда на двадцать минут позже, чем положено.

- Где ты была? Я тут чуть не умерла. - Она кивает в сторону столпившихся возле кассы людей, одновременно протягивая одному из посетителей сдачу, а следующему за ним - билет.

- Прости, я утратила чувство времени. Завтра меня ждет то самое...

- Вчера ты тоже опоздала. Бросила меня здесь одну. В лобби было человек шестьдесят, да еще с орущими детьми... А та старушка, которая прицельно чихала прямо на мое стекло, и, между прочим, делала это специально, и...

- Мне очень жаль, Анна.

Девушка в раздражении поднимает руку, показывая, что не хочет ничего слышать, и я чувствую себя просто ужасно. Я заходила в турецкий кофейный магазинчик, находящийся в соседнем квартале, чтобы немного взбодриться и отвлечься от мыслей. Но это не помогло.

Когда мой смена заканчивается и Энди привозит меня домой, дом Беллов погружен в темноту. Интересно, Крикет дома? Занавески в его комнате задернуты. Что я почувствую, если завтра он не придет? Облегчение? Или разочарование?

Я долго продумываю свой наряд. Если это должно случиться, я просто обязана выглядеть лучше, чем во время нашей последней встречи, но при этом не переборщить. Не хочу Крикета поощрять. Я выбираю красно-белый топ (мило) и джинсы (скучно). Но утром передумываю, поняв, что это не лучший выбор. Я дважды меняю рубашки и трижды - штаны.

И в итоге останавливаюсь на красно-белом платье с петелькой на шее, которое сшила из покрывала для пикника, оставшегося с предыдущего Дня благодарения. Дополняют образ красная помада и маленькие сережки в форме муравьев, как раз в тему. Плюс черные ботинки на платформе, потому что дорога обещает быть утомительной. Это самая спортивная обувь, которая у меня есть. Я расправляю платье, выпрямляю спину и торжественно спускаюсь вниз.

Никого.

- Привет?

Тишина.

Плечи тут же ссутуливаются.

- Какая польза от этой лестницы, если никто не видит, как я по ней спускаюсь? - ворчу я.

За спиной кто-то шепчет "Привет!".

Я резко оборачиваюсь и вижу Крикета Белла, который сидит у нас на кухне. Не знаю почему, но при виде его я испытываю некоторое чувство облегчения.

- Я... Я не знала, что ты здесь.

Крикет встает и, с несвойственной ему неуклюжестью, чуть не переворачивает стул.

- Я решил выпить чашечку чая, - улыбается парень. - Твои родители грузят вещи в машину. Сказали, что у тебя есть еще три минуты. - Он смотрит на часы: - У тебя еще осталось тридцать секунд.

- О!

- Хороший выход, - говорит он.

В комнату врывается Натан:

- Вот ты где! Еще двадцать секунд. - Он заключает меня в объятия, но тут же отстраняется, оглядывая с ног до головы: - Я думал, ты знаешь, что мы едем на природу. 

- Ха-ха!

- Платье? И эти ботинки? Не хочешь переодеться во что-нибудь более...

- Хватит спорить. - В дверном проеме появляется голова Энди. - Идем. Нам пора.

Я выхожу следом за Энди, чтоб побыстрее сбежать от нотаций Натана. Крикет следует за мной в нескольких шагах. На безопасном расстоянии.

Интересно, он смотрит на мою задницу?

С КАКОЙ СТАТИ Я ОБ ЭТОМ ДУМАЮ? Теперь собственная задница кажется мне просто ОГРОМНОЙ. Может он смотрит на мои ноги? Это лучше? Залезая на заднее сиденье, я одергиваю подол платья и пересаживаюсь на другую сторону. Крикет смотрел на мою задницу, это точно. Наверняка. Она огромная, да еще прямо у него под носом. Огромная задница.

Нет. Я схожу с ума.

Я поднимаю глаза и вижу, что Крикет улыбается, пристегивая ремень безопасности. Мои щеки тут же краснеют.

ДА ЧТО СО МНОЙ ТАКОЕ?

Крикет непринужденно болтает с родителями. У него всегда это хорошо получалось. Но чем расслабленней обстановка вокруг, тем напряженней становлюсь я. Мы уже проехали Золотые Ворота, значит, едем уже... пятнадцать минут? Как такое возможно?

- Лола, ты сегодня какая-то молчаливая, - говорит Натан. - Ты себя хорошо чувствуешь?

- Тебя, случаем, не укачивает? - спрашивает Энди. - У тебя вроде бы уже много лет не случалось приступов.

- МЫ ЕЩЕ ДАЖЕ НЕ ВЫЕХАЛИ ИЗ ГОРОДА. И МЕНЯ НЕ УКАЧИВАЕТ.

В машине воцаряется гнетущая тишина. Все шокированы моим криком.

- Может, и правда укачало, - лгу я. - Простите. Просто у меня... болит голова. - Не могу поверить, что я орала как резаная в футе от Крикета Белла.

Дыши глубоко. Вдохни и выдохни. Я поправляю платье, но ткань прилипает к ногам, и я нечаянно задеваю Крикета бедром. На этот раз я действительно ловлю на себе его взгляд. Он отчаянно перебирает свои браслеты и фенечки. Наиши глаза встречаются.

Одна из фенечек лопается и летит в лобовое стекло.

Энди с Натаном в ужасе вжимаются в кресла, но, поняв, что произошло, разражаются хохотом.

Крикет съеживается в кресле:

- Простите!

И в этом момент на меня вдруг накатывает волна облегчения от осознания того, что я не единственная, кто попадает в передряги.