37

Алиса шла за девушкой. Она оглядывалась по сторонам: посланники, с их мертвенно-бледными черепами, преследовали их, смотрели на них, но не подходили.

- Меня зовут Кира, - сказала девушка, обернувшись, - не бойся. Они никогда не смеют тронуть тебя.

- Почему?

Она не ответила. Они лишь шли вперед, вскоре выйдя на шоссе, где в красном свете по дороге плелись мертвецы. Это был настоящий ужас: некоторые с пробитыми черепами, много военных, много детей. Слишком много детей.

- Я смотрела на твой мир через этих людей, - сказала Кира, - и мне стало омерзительно больно. Ты до сих пор оправдываешь убийц и насильников?

Алиса промолчала, вспоминая свои собственные рассуждения о природе преступления. Кира будто заглядывала к ней в душу: от нее невозможно было ничего скрыть.

- Куда мы идем?

- Мы идем в центр.

- До него так далеко идти.

- Мы не торопимся. Мир уже и так поглотил сам себя.

- Зачем? – взмолилась Алиса, - почему вы так поступаете?

Кира вдруг остановилась, гневно посмотрев на Алису.

- Мы так поступаем? Да ведь я, Кевин, Мелани и даже ты – мы порождение поступков людей хороших или плохих. То, что ты видишь, это результат действий людей, которые убивали, грабили и насиловали. Людей, которые не видят ничего хорошего, кроме получения выгоды, кроме плотских удовольствий. Им все мало! Они не видят то, что видишь ты сейчас! Мы лишь зеркало того, кем они стали.

- Все можно изменить.

Кира вдруг громко захохотала, так что посланники вокруг даже приблизились к ней.

- Человека изменить невозможно. Он тот, кем он является.

Алиса опустила глаза: слишком тяжело было смотреть на Киру – у нее был прожигающий взгляд.

Так в тишине они шли по улицам между домов, пересекая шоссе. Был даже район, где блуд был нормальным явлением: ужасный, животный блуд без всяких прикрас. В другом месте Алиса видела жертв издевательств над животными: одноглазые кошки, брошенные на умирание котята, собаки без хвостов и с вспоротыми животами – они все жалобно стонали и мяукали. Алиса не могла этого выдержать: она остановилась и начала плакать, смотря, как однолапый котенок ковыляет к ней, жалобно мяукая. Он был очень худым, и видимо, хотел кушать. Она взяла его на руки.

- Ты такого не видела у себя, да? – спросила Кира, - Ты не знала, что такое происходит. А самое страшное у тебя еще впереди.

Самое страшное – это квартал детей. При жизни их эксплуатировали, били, насиловали, калечили, слишком много было суицидников. Дети играли на площадке друг с другом, а вокруг не было никого, кто мог бы забрать их домой. Алиса конечно понимала, что мир не такой радужный, как она себе представляла, но чтобы видеть жертв своими глазами в одном месте – это было слишком. И она вдруг начала понимать, что ненавидит людей. Да, именно так. Котенок на ее руках мурчал, оттого, что она гладила его. Но лапу ему уже никто не вернет. Какой человек может сделать такое с невинным маленьким существом?

Вскоре после того, как Алиса скрылась за деревьями, Джейсон пошел к домам. Посланники как с цепи сорвались: они начали лететь на него, движимые только желанием убивать. Он успешно отбивал атаки, перебегая из укрытия в укрытие. Вскоре он уже пересек несколько домов, отстреливаясь. В тоже время он понимал, что патроны вскоре закончатся, но сдаваться он не собирался. Джейсон нашел хорошее, по его мнению, место, откуда можно было вести огонь: маленький ларек, один из таких, которые стоят у метро и где продают фрукты и овощи. Он достал все магазины, которые у него были, чтобы легко было вставлять в автомат, и отстреливался по мере того, как посланники нападали на него.

Вдруг где-то вдалеке появился силуэт человека. Мужчина шел прямо на Джейсона. Тот начал стрелять на поражение. Но стоило мужчине подойди ближе, как Джейсон сразу узнал в нем Томсона.

- Ты что делаешь? – спросил Томсон, недоуменно смотря на свое тело.

- Томсон? Это ты?

- Кто же еще? – спросил он, - у смерти есть свои преимущества.

- Это какие же? – усмехнулся Джейсон.

Томсон достал ножи, смотря на них с улыбкой.

- Бесконечный запас оружия.

Посланники уже новой волной набрасывались на Джейсона, поэтому помощь Томсона оказалась как раз кстати. Джейсон не знал, как и зачем Томсон появился тут, поэтому в разгар боя, он спросил:

- Мне не кажется? Ты действительно тут?

- Да, я действительно тут. Нам нужно, чтобы ты выжил.

- Нам? – удивленно спросил Джейсон.

Оказалось, что чуть дальше от ларька, Алекс уже с боем пробирается к ним. Он стрелял из своего автомата, и, казалось, что его магазин никогда не опустеет. Вскоре Алекс смог присоединиться к друзьям.

- Прямо как в видеоиграх! – воскликнул Алекс, давая «пять» Томсону.

Затишье все не наступало: казалось, что посланников раззадорило присутствие посторонних лиц.

- Ребята, зачем вы здесь? – спросил Джейсон.

Один посланник прорвался внутрь ларька, но Томсон остановил его лезвием в череп.

- В общем, тут Алиса слегка перестает быть собой, - ответил Алекс.

- Что это значит?

- Это значит, - недовольно произнес Алекс, - что ты должен пойти к ней и помочь ей вспомнить, кто она такая.

- Я?

- Какой же он тупой! – воскликнул Томсон.

- Эй! – возмутился Джейсон.

- Ну, прости, командир, но мы уже мертвы, - пожал плечами Алекс, улыбаясь.

Да, как забавно: для них это все игра, а он-то еще жив, и может умереть в любой момент!

Вдруг прогремел огромный взрыв, все посмотрели на небо: красные облака будто разошлись в стороны под влиянием какой-то ужасной невидимой волны.

- Упс, - проговорил Алекс.

- Это что значит, мать вашу? – нервно спросил Джейсон.

- Это значит, что мы слегка опоздали, но ничего. Пойдем! – воскликнул Томсон.

Они почти дошли до центра, проходя еще множество ужасных кварталов: жертвы экспериментов, убитые семьи. Но еще больше было просто несчастных людей. Алиса не знала, что с ними случалось: вот, казалось, идет упитанный чиновник с портфелем в руке.

- Почему он здесь? – спросила Алиса.

- Ах, этот. Потерянная душа.

- Это как?

- Выучился, работал, бывало, как и все, воровал. Семья, дети, а потом...просто пустота. Когда у него появилось все материальное, он перестал чувствовать жизнь, - Кира присмотрелась к нему, - Ха-ха, хотел стать художником. Он до сих пор жив.

- Что?

- Да. Многое, что ты здесь видишь, также отражение того, что происходит внутри у человека. Вот говорят, что человеку больно морально. Так вот его боль – она существует здесь как фантом.

- То есть многих здесь еще можно спасти?

- Никто не сможет никого здесь спасти. Люди спасают самих себя, если захотят. Но никто не хочет. И ты ведь сама говорила, что никто за другого человека принять решение не может.

- Но я уверена, что на это решение можно повлиять. Привести аргументы.

Кира ничего не ответила. Слышно было, что она ехидно, но тихо, посмеялась. Наконец, они подошли на площадь в центре города. Она будто бы находилась на месте какого-то известного сооружения, но Алиса никак не могла вспомнить, какого именно. Алиса подняла глаза наверх и увидела, что над площадью весит самый большой темный сгусток, который она когда-либо видела. Посланников тут уже не было, но она увидела Кевина, окруженного всепоглощающей тьмой. Он уже шел к ней.

- Что за прелестное существо у тебя на руках? Котенок?

Он подошел к Алисе, погладив котенка. Тот замяукал, перебравшись на руки к нему.

- Когда-то здесь было лобное место. Сколько же народа здесь погибло. А потом тут же расстреляли демонстрантов. Мало того, что расстреляли, так еще и выследили их семьи, задушили детей. А потом...построили на этом месте резиденцию для приема высоких гостей. Сейчас тут проводят корпоративы, круто, правда?

- Люди, которые построили это сооружение, могли и не знать историю этого места, - произнесла Алиса.

- Ой, прекрати их оправдывать! Кто выдавал разрешение на строительство, а на проведение этих светских банкетов – все они знали! Им просто нужны были деньги. Но, если ты говоришь о самих строителях, то я, пожалуй, соглашусь с тобой.

- Ты привел меня сюда, - вздохнула Алиса, - зачем?

- Ты сама сюда пришла. Кира просто помогла тебе добраться до меня. Ты видела?

Алиса опустила глаза, вытирая слезы и вспоминая пустые, измученные глаза людей и животных, которые встретились ей на пути.

- Да.

- И ты до сих пор оправдываешь их? То, что они сделали. Бедные души даже не могут найти покой.

Алиса взялась за голову: с одной стороны она невольно стала причастной ко всем многочисленным преступлениям, жертв которых она встретила, а с другой она все равно старалась найти всему объяснение. Но, вновь посмотрев на котенка, который сжался на руках у Кевина от холода, она сдалась.

Алиса заплакала так сильно, что не могла больше остановиться. В ее мире остались те, кто заслуживает наказания. Они должны быть здесь, а не эти дети, которых убили их собственные родители!

Кевин прав: люди хотят быть уничтоженными. Наверно сейчас какая-то ракета уже летит в сторону, черт знает, какой страны: потому что всем что-то и от кого-то нужно. Никто не может спокойно жить и довольствоваться тем, что у него уже есть: всем надо больше. Если все это уничтожить, уничтожить всех, то начнется новая эпоха. И да, возможно, через какое-то время все вернется на свои места, но есть надежда, что хотя бы немного, это адское место будет пустовать. Так все невинные души смогут отомстить. Хорошие люди, которые не претендуют на мировое превосходство, никогда не окажутся в этом месте – их ждет перерождение в новом, чистом мире.

Алиса вздохнула, погладив котенка. Она совершенно забыла, зачем пришла сюда. Будто бы подчиняясь непонятному порыву, Алиса начала снимать с себя одежду, избавляясь от всего того, что связывало ее с миром убийц, лицемеров, воров и обманщиков. Больше она не хотела иметь ничего общего ни с кем и ни с чем. Она хотела быть чистой.

Кевин улыбался. Он отдал котенка Кире, но Алиса попросила ее оставить маленькое существо ей. Кевин разрешил. Алиса стояла перед ним оголенная, открытая.

- Я с тобой, - сказала она, - давай сделаем это. Начнем все заново.

Сказав это, она почувствовала, что внутри нее будто что-то вырастает и просит вырваться наружу. Ей стало больно: ее разрывало изнутри. Кевин подхватил ее, когда Алиса без сил упала на асфальт. Она начала задыхаться от распирающих ощущений в области живота и грудной клетки. Ей не хватало воздуха, а затем она увидела, как из каждой клеточки ее тела, словно вода, струиться свет. Этот свет направился в темный сгусток над площадью: две энергии с грохотом столкнулись друг с другом, а затем сгусток начал расширяться еще больше. Алиса, наконец, почувствовала себя свободной и легкой: она сбросила груз вины и отчаяния. Ей казалось, что она стала именно той, какой всегда должна была быть. Она взяла котенка себе на руки, гладя и улыбаясь.

- Я о тебе позабочусь, - произнесла Алиса.

- Тебе надо отдохнуть, - сказал Кевин.

Он подхватил ее на руки и понес по направлению к ближайшему дому. Они пересекли мост и скрылись в темноте.