Эпилог

Как только копыта Убер коснулись земли, я ощутила, как по моему телу прошел разряд, похожий на удар током. Тело трясло, и я не сразу остановилась, пытаясь прийти в себя. Как только я смогла выдохнуть, то сразу же спрыгнула с лошади и, вытащив клинок, побежала в сторону, где была завеса.

— Киран! Киран! — Кричала я в отчаянии, словно он мог услышать меня с той стороны. 

Паника разрасталась в груди, и я не могла справиться с эмоциями, продолжая кричать. Первой мыслью было броситься на помощь, ведь если кто-то убил стражей, то Киран сейчас находился в смертельной опасности. Но, как назло, вместо того чтобы переступить черту, меня будто сковало невидимыми цепями. Все, что я могла это стоять перед пустотой, не в силах вздохнуть.

— Без остановки скакать туда, куда ты укажешь, не оборачиваясь и не пытаясь прийти на помощь, если что-то случиться, — прошептала я, чувствуя соленую влагу на губах.

Прошла секунда, две, а я все также не могла пошевелиться.

— Пожалуйста, — взмолила я, падая на колени, совершенно не заботясь о том, что враг все еще мог быть где-то поблизости.

 Я просто сидела так, смотря на клинок, который все также отчаянно сжимала в руке и молила, чтобы моя просьба была услышана.

В голове всплыли образы Рея, Фей, Жанет, Нисы, Лерана — все они принесли жертвы ради того, чтобы я прошла этот путь и сумела найти ответы. То же самое сделал Киран, и я не могла допустить, чтобы их жертвы оказались напрасны. Казалось, бесчисленное количество раз я слушала, как каждый из них твердил о том, что наши роли в этой истории разные, но впервые действительно осознала это. Столько раз я смотрела на то, как эти люди ценой собственной жизни борются за правду, бросаясь в пучину сражения. Мой же путь был в том, чтобы добраться до истины, заглушив отчаянные крики сердца. В голове неожиданно всплыло последнее наставление Нисы и лишь сейчас оно обрело смысл.

— Трудный выбор лишь часть пути, но не его конец, а вот легкий, наоборот, окажется последним.

Я сделала глубокий вход и поднявшись с земли, сделала трудный выбор, впервые оборачиваясь по сторонам. Я была в лесу, и лишь одному богу было известно, как я смогу отсюда выбраться. Медленно подойдя к Убер, я провела ладонью по гриве, стараясь собраться с мыслями. Пути назад не было. Тогда я убрала клинок обратно в ножны, и последний раз взглянула туда, где был проход, а затем, достав из мешка один из камней, положила на дорогу в надежде, что, когда придет время, я смогу найти путь назад по красному свечению. А я обязательно вернусь. Вернусь, чтобы навсегда уничтожить то зло, что забрало моих друзей. Их жертва не будет напрасна, и Энтарус обретет долгожданную свободу.

У меня не было веры в то, что я справлюсь, не было уверенности в том, что я даже смогу пережить этот день, но одно у меня было точно — надежда. И я ни за что не откажусь от нее.

— Спасибо, — прошептала я в пустоту то, что так и не сумела сказать Кирану в лицо, зная, что он все равно это услышит. Неважно на той стороне или в загробном мире.

Убер раздраженно фыркнула, словно говоря, что пора ехать, и я поняла, что тянуть больше нельзя.

— Я знаю, — ответила я и резко отлетела в сторону, смотря, как лошадь Кирана приземляется на дороге.

— Тебя тут быть уже не должно было, отдыхать будем потом, — осуждающе сказал воин, смотря, как я лежу на земле, но его взгляд говорил совершенно о другом.

У нас получилось. Хватило считанной секунды, чтобы я вскочила с земли и уже в следующее мгновение упала в объятия друга. Крепкие руки сжимали меня так сильно, что, казалось, вот-вот переломают ребра, но это было неважно.

— У нас получилось, — прошептала я то, о чем мы оба думали.

Наконец разлепив объятия, мы тяжело вздохнули, с сожалением понимая, что это лишь начало долгого пути, но это все было неважно. Главным было то, что мы преодолеем это вместе.

Скептически осмотревшись вокруг, Киран, наконец, озвучил мой вопрос:

— Так как мы будем выбираться отсюда?

Но ответить я не смогла, потому что из-за дерева вышел человек с пистолетом, направленным прямо на нас, и мой мир в очередной раз рухнул.

— Ник? — Только и смогла прошептать я, встретившись с лучшим другом, лицо которого было искажено яростью.

Конец первой части