5. Дождь, аптека, новые знакомые

Из комнаты вылетела скомканная белая футболка.

— Сколько раз тебе ещё повторять, чтобы ты наконец запомнил?! Лукас, какого чёрта твои вещи оказались в одной из моих коробок?!

— Не кричи на меня. Сама распихала все свои девчачьи штучки в мои коробки, а теперь жалуется!

— У меня просто вещей больше. Я виновата что ли?!           Брат и сестра сцепились в драке. Лукас дёрнул сестру за недлинные осветлённые на концах волосы, а та, в свою очередь, пнула его в живот. Двойняшки повалились на пол. Девушка стащила с кровати подушку и ударила ей брата сначала в спину, а потом и по лицу. Лукас вытащил из первой попавшейся коробки расчёску и кинул в сестру. Они кубарем катались по комнате, натыкаясь на уже разобранные, но не убранные картонные коробки и сминая их. Парень не выдержал, да и знал, что всё равно проиграет, поэтому попытался уползти из комнаты. Девушка фыркнула и назвала брата слабаком.

— Джесс, не бей больше в живот, больно вообще-то…

— Дети, вы снова дерётесь? — послышался голос их матери с кухни.           Джессика и Лукас быстро встали с пола, спрятали руки за спины и улыбнулись, чтобы мать поверила, что никакой драки не было.            Когда женщина вошла внутрь комнаты, оценивающим взглядом осмотрела сначала обоих детей, а затем и само помещение: на полу была разбросана одежда, много коробок оказались помяты, подушки лежали на подоконнике, да и остальные вещи просто валялись на территории комнаты.

— Что здесь произошло? Джессика, Лукас, я жду объяснений, — сказала наконец женщина, уперев руки в бока.

— Он первый начал, — указала на брата пальцем девушка, притворившись жертвой.

— Не будь вы моими детьми, я бы даже поверила в эту сказку. Джессика, сколько раз тебе ещё повторять, чтобы ты не била брата?           Девушка закатила глаза и шумно выдохнула. Лукас потёр ушибленное бедро, заверил мать, что они спокойно продолжат разбирать вещи, поэтому женщина устало вздохнула и направилась в сторону лестницы.            Джессика заправила волосы с одной стороны за ухо и присела на колени, чтобы собрать выпавшие из косметички принадлежности. Лукас же подошёл к книжному шкафу и продолжил расставлять свои ненаглядные книги. В комнате наконец воцарилась блаженная тишина, пока её не прервал громкий раскат грома.            На улице уже давно начинали сгущаться тучи, а всё утро парило, так что дождь был ожидаем. Да и семью Алленов предупредили о том, что в этом городе дожди — достаточно частое явление, особенно в конце лета, осенью и в середине весны. Вот только о грозе никто не предупреждал: ни синоптики, ни интернет, ни знакомые, которые и рекомендовали новое жилище.           Лукас от неожиданности вздрогнул и приложил несколько пальцев правой руки к пульсирующей на шее вене, чтобы проверить пульс. Сестра, увидев знакомое телодвижение брата, тихонько хихикнула, за что в неё полетела тяжеленая книга. Девушка наигранно надула губы, фыркнула, но на вопрос о том, что ей показалось забавным, не ответила. Она перебрала свою косметичку, а затем притянула к себе новую коробку, которая была уже с одеждой.           Джессике пришлось подняться с пола и подойти к шкафу, чтобы разложить оставшиеся вещи, в то время как её брат уже закончил со своими, а его половина комнаты просто блестела от чистоты.

— Если тебе так нравится убираться, может и за меня полы помоешь?

— Любить убираться и любить порядок – разные вещи. Джесс, мы договаривались, что за своей половиной комнаты ты следишь сама, поэтому швабру в руки и вперёд, — сказал Лукас и протянул сестре тряпку и ведро с водой.

— А швабра сама где? Ты что, уже вниз её отнёс?           Лукас ойкнул и сложил руки в примирительном жесте. Он согласился принести сестре швабру, но та сама направилась в сторону лестницы. С её стороны всё равно казалось правильнее сделать всю свою часть работы самостоятельно. Они с Лукасом должны были закончить примерно в одно время, но девушка сама изъявила желание начать — точнее продолжить — разбор вещей позже брата минут так на сорок, вот и заканчивать пришлось позже.

Лукас спиной упал на свой нижний ярус кровати, но сразу же принял сидячее положение, услышав громкий звук удара внизу. Он подорвался с места, раскрыл дверь их комнаты и оказался прямо перед лестницей, внизу которой лежала и тихо стонала Джессика. Она потирала то голову, то поясницу.

— Джесс, что случилось?! Ты что, с лестницы упала?!

— Понаставили же тут лестниц, а дети потом ходят, спотыкаются и падают!            У Джессики была достаточно странная привычка — разговаривать с самой собой или предметами, из-за которых она как-либо калечилась. Это Лукаса ничуть не удивляло. За 15 лет жизни с сестрой он чего только от неё не наслушался.            Лукас аккуратно спустился вниз и стал осматривать сестру, проверяя и оценивая степень и количество всех повреждений. Он спросил, не кружилась ли голова, чувствовала ли она все конечности и про самочувствие в принципе.            Ущерб, нанесённый Джессике лестницей оказался невелик, однако дома в аптечке не оказалось пластырей и ещё нескольких нужных для чрезвычайных ситуаций препаратов, поэтому Лукас вызвался сходить в аптеку. Мать дала дочери два мешочка со льдом, а сыну — список нужных лекарств, а слово "пластыри" выделила маркером и дважды подчеркнула. Как их вообще не оказалось в аптечке, было для всех странностью. Вся семья знала, какой аккуратность обладала Джессика, поэтому пластыри они покупали десятками пачек. Вот только в этот раз, наверно, закружились с переездом и забыли про своевременное пополнение аптечки.           Последним, что услышал Лукас, уходя из дома, как мать сказала:

— Себя не бережёшь, ладно, тебя склеим по кусочкам, но дом-то хотя бы побереги! Он только после ремонта, а сейчас явно в шоке от нового жильца вроде тебя, который за два дня уже трижды успел тут покалечиться.           Лукас ухмыльнулся, проверил наличие списка, денег, телефона и ключей в кармане своей толстовки, взял зонт и вышел из дома.              Начинало темнеть, тучи всё продолжали сгущаться, но дождя ещё не было. Дул прохладный ветерок и играл с волосами Лукаса, поэтому ему иногда приходилось убирать их с лица, чтобы не так сильно лезли в глаза.            Вот только отойдя от дома совсем недалеко, он вспомнил, что понятия не имел, где находилась ближайшая аптека, а на улице не было ни души, чтобы спросить дорогу. Последней надеждой стал навигатор в телефоне, но тот оказался разряжен. А ведь Лукас всё утро пытался отвоевать свою зарядку у Джессики, но так и не получилось. Вот это попал.            Лукас так задумался о том, что ему делать, не сбавляя скорость своего шага, что не заметил человека впереди. Оба столкнулись и упали. Лукас выронил так и не включившийся телефон и потёр ушибленное бедро. Снова упал на то же место. Осознав, что по его вине упал ещё один человек, парень стал извиняться.

— Нет-нет, всё в порядке. Лео, я чуть позже тебе перезвоню, — протараторил молодой человек, с которым столкнулся Лукас, и только после этого обратил внимание на причину своего падения.— Прошу прощения, я не хотел.

— Это моя вина. Я же не смотрел на дорогу. Вы несильно ушиблись?          Лукас поднялся на ноги и отряхнулся от дорожной пыли. Ему за шиворот упала капля дождя. Он слегка поморщился, подошёл к парню на дороге и протянул ему руку помощи, чтобы тот поднялся.

—Простите, просто я задумался. Я немного потерялся и пытался придумать, что делать дальше, — сказал Лукас, когда прохожий наконец поднялся на ноги.

— Могу я что-то подсказать?

— Вы не знаете, где тут ближайшая аптека?

— Аптека? Я тоже туда иду, могу проводить.

— Было бы здорово! Спасибо большое!           Лукас ещё раз извинился и поблагодарил своего проводника. Кажется, этим он засмущал парня. Тот слегка покраснел и отвернулся. В воздухе повисло неловкое молчание, которое Лукас прервал первым:

— Меня, кстати, Лукас зовут. Мы с семьёй два дня назад наконец закончили переезд сюда и зачисление в местную школу. А тебя как зовут?

Лукас заметил, что его проводник не очень разговорчивый, поэтому хотел хоть как-то наладить с ним контакт. Ему показалось, что они примерно одного возраста, а друзья им с сестрой в новом городе были просто необходимы, ну, или хотя какое-то общение. Они уже давно забыли, что означало слово "дружба" из-за вечный путешествий по разным штатам и дефициту общения со сверстниками. Всё детство они провели исключительно друг с другом.

— Меня Осаму зовут, — спустя несколько минут молчания наконец сказал проводник.          Осаму? Достаточно необычное имя для их страны. Лукас ещё несколько раз повторил его у себя в голове, пока не заметил на себе вопросительный взгляд собеседника и только потом понял, что остановился прямо посреди дороги.

— У тебя очень необычное имя, к тому же ещё и внешность косит под азиатскую. На самом деле это очень красиво выглядит и звучит. Тебе идёт.

— Мой отец японец, а его гены оказались сильнее маминых, — пожал плечами Осаму.

— Вот как.           Снова тишина. Лукас всё думал, как хоть немного разговорить нового знакомого, пока наконец Осаму не сказал, что они дошли до аптеки. Парень вздохнул и вошёл внутрь вслед за проводником. Лукас понадеялся на свою хорошую память, что сможет сам вернуться домой, потому что запомнил дорогу, хотя на самом деле просто думал о том, как начать новый диалог со знакомым, который никак не шёл на контакт.

— Здравствуйте. Можете дать мне "Амброксол" и "Хеферол"? — послышалось у прилавка. Это был Осаму.          Через три минуты парень уже держал в руках маленький пакетик с лекарствами. Лукас тоже подошёл к прилавку и достал свой список. В самом конце он попросил пятнадцать упаковок пластырей и краем глаза заметил, насколько удивился Осаму. После оплаты парень поблагодарил фармацевта и подошёл ближе к двери, где уже стоял новый знакомый. Лукас думал, что тот уйдёт сразу же после своей покупки, но Осаму стоял и ждал его. Неужели правда не против их общения? Если Лукас правильно подумал, то ему стоило и сестру с ним познакомить.

— Зачем тебе столько пластырей, если не секрет? — тихо спросил Осаму, когда дверь аптеки за их спинами закрылась.

— Это для моей сестры. Она очень часто травмируется, поэтому пластырей мы покупаем всегда много. Сегодня она уронила себе на ногу коробку и упала с лестницы. Снова покалечилась.

— Она совсем маленькая, поэтому везде лезет?

— На самом деле она младше меня всего на десять минут. Мы двойняшки, но у неё в одном месте шило с самого рождения.           Заморосил дождь. С каждой минутой он всё усиливался. Осаму выругался себе под нос, что забыл дома зонт и хотел успеть вернуться обратно до начала грозы, но не успел. Лукас улыбнулся краями губ, достал свой и пригласил знакомого подойти ближе к нему, чтобы тот тоже мог спрятаться.

— Я провожу тебя до дома, чтобы ты не промок.

— В этом нет необходимости. Да и боюсь, что ты не сможешь сориентироваться и вернуться самостоятельно. Лучше скажи, где ты живёшь, я провожу тебя сам.           Лукас уже и забыл, что первый раз за два дня вышел на улицу в новом городе. Ему стало очень стыдно, и щёки налились красным.

— Ты спросил меня про пластыри, могу я тоже узнать кое-что у тебя?

— Да, спрашивай.

— Одни таблетки от кашля, а вторые? Что это?

— Они восполняют железо в организме. Врач их прописал.            Все ответы знакомого казались Лукасу слишком короткими и сухими, будто тот вообще не хотел ничего говорить. Их диалог снова ни к чему не пришёл. Лукасу пришлось просто сказать свой адрес и ждать желания Осаму заговорить первым. Но этого так и не произошло. Мальчики шли до пункта назначения лишь под раскаты грома и стук капель дождя о поверхность зонта.           Когда они наконец дошли до нужного дома, Лукас ещё раз поблагодарил Осаму за помощь. Тот уже собрался уходить, но дождь резко усилился, отчего знакомый вздрогнул и слегка поморщился. Он достал из кармана джинсов телефон и включил его на несколько секунд.

— Можешь остаться и переждать грозу у нас дома, или я отдам тебе свой зонт.

— Прости, но остаться я не могу, и зонт в ближайшее время отдать вряд ли получится, я напишу тебе адрес. Придёшь и заберёшь его сам, хорошо?

— Да, конечно. Включу навигатор и дойду с ним. Будь аккуратнее в такую погоду. До встречи, Осаму!           Парень кивнул новому знакомому, протянул бумажку с номером телефона и адресом, взял из рук Лукаса зонт и скрылся за дверью.           Джессика вылетела из коридора с новой ссадиной на щеке. Лукас без лишних слов достал из пакета упаковку пластырей, вытащил один из них, распечатал и наклеил на щёку сестры. Та лучезарно улыбнулась и поцеловала брата в лоб. Лукас удивился такому приливу нежности. Однако сразу после поцелуя девушка дала ему несильный щелбан. Вот теперь Лукас узнал свою сестру.           За ужином вся семья слушала рассказ о похождениях в аптеку под ливнем и обратно. Лукас рассказал про Осаму, с которым встретился и познакомился, про то, что одолжил ему зонт и завтра пойдёт за ним к нему домой.

— Судя по твоим рассказам, Осаму — неплохой парень. Познакомь с ним и Джессику. Вдруг дружить начнёте, — наколов на вилку дольку картофеля, сказал мужчина во главе стола. — Лукас, попроси его, чтобы познакомил вас и со своими знакомыми. Думаю, вам будет лучше привыкать к новому дому, когда будет, с кем общаться.

— Он хоть немного симпатичный? — покрутив на вилке огурец перед глазами, спросила Джессика.

— Джесс, ты не о том думаешь, важно же, что у человека внутри, а не снаружи, — перебила сына, который хотел что-то сказать, мать, поставив на стол графин со свежевыжатым соком.

— Почему не о том? Если он страшненький, то с ним будет некомфортно гулять. Какой тогда смысл от этой дружбы, если она приносит только дискомфорт? — совершенно равнодушно ответила девушка и отложила вилку в сторону.

— Не знаю даже, как его описать. У него очень интересная внешность, которая походит на азиатскую, однако его глаза зелёные. Ещё Осаму очень худой: впалые щёки, тонкие запястья и тому подобное. Мне кажется, он может чем-то болеть, поэтому так выглядит.

— Фу, дистрофик, — фыркнула Джессика, — тебе такой не подойдёт.

— Джесс, с ума сошла?! — воскликнул Лукас и подскочил с места, чуть не опрокинув свой стакан с соком.

— Почему сразу сошла с ума? Я помочь хочу: найти тебе идеального партнёра или партнёршу.         Лукас покраснел и сел обратно на своё место. Он стал перекладывать овощи с одного конца тарелки на другой, даже не поднимая глаз на сестру.

— Нет, если тебе он понравился… как его там… Осаму, да? Так вот, если вдруг он тебе правда симпатичен, то я должна на него посмотреть и оценить своим экспертным глазом, — сказала довольная Джессика и подмигнула брату.          Лукас смутился ещё сильнее. Чтобы попытаться немного расслабиться, наколол на вилку небольшой кусочек помидора и положил его в рот. Его сестра хихикнула и потянулась за стаканом сока.          После ужина двойняшки поднялись в свою комнату на втором этаже. Джессика села за стол, на котором уже успела разложить свой любимый пазл с ночным Нью-Йорком, а Лукас потянулся за телефоном. По приходе домой он успел поставить его на зарядку. Подросток стал пролистывать ленту уведомлений всех социальных сетей. Он засмотрелся на фотографию кролика и задумался о новом знакомом и шутке своей сестры. А вдруг Осаму ему правда показался симпатичным?           Как он ему и сказал, имя и внешность очень красиво сочетались, изюминка в виде очков и зелёных глаз была ему только к лицу. Конечно, очень сильно была заметна его нездоровая худоба. Лукасу казалось, что дотронься он до него, Осаму сразу же сломается: тот выглядел настолько хрупким. Хрупким, но изящным. Например, длинные худые пальцы показались Лукасу очень красивыми и... музыкальными? Можно было лишь предположить, что Осаму занимался игрой на каком-либо инструменте, но на ум приходило только три варианта: фортепиано, гитара и скрипка.

А ведь точно. Лукас вспомнил, что даже при их сегодняшней встрече на шее Осаму были наушники. Большие чёрные наушники. До разговора по телефону он наверняка слушал музыку. Хотя, с чего такие выводы? Если обратить внимание на очки можно сделать ещё предположении о любви знакомого к книгам. Если это было так, то они с Лукасом уж точно смогут найти общий язык.            Что же в его внешности было ещё такого запоминающегося? Пока Лукас усердно пытался вспомнить ещё хоть малейшую деталь, чтобы порассуждать про неё, в него прилетела декоративная подушка

— Лукас, ты меня вообще слушаешь?! — крикнула ему Джессика, сидевшая всё это время с пазлом за столом. — Я перед кем тут вообще распинаюсь сижу?!

— Прости, Джесс. Я снова задумался, — с губ Лукаса сорвался нервный смешок.

— Сколько можно? У тебя скоро голова дымиться начнёт от такого количества разных мыслей! Прекращай думать, пошли лучше фильм посмотрим! Я такой ужастик нашла классный!

— Ну ты же знаешь, что я терпеть не могу ужасы. Предложи лучше маме, она точно согласится.

— Но мама всегда смеётся с современных ужастиков! С ней интересно смотреть старые фильмы. Ну Лука-а-ас, — жалостливо протянула девушка.

— Ты маме сначала предложи, а потом ко мне приходи. Вдруг она оценит фильм.

— Кто сказал фильм ужасов? — внезапно появилась в дверях их мать. — Снова что-то забавное?

— Ну ма-а-ам! — протянула Джессика.

— Ладно-ладно. Я вообще пришла вам предложить по гласить Осаму к нам в гости на ужин.           В гости? Он точно не согласится. Лукас помнил, что новый знакомый не имел возможности в ближайшее время даже самостоятельно прийти, чтобы зонт отдать, а тут мама хотела пригласить его на ужин. Осаму не выглядел как человек, который любил подобные вещи, да и людей в принципе. Он тихий, первым не начинал диалог. Какой ему семейный ужин в компании людей, которых он знать не знал? Это доставит ему только дискомфорт и отобьёт желание общаться с их семьёй в принципе.           Лукас попытался это всё объяснить матери, но та сказала, что он сам себе напридумывал много странного. Она просто не поверила в сказанное и настояла на том, чтобы когда брат и сестра пошли забирать у Осаму зонт, пригласили его к ним в гости. Отказы принимать было нельзя, да и с матерю спорить бесполезно: она упрямая, как и Джессика. Лукасу осталось только вздохнуть и согласиться.          Джессика отложила в сторону пазл и села на пол рядом с кроватью, где сидел её брат. Она внимательно стала рассматривать его лицо, пока Лукас вопросительно не поднял брови.

— О чём можно постоянно думать? Знаешь, как мне иногда хочется залезть в твою голову, чтобы узнать это. Что за суперские и важные вещи ты сам с собой обсуждаешь? Не знаю, замечал ли ты сам, но в последнее время ты стал сам собой разговаривать. Со стороны это выглядит странно и жутковато, если честно.

— Ты думаешь, что твои разговоры с неодушевлёнными предметами после новых травм выглядят более нормальными? И вообще, у меня очень много мыслей, а ты не даёшь им всем встать по местам своей болтовнёй. Ты же вроде пазл собирала, нет?

— Мне уже надоело. Сейчас снова за вечер всё соберу, а потом скучать. Когда школа начнётся? Хочу уже скорее познакомиться с одноклассниками и вообще посмотреть, что это такое!

— В интернете почитай.

— Фу, какое нудное слово — "почитай". Тебя сразу напоминает, — фыркнула Джессика и скрестила руки у груди.

— Иди одна фильм посмотри, мне нужно продумать то, как мы пойдём…

— Осаму! — перебила его сестра. — Точно! Ты же о нём думаешь, да? Он тебе всё-таки понравился?

— Джесс, нет! Я… Я просто не знаю…         На щеках Лукаса проступил румянец, что сильно рассмешило его сестру и натолкнуло дальше продолжать смущать брата. Это она умела делать лучше всех.

— Вижу же, что права. Раскраснелся бы ты просто так, а, братишка?

— Замолчи же уже! Я просто пытаюсь проанализировать…

— Опять какие-то скучные и длинные слова! Лукас, не будь занудой! Что думаешь на счёт него?

— Я не собираюсь обсуждать с тобой человека, которого ты в глаза не видела. И вообще, это подло и…

— За-ну-да, — по слогам отчеканила девушка, подняла с пола декоративную подушку и снова запульнула её в брата. — Ну Лукас, я же как лучше хочу. К тому же, как не эксперт вроде меня поможет тебе разобраться со своими чувствами?

— Нет у меня никаких чувств, прекрати!           Лицо Лукаса уже всё горело. Он уткнулся носом в покрывало и что-то промычал. Он чувствовал себя ужасно неловко и начинал сильно переживать за знакомство Осаму и его сестры. Гиперактивный человек вроде Джессики не очень подходил тихому и спокойному знакомому. Хотя, были ли у него вообще друзья?

— Не закончишь думать, как я и говорила, у тебя голова дымиться начнёт, — спокойно сказала Джессика и встала с пола.            Лукас не стал ей ничего отвечать. Он просто развернулся лицом к стене и тяжело вздохнул. Сестра совсем сбила его с толку. Все мысли разбежались, а тараканы в голове бились в конвульсиях. Всё-таки Джессика была права: если Лукас срочно не отвлечётся, то дело не закончится ничем хорошем, только очередным переутомлением и бессонницей. Голова начала гудеть, а от нового раската грома Лукас чуть не упал с кровати.

***

Джессика вприпрыжку шла рядом с братом по улице. Лукас внимательно смотрел на стрелку навигатора в своём смартфоне.

— Мы точно идём правильно? Эй, Лукас, ты снова меня не слушаешь?

— А? Да, всё верно.

— Земля вызывает Лукаса! Вернись уже на орбиту! Снова ты слишком много думаешь!          Лукас виновато улыбнулся и затормозил. Сестра, которая сместилась и последние пару минут прыгала прямо за братом, не уследила за резкой остановкой и врезалась в него. Брат и сестра упали на влажный асфальт рядом с дорогой.

— Ты чего так тормозишь резко?! — начала возмущаться девушка.

— Кажется, мы не туда свернули. Нужно вернуться, — спокойно ответил ей брат и стал подниматься на ноги.           Лукас отряхнул спортивные штаны и снова заглянул в навигатор, после чего стал оглядываться.

— Мы потерялись? — решила полюбопытствовать Джессика, пока отряхивала свои колени.

— Кажется, да.

— Когда кажется, креститься надо. А нам сейчас нужно дорогу найти!

— Да знаю я. Подожди, дай найти хоть какой-нибудь номер на доме, чтобы понять, где мы вообще. Мы свернули то ли на один квартал раньше, то ли на два. Нужно понять…

— Да что там понимать? Пошли вперёд, и всё! — перебила его сестра и побежала по дорожке вдоль трассы.

— Вечно ты не слушаешь меня, — покачал головой Лукас. — вообще-то я старше тебя. А старших надо слушаться, если ты не знала!

— Ой-ой-ой! Ты старше всего на десять минут! — крикнула ему Джессика, которая развернулась и бежала уже спиной вперёд.

— Не упади только, — тихо пробормотал себе под нос Лукас, а через минуту, когда поднял глаза, увидел, что сестра уже снова сидела на влажном асфальте и потирала бедро. — Что и требовалось ожидать…          Лукас убрал телефон в карман и побежал к сестре. Вот только когда он наконец оказался рядом, Джессика уже встала и с кем-то разговаривала, рассыпаясь в извинениях. Рядом с ней стоял парень роста примерно такого же, как и Лукас. Светлые блондинистые волосы по плечи были собраны в низкий хвост, на руках были чёрные перчатки без пальцев, одет в объёмные шорты и голубую футболку. Он улыбался и повторял, что всё в порядке.

— Дай угадаю, ты кого-то уже сбить успела?

— Не просто кого-то. Знакомься вот, братишка, это Леонард, — улыбнулась Джессика и указала на нового знакомого.

— Можно просто Лео. Приятно познакомиться. Я месяц назад только переехал, поэтому рад любым знакомствам!

— Я Лукас, а с сестрой ты уже знаком. Мы тоже переехали сюда на днях. Вчера вот только вещи последние разобрали. Знаю, наверно не очень правильно так сразу спрашивать, ты сам наверно не очень тут ещё ориентируешься, но не знаешь ли, где находится Северная улица? Нам бы хотя бы на неё выйти, а дом сами найдём.

— Северная улица? Я там живу. Какой дом вам нужен?

— Дом? А, сейчас, — сказал Лукас и полез в карман за телефоном. — Тридцать седьмой.

— Ой, так вы к Осаму? Я его сосед и друг. Могу вас проводить!

— Как же повезло второй день подряд наткнуться на проводника. Вчера Осаму проводил меня до аптеки и домой, сегодня ты провожаешь нас к нему.

— А зачем вам к нему? Он не сказал, что плохо себя чувствует? — удивился Леонард и остановился.

— Он попросил зайти к нему и самостоятельно забрать зонт, который я ему одолжил вчера.

— Вот ведь балбес… Вообще всё равно на своё здоровье.

— А чем он болеет? Такой бледный и худой.

— Не знаю. Он очень плохо ест, страдает от дефицита железа. На этом всё. Хотя, я его понимаю. Тоже ненавижу про болячки рассказывать, — пояснил Леонард.           Лукас замолчал. Он задумался о разных болезнях, при которых теряют много веса и имеют проблемы с аппетитом.

— А сейчас у него гастрит обострился. Вчера выпил какое-то обезболивающее и за моими таблетками в аптеку пошёл, дурак. Я говорил ему, что позже сам куплю, но нет. Этот упрямый ослик должен позаботиться обо мне. Я говорил ему, что в разы чувствую себя лучше, что ему самому сейчас хуже, чем мне, но он всё упирался. Я уверен, что снова всю ночь он просидел на коленях в туалете или пролежал на полу, тихо скуля от боли в желудке.

— Ты с виду очень активный, а Осаму по рассказам Лукаса тихий и скромный. Как вы вообще сдружились? — спросила Джессика, обогнав брата.

— На самом деле со мной он ведёт себя более открыто. Да, в начале я не мог его разговорить, да и когда у него настроение "хочу побыть один и порисовать", я стараюсь делать всё, чтобы находиться рядом, но при этом не причинять ему дискомфорт. Я дорожу Осаму ка лучшим и единственным другом. Мне с ним хорошо, и он со мной пытается показывать настоящего себя, что меня очень сильно радует. Мы ведь оба дружить не умеем. Мы друг у друга первые друзья в осознанном возрасте.          Лукас старался вникать в каждое сказанное Леонардом слово про их с Осаму дружбу и пытаться проанализировать всё сказанное в короткие сроки, отчего голова снова начинала гудеть. Из мыслей его снова вывел голос сестры:

— Прекращай много думать, у тебя из ушей уже пар валит! Ты вообще нас слушаешь?

—Д-да. Простите, — откликнулся наконец Лукас.

— Я зайду и вынесу вам зонт. Если Осаму будет не при смерти, возможно, даже выйдет к вам поздороваться. Насколько я помню, он сейчас дома один, — задумчиво произнёс Леонард.           Когда ребята смогли добраться до нужного дома, Лукас резко затормозил. Он очень сомневался, что новый знакомый всё-таки сможет к ним выйти, да и было ужасно неловко беспокоить его, зная о плохом самочувствии. Он наверняка был бы рад только одному Леонарду, но никак не им с Джессикой.           Леонард открыл калитку и пригласил Лукаса и его сестру во двор. Сам он подошёл к входной двери дома и позвонил в звонок. Через пять минут ожидания дверь никто не открыл, поэтому Леонард сделал это самостоятельно.           Джессика спиной облокотилась на пластиковый забор и вздохнула. Наверняка она ожидала интересной встречи и знакомства с новым человеком.

— Не стойте во дворе, проходите в дом, — послышался уже знакомый тихий голос.           Лукас спокойно выдохнул и пропустил сестру перед собой. Двойняшки скинули с себя обувь и прошли на кухню, где уже сидели Осаму и Леонард. Хозяин дома приветливо улыбнулся гостям и налил всем чай.

— Вы простите, что я в таком виде перед вами, — виновато опустив взгляд на свои трясущиеся руки, сказал Осаму, а затем протянул Лукасу чашку с чаем.

— Всё в порядке. Осаму, познакомься, — Лукас указал на свою сестру, — это Джессика. Я про неё тебе уже говорил.

— Да, я помню. Рад знакомству, — улыбнулся Осаму и ненадолго зажмурился.           Леонард, явно обеспокоенный состоянием друга, поправил плед на его плечах и придержал под руку, помогая присесть. Сегодня Осаму был бледнее, чем вчера.

— Как ты себя чувствуешь? — решил поинтересоваться Лукас.

— Я сегодня ещё не принимал обезболивающее, но если сравнивать с первым днём, то в разы лучше. Спасибо, — вежливо ответил Осаму.

— Мы не задержимся надолго, не переживай. Тебе ведь нужно отдыхать сейчас, — сказала Джессика и улыбнулась.

— Нет-нет. Можете оставаться до самого вечера. Я сейчас выпью лекарство, и мне полегчает. Можем вместе подняться ко мне в спальню и посидеть там. Тем более, скоро должна вернуться моя сестра с её мужем и ребёнком. Не хочу снова быть в их компании. — Он сделал глоток чая и снова ненадолго зажмурился. — Я буду только рад, если вы задержитесь.

— Родители нам сказали только зонт забрать и вернуться. Да и если мы тут до темноты будем, точно снова заблудимся. Спасибо за гостеприимство и извини за беспокойство, — ответил за обоих двойняшек Лукас и встал из-за стола.            Осаму заметно поник, отчего Лукас почувствовал себя очень неловко. За сестру он думать не мог, но ему показалось, что она тоже слегка смутилась и покраснела. Джессика знала, что такое стыд? Лукас глазам поверить не мог.

— Лео, а ты сможешь остаться? Достаточно хорошо себя чувствуешь?            Леонард улыбнулся ещё шире и утвердительно кивнул головой. Лукас спокойно выдохнул, подумал, что эти двое точно найдут общий язык и не будут чувствовать себя неловко рядом друг с другом. Ни о какой симпатии к Осаму даже думать не стоило. Глядя на то, как Леонард заботился о нём и как смотрел, мысли приводили только к одному. Хотя, это были просто догадки.            Лукас и Джессика вместе ещё раз поблагодарили хозяина за гостеприимство, и Леонард проводил их до двери. Осаму не поленился и нарисовал маршрут от своего дома до дома двойняшек со всеми зданиями, даже по типу магазинов и парикмахерских. Лукаса поразила эта точность, потому что с этой картой они добрались до дома за пятнадцать минут и ни разу не заблудились.            Было интересно, заметил ли "эксперт" в лице Джессики то, как на Осаму смотрел Леонард. Его взгляд был полон нежности, сострадания. В какой-то момент Лукасу даже показалось, что друзья так переговаривались: не издавая ни звука, просто смотря друг другу в глаза. Стоило ли об этом говорить с сестрой? Надо ли вообще поднимать тему их знакомства с Леонардом и Осаму? Или может Джессика сама скоро заговорит об этом? О чём Лукасу сейчас вообще стоит думать? Чёрт. Голова снова загудела. Лукас инстинктивно поморщился, чем привлёк внимание сестры.            Джессика внимательно осмотрела брата с ног до головы, но ничего не сказала. Неужели она тоже о чём-то думала? Но, видимо в голове у неё было всё, кроме их маршрута, потому что девушка уверенно прошла мимо нужной калитки. Лукас успел вовремя схватить её "за шкирку" и вернуть назад. Не сделай он этого, Джессика так бы и ушла дальше по улице. Такая уж она невнимательная в глазах брата. И не только брата.            Лукас открыл калитку и первой пропустил внутрь сестру. Джессика всё также вприпрыжку проскочила во двор и первым делом упала, споткнувшись о шланг на траве. Лукас слегка помассировал переносицу и присел на одно колено рядом с сестрой, чтобы помочь ей подняться, но Джессика проигнорировала жест доброй воли от брата и встала на ноги сама.

— Хочу вечером поговорить, — это было всё, что сказал тогда Лукас.           Джессика, казалось, знала, что их день завершится именно так, хотя до заката было ещё много времени.

Лукас никогда не сомневался в сестре. Почти никогда. Когда Джессика вела себя серьёзно, с ней вполне себе было приятно вести диалоги, даже разговаривать по душам. Какой разговор их ждал, Лукас прекрасно понимал. Понимал, но в то же время боялся того, что скажет ему сестра на счёт всего произошедшего.

— Дурак, снова много думаешь? — усмехнулась Джессика и протянула брату руку.             Только в этот момент Лукас осознал, что всё время своих размышлений так и просидел на одном колене на сырой траве. Он неловко улыбнулся и встал. Двойняшки вместе пошли к дому.