Глава 24

Дима

Я в очередной раз убедился, что рядом с ней невозможно контролировать себя. Не хотел же говорить, признаваться в чувствах своих. А что в итоге? И свои открыл, и о её узнал. Хоть и догадывался об этом. Сложно представить, сколько на неё сейчас всего навалилось, так теперь ещё и мои чувства, её собственные, которые сама же признала. К чему приведет это признание? Одно Богу известно. Но если это плохо обернется для неё...

Мой взгляд вновь упал на Веронику. Такая хрупкая, маленькая, так мирно сопит совсем рядышком, примостившись у моей груди. Уйти надо. Но будить совсем не хочется. Хочется засыпать рядом с ней, просыпаться рядом с ней. Просто быть рядом, всегда.

Её внешность, которая безусловно отличает её ото всех других девчонок, её характер, умение постоять за себя, и сила, которую она была вынуждена выращивать в себе, чтобы защищаться от остальных. Мой маленький светлячок, который светил в кромешной тьме людям, не ценившим тебя. Я буду заботиться о тебе.

Моя рука медленно опускается на её белоснежные волосы и Ника тут же льнет головой к моей руке, словно кошка, истосковавшаяся по ласке. Я улыбаюсь, осторожно, чтобы не разбудить, заключаю её в объятия и она легко прижимается ко мне в ответ.

Это так странно. Всё это. Я никогда не был таким милым и заботливым с девушками. Конечно, моей сестры это не касалось никогда. Я никогда не был таким спокойным, и... Взрослым. На удивление, я стал ощущать себя так совсем недавно. И это пугало меня. И притягивало. Столько противоречивости и притягательности таилось в этом, и это забавляло меня. Мне нравилось то, что я чувствовал рядом с ней. Мне нравилось, что я хотел касаться её не только для того, чтобы воплотить свои сексуальные фантазии, которые вертятся в моей голове столько времени, в жизнь. Но и чтобы утешить её, лишний раз коснуться её бархатистой кожи; лишний раз почувствовать под пальцами мурашки, которыми она каждый раз покрывалась. 

Она пытается быть колючкой, когда на самом деле нежнее подснежника. 

Она такая чистая... Что я не посмею тронуть её, пока она сама не захочет этого. Я не буду становиться в её глазах одним из тех придурков, которые очень жаждут залезть в чьи-то трусы. Хотя я удивлен, что Ника не злиться из-за происшествия с Адэль, потому что тогда я повел себя именно так.

Мои скулы напряглись. Адэль... Почему же я вспомнил о тебе сейчас? Ах да, точно. Я ведь обещал тебе райскую жизнь за твой поступок. И на этот раз пощады никакой не будет.

Даже несмотря на то, что наша с ней история закончилась весьма плачевно, грустно признавать - раньше она была совершенно другим человеком. Когда мы еще были младше, не было никаких проблем, лишь беззаботная жизнь... Которая резко подошла к концу.

Она выбрала не ту дорогу после того, как стала совершеннолетней. Опека родителей всегда раздражала её, а вечные запреты на всё, что только было можно - привели её к решению действовать за спиной. Она стала изворотлива, как змея, и хитра. И это в дальнейшем  и сыграло с ней злую шутку. Она стала лгать всем, неосознанно или специально - только она может знать это наверняка. Но от того она чуть не лишилась всех, кто дорожил ей. 

На тот момент мы еще не были в отношениях, но даже как другу мне весьма не нравились такие перемены в ней, и она прекрасно это понимала. А может, мне просто казалось, что это так. Когда она была на грани смерти из-за передозировки наркотиками, я единственный, кто остался рядом. Даже Аня, с которой они так тесно общались, не смогла выдержать такого. А я был влюбленным дураком, которого она манила пальцем и я шел. Я помог ей тогда с условием, что она больше никогда не вернется к такому образу жизни. И она пообещала.

Но снова соврала. Через месяц заголовки прессы пестрили одной только новостью: обокрали известного бизнесмена, личность преступника неизвестна. Но только я знал, кто это был. Она выкрала важные сведения у своего отца, будучи под кайфом. И какова же была причина? Ей просто пообещали еще дури. А потом стали шантажировать и чуть не убили. И рядом снова был я. Помог выпутаться, достал эти злосчастные документы и подставил другого человека. Но на этот раз я перестраховался: я записал момент, когда мы договаривались с Адэль об исполнении всего этого плана, и она там так слезно рыдала и умоляла меня не рассказывать отцу правду, ведь он бы её убил.

И спустя столько лет, когда она забыла об этой записи, я могу ей воспользоваться. Её отец работает на меня уже второй год, и все никак не может успокоится из-за того происшествия. Он перестал доверять кому-либо кроме своей доченьки, которая после нашего расставания сразу прибежала к нему и села на шею. Сколько денег он потратил на то, чтобы его дочка скиталась по мужикам и продолжала принимать наркотики? Можно с ума сойти, представляя это. Но эту сказку я сегодня разрушу.

-М-м... Дима? - Ника приоткрыла глаза, уставившись своими сонными глазками на меня. -Ты остался со мной?

-Конечно, остался. Или может надо было уехать домой? - я начал подниматься, демонстрируя, что могу и оставить её одну, но девушка лишь насупилась, крепче стискивая свои маленькие ручки за моей спиной. Я лишь улыбнулся.

-Не об этом я говорила, -она вновь прикрыла глаза. -Дурак.

Вероника снова уснула. Время уже близилось к утру, а значит скоро придет время с ней прощаться. Меньше всего хотелось уходить. Я не мог уснуть, запутавшись в паутине собственных мыслей. Каждый раз я вспоминал, как она рассказывала мне о своем брате. Каждый раз думал о том, что поступаю как трус, ведь не могу рассказать ей правду, которую она заслуживает знать, чтобы  успокоиться. Тогда как кто я поступаю теперь? Я знаю, что позже смогу ранить её, и я этого - видит Бог - не хочу, но что я продолжаю делать? Все ближе пробираюсь к её сердцу, которое, видимо мне никогда не сберечь? Я сказал, что люблю и услышал ответное признание лишь для того, чтобы потом смотреть в её глаза и не видеть ничего от былых чувств? Лишь жгучую ненависть и отвращение к самому себе?

Я не могу допустить, чтобы она так мучалась. Не могу позволить мучаться и себе. Но что я могу предпринять? Ничего. И от понимания этого кровь в жилах застывает. Вернуться бы назад и все исправить... Но, к сожалению, время вспять повернуть нельзя, даже если бы это было очень кстати. 

Вероника потянулась сквозь сон, медленно переворачиваясь на спину, от чего мне пришлось убрать руки и дать ей немного места для её маневров. Она открыла глаза, сощурившись от солнца, которое уже взошло, и улыбнулась мне. Так открыто, так ошеломительно красиво, что у меня сбилось дыхание.

-Доброе утро, - полусонно произнесла она, немного смутившись.

-Доброе, -сказал я и прочистил горло. Вот же блин..

-Я сегодня первый раз спала с парнем...

Я вопросительно вскинул бровь вверх, наблюдая, как Вероника заливается краской. Оказывается, двусмысленные предложения со стороны звучат именно так? Однако, это и вправду меня удивляет.

-Ч... Чего ты так на меня смотришь? - Ника резко натянула на свою голову одеяло, а я лишь засмеялся.

-Ты так мило смущаешься, - я рывком стягиваю одеяло с её лица и нависаю сверху. -Не надо от меня прятаться в такие моменты.

Она зарделась еще больше, но именно этого я и добивался. Мне чертовски нравится смотреть на неё такую. Приоткрытые розовые губки, глаза блестят ярче обычного, а щеки почти что красные. Это манит, и... Заводит.

-Ты просто действительно первый парень, с которым я спала в одной кровати. 

-Это будет не первое достижение. Ты ведь теперь моя.

Я сам не понял, что вырвалось из моего рта. Но по взгляду Ники, по тому как участилось её дыхание, быстро сообразил и сам смутился.

-Ну, это если ты конечно, не против... - голос едва задрожал.

-Не против, - Ника аккуратно положила руки  на моё лицо и прижала свой лоб к моему так, чтобы наши глаза находились на одном уровне. -Я буду твоей.

-Не говори мне такие вещи пока что, пожалуйста, - я едва держал себя в руках. Не хочу пугать её. Не так быстро все произойти должно. И без того вчера позволил себе грубую шалость. Но от её близости контроль и я становимся не совместимы.

-Ладно...

Вероника будто чем-то расстроилась, и вот, я уже было хотел ей все объяснить, как она впилась своими губами в мои. Робко, но уверенно. Я оторопел от такого порыва, но на поцелуй ответил. 

-Это что было такое? - спросил, закидывая ногу на ногу, наблюдая за тем, как Ника спряталась от меня за дверкой шкафа, чтобы переодеться. Вот только проблема: дверки её шкафов были оборудованы зеркалами не только с внешней стороны, но еще и с внутренней.

-Я проявила активность. А что? - Вероника спускает с себя черный лифчик - последнюю вещь, прикрывающую её белоснежное тело. Из-за своеобразной ширмы показались голубые глаза и белые волосы, но после сразу скрылись. В это время я просто наблюдал за ней в зеркало, разглядывая её не прикрытое тело. Сантиметр за сантиметром, представляя, какая у неё бархатистая кожа. Представляя, какое на вкус окажется её тело. Бугорок на моих серых спортивках становился все больше, от чего мне становилось некомфортно. Острое желание поправить штаны, что стали такими тесными, сводтло меня с ума.

-Активность это хорошо... - сдавленно ответил я. -Воды пойду попью.

-Ладно. А у тебя будут планы на завтра?

Я слышал её голос с кухни, но отвечать пока не стал. Моё больное испорченное воображение стало рисовать мне очень перспективные планы на завтра, особенно после такого зрелища в зеркале. Она ведь знала, что там зеркало? Или настолько растерялась, что забыла обо всем?

-У тебя все нормально? - Ника коснулась моей руки и я невольно дернулся.

-Да. Нету.

-Чего?

-Планов. На завтра. Их нету.

-А, хорошо. Может  тогда сходим куда-нибудь?

Я кивнул и стал собираться. Ника рассказывала мне о том, что сегодня планирует провести весь день в больнице с братом, поедет узнавать о том, как продвигается то дело, с которым ей помогали.

Насыщенный день. Надеюсь, что следы не ведут никого ко мне.