Глава 04.

На следующий день Линь Юэ был уведомлен о том, что Линь Сяо хочет отправиться в город Нуохань, и был явно ошарашен: "Сяо-эр, что ты собираешься делать в городе Нуохань?"

"Развеять скуку" Линь Сяо использовал это как оправдание.

"Развеять скуку? Разве столица не избавляет от скуки? Ты точно хочешь уехать далеко, чтобы сделать что-то " Линь Юэ на самом деле не хотел отпускать Линь Сяо в другое отдаленное место.

"Отец, просто отпусти меня. Я вернусь через несколько дней", - взмолился Линь Сяо.

Линь Юэ вздохнул, и у него не было альтернативы. Он приказал императорскому телохранителю собрать информацию о городе Нуохань. Сидя перед письменным столом, он тщательно проанализировал их.

Линь Сяо сидел рядом с ним.

'Тремя большими кланами в городе Нуохань были: семья Линь в качестве главы, затем семья Лин и, наконец, семья Лей...' Линь Юэ развернул газету: "Но сейчас семья Лин уже сократилась, вся семья вместе составляет трех человек. Нынешний высший клан в городе Нуохань - это семья Лин. Говорят, что глава семьи Линь из города Нуохань Линь Аошэн когда-то был сыном семьи Линь в столице. Из-за того, что он совершил ошибку, его изгнали из клана, и в конечном счете он поселился в городе Нуохань. Мечта Линь Аошэна - вернуть свою семью в столицу, семью Линь'

.........

Через день Линь Сяо, наконец, прибыл к воротам города Нуохань.

Выйдя из кареты, помимо стражника, защищающего город Нуохань, Линь Сяо также увидел еще пятерых человек, стоящих перед воротами города Нуохань. На первом месте находился мужчина средних лет, одетый в слегка пышную одежду. Он явно был главой семьи среди остальных. Заметив, что Линь Сяо выходит из экипажа, все пятеро нахмурили брови, после чего они приветствовали его с взволнованным выражением лица.

Линь Сяо знал, почему они нахмурились.

Возможно, в их воображении у молодого хозяина семьи Линь были глаза, яркие, как звезды, и он также был полон достоинства. Но они никогда не ожидали, что молодой хозяин семьи Линь будет таким... откормленным.

Старики были опытными людьми.

Эти пять человек уже встречались со многими людьми на протяжении большей части своей жизни, даже если бы их мысли были полны препятствиями, на лице не отразилось бы ни капельки. Они радостно придвинулись ближе: "Вы, должно быть, молодой хозяин семьи Линь, конечно же, молодой герой!"

Десять тысяч льстецов, Линь Аошэн возвысился, вылизывая сапоги. Затем он представил других людей, сидевших рядом с ним.

После обмена приветствиями Линь Сяо последовал за Лиьн Аошэном к семье Линь.

Хотя город Нуохань был небольшим, но он был оживленным.

Люди на улицах не были похожи на столичных пешеходов, которые всегда спешили. Все были праздны и беззаботны. Некоторые простолюдины даже держали в руках приготовленные на пару булочки и прогуливались во время еды...

В прежнем переселении Линь Сяо провел всю свою жизнь в столице. Только однажды он поехал в сельскую местность. Линь Сяо чувствовал, что, хотя культиваторов в диких деревнях было не так много, как в столице, самым высоким рангом был Мастер медицины или культиватор, как в столице.

Но ему, естественно, не понравилась деревня... В предыдущем переселении он сосредоточился на том, чтобы быть главным героем, и пропустил много прекрасных вещей. Линь Сяо подумал, что когда ему придется составлять список, он, безусловно, должен как следует прогуляться по городу Нуохань.

Они добрались до семьи Линь, все слуги выстроились перед входом, ожидая прибытия Линь Аошэна и Линь Сяо.

Когда они подходили к большой двери, они вдруг услышали нежный голос: "Отец, ты вернулся". Они никого не видели, но слышали этот голос. Как и ожидалось, в поле зрения Линь Сяо появилась красивая фигура.

Мягкие брови, похожие на осеннюю воду, легкий ветерок, нефритовая кожа. Вероятно, это была прекрасная девушка, просто ее внешность была несколько незрелой. Просто подождите, пока она вырастет, и она, безусловно, будет лучше, чем сейчас.

Она подпрыгнула и зацепила Линь Аошэна за руку. Ее глаза прямо посмотрели на Линь Сяо, немного любопытствуя.

Всего один взгляд, и благоприятное впечатление Линь Сяо об этой маленькой девочке усилилось. Глаза этой девушки были просто любопытными, когда она сталкивалась с таким незнакомцем, как он. Она не была похожа на других людей, которые, как только увидели бы его, были бы поражены и испытывали некоторую неприязнь?

Девочке было всего десять лет, так что у нее не было таких глубоких замыслов. Что бы она ни думала в своем сердце, она немедленно сказала бы это: "Отец, это тот человек, с которым ты и другие старейшины встретились", - она потянула Линь Аошэна за рукав и слегка надула свои мягкие губы.

"Ваньер, не груби. Он молодой мастер столичной семьи Линь, Линь Сяо", - Линь Аошэн похлопал по руке свою собственную дочь. Его тон был обвиняющим, но на лице не было гнева, и послышался мягкий смех: "Молодой мастер Линь, это моя никудышная дочь: Линь Ваньер".

Его дочь была всем для Линь Аошэна, поэтому он должно быть сильно баловал Ваньер.

Линь Сяо сказал с улыбкой: "Ваньер, привет, просто зови меня Сяо-гэге*".

*старший брат

"Сяо-гэгэ!" - воскликнула Линь Ваньер резким тоном. Линь Сяо почувствовал, что его сердце тает от этого сладкого призыва.

Он не мог вытерпеть, когда погладил Ваньера по голове. Он выудил маленькую фляжку из отделения для горчичных зерен и сунул ее в руки Лин Ваньеру: "Вот, первый подарок твоего гэге".

Лин Ваньер получила изысканную и красивую маленькую фляжку. Она не отказалась и только поблагодарила, улыбаясь: "Спасибо тебе, Сяо-гэгэ".

"Хорошо, давай зайдем внутрь, чтобы поговорить" когда Линь Аошэн открыл рот, он потянул свою дочь левой рукой, а правой повел Линь Сяо внутрь.

Во время еды Линь Сяо почти ничего не ел. Это было нелегко, когда отец заставлял его есть, теперь он мог воспользоваться этой возможностью, чтобы есть меньше.

Линь Ваньер сидела рядом с ним.

После еды, пока Линь Сяо стоял на прежнем месте, чтобы немного отдохнуть, чья-то голова тихо придвинулась ближе, прошептав: "Сяо-гэгэ, завтра давай выйдем на улицу. Только мы вдвоем... не говори отцу. Если ты это сделаешь, он снова отправит большую кучу охранников. Я не могу играть свободно", - Линь Ваньер надула губки. Хотя она шептала очень тихо, но Линь Аошэн, который был на стадии Сюань высокого ранга, не мог не услышать эти слова в этой большой гостиной.

Но Линь Аошэн не вмешивался, он просто тихо улыбался и был довольно беспомощен по отношению к своей избалованной дочери.

Линь Сяо понял Линь Ваньер и знал, что Линь Аошэн наверняка все слышал, поэтому он подражал интонации Лин Ваньер и ответил: "Хорошо, я никогда не был в городе Нуохань, завтра своди меня куда-нибудь, хорошо?"

"Да, да" Линь Ваньер прикрыла губы и рассмеялась: "Я знакома с городом Нуохань. Несмотря на то, что отец посылал группу охранников присматривать за мной, не позволяя мне беспорядочно бродить вокруг, но я постоянно ускользал. Эти глупые охранники вообще меня не обнаружили"

Линь Сяо в настоящее время находился на стадии Хуань. За исключением скрытых сокровищ на культиваторах, если бы культиватор был ниже его, пока Линь Сяо оглядывался, он, естественно, знал бы о совершенствовании другого.

Очищение Ци Девятого слоя, а Линь Ваньер было всего десять лет. Город Нуохань не был похож на столицу, где можно было купить бесчисленное множество небесных материалов или магических лекарств. Поэтому самосовершенствование Линь Ваньер было в основном подлинным... этот природный дар, его можно было бы искренне считать неплохим.

Он не ожидал, что кроме Лин Ло, там была еще и Линь Ваньер из семьи Линь. Но почему это не было упомянуто в "Изменении небесного свода" . Линь Сяо тщательно припомнил начальные главы "Изменения небесного свода", подтверждая, что такая Линь Ваньер из семьи Лин не существовала, даже когда семья Линь была уничтожена, не было никакого упоминания.

Как это произошло?

Может быть, его первое перерождение вызвало эффект бабочки?

Глядя на сияющую улыбку Линь Ваньер, Линь Сяо предположил, что, возможно, в этой жизни, независимо от того, была ли это семья Линь из города Нуохань или столичная семья Линь, они не будут пушечным мясом для Лин Ло...

Думая о душе того нефритового кулона в пещере, сердце Линь Сяо горело...