Глава 2. Не теряя надежды.

Пролетела неделя. Большинство школьников и их родителей разъехалось. МакГонагалл и Флитвик руководили работами по восстановлению замка. Хогвартс подвергся серьезным разрушениям, приходилось восстанавливать зияющие проломы в стенах, выбитые повсеместно окна, разрушенные лестницы. Но замок обладал огромной магической энергией и словно сам стремился помочь волшебникам, приводящим его в должный вид с помощью заклинаний. Деятельность по восстановлению Хогвартса позволила Молли и Артуру Уизли отодвинуть гибель Фреда куда-то в глубину сознания, давала возможность занять себя многочисленными заботами. Но страшное знание все равно прорывалось наружу, и Гарри подумал, что никогда ему еще не приходилось видеть миссис Уизли такой потерянной. Заплаканные глаза на побледневшем, осунувшемся лице, ставший тихим и бесцветным голос, отсутствие улыбки делали Молли не похожей на саму себя. Артур держался лучше, но было заметно, что и он сильно подавлен. Рон, Джинни и Джордж старались находиться рядом с родителями, поддерживая их и стараясь подбодрить. Перси, которому Кингсли поручил возглавить отдел магического правопорядка, снова стал очень важным и уехал из Хогвартса, чтобы приступить к новой работе. Однако, теперь он тоже старался не потерять связи с семьей. Каждый день сова приносила от него небольшие записочки, в которых он вкратце сообщал родителям о ходе дел в министерстве и обязательно прибавлял несколько утешающих и ободряющих слов. Миссис Лонгботтом тоже задержалась в замке, чтобы помочь в восстановительных работах. Большую часть времени она проводила с Невиллом и Луной. Невилл теперь совсем не походил на того растерянного, неуверенного в себе мальчишку, которым он был в первые годы обучения. Подтянутый и серьезный, он деловито перемещался по замку, безошибочно выполняя свою часть работы. Бабушка смотрела на него с гордостью и неустанно повторяла, что Невилл - истинный сын своих родителей. Гермиона и Гарри регулярно навещали Снейпа. За неделю больничное крыло опустело, и зельевар остался единственным пациентом. Слагхорн, продолжая варить восстанавливающее зелье, с каждым днем все больше и больше мрачнел. Профессор видел, что даже усиленное зелье не действует, и не мог понять, как справиться с недугом Снейпа. Мастер Зелий по-прежнему лежал без сознания, дыхание его было таким слабым, что едва ощущалось. Смертельная бледность не сходила с осунувшегося лица с заострившимся носом. Мадам Помфри как-то заметила, что, по ее мнению, Северус просто не хочет жить, потому и не имеют эффекта все предпринимаемые меры. Гермиона все время проводила либо в больничном крыле, либо в библиотеке, пытаясь отыскать в книгах хоть что-нибудь, что могло бы помочь. Частенько к ней присоединялся и Гарри, но все их усилия были безрезультатны. Они ничего не могли найти, и надежда на спасение зельевара начинала медленно таять. *** Работы в замке были завершены и люди, один за другим, стали покидать Хогвартс. Последними уезжали Уизли, и Рон никак не мог взять в толк, почему Гарри и Гермиона остаются, а не едут вместе с ним. - Чем вы можете помочь? - горячился он, - Уход за больными - это дело мадам Помфри. - Это очень сложный случай, - в сотый раз устало объясняла Гермиона, - возможно, мадам Помфри не хватит знаний... - Можно подумать, тебе хватит! - запальчиво выкрикнул Рон. - Возможно, я смогу найти что-то неизвестное мадам Помфри... И кое в чем я, возможно, действительно разбираюсь лучше, чем она. Во всяком случае, мы должны попытаться... - Рон, - примирительно произнес Гарри, надеясь успокоить разгорающийся гнев друга. Он ощущал бесконечную усталость от непрекращающихся ссор Рона и Гермионы, - Мы действительно должны попытаться что-то сделать. Я чувствую это. Теперь мы связаны со Снейпом. Он спас мою жизнь, а я - его. Дамблдор говорил, что так между волшебниками возникает очень сильная связь... - Я всегда говорил, что Дамблдор чокнутый, - грубо перебил Рон, - и эти его дурацкие теории... - Его дурацкие теории, - резко возразил Гарри, тоже начиная злиться, - помогли нам победить. - Ага, - кивнул Рон, - при этом он чуть нас всех не угробил, особенно тебя, между прочим. Одни теории и никаких объяснений... - Рон, хватит, - воскликнула Гермиона, - у меня от тебя уже голова болит. - У тебя всегда от меня что-нибудь болит, - рявкнул он, - Может, я тебе надоел? - Послушай, Рон, - девушка попыталась взять себя в руки, - я понимаю, твое место сейчас с семьей, ты должен уехать. Но ты же можешь аппарировать к нам? И мы можем видеться хоть каждый день. - А ты про своих родителей не забыла? - продолжал злиться Рон, - что-то ты к ним не очень торопишься. - Я не забыла, - тихо произнесла гриффиндорка, - Но профессору Снейпу мы сейчас нужнее... - Ладно, я понимаю, он, - Рон ткнул пальцем в Гарри, - как-то там связан со Снейпом, но ты то какого Мерлина тут будешь околачиваться? - Рон, - Гарри старался говорить спокойно, - ты же не станешь спорить, что Гермиона знает больше, чем мы с тобой вместе взятые? Мне нужна ее помощь, я сам точно не справлюсь. - Все ясно, - мрачно изрек Рон, - Вы сговорились. Я вам не нужен. Он встал и, не обращая внимания на объяснения Гермионы, вышел из гриффиндорской гостиной. - Иногда он просто невыносим, - произнесла Гермиона, закусив губу. Гарри, ничего не ответив, тяжело вздохнул. Перед самым отъездом к ним забежала попрощаться Джинни. Ей было грустно расставаться с Гарри, но, в отличие от Рона, она не предъявляла никаких претензий. Она крепко обняла любимого и прижалась к его груди, а он зашептал ей что-то успокаивающее. Чтобы не мешать им, Гермиона вышла из гостиной и без всякой цели побрела по замку. Ноги сами привели ее в больничное крыло. Тихонько отворив дверь, она проскользнула в палату Снейпа. Неровный свет от двух закрепленных на стене светильников плясал по стенам. В небольшое окно, расположенное на противоположной от кровати стене, проникали последние лучи заходящего солнца. Гермиона подошла к находившемуся посреди комнаты столику, на котором стояли, оставленные Слагхорном флаконы. Чувство безысходности и страха охватило ее. Вдруг пришло четкое понимание, что это зелье не поможет, и никто не знает, что нужно делать. Девушка вздохнула и, присев на край кровати, посмотрела в бледное лицо Снейпа. Слипшиеся пряди черных волос разметались по подушке, лицо напоминало восковую маску. Она достала палочку и, направив ее на Снейпа, пробормотала заклинание. Волосы, стали чистыми и шелковистыми. - Так гораздо лучше, - удовлетворенно произнесла она, - и почему вы сами этого никогда не делали, профессор? Щемящее чувство одиночества накатило на нее, и в глазах защипало. Почему Рон все время ведет себя так? Почему она всегда должна перед ним оправдываться, хотя ни в чем не виновата? Она же любит его, почему он такой грубый и черствый? Сколько раз ей казалось, что она нужна Рону только для того, чтобы делать за него домашние задания. Но в последний год все изменилось, их отношения стали другими. И она верила в то, что он любит ее. Но сейчас девушкой овладели сомнения. Разве так любят? Гермиона сама не заметила, как стала говорить вслух. Выговорившись, она почувствовала, что ей стало легче, гнетущая тоска и боль отступили. Просидев у профессора до самой темноты, она пожелала ему доброй ночи и отправилась в башню Гриффиндора.

*** Несмотря на странное для середины мая отсутствие в школе студентов, жизнь замка и его обитателей постепенно возвращалась в привычное русло. Закончив восстановительные работы, профессора вернулись к своим повседневным делам, казавшимся после потрясений минувшей войны скучной рутиной. На МакГонагалл свалились огромные проблемы с преподавательским составом. Хогвартс был буквально обескровлен, не хватало учителей трансфигурации, магловедения и Защиты от Темных Искусств. Министерство издало постановление, согласно которому все студенты, закончившие пятый и седьмой курсы, могут сдать СОВы и ТРИТОНы в августе. Для этой цели планировалось собрать экзаменационную комиссию, которая и должна будет принять экзамены у всех желающих. Тем же ученикам, кто не сможет или не захочет сдавать СОВы и ТРИТОНы, готовясь к ним практически самостоятельно, предлагалось вернуться в школу в новом учебном году и пройти обучение на пятом или седьмом курсе повторно. Большинство юношей и девушек не радовала перспектива провести в школе один лишний год и они, разъехавшись по домам, засели за учебники, с радостью ухватившись за удачную идею министерства. Для студентов остальных курсов к их неописуемой радости экзамены были попросту отменены. В один из дней, когда МакГонагалл приводила в порядок принадлежавший ей теперь директорский кабинет, ее внимание привлекло легкое покашливание Дамблдора. - Вы что-то хотели, Альбус? - поинтересовалась женщина, отрываясь от разбора беспорядочно набросанных на столе пергаментов. - Хм... да, Минерва, - лучезарно улыбнулся Дамблдор, - если вас не затруднит, откройте, пожалуйста, тайник за портретом Финеаса Найджелуса. Открыв тайник, волшебница обнаружила в нем всего лишь свиток пергамента. - Я могу прочитать это? - осведомилась она. - Безусловно, - подтвердил Альбус. Развернув пергамент, она углубилась в чтение. Через несколько минут МакГонагалл взглянула на Дамблдора со смесью ужаса и восхищения. - О, Мерлин! - запинаясь, проговорила она, - Альбус... здесь же описана вся деятельность Северуса в Ордене, все поручения, которые вы ему давали... Я даже представить себе боюсь, что было бы, если бы эти записи обнаружили до... - голос ее задрожал, и она замолчала. - Не о чем беспокоиться, Минерва, - беззаботно изрек старый маг, - я наложил на пергамент очень сильные чары. Никто не смог бы прочесть его, пока Волдеморт был жив. - Ох, Альбус... - вздохнула МакГонагалл. - Но я считал своим долгом оставить Северусу возможность оправдаться перед магическим сообществом. Думаю, теперь проблем с этим не будет. - Да, да, - женщина поспешно кивнула, - я сегодня же передам этот пергамент министру. Лицо Дамблдора расплылось в такой счастливой, безмятежной улыбке, словно он только что съел лимонную дольку. Бывший директор Хогвартса привык доводить все свои замыслы до конца. Вечером того же дня пергамент оказался у Кингсли. Сведения, изложенные Дамблдором, произвели эффект разорвавшейся бомбы. Если до этого о роли Снейпа ходили лишь невнятные слухи, основанные на словах Поттера, брошенных им во время последней схватки с Волдемортом, то теперь были получены неопровержимые доказательства того, на чьей стороне все это время был мрачный хогвартский зельевар. Несколько дней спустя Гарри был вызван в министерство, где ему пришлось в течение нескольких часов отвечать на вопросы, касающиеся деятельности Снейпа, перед собравшимся в полном составе Визенгамотом.

*** Минуло около трех недель с момента отъезда Уизли. Гарри сидел за завтраком в Большом зале и с отсутствующим выражением лица равнодушно водил вилкой по пустой тарелке. Настроение было хуже некуда. Накануне вечером Слагхорн сообщил ему, что намерен покинуть Хогвартс. - Я оставлю вам достаточный запас зелья, - пытался он успокоить Гарри, - К тому же, мадам Помфри сможет приготовить новую порцию, когда зелье кончится. Гермиона рассеяно листала очередную книгу, пытаясь выудить из нее что-нибудь полезное. Факультетские столы были убраны, и Гарри с Гермионой, единственные оставшиеся в замке ученики, сидели за небольшим круглым столом вместе с преподавателями. Конец мая ознаменовался прекрасной погодой, и Большой зал с самого утра был залит ярким солнечным светом. Но для двоих друзей наступление хорошей погоды и приближение лета не принесло большой радости. Зарываясь в книги, тщетно стараясь найти разгадку состояния Мастера Зелий, они осунулись и побледнели от сознания собственной беспомощности. МакГонагалл давно уже бросала на них сочувственные взгляды, но этим утром, покидая Большой зал, она обратилась к гриффиндорцам: - Мистер Поттер, мисс Грейнджер, прошу вас, когда вы освободитесь, пройти в мой кабинет. Гарри и Гермиона не заставили себя долго ждать. Покончив с остатками завтрака, они поспешили к кабинету директора. Добравшись до восьмого этажа, они остановились перед горгульей, охранявшей вход. По-видимому, ей было дано распоряжение пропустить их, так как она, не спрашивая пароля, отъехала в сторону, и гриффиндорцы ступили на знакомую винтовую лестницу. МакГонагалл жестом указала им на два кресла, стоявших возле письменного стола. Дамблдор на портрете улыбнулся и поинтересовался: - Как там Северус? Я слышал, Гарри, что тебе удалось использовать возрождающее заклинание. - Да, профессор, - отозвался Гарри, - но... - Профессор Дамблдор, - перебила его Гермиона, - Мы в отчаянии, мы не знаем, что делать, - она взглянула на директора глазами полными слез, - Мы в каком-то безвыходном положении. Профессор Слагхорн уезжает и никто... никто не знает, что делать, - она стиснула руки так, что побелели костяшки пальцев. МакГонагалл подошла и мягко обняла ее за плечи. - Ну, ну, мисс Грейнджер, успокойтесь, - ласково проговорил Дамблдор, взглянув на девушку сквозь очки-половинки, - Безвыходных положений не бывает. Гораций уезжает, но это не конец света, ведь его зелье все равно не дало никакого эффекта, не так ли? Гарри и Гермиона молча кивнули. - Я предупреждал вас, что Северус может не захотеть вернуться, - продолжил Дамблдор, - Должно быть что-то, что заставит его вернуться и это не может быть просто зелье. - Но что же, что же тогда? - воскликнул Гарри. - Передо мной сидят лучшая ученица Хогвартса и могущественный маг, одолевший смертельно опасного врага, - помедлив, ответил Дамблдор, - И я убежден, что вам двоим по плечу найти выход из ситуации. Но, - он снова сделал паузу и многозначительно посмотрел на ребят, - если вы действительно желаете этого всем сердцем. Гриффиндорцы переглянулись, и Гермиона сказала: - Профессор, мы перерыли всю библиотеку Хогвартса, но я чувствую, что-то нужное и важное мы никак не можем найти. В прошлом году Гарри, - тут она запнулась, бросив быстрый взгляд на Поттера, и продолжила, - у него был старый учебник с пометками профессора Снейпа и... там было очень много полезных записей... - Но, к сожалению, книга сгорела во время пожара в Комнате-по-требованию, сэр, - сказал Гарри, - я согласен с Гермионой, мы бы обязательно нашли что-то в записях профессора. - Мисс Грейнджер, - улыбнувшись, произнес Дамблдор, - у профессора Снейпа есть личная библиотека, я думаю, там вы также найдете и интересующие вас записи. Минерва, - обратился он к МакГонагалл, - я думаю, можно пустить их в кабинет Северуса, - МакГонагалл кивнула в знак согласия. - Гарри, ты ведь в очень хороших отношениях с профессором Слагхорном? - Да, вроде бы, - промямлил Гарри, не очень понимая, к чему клонит Дамблдор. - Я думаю, пока Гораций не уехал, тебе стоит попросить у него еще флакончик Феликса Фелициса. - А откуда вам известно про... - с удивлением начал Гарри. - Гарри, мальчик мой, - усмехнулся Дамблдор, - как директор Хогвартса, я же был просто обязан знать обо всем, что здесь происходит. Ну да, конечно, юноша сам удивился, почему он задал этот вопрос, давно было пора привыкнуть к тому, что от Дамблдора ничто не могло укрыться. Выйдя из директорского кабинета, Гарри отправился разыскивать Слагхорна, чтобы поболтать с ним напоследок, а Гермиона последовала за МакГонагалл в подземелья. Перед дверью кабинета Мастера Зелий Минерва остановилась и произнесла пароль, дверь открылась и они прошли внутрь. Гермиона поежилась оттого, как здесь было неуютно, холодно и мрачно. На втором курсе ей довелось побывать в этом кабинете, чтобы похитить ингредиенты из личных запасов Снейпа для приготовления многосущного зелья. При воспоминании об этом эпизоде на ее губах появилась легкая улыбка. Как давно это было, кажется, с тех пор пролетела целая вечность. Тем временем МакГонагалл взмахнула палочкой, и в камине вспыхнул яркий огонь. Сразу стало теплее и уютнее. Отблески языков пламени заплясали по расставленным на стеллажах банкам, придавая им еще более жуткий и зловещий вид. Гермиона тряхнула головой, чтобы освободиться от мрачных мыслей и взглянула на своего бывшего декана. - Вот все книги и записи профессора Снейпа, - МакГонагалл со вздохом кивнула на два шкафа в дальнем углу, - Попробуйте поискать здесь, а я должна вас оставить, мисс Грейнджер. - Да, конечно, спасибо, профессор, - рассеяно ответила Гермиона, уже разглядывая корешки книг, стоящих на полках. Минерва вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

*** Гарри застал Слагхорна собирающим вещи. Увидев гриффиндорца, тот чрезвычайно обрадовался: - Гарри, мальчик мой, как замечательно, что ты зашел. Я не хотел уезжать, не попрощавшись с тобой. Посиди со мной немного, поговорим, - и он плюхнулся в одно из своих больших кресел, указав Гарри на соседнее. - Профессор... - начал Гарри. - Знаю, знаю, - замахал руками Слагхорн, - ты опять хочешь спросить про Северуса. Но, к сожалению, мне нечего добавить к тому, что я уже сказал. Сейчас перед нашим расставанием я хотел бы поговорить о тебе. Мне очень интересно, чем ты собираешься заниматься. Если мне не изменяет память, ты хотел поступать в авроры? - Да, профессор, хотел, - ответил юноша, - но я ведь не окончил школу, пропустил целый год, так что я рассчитываю в сентябре вернуться в Хогвартс и продолжить обучение. А потом уж буду решать, что делать дальше. - О, похвально, - заулыбался Слагхорн, - любовь к знаниям, это у тебя от матери. Другой бы на твоем месте возгордился после всего произошедшего, но ты совсем не такой. Если тебе что-то понадобится, обращайся к старику Слагхорну, я постараюсь помочь. - Профессор, - тихо сказал Гарри, - у меня есть к вам небольшая просьба. - Уже так скоро? - рассмеялся Слагхорн, - ну давай, не стесняйся. Нужно поговорить с кем-нибудь в министерстве? - Нет, нет, - быстро ответил Гарри, - это другое. Помните, профессор, вы мне дали флакон Феликса Фелициса, зелья удачи? - Да, припоминаю, - весело подмигнул Слагхорн, - И что же, ты воспользовался им? - Да, оно мне очень помогло в тяжелый час. Мне и моим друзьям. - Я очень рад, - профессор даже прослезился. - Понимаете, профессор, - осторожно начал гриффиндорец, - я был бы вам чрезвычайно благодарен, - он запнулся и посмотрел на Слагхорна, взиравшего на него с добродушной улыбкой, - Не могли бы вы дать мне еще один флакон этого зелья? Вот это и есть моя просьба, - быстро закончил Гарри. Слагхорн рассмеялся, а затем сказал: - Значит, зелье удачи требуется даже счастливчикам вроде тебя? Что ж, мне приятно будет оказать тебе эту услугу. Хотя я думаю, такой способный зельевар, как ты, смог бы и сам приготовить это зелье. - Я много позабыл за этот год, - смущенно ответил юноша. Слагхорн потрепал его по плечу, затем встал и направился к своему саквояжу, стоявшему на столе. Покопавшись в нем, он извлек маленький флакон с золотистой жидкостью и с улыбкой протянул его Гарри.