Любовь уходит не обернувшись.

  День начался с того, что две блондинки готовились к вечеринке, и первое, что они сделали — так это разослали приглашения. Сейчас восемь утра, и Ребекка ушла, чтобы прикупить необходимых продуктов, а Кэролайн осталась проследить, чтобы гостиную украсили как следует. Кэролайн взяла в помощники пару вампиров, которые служат Клаусу, а вот что больше всего ей нравилось, так это то, что он ещё об этом не знает.— Выше, левей, да, так хорошо, — кричала Кэрр одному из рабочих, который развешивал украшение на стенах. Кэролайн краем уха уловила раздражённое ворчание мужа на втором этаже и довольно улыбнулась. Первое, что она хотела, она добилась. Кэролайн подошла ко второму рабочему и под предлогом, что он криво повесил гирлянду, залезла на лестницу. Кэрри была одета в короткое бежевое платье. Шаги были слышны совсем близко, а затем звук прекратился — Клаус стоял на верхних ступенях лестницы.— Неплохой вид, дорогая! — Кэролайн спустилась с лестницы и с притворно возмущённым лицом повернулась к мужу. — Но это платье не годится для публичных мест, поэтому иди и переоденься.— Твои приказы пусть выполняют твои подчинённые! А после того, что случилось в отеле, ты вообще ничего не имеешь права не то что приказывать, но даже просить, милый!— Да как ты смеешь?! — Клаус стоял уже совсем близко и в упор смотрел на Кэролайн. Как из ниоткуда возле них появилась Ребекка и гневно смотрела на них.— А ну перестаньте!— Ребекка, очень хорошо, что пришла. Мне нужна помощь с украшением зала, — Кэрри с сестрой Клауса начали обсуждать дела при приготовлении к вечеринке. Клаус осмотрел свою гостиную, и в нём начал закипать гнев.— А мне никто не хочет объяснить, что здесь происходит?!— Мой милый брат, я должна быть огорчена! — Ребекка говорила с серьёзным выражением лица, но в глазах её плясали смешинки. — Ник, ты забыл про мой день рождения?!— Так оно через неделю!— А мы с Кэрри подумали и решили отпраздновать сегодня. — Перед тем как ответить, Клаус набрал полную грудь воздуха.— Ладно, — Клаус развернулся и пошёл к себе в кабинет. На лестнице, которая вела на второй этаж, его догнали слова сестры:— Твоё появление обязательно!— Нет!— Если ты не придёшь, то будет хуже! — добавила Кэролайн.— Хуже вечеринки в честь дня рождения Ребекки? Сомневаюсь, милая!— Ты сам сделал свой выбор.Вечер. Разгар вечеринки. По всему Новому Орлеану разлеталась музыка из дома первородных. В самом доме собрались самые известные и влиятельные вампиры, ведьмы и оборотни со всей Европы, с одним лишь исключением — на этой вечеринке не было Никлауса Майклсона. Именинница уже несколько часов принимала поздравления от гостей, а Кэролайн знакомилась с друзьями, хотя это громко сказано, мужа. Среди толпы виднелись и люди, но они служили, как правило, закуской для вампиров или же являлись официантами.— Кэролайн, ты, как всегда, ослепительна! — Кэрри обернулась на голос и увидела мило улыбающегося Элайджу. Элайджа не изменял своим вкусам, и на нём был надет чёрный костюм с белой рубашкой и галстуком.— Спасибо! — Кэролайн и правда сегодня превзошла саму себя. Она была одета в чёрное мини-платье, туфли на высокой шпильке, и весь образ завершали золотистые локоны, которые несколько часов укладывал самый знаменитый стилист. — Элайджа, ты также прекрасно выглядишь!— Могу сказать спасибо, но понимаю, что ты меня привыкла видеть в таком стиле. Где мой брат?— Ну, он отказался прийти, и я ему намерена доказать, что этот вечер может быть куда хуже, чем он только воображает! Мне нужно идти, увидимся, — и Кэролайн скрылась в толпе, а Элайджа решил выяснить, что тут происходит.Десять минут спустя. В кабинете Клауса.— Может, ты объяснишь, что происходит между вами с Кэролайн! — Элайджа вошёл в кабинет без стука и с порога решил задать волнующий его вопрос.— Не понимаю, о чём ты, Элайджа, — Клаус не спеша рисовал пейзаж ночного Орлеана.— Никлаус, что за представление происходит внизу!— День рождения нашей дорогой сестры.— Ах вот что! Только, Никлаус, у Ребекки день рождения уже был около месяца назад!— Ну, она решила отпраздновать снова, — это был скорее вопрос.— Хватит! — старший Майклсон повысил голос, чтобы на него наконец обратили внимание. — Что ты снова натворил?!— А может это не твоё дело! — Клаус бросил кисть в стакан с водой и обернулся к брату.— Знаешь, я в городе всего несколько часов, но вот что смог узнать. Во-первых, ты по какой-то причине не выпускаешь Кэролайн из дома уже несколько суток, а второе, что так предполагаемая твоя бывшая пассия Мадлен всё же жива. Из этого можно сделать неплохие выводы.— Элайджа, если я даже и сплю с Мадлен, то это моё дело, я ведь не лезу в ваши отношения с Хейли!— Ты глупец, брат. Я только что говорил с Кэролайн, и она настолько разбита, что я сомневаюсь, что на этот раз её можно будет починить, — Элайджа больше ничего не хотел ни говорить, ни слушать, он просто вышел, оставив Клауса наедине со своими мыслями.Никлаус просидел в своём кабинете ещё около часа, размышляя о словах брата. Он понимал, что поступает глупо, ему нужно было объяснить ситуацию в отеле, но второй голос в его голове твердил, что она просто не поверит. Устав бороться с самим собой, он решил спуститься вниз.На первом этаже играла зажигательная музыка, и дом гибрида невозможно было узнать. Особняк больше напоминал ночной клуб. Клаус остановился наверху лестницы и пробежал взглядом по танцующим. Возле барной стойки стояли Элайджа и Хейли, неподалёку танцевала Хоуп. И наконец, он нашёл того человека, которого искал. Кэролайн танцевала в самом центре танцпола, но привлекло Клауса не только это. Кэролайн танцевала с одним из его знакомых. Клаус не спеша подошёл к своей жене.— Как вижу, дорогая, ты уже познакомилась с Люсьеном. — Кэролайн повернулась к мужу и с довольной улыбкой сказала:— Милый, у тебя просто прекрасные знакомые!— Здравствуй, Клаус.— Давно не виделись, Люсьен. Какими судьбами?— Да вот узнал, что ты женился, так ещё и твоя сестра пригласила на вечеринку, не мог сдержаться и, как вижу, не зря.— Клаус, тебе что-то срочное или мы можем пойти дальше танцевать? — Рука Люсьена по-хозяйски обнимала девушку. Клаус сжал кулаки, чтобы прямо сейчас не врезать старому другу.— Да, Кэрри, я хотел бы с тобой поговорить.— Потом.— Сейчас!— Ладно. Люсьен, попозже продолжим.— Жду не дождусь. Я даже завидую тебе Ник, у тебя такая жена замечательная!— Пошли.Никлаус и Кэролайн поднялись наверх и прошли в самую дальнюю комнату, где музыка была почти не слышна и где их не побеспокоят. Кэролайн и Клаус остановились посреди комнаты и смотрели друг другу в глаза несколько минут, после чего молчание прервал Клаус. — Неплохая вечеринка.— Ты меня позвал сюда, чтобы поговорить о том, что мы с Ребеккой хорошо всё сделали?— Вообще-то нет. Ко мне заходил Элайджа, мы с ним поговорили, и я понял кое-что.— И что же?— Нельзя удержать то, что уходит, так как в конечном счете будет больно обоим. Кэролайн, с этой минуты ты свободна, но прошу дай мне объяснить.— Ладно.— Тогда в отеле ты увидела не то, что подумала. Мы с Мадлен не спим, она мне никто, когда-то она неплохо меня удовлетворяла, но не больше. У меня не было чувств, как к тебе. Тогда в лифте мы с ней прощались, она дала слово, что не появится больше в нашей жизни, но при одном условии — если я её поцелую. Это ничего не значило, можно сказать, что этот поцелуй был дружеский.— Иронично, тебе так не кажется? Во всем твоём рассказе есть одно маленькое «но». Даже если предположить, что всё, что ты рассказал, правда, то почему же ты оказался в том отеле?— Я пришёл к ней, чтобы забрать одну вещь. Этой вещью является последний кол из белого дуба. Поверишь ты мне или нет, решать тебе. А теперь ты свободна. Уезжай из Нового Орлеана и сделай мне маленькое одолжение — не появляйся на моём пути, никогда.— Клаус...— Кэролайн, ты хотела свободу, так получай её и убирайся отсюда! Кэролайн больше ничего не сказала, а Клаус вышел из комнаты, даже не обернувшись. Кэрри сползла вниз по стене, и по её щекам покатились слёзы.Она хотела свободы. Она её получила, но за всё в жизни нужно платить, и Кэролайн заплатила любовью. Она получила весь мир, но лишилась человека, который был дороже ей, чем всё на свете. Она лишилась человека, который и заменял ей весь мир, всё, что делало её счастливой, только что ушло, не обернувшись. После больших потерь в человеке что-то ломается и не всегда можно это исправить. Когда из твоей жизни уходит любовь, остаётся лишь тьма, непроглядная и всепоглощающая.