глава 14

Сольчжу вместе с Сынмином, поехали в загородный дом его родителей. Она была немного взволнована — впервые её ждали в таком непривычном для неё месте, окружённом природой и тишиной. Сынмин, в свою очередь, выглядел совершенно спокойно, как всегда, холодно и сдержанно. Но Сольчжу заметила, что, несмотря на его внешнюю сдержанность, он был немного напряжён, когда они выезжали.

— Ты часто сюда приезжаешь? — спросила она, пытаясь внести немного живости в разговор.

— Раньше да, когда учился. Но теперь, когда работы много, время в таком месте — это редкость, — ответил он, смотря в окно. — Но мои родители любят, когда я приезжаю. Думаю, им будет приятно увидеть нас вместе.

Сольчжу почувствовала, как её сердце немного сжалось от этого признания. В конце концов, хотя они были в фиктивном браке, поездка с родителями всегда подразумевала некую степень близости. Она осторожно посмотрела на него, но Сынмин продолжал смотреть вперёд.

Как только они подъехали к дому, Сольчжу заметила, как живописно он расположен — небольшой деревянный дом, окружённый лесом, с виднеющимся прудом на заднем дворе. Улыбка невольно появилась на её лице.

— Это удивительно красиво, — сказала она, выходя из машины.

Сынмин кивнул, и они направились к двери, где их встретили его родители. Мать Сынмина, приветливо улыбаясь, обняла её.

— Добро пожаловать, Сольчжу! Рада, что ты с нами.

Сольчжу немного растерялась, но быстро улыбнулась в ответ.

— Спасибо за приглашение, я рада быть здесь.

Вечером, когда они сели за стол, обед был теплее, чем она ожидала. Родители Сынмина были добрыми, и они с интересом расспрашивали её о жизни в университете. Сынмин время от времени вмешивался в разговор, направляя темы, когда он чувствовал, что нужно внести ясность, но в целом он всё больше оставался в тени, наблюдая за всем происходящим.

После ужина, когда все переместились в гостиную, Сольчжу заметила, как отец Сынмина расслабился и начал рассказывать старые истории о своём детстве.

— Ты знаешь, в детстве Сынмин был просто ужасным хулиганом, — начал он с улыбкой, смотря на сына. — Пытался научить всех соседских детей лазить по деревьям, пока не упал и не сломал руку.

Сынмин только покачал головой и сказал:

— Папа, хватит уже. Это было давно.

Но родители не унимались, продолжая смеяться и вспоминать забавные моменты его детства. Сольчжу почувствовала, как напряжение постепенно уходит, а атмосфера становится легче.

Когда все сидели на веранде, наблюдая за заходом солнца, Сольчжу тихо обратилась к Сынмину:

— Ты выглядишь немного напряжённым. Всё нормально?

Он вздохнул и посмотрел на неё, словно выбирая слова.

— Иногда я просто чувствую, что всё это немного... странно. Я привык быть в окружении работы, и даже такие моменты кажутся мне немного неестественными.

Сольчжу кивнула, понимая, что, несмотря на его спокойствие, Сынмин, вероятно, никогда не был тем, кто легко расслабляется в таких ситуациях. Но, возможно, это была ещё одна грань его личности, которую она начала разгадывать.

— Я понимаю, — сказала она тихо, — но ты знаешь, в такие моменты, когда мы все вместе, можно просто отключиться от всего остального, правда?

Сынмин, не ожидавший такого откровения, задумался на мгновение, затем с лёгкой улыбкой ответил:

— Ты права. Просто иногда мне нужно немного времени, чтобы привыкнуть к этому.

Они продолжили сидеть в тени вечернего солнца, в атмосфере спокойствия, которая наполнила их сердца.

В следующий момент Сынмин повернулся к ней и, неожиданно для себя, сказал:

— Спасибо, что ты здесь, Сольчжу. Это для меня важно.

Её сердце пропустило пару ударов, но она смогла ответить с улыбкой:

— Я тоже рада, что здесь.

***Утро в загородном доме было особенно тихим. Легкий ветерок качал деревья, а воздух был чистым и свежим. Сольчжу проснулась рано, когда первые лучи солнца едва касались земли, и решила выйти на улицу. Сынмин ещё спал, а её потихоньку тянуло к природе. Она прогулялась вдоль пруда, наслаждаясь одиночеством и тишиной. Это был её способ немного отвлечься от всех событий и просто почувствовать момент.

Вернувшись в дом, она зашла на кухню, где мама Сынмина готовила завтрак. Увидев Сольчжу, женщина улыбнулась и пригласила её присоединиться.

— Ты рано встала, — сказала она, помешивая кастрюлю с кашей. — Как тебе утро здесь?

— Очень спокойно, — ответила Сольчжу, садясь за стол. — Знаете, я даже не ожидала, что будет так красиво. Это так отличается от города.

— Я рада, что тебе нравится. Сынмин часто говорил, что здесь ему удается хоть немного расслабиться, когда на работе всё напряжённо. Я надеюсь, что ты тоже почувствуешь здесь что-то особенное.

Сольчжу улыбнулась и кивнула, но её мысли немного унесло то, что сказала мама Сынмина. Сынмин... В его словах было что-то новое, что-то искреннее, что она не успела заметить раньше. Возможно, это был один из моментов, когда он позволял себе быть чуть более открытым. И это заставило её задуматься.

Когда завтрак был готов, все сели за стол. Сынмин только проснулся и появился в кухне, потягиваясь. Увидев его, Сольчжу не смогла не отметить, как он выглядел расслабленным, совсем не таким, как обычно, когда они были в городе.

— Ты выглядишь лучше, чем обычно, — подметила она, когда он садился за стол.

Сынмин ответил с лёгкой улыбкой:

— Возможно, потому что я сегодня не спешу в офис.

Его слова заставили её на мгновение замолчать. Она наблюдала за ним, пытаясь понять, что именно изменилось. Он всё тот же Сынмин — сдержанный и спокойный, но в его поведении было что-то мягче, чем обычно. Может, это было влияние окружающей природы, или просто тот факт, что он был с семьей.

Весь день прошел в лёгкой, непринуждённой атмосфере. Родители Сынмина устраивали небольшие прогулки, показывали дом и его окрестности. Сольчжу, несмотря на своё волнение, чувствовала себя комфортно. Всё вокруг было наполнено спокойствием, а Сынмин в этой обстановке, казалось, становился немного другим — более открытым, без привычной маски холода.

Когда наступил вечер, они все собрались на веранде, наслаждаясь закатом. Это было по-настоящему красивое зрелище — огненно-оранжевое солнце медленно опускалось за горизонтом, заливая всё вокруг тёплым светом.

Сольчжу сидела рядом с Сынмином, случайно касаясь его руки. Он не отстранил её, и этот жест, казалось, был настолько естественным, что она не смогла не заметить, как маленькие шаги начинают менять их отношения.

— Ты никогда не говоришь, что тебе нравится эта тишина, — сказала она, оглядываясь на него. — Ты так привык к работе, что, наверное, даже не замечаешь, насколько всё здесь прекрасно.

Сынмин повернулся к ней и, немного задумавшись, ответил:

— Я привык к шуму, к скорости жизни. Но иногда, когда я оказываюсь здесь, я начинаю ощущать, как многое упускаю. Это удивительно, как природа может помочь забыть обо всём остальном.

Сольчжу почувствовала, что её сердце пропустило один удар. В его словах было что-то искреннее, не похожее на его обычную сдержанность. Может быть, это был момент, когда Сынмин позволил себе быть человеком, а не просто машиной для работы.

Он снова посмотрел на неё, и на мгновение их взгляды встретились.

— Я рад, что ты здесь, — сказал он тихо. — Я даже не думал, что эта поездка может быть такой... приятной.

Сольчжу не знала, что ответить. Она просто кивнула и улыбнулась, ощущая, как его слова проникают в её сердце.

Когда они вернулись домой в тот вечер, в доме стояла удивительная тишина. Сольчжу поняла, что эти несколько дней, проведённые с семьей Сынмина, стали чем-то важным для неё. И, может быть, для Сынмина тоже.

Когда день подошёл к концу, и звезды начали появляться на небе, воздух в загородном доме стал холоднее. Внутри, в уютной гостиной, горел камин, создавая мягкое, тёплое свечение. Сольчжу сидела на диване, завернувшись в плед, и наблюдала за языками пламени, которые танцевали в камине. Сынмин, сидящий напротив, продолжал листать свои документы на планшете, всё так же поглощённый работой, как и везде. Но, несмотря на его привычную сосредоточенность, атмосфера в доме была другой. Тихой, умиротворённой. И это постепенно начинало проникать в их отношения.

— Ты продолжаешь работать даже в такие моменты, — заметила Сольчжу, слегка усмехнувшись.

Сынмин поднял взгляд и, немного задумавшись, ответил:

— Иногда невозможно остановиться. Но ты права, мне нужно отдохнуть. Наверное, я просто слишком привык.

Она почувствовала лёгкое беспокойство в его словах, но не стала настаивать. Вместо этого она обвила плед вокруг себя ещё плотнее, почувствовав, как в её душе начинается странное тепло от этого момента.

Минуты шли, и Сольчжу, наконец, решила, что ей нужно выйти на веранду, чтобы подышать свежим воздухом перед сном. Когда она вышла, тишина ночи, спокойствие окружающих деревьев и холодный ветер заставили её на мгновение закрыть глаза, впитывая всё это в себя.

Сынмин, казалось, почувствовал, что ей нужно немного времени для себя, и не возражал, когда она вышла. Но через несколько минут он тихо последовал за ней. Он остановился в дверях и, увидев её стоящей под звездами, задумчиво сказал:

— Ты не мерзнешь?

Сольчжу улыбнулась, не оборачиваясь:

— Нет, наоборот. Мне нравится, как здесь тихо. Как будто всё вокруг замерло.

Он стоял, не двигаясь, но его взгляд был мягким, и в нём мелькала какая-то неопределённая эмоция.

— Ты всё равно должна быть осторожна, — сказал он, подойдя немного ближе. — Холодно. Если замёрзнешь, это будет на моей шее.

Она повернулась к нему и засмеялась:

— Ты же говорил, что здесь спокойно. Ты не можешь быть одновременно спокойным и переживающим.

Его губы слегка изогнулись в едва заметной улыбке, и Сынмин шагнул ближе, обняв её за плечи. Этот жест был настолько неожиданным, что Сольчжу на мгновение застыла.

Он не сказал ни слова, но объятие было тем, что она могла почувствовать по-настоящему. Это было тепло, которое не могло быть подменено словами или объяснениями. Сольчжу, всё ещё немного удивлённая, обняла его в ответ, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее.

Прошло несколько минут, прежде чем Сынмин осторожно отстранился, не глядя на неё. Его лицо было по-прежнему холодным, но что-то в его глазах изменилось.

— Я... просто не хочу, чтобы ты заболела, — сказал он, отвернувшись.

Сольчжу стояла, ощущая, как её сердце теплеет от этих слов. Она не знала, что именно это значило для него, но чувствовала, что в этом простом жесте заключено нечто большее.

— Я в порядке, — ответила она, слегка улыбаясь. — Спасибо.

Они вернулись в дом, но в этот момент между ними всё-таки оставалась какая-то невыразимая близость. Ночь продолжалась, но уже не было той дистанции, которая была раньше. Объятие стало тем маленьким, но важным шагом в их отношениях.

Когда они вернулись в комнату, Сольчжу лежала в постели, уставшая, но счастливая. Она чувствовала, что этот вечер, эта ночь стали каким-то поворотным моментом. Возможно, они всё ещё были далеко от того, чтобы стать по-настоящему близкими, но уже было очевидно, что между ними был новый уровень доверия. И Сольчжу понимала, что теперь, несмотря на всё, что происходит в их отношениях, она уже не сможет так просто забыть этот момент.

Сынмин, в свою очередь, ещё долго сидел у окна, наблюдая за ночным небом, размышляя о том, что только что произошло. Этот момент был для него непривычным, но важным. В его голове путались мысли, и он не знал, что будет дальше, но что-то в его сердце уже изменилось.

***Утром Сольчжу проснулась рано, как и обычно, и тихо встала с постели, стараясь не разбудить Сынмина. Она ещё не могла до конца осознать, что произошло прошлой ночью. Объятие было таким естественным, что она даже не почувствовала неловкости. Это было то самое ощущение, когда тебе не нужно ничего объяснять — просто быть рядом.

Но, несмотря на это, когда она пошла в ванную и взглянула на себя в зеркало, она заметила, что её мысли не могут успокоиться. Она не могла отделаться от чувства, что их отношения с Сынмином начали изменяться. Возможно, это было всего лишь одно маленькое объятие, но оно заставило её сердце биться быстрее, чем раньше.

Когда она вернулась в комнату, Сынмин уже проснулся и сидел на краю кровати, погружённый в свои мысли, как всегда. Он заметил, что она вернулась, но не сказал ничего. Обычная тишина.

— Доброе утро, — наконец нарушила молчание Сольчжу, улыбнувшись.

Сынмин кивнул, но его взгляд был немного отстранённым. Она не могла понять, был ли он так же переполнен мыслями, как она. В любом случае, он не проявлял никакого желания обсуждать то, что произошло между ними.

— Я готовлю завтрак, — сказала она, решив немного отвлечься от своих мыслей. — Что бы ты хотел?

Он посмотрел на неё, немного удивлённо, как будто не ожидал, что она проявит инициативу.

— Просто что-то лёгкое. Ты не должна утруждать себя, — ответил он с привычной холодностью, но в его голосе всё-таки звучала мягкость, которой она раньше не замечала.

Она кивнула, не споря. Сольчжу готовила завтрак, думая о том, как непросто стало чувствовать его отношения. Она начала понимать, что он всё чаще проявляет какие-то признаки заботы, но делает это так сдержанно.

Когда завтрак был готов, она вынесла еду на стол. Сынмин присоединился к ней и молча начал есть. Атмосфера снова была непринуждённой, но в ней ощущалась некая напряжённость, которую они оба пытались скрыть. Сольчжу решила, что сегодня будет немного смелее и постарается выяснить, что происходит в его душе.

— Сынмин, ты не думаешь, что между нами стало... чуть менее холодно? — спросила она, поднимая глаза и встречая его взгляд.

Он замедлил жевание и на секунду замолчал, изучая её лицо.

— Я не знаю, — сказал он, наконец. — Может быть. Я... не привык к таким изменениям. Я просто хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно.

Его слова слегка удивили её. Он не сказал ничего прямо, но в них было что-то искреннее. Как будто он сам не мог понять, что чувствует, но готов был признать, что между ними происходят изменения.

— Я тоже хочу, чтобы ты чувствовал себя комфортно, — ответила она тихо, осторожно следя за его реакцией.

Но Сынмин снова отвёл взгляд, как будто был не готов к такой откровенности. Он встал со стула, убрал тарелку и снова вернулся к своим делам.

Сольчжу почувствовала лёгкую досаду. Она ведь сделала шаг вперёд, но он всё равно оставался на расстоянии. Но она не собиралась отступать. Этот шаг был для неё важен, и она знала, что не сдастся.

Тем временем день продолжался в том же спокойном русле. Сынмин снова погрузился в свои рабочие вопросы, а она решила провести время на улице, наслаждаясь природой. Но в глубине души она ждала, что он всё-таки даст какой-то знак, что всё не так, как раньше.

Вечером, когда они снова сидели в гостиной, Сынмин немного раскрылся, говоря о своей работе и о том, как трудно ему совмещать личную жизнь и карьеру. Его слова были спокойными, но в них ощущалась усталость.

— Я часто думаю, что, возможно, слишком поглощён своим делом, — сказал он, глядя в окно. — Но иногда это — единственное, что остаётся. А ты, Сольчжу... ты умеешь расслабляться. Это вдохновляет меня.

Сольчжу почувствовала, как её сердце снова растаяло. В его словах было что-то настоящее, что заставило её вновь поверить в возможность настоящих изменений.

— Я тоже хочу, чтобы ты мог расслабиться, — ответила она, чувствуя, как её слова начинают откликаться в её сердце.

И в этот момент, без всяких слов, между ними снова возникла та тихая близость, которая становилась всё более ощутимой с каждым днём. Сольчжу понимала, что их отношения только начали развиваться, но уже начинали приобретать более глубокий смысл. С каждым шагом они приближались друг к другу, и пусть всё это было непросто и запутано, она чувствовала, что это было то, что им обоим нужно.