СИГАРЕТА ВТОРАЯ

Столько гордых людей в одном лишь месте — в школе. Кажется, что каждый хочет показаться лучше, круче другого, даже не осознавая, что он — такой же неинтересный серый человек, которого ждёт серая никчемная жизнь.

Лия чувствовала, что ещё немного и сойдёт с ума. Все такие безжизненные, шумные и высокомерные. Девочки смеются, парни ходят, высоко подняв носы, дети носятся, сбивая с ног.

Классная руководительница — худая невысокая женщина — выстрелила в Лию соколиным взглядом, а потом предложила подождать в коридоре до звонка. Лия не была против. Со звонком ученики медленно разбрелись по классам, гадая: будет проверочная или учитель забудет.

— Лия, пошли, я отведу тебя в новый класс,— выйдя из кабинета, сразу же дала знать о себе классная руководительница. Она закрыла дверь и направилась быстрым шагом по коридору.

Лия еле успевала за ней — женщина так быстро передвигалась. Руководительница остановилась около одного из кабинетов, на табличке которого висела надпись "Кабинет Физики", и без стука зашла внутрь. Учительница в классе отчитывала учеников, но, заметив Анастасию Сергеевну, замолчала.

— Катерина Алексеевна, я Вас не отвлекаю?— задала очень странный, по мнению Лии, вопрос классный руководитель.

— Нет, Вы что-то хотели?— голос у Катерины Алексеевны был приятный.

— Так, детки,— Анастасия Сергеевна развернулась к ученикам, что-то весело обсуждающих, и гневно зыркнула,— с этого дня в вашем... Васнецов, закрой рот!

Парень без эмоций посмотрел на классную руководительницу, дав понять, что рот он снова откроет. Рано или поздно.

— Закрой рот, все постепенно...— начал петь какой-то парень, пародируя знаменитый хит. Он был невысокого роста, но приятный на внешность.

— С этого дня в вашем классе будет учиться Лия Левицкая,— закончила свою речь Анастасия Сергеевна подзывающим жестом.

Движения Лии были скованы, но это не помешало подойти к доске и развернуться к классу. Все взгляды были направлены на ее анфас, из-за чего хотелось дико закричать и забиться в угол — Лия не любила такое пристальное внимание. Но она терпела и ждала пока кто-нибудь проронит слово. И ее спасением стала учительница Физики Катерина Алексеевна.

— Лия, ты пока можешь сесть за вторую парту,— она аккуратно приобняла девушку за плечи и указала на парту.

Поняв, что помощь больше не нужна, Анастасия Сергеевна пригрозила пальцем двум девочкам, которые без остановок болтали, и вышла в коридор, закрывая за собой дверь.

Лия достала из черной сумки тетрадь, учебник и ручку с карандашом, пытаясь делать все беззвучно, не привлекая лишнего внимания. Но всё-таки один человек развернул свой заинтересованный вздернутый носик, любопытно оглядывая новоприбывшую, — худенькая девушка с первой парты.

— Даша,— представилась она и отвернулась. По трясущейся руке Лия поняла, что девушка что-то пишет. Даша снова развернулась, но в этот раз с мятым листком в руке, который сразу же положила на учебник Лии.

Девушка заинтересовано выгнула бровь, чего никто не увидел, и развернула мятый клочок бумаги в клеточку.

"После у нас завтрак. Если ты идешь, подожди меня около кабинета"

У Даши был красивый ровный почерк со своей изюминкой — над каждой буквой "Д", маленькой и большой, стояла волнообразная палочка. Но почерк Лию не подкупил. Даша не излучала какой-то особенной теплоты, и хотелось держать дистанцию, не узнав ее ближе.

Доверие. То поганое слово, которое испортило в жизни Лии все. Если любишь, доверяешь. Доверилась — унизилась.

И к Даше не было доверия, и оно никогда не появится, ведь Лию предали однажды, а этого достаточно, чтобы научиться осторожности. Возможно, Лия сможет довериться когда-нибудь, но вряд ли такое будет.

Если бы у Лии спросили, под каким девизом она живет, ее бы ответ стал полным апокалиптическим бредом: "мое доверие получить сложно, но легко потерять. Если ты когда-нибудь его потеряешь, поверь: больше я тебе никогда не доверюсь. Общаться, возможно, буду, но доверять — никогда. Да и какая эта дружба без доверия? А любовь?..".

Зашквар, как сказала бы бывшая подруга Лии. И сейчас она была с ней согласна.

***

Лия не шла на завтрак, но дождаться Дашу захотела. Все вышли из кабинета, не забывая кидать любопытные взгляды на новенькую, но первая знакомая осталась там, сидя за партой. Катерина Алексеевна тепло улыбнулась Лии и закрыла дверь прямо перед носом. О чем они говорили расслышать было невозможно — все кричали, галдели и громко разговаривали, перебивая звуки, доносившиеся из кабинета.

Лии не пришлось долго ждать, Даша вышла мгновенно. Ее лицо было красное, но сказать, что девушка плакала нельзя, здесь случилось что-то другое. Но Лии это не было интересно. Даша улыбнулась и кого-то очень сильно напомнила, но кого — Лия не понимала.

— Что насчёт булочки с малиновым джемом и чая?— весело поинтересовалась Даша, ослепляя собеседницу белозубой улыбкой.— Я знаю, что ты вряд ли успела передать классной, что хочешь записаться на завтраки и обеды, поэтому и написала записку — пойдем купим еду.

— Я не записалась,— подтвердила ее догадки я.

Даша вновь улыбнулась и зашагала на первый этаж.

— Как наш класс?— невзначай спросила девушка.

Лия задумалась. Она никого не видела и ни с кем не общалась, поэтому ответить на этот вопрос не могла. Но их поведение на уроке выявляло смутные характеры.

— Я никого не знаю,— честно призналась Лия, заворачивая в столовую.

— Это понятно. Если хочешь, могу рассказать обо всех одноклассниках,— предложила Даша.

— Было бы замечательно,— соврала Лия и фальшиво улыбнулась.

Фальшивая улыбка стала спутником в жизни. Как считала Лия, дарить искренние чувства — а улыбка их часть — можно только настоящим, только любимым, только тем, кому доверяешь. А улыбаться так каждому встречному: во-первых, сложно — проявить искренность — сама по себе сложная задача, а во-вторых, нет смысла — мало, кто улыбнется в ответ; только сумасшедшим посчитают.

И сейчас Лия не хотела улыбаться искренне, да и не видела в этом смысла.

— Хотя не надо,— перебила Дашу Лия.— Я подумала, что хочу узнать одноклассников лично, а не из чьих-то уст.

— Как хочешь,— просто вздернув плечами, ответила Даша.

В столовой людей было ещё больше, чем в коридорах. После первого урока ели первые классы и, как стало известно Лии, пятые, от чего шум усилился в сто крат. Очередь в буфет тоже не была маленькой, каждый хотел есть и не каждый брал еду с собой. Простоять так, в очереди, всю перемену — перспектива Лию не радовала. Хотелось получше узнать школу, кабинеты, тем более следующий урок Геометрия, с которой девушка на "Вы".

— И сколько мы здесь будем стоять?— мягко поинтересовалась Лия, у которой уже рождался нервный тик от такой кучи народа.

— Очень мало.

Лия мысленно усмехнулась такому ответу, но зря... Даша пробилась через толпу и зашла за стол раздач, получив завидующие взгляды многих. Она что-то сказала продовщице-кухарке и, получив улыбку, взяла с другого стола две булочки и два стакана, куда налила чай. Вышла к Лии Даша со счастливым лицом.

— Держи,— девушка всунула еду и чай в руки, уводя Лию прочь из столовой.— Везде надо иметь связи.

***

Холодный ветер хлестал Лию по лицу, но она старалась не обращать на это внимание. Невольно задумавшись, девушка даже не заметила, что подошла к квартире.

Лия въехала сюда недавно, но уже успела навести беспорядок: одежда валялась на стуле, тетради разбросаны по столу, накопившееся в точилке вывалилось на пол — там бы и валялось, если Лия не убралась бы.

Разбив яйцо на сковородку, Лия убавила огонь и порезала белый хлеб, откладывая его на тарелку. Лопаткой поддев яйцо, перевернула его, а после — положила в тарелку. Лия выключила плиту и положила сковородку в раковину.

Яичница за эти дни уже надоела и есть ее сейчас — равнялось смертельному приговору. Лия умела готовить и достаточно хорошо, но когда у тебя мало денег, экспериментировать с едой — в особенности со своими завтраками и ужинами — не очень хочется. Поэтому Лия пользовалась тем, что было.

Посмотрев в окно, она тяжело вздохнула. Неужели ей удалось прожить целый день, не вспоминая о прошлом? Может, пожив вдали от родного города, она сможет забыть о случившемся навсегда?

Сколько вопросов и ни одного ответа...