Глава 39. РАССТАВАНИЯ ЧАС

Октябрь 2001 года.

Где-то там, в богатом замке графства Монтего, Сарра с жадностью, не боясь пораниттся ножом для конвертов, расскрывала скорое письмо от любовника. Элегантные пальцы с дрожью держали пергамент. На бумаге было всего несколько предложений, вводящих её в ступор. Принцесса тревожно перечитывала письмо по несколько раз.

И пока Поллет стояла пред важным выбором, по всему графству Циоасто шли поиски таинственно пропавшего оборотня. Жители Хэйвуда до сих пор оставались в неведении, наивно веря в то, что Барнэби был найден мёртвым у границы Клэнфелда. Народ праздновал мнимую победу над подлунными, но они не знали, что это было только начало.

Фергус Тейгу, наигранно улыбаясь жителям, находящимся в опасности, ломал голову. Он прикладывал уйму сил, чтобы выйти на след Тодда, но всё было безуспешно. Он подключил всех высокопоставленных чиновников графства, но ничего.

С начала поисков у мага было много вопросов, и буквально не было ответов на них. С тех пор ничего не изменилось. Барнэби Тодд всё также считался пропавшим.

У мужчины не находилось времени на себя. Он, шёл по логическим цепочкам, ведущими к Тодду, но каждый раз вновь попадал в тупик. Из-за навалившихся проблем он забросил газету на неопределённый срок. Теперь всё держалось на доверии к своим сотрудникам. «СборСлив» терпел крах, не имея твёрдого лидера. Рнтабельность падала. Но для Фергуса это было меньшим из всех зол. На его плечи пал груз ответственности. Кипа бумаг и котёл проблем окружали уставшего мага круглосуточно. Утром и ночью. Днем и вечером. И как бы Асселина не старалась, но выдернуть из постоянной работы Фергуса у леди не получалось.

Впадая в глубокое отчаяние, волшебник всегда смотрел из окна второго уровня на осенний сад. Прямо под окном можно было разглядеть молодое дерево с ещё хрупким стволом. Слива, посаженная самим Фергусом в честь открытия Дома Печати и газеты «СборСлив» нацеленно росла. Росла не без помощи хозяйственной Асселины. Как утверждала сама девушка, плодоносить слива могла бы уже спустя ещё год.

Смотря на дерево на протяжении долгого времени, Фергуса часто осеняло. Его часто посещали гениальные мысли, но с приходом проблем это больше не работало.

После формальной смерти стража деревни, мистер Тейгу был избран жителями на его место. Магистр изрядно нервничал, боясь разочаровать знакомых, соседей, близких и друзей. Управляя целой деревней, на него пало тяжёлое бремя. Лишь нахождение рядом Асселины значительно улучшало самочувствие мага. Ноша казалась бы более непосильной, если бы не его супруга, добросовестно проявлявшая заботу о любимом. Как и полагалось Мечу и Щиту.

* * *

За пару дней до...

Лесная сырость, осенняя грязь в перемешку с жёлтыми листьями окружали лежавшего в полубессознательном состоянии мужчину. Барнэби Тодд, мечтая о скором упокоянии, лежал пузом вниз. Нагое тело изнемогалось. Старый мужчина валялся в гнилой траве и бился в предсмертных конвульсиях. Серые глаза закатывались, создавая впечатление скорой смерти.

Объятья Скульд уже были не так далеки, когда незнакомец, медленными шагами, будто думая над каждым движением, подошёл к полутрупу.

Мужчина лет пятидесяти, остановившись напротив Тодда, здраво расценил ситуацию. Он присел на корточки. Кирзовые сапоги прогнулись в силу позы незнакомца.

Маг, лицо которого оставалось в тени, широко расстянул уголки потрескавшихся губ.

«Ты кто?»

- Твоё спасение.

* * *

Маленькая хижина, внутри незнакомого леса, истощяла облако пара. Крыша, покрытая толстым слоем мха, защищала от природных потех. Тем временем, больного небрежно переложили на кровать. Трое мужчин вели активную беседу, пока Тодд пребывал в прострации.

- ...Зачем он нам?! - Самый юный из собравшихся негодовал. Он был готов взорваться из-за своего нестерпимого темперамента.

- Он нам пригодится, - Голоса еле слышно доходили до ушей ослабевшего оборотня.

- Как этот старик поможет в наших деяниях? Он же еле живой, - злобно рычал Рудольф, брезгливо смотря на Барнэби.

- У него найдутся знакомые оборотни, чтобы мы смогли образовать крепкую общину. Крепче той, что было у этого... - Пока Алфорд и Рудольф беседовали друг с другом, в углу отстранённо присутствовал третий волк, в глазах которого отражалась необъяснимая злость.

* * *

Головная боль пронзила виски. Была такая мигрень, что казалось стерпеть ему её не по силам.

Перед глазами всё было в чёрных пятнах. Голова кружилась. Но стоило пройти пол минуты, как зрение пришло в норму. Туманно-серые глаза постепенно начали фокусироваться.

Тёмные стены пахли намокшим древом. Покрасневшие очи Тодда бегали с одной личности на другую. Их мрачные лица наводили ужас. Стоило встретиться взглядом чёрных глаз Рудольфа, как тело одолел жгучий страх, присущий жертвам пред хищником.

Барнэби, теряя сознание в лесу, надеялся на упокояние своей грешной души, но Норны предвещали тому иной исход. Не имея понятия, радоваться или горевать, Тодд не смел сдвинуться с места. Ему были незнакомы эти волшебники. А неизвестность - пугала.

- Вставай уже, Тодд, - Кровь стыла в жилах от одного лишь голоса Алфорда. По одному лишь взгляду на него легко можно было определить, что он представляет из себя лидера.

Барнэби не мог точно сказать, чей взгляд пугал его больше. Сумасшедший взгляд Абрахама, одиноко сидящего в углу или взор Алфорда Грира. Из него так и блещило невероятной силой. Он был силён как оборотень, так и как волшебник.

Рудольф выглядел устрашающе, но было что-то знакомое в его чертах лица, что успокаивало. Барнэби пришлось долго вспоминать, прежде чем осознать, что Ульвбьерн был схож с одним из его Сыновей.

- Ты хоть знаешь кто я такой? - собрав всю оставшуюся силу, негодовал Барнэби.

- Старый идиот, распустивший Стаю по своей трусости.

- И ещё тот, кто числится усопшим.

- Кто вы такие и откуда знаете о Стае?

Несмотря на то, что Алфорд был его ровесником, физическая подготовка у обоих сильно различалась.

- О-о, не знать о крупной Стае грех в кругах оборотней, - Глухо засмеялся Рудольф.

С хмурого неба моросило. Мелкие капли дождя изредко ударялись о маленькое окно, отбивая некий ритм.

- Значит, оборотни, - поразмыслил Тодд. - Так почему же я числюсь усопшим?

- Я, мистер Тодд, не простой оборотень. Я отменный колдун, - он надменно демонстрировать своё величие. Зелёные глаза сверкали от экстаза.

- Так вы ещё и колдун?

- Отличное комбо, не находите? - Смеялся мужчина зрелых лет, сидя вальяжно за скрипучим стулом. Заметив на блеклом лице собеседника серьёзность, Алфорд продолжил :

- Итак, найдя вас полумертвого, я наколдовал сферу абиологической массы. Я его сделал точной копией вас, отдав взамен ваш волос. К счастью, вы ещё не успели облысеть полностью, - Брезгуя, он осмотрел голову Барнэби. Вид его головы сверху напоминал озеро в лесу. Тодд съёжился под его давлением и невольно потрогал голову. Его побелевшие волосы и вправду начинали сыпаться. Его голова медленно, но верно лысела- Колдовство задержится около двух дней, не более...

- Вершилась тёмная магия? - не сумев скрыть восхищения, воскликнул Барнэби. Колдунов, которых он видел в своей жизни, оборотень мог подсчитать по пальцам одной руки.

- Скоро, - Грир сделал высокомерное лицо. - В Murum Cadawer заметят исчезновение трупа, - Алфорд безукоризненно продолжал, перебивая фразы Тодда. - Вашего трупа. До тех пор у нас есть время на план воссоздания общины волков. Более лучшей. Более усовершенствованной. И я вас уверяю, под моим руководством мы добьёмся величия, - От мечтаний глаза Грира увлажнялись глаза. Тень улыбки проскользнула на его смуглом лице.

- Постойте. В каком это смысле под вашим руководством!?

- Неужто вы считали, будто вам, старому и больному маразматику разрешат руководить целой общиной? Вы думаете, что вам вновь могут дать добро?! - Широкоплечий и седовласый мужчина смеялся ему в лицо, наслаждаясь гримассой Барнэби. - Не смешите мои панталоны!

- Слушай сюда, юноша! Я в твои годы уже имел виды на Стаю, пока ты сопли жевал! - скрывался на крики Тодд, дрожа нижней губой. Для него в таком возрасте было вредно нервничать.

- Нет! - тот резко встал, со скрипом оттолкнув стул к стене. Алфорд не хотел сворачивать ему шею раньше времени, а потому, взяв себя в руки, пару раз вздохнул и выдохнул, успокаиваясь. - Это ты слушай сюда, старик, - низким тоном проговорил Грир. Голос его больше напоминал звериный рык. - Я буду Отцом Стаи. Буду лидером общины волков. Это будет моя Стая, моя община. Пора бы уже и сдать свои позиции, отдавая эстафету более молодым, так что... Либо ты сейчас с нами, либо тебе конец, - оскалился Алфорд, удовлетворяясь любому исходу событий.

- Мы не хотим, чтобы наша Стая под вашим руководством распалась, - обратился Рудольф к Тодду. Бегая пустым взглядом мокрых глаз по лицам малознакомых оборотней, Барнэби сглотнул от сухости во рту. Перед ним не было иного выбора. По крайней мере, ему так казалось.

- Я согласен, - ответил старик, нервничая пуще прежнего. Ответ лидера удовлетворил.

- Теперь следующий шаг. Собираем всех знакомых оборотней. Желательно отшельников, не имеющих особых близких. Пришла пора формировать Стаю, - блаженно произнёс мужчина. - Эй, старик, у тебя на примете есть такие или всех твоих уже давно перебили на том поле?

- Ну, - он прокашлялся. - Осталось парочку...

Четырём оборотням предстояла погоня за целью. Ради дела всей их жизни они были готовы на всё. Работа предстояла не из лёгких. Оставалось выследить потенциальных членов будущей Стаи, не кидаясь в глаза волшебникам.

* * *

Рыжеволосая девушка, сидя за тёплым креслом смотрела вперёд. Напротив неё было расположено окно. Сквозь него Эвелин смотрела, как засыпала природа. Начинало значительно холодать, а потому её Меч зажёг камин, находившийся по боку от неё. Разглядывая пейзаж, сквозь мысли девушек были слышны посторонние звуки. Шум упавших дров на подставку. Дровница благодаря Эверету наполнялась. Благодаря юноше в эту осеннюю пору в доме было тепло. Горящий камин грел тело и душу, освещая путь.

Рыжие волосы поблёскивали при свете огня, от чего Эрнестайн еле заметно улыбался уголками губ. Он начинал более ощутимо лицезреть за увлечённой мыслями Эвелин. Голубые глаза, не моргая, смотрели в окно.

- Эви...

После их отъезда из Королевства молодые волшебники совершенно по иному взглянули на жизнь, на сложившуюся ситуацию. Они многое осознали, и теперь смотрели на всё иначе.

- М?

- О чём задумалась? - тепло, по родному, улыбается Эверет, усаживаясь рядом на коленях. Смотря сверху вниз на голубые, кристально чистые, как водопад, глаза, юноша не переставал восхищаться красотой девушки. Сколько в её глазах было жизни. Было любви и добра.

Казалось в сердце леди не находилось лишнего места, и потому любовь и добро наполняясь, выглядывали из-за омута голубых глаз.

- Я думала сходить к Аскольду, чтобы всё ему сказать... - без запинки честно смогла произнести Эвелин, смотря в серые глаза своего любимого.

- Хорошо, - Обменявшись взглядами, леди поджала губы. Эверет выдохнул, осознавая, что так и стоило поступить. В серых глазах юноши блеснуло что-то печальное. - Я тебя провожу.

- Спасибо, но не стоит, - спокойно проговорила девушка. - Мне хочется сказать ему всё наедине.

- Ты уверена? Не смотря на то, что оборотни были истреблены, я всё равно настораживаюсь тебя отпускать вечером... - Эверет любил Эвелин, а потому заботился о ней, как о себе.

- Всё будет в порядке, Эв, - улыбнулась сдержанно леди, проводя подушечками пальцев по щеке Эрнестайна.

- Если что-то почувствуешь не то - тут же факстритизируй домой, родная, - обнимая свою супругу, тот нежно поцеловал её. На губах остался след Эви.

- Обещаю...

* * *

Мгла ночи дарила своеобразный запах, заставляющий утопать в её аромате. Благоухание природы в ночи наполняла лёгкие Эвелин свежим воздухом. Ботинки хлюпали по лужам. Влажность воздуха заставляла волосы девушки пушиться. В этом сумраке улиц, изредко освещённых фонарями, леди остановилась под одним из таких фонарных столбов. Выдохнув, Эвелин закрыла глаза, и представила иную картину, фокусируясь на улице Приквела.

Представив, девушку и радиус метра от неё всё озарилось ярким синим свечением. В сумраке это выглядело особенно ярко. Волшебство леди осветило улицу ярче любого прожектора. Затем свет стал настолько ярок, что за ним уже не было возможности разглядеть Эви. Когда мерцание магии потухло, волшебница оказалась в иной деревне, на иной улице. Прямо напротив неё стоял высокий дом. Свет в нём горел во всех окнах.

Успокоив своё сердцебиение после факстритизации, девушка вошла через калитку во двор. Железо противно скрипнуло. Раздался собачий лай хранителя сна хозяев этого дома. Мгновенно зажёгся свет на втором этаже в одной из комнат. Эвелин и думать не могла, что уже в такое время кто-то мог лечь спать.

Передвигаясь по тропинке из камней, девушка, затаив дыхание, ждала. Она помнила своё первое и последнее нахождение в этом месте. Входя в этот дом, девушка имела благие умыслы, а выходя была пьяна разумом в буквальном смысле.

Ещё шаг и дверь открылась. Замедлив, Эвелин увидела тёмный силуэт волшебника. На пороге стоял Эйнсли Редманд, облакачиваясь о дверной косяк.

- Кто пожаловал? - щурясь, произнёс маг. Мужчина был сонлив. По видимому, его отвлекли ото сна.

- Это я, Эвелин. Извини, что разбудила. Не знала, что вы уже спите, - смутилась леди, ужаснувшись своей бестактности.

- Ничего страшного.

- Я бы хотела поговорить с Аскольдом. Он дома? - Переминаясь с ноги на ногу, Эви поджимала губы.

- Сейчас позову, - С этими словами Редманд исчез из поля зрения. Девушке лишь оставалось ждать в ночной мгле оборотня, перевернувшего её повседневную жизнь с ног на голову. Лишь с появлением Бетельгейзе в её жизни всё пошло не по накатанному плану. Всё шло не так, как всегда планировала Эвелин. Он изменил её жизнь. Но нравилось ли это ей?..

Свет в маленькой прихожей зажёгся. Редманд разбудил крепко спавшего Аскольда. Благодаря строгому указу Эйвери, мужчины были отправлены ко сну в такое раннее время. Хозяйка дома устраивала свои правила, собираясь лишь сделать Эйнсли с Аскольдом лучше, чем те были прежде. Отличавшаяся иным мировоззрением, светловолосая леди пыталась всё сделать под свой лад. И у неё это получалось.

У порога появилась высокая фигура, освещённая светом от лампы. Руки были скрещены на груди, заставляя мускулы на руках выделиться. Сонные глаза слипались. Взъерошенные волосы напоминали белую солому. Лёгкая щетина на лице мужчины была уже видна, что означало, что к утру Бетельгейзе отправится в ванную бриться. Белая рубашка с вырезом искосилась в левую сторону, открывая больше вида на накаченное плечо. Ночная сорочка была помята, как и лицо недавно проснувшегося мужчины.

- Доброго вечера, - блаженно улыбнулся Аскольд, смотря карими глазами на девушку, которая для него всегда казалась восхитительной. А в ту осеннюю ночь, с прасони, она казалось ему нимфой, сошедшей с небес.

- Доброго... - поникла Эвелин, осознавая тему беседы.

- И что же тебя привело?

- Нам надо поговорить. Серьёзно поговорить, - важный взор заставил добродушный пыл волка поохладеть. В его разум закралась мысль о плохом. Предчувствие чего-то неприятного заставило его поникнуть. Но попытавшись выкинуть прочь любые отрицательные мысли из головы, Бетельгейзе искренне улыбнулся. Он был рад наконец увидеть леди спустя несколько дней.

- Интересно, что ты выдумаешь на этот раз, Эви, - фирменно усмехнулся краем губ оборотень, смотря в самую глубь голубых глаз. На этот раз жизнь не струилась с глаз леди. Теперь водопад естества, стекавший раньше в глазах девушки, замёрз, превратившись в бесчувственную глыбу льда. Взор Эвелин хладил душу Бетельгейзе.

- Не придумаю, а изложу факт, - твёрдо ответила леди, пряча взор куда-то вниз. Она заметно нервничала, но не собиралась отступать, а всё потому, что уже было поздно.

Лицо Аскольда помрачнело. Он напрягся всем телом. Предчувствие, которое его никогда не обманывало, вновь дало о себе знать.

- Излагай.

- Мы больше не будем вместе. Я буду с Эверетом.

Часто говорят, что слова ранят больнее кинжала. Так и есть. Тупая боль пронзила грудь, не давая вздохнуть. Перебирая ртом воздух, Аскольд забегал взглядом. От неожиданности он и вовсе издал смешок. Ему не верилось. Не верилось, что так может случится.

- А он согласен? - хмыкнул, злобно сверкнув глазами волк. Этот вопрос был единственным, который пришёл на тот момент в его пыльную голову.

- А как иначе, - нахмурив лоб, воскликнула девушка. Эвелин до этого момента казалось, я о разговор будет тяжёлым, но ожидания не оправдались. Ей даже было обидно, что мужчине было наплевать. Эви казалось, что Бетельгейзе любит её, но теперь она была точно уверена в обратном.

- Надеюсь ты не успела забыть о том, что у Эрнестайна есть своя девушка на стороне.

- Помню. Мы это уже обсудили.

- И к какому выводу пришли? - кусая щеку с внутренней стороны, спросил Аскольд. Его сердце било о грудную клетку. Он не мог поверить в происходящее. Не мог.

- Мы с Эвом будем вместе.

Молчание длилось будто вечно. Спустя время, Эвелин так и не дождавшись ответа, развернулась, чтобы уйти. Аскольд не предпринял ничего, чтобы удержать девушку. Он её отпустил.

Не оборачиваясь, Эвелин шла вперёд. И лишь встречный ветер осушал её очи, не давая слезам вырваться наружу. Сдерживая комок обиды в груди, девушка кусала безщадно губы до крови. Эвелин, пытаясь отпустить Аскольда из сердца, уходила прочь.

Для него мир разрушился.

Для неё тоже.

Тёмная фигура удалялась всё дальше в темноту. Вскоре девушка факстритизировала, после чего увидеть её и вовсе стало невозможно. А Аскольд всё стоял у порога, смотря туда, откуда он упустил Эвелин. Откуда он её добровольно отпустил.