Глава тридцать третья

— Драко, покушай что-нибудь, — попросила Пэнси.

— Перестань вести себя как мамочка, — грубо потребовал тот.

«Наивная, полагает, что сможет заменить её» — подумал он, уходя из Большого зала. Он снова чувствовал вину. Его заполняли эмоции, которые он не мог понять. Он что, до сих пор не может забыть её? Она что, до сих пор нужна ему?Полгода он пытался переубедить себя, но тщетно, как выходит. Драко даже пытался найти себе новую девушку, но об этом никто так и не узнал, так как он словил себя на мысли, что его новая «половинка» просто недоделанная копия бывшей. По нему ничего не видно, прекрасно прячет всё за ухмылкой.

И вот, наступил понедельник. Новая неделя, новые дела, уроки. Только несколько людей в Хогвартсе до сих пор верили, что Анаис жива. Дамблдор подозревал, где она может быть, но говорить бесполезно. Она должна сама прийти, если она там, где он думает.

— Малфой, хватит уже злиться на нас, — потребовал Забини.

— Разве тебе не лучше от того, что её больше нет? — улыбнулась Дафна.

Драко посмотрел на неё убийственным взглядом. Конечно, ему не лучше, как вы не понимаете?

— Вам хорошо, как я вижу? — буркнул он.

Да, им хорошо. Никто так и не поверил, что это они сделали так, чтобы Анаис исчезла. Никто не мог ничего сказать, ибо Амбридж покрывала своих любимчиков из Инспекционной дружины.

Что было сложнее, так это решить — собирать ли Отряд Дамблдора, зная, что Анаис могут раскрыть, или не собирать? Они не обсуждали это пару дней, решив, что это дело можно отложить.

— Две недели… — вздохнул Снейп.

— Нельзя терять надежды, Северус, — возразил директор.

Он покачал головой. Всё это так выматывающее. У него почти не осталось сил, поэтому он решил отдохнуть два часика. Время было уже под утро, а ему ещё преподавать…Каждый урок начинался с вопроса: «А Анаис не объявилась?» от разных людей. После ответа некоторые облегченно вздыхали, а некоторые нет.

Ровно две недели и один день.

Все сидели на завтраке как ни в чем не бывало. Малодушный Малфой простил и перестал злиться на друзей. Ну не мог он без них.

— Теперь можно вздохнуть спокойно, — сказала Пэнси, ухмыльнувшись. — Говорят, что её призрак уже летает где-то по замку.

Они ухмыльнулись, но она походу сглазила, потому что на пороге Большого зала появилась она — Анаис собственной персоной. Весь зал постепенно замолчал. На её лице красовались яркая пара огромных синяков и разбитая губа, что выглядело очень страшно. Не лучший вид для возрождения из мертвых.

— Ага, я жива, — усмехнулась она.

Уверенным шагом слизеринка прошла к месту со своими обидчиками, не обращая внимания на боль. А те вжимались в скамейки от страха. «Не смотри ей в глаза, не смотри!» — думала Пэнси, так как глаза Анаис так знакомо пылали ненавистью.

Все следили за ней в ожидании её действий. Волшебница подошла к ним вплотную и улыбнулась.

— Помните, о чем я вас предупреждала? — спросила она «доброжелательно».

Гринграсс громко сглотнула. «О, нет, Боже…»

— Да, Дафна. Это то, о чем ты думаешь.

В следующий момент она резко вытащила склянку с Напитком живой смерти и быстро залила чуть-чуть ей в рот, перед этим грубо схватив её за волосы, заставляя поднять подбородок. Ученики вокруг были в шоке.Следующим её шагом было налить ещё немного в напиток Паркинсон. Дафна свалилась в руки к Забини. Повезло, что младшей Гринграсс тут не было.

— Пей, — затем уверенно потребовала слизеринка.

Пэнси отрицательно замотала головой, на что та закатила глаза. Никто даже не хотел остановить её.

— Не заставляй меня, — снова улыбнулась она.

Тогда, несчастная подружка Малфоя выпила содержимое её кубка, не забыв на прощание поцеловать его. Волшебница рассмеялась. Вот идиотка-то, она могла передать ему зелье через поцелуй, но всё обошлось.

— Извините, — сквозь смех сказала она. — Твоя очередь.

Она повернулась к Блейзу.

— Девочек бить не хорошо, — покачала Энни головой. — Особенно, привязанных к стулу и особенно тех, кто сможет тебе отомстить.

Она протянула ему склянку. Ученики вокруг нахмурились. Вот это признание повергло их в ещё больший в шок.

— Нет, — ответил он, вытаскивая палочку из мантии и вставая с места.

Анаис закатила глаза. Когда это всё кончится уже?Видимо, прямо сейчас, ибо в Большой зал прибежали профессора. Они испуганно оглядели искалеченное лицо слизеринки и учеников, лежащих без сознания.

— Можно считать: мы квиты? — спросила та, резко развернувшись и ударяя его по левому легкому.

Забини уселся обратно на скамейку, так же резко выдохнув. Это было больно.Затем Анаис поспешила к выходу из зала со слезами на глазах, а там её ждал отец. Профессор Макгонагалл и Дамблдор подошли к слизеринцам, пытаясь понять, что с ними случилось. И всё это в гробовой тишине, иногда нарушаемый чьим-нибудь шепотом.

— Папа, — выдохнула та, обняв его, когда они вышли оттуда. Из глаз полились предательские слезы. Да, ей его не хватало.

Ребра заныли от боли, но она терпела. Она смогла выдержать не только крепкое объятие, но и избиение. И сколько времени они будут искать способ разбудить её обидчиков не важно. Её всё равно ждут некоторые последствия, но оно того стоило. И может поэтому она и не являлась героем во всей этой истории…

Продолжение следует...