Даже Бибизянок удача не обходит стороной

Так как парни нам доходчиво объяснили, где будет проходить прослушивание, мы быстро нашли нужное место. Это было многоэтажное нежилое здание, где на втором этаже располагалась комната для проб. Но до самого действия оставалось ещё полчаса. Вот почему мы с Мирославой расположились в коридоре на диване и стали ждать. Я достала Яшину гитару из чехла и начала её изучать. Такая синенькая, на вид лучше, чем моя, но тоже какой-то малоизвестной фирмы (явно же не "Gibson"). В общем гитара-то неплохая, но вот незадача: струны стоят шире, чем у моей. Немного поразмыслив и потренировавшись, я решила исполнять песню AC/DC – "Come And Get It". А коридорчик в это время уже начал заполняться. Здесь было множество людей, и лишь сейчас я осознала, насколько тяжело будет попасть в группу.

Когда пришло время, гитаристов стали по очереди вызывать в комнату, по алфавиту. Сначала я не очень волновалась. Из-за двери было слышно, как лажают одни и как божественно играют другие. Нервничать я начала только когда вызвали некого Игоря Лаптева. Понимая, что скоро моя очередь, я стала неосознанно теребить гитару, пробовать, какой у неё звук. А когда до моего слуха донеслись всего два слова, а точнее "Левченко Ольга", я тотчас вскочила и понеслась к двери, неся перед собой гитару, как величайшую драгоценность, ведь она таковой для меня и являлась. Уже входя в комнату, я оглянулась на Мирославу, и очень зря, скажу я вам. Толком переступить порог мне так и не удалось, и я, пытаясь в полёте перевернуться на спину, с руганью и грохотом упала на пол, с высоты своего не такого уж маленького роста. Спину тут же пронзила ноющая боль, а Яшин инструмент показался таким тяжёлым. Так и лежала я с гитарой в обнимку, слушая, как дружно смеются музыканты, пришедшие на пробы, и как испугано охают судьи. Ко мне подбежала какая-то женщина.

– Вы не ушиблись? – озадачено спросила она.

– Да вроде бы нет, – произнесла я неуверенно, в это время ощупывая гитару, ведь за неё я боялась больше.

Я с трудом поднялась на ноги, при этом благодаря Бога за более-менее удачное падение, и закрыла дверь, за которой до сих пор слышался смех. После, под пристальным взглядом судей, я села на стул напротив них.

– Итак, Ольга, – сказал мужчина во главе стола после продолжительной паузы, – сколько вам лет?

– Ну... так это... двадцать два! – я всегда страдаю красноречивостью, за что неоднократно получала по носу, но сейчас моих природных умений не наблюдалось, весь талант оратора куда-то пропал.

Чувствую я себя, как на допросе (и волнуюсь так же). А когда я переживаю, то начинаю жутко мямлить и странно себя вести, не знаю даже, куда руки деть. Вот и сейчас вцепилась обоими "орудиями пыток струн" в гитару.

– Где живёте?

– На данный момент живу в Питере, – я всё же смогла с собой совладать и теперь стала внятно отвечать.

– Есть опыт игры в других группах?

– Нет.

– И что же вы нам исполните?

– AC/DC – "Come And Get It".

– Приступайте.

Закоченелые пальцы не хотели повиноваться, ишь какие бунтари! Но я не имела права больше лажать. С трудом заставила себя начать играть. Песня длилась недолго, а мне показалось, что целую вечность. Не скажу, что сделала всё супер-пупер, но старалась выложиться на все сто. Когда закончила и подняла взгляд, то заметила, как кивают головами судьи, не то одобрительно, не то огорчённо.

– Оставьте, пожалуйста, нам свой номер телефона, вот здесь, – указал один из судей на пустое место напротив моего имени.

Зачем говорить "пожалуйста"? Они чё, думают, что я, после всех стараний, сверкну хитро глазками и со словами "А фиг вам!", злорадно смеясь, убегу? Конечно, я оставлю свой номер, меня и просить не надо. Но я отошла от рассказа, простите грешную.

Я молча положила Яшину гитару на стул, подошла к столу и так же без единого слова записала номер.

– Мы сообщим вам, если вас примут в группу, – улыбнулась та самая женщина, что некогда интересовалась моим самочувствием.

Я кивнула и с какой-то необычайной лёгкостью понеслась к двери.

– Девушка, вы забыли гитару.

Вот почему было так легко... С опущенной головой я подошла к стулу, забрала гитару и, всё ещё не смотря на ухмыляющихся судьей, вышла. Мне в спину тут же полетело следующее имя.

Мирослава встретила меня аплодисментами.

– Ничего не болит, Королева падений? – с нахальной улыбкой спросила она.

– Спина немного... Ты мне что, уже новое прозвище придумала? – я начала укладывать гитару в чехол.

– А тебе не нравится? Тогда как тебе такое: "Гроза высоких порогов"? – продолжила издеваться подруга.

– Да иди ты, – кинула я через плечо, уже спеша к выходу.

Бугимот спохватился и побежал за мной.

***

Отыскать магазин продуктов не составило труда. Удачно затарившись на ближайшие четыре дня, мы спешили домой (хотя и не знали, в какой он стороне). Я вручила Мирославе все пакеты с едой, а сама обеими руками вцепилась в гитару.

– А чего это я должна всю жратву нести? – Мира вопросительно уставилась на меня, притопывая ножкой.

– Ты смеешь мне перечить? А ну на колени, холоп! – пригрозила я.

– Как скажете, Ваше Величество Королева падений.

– Ладно уж, помогу чем смогу. Давай вот этот пакет.

Дальше мы начали спорить: в какой же всё-таки стороне наш дом? Не достигнув согласия, стали расспрашивать прохожих. Оказалось, что до места назначения шагать ещё два километра (это немного, если учесть, что в городе не замечаешь расстояния). Но пакеты-то тяжёлые, ведь Мирослава набирала себе на четыре дня, а когда узнала, что мне тоже надо хоть иногда есть, то взяла ещё больше.

В общем, добрались мы до дома удачно, только устали, как псы. Ещё и лифт не работал, пришлось пешком на девятый этаж подниматься. Зашли в квартиру и завалились каждая на свою кровать, не обращая внимания на голод. Ведь отдохнуть важнее, чем поесть. Хотя кому как: с кухни уже слышались шуршание пакетов и стук ножа об стол. Да-а-а, каждому своё счастье.

***

Около семи вечера мой телефон разразился звоном (а точнее, он разразился песней Scorpions - "Send Me An Angel", но это лишь маленький факт). Взглянув на экран, я увидела незнакомый номер.

– Алло, – дрожащим голосом произнесла я.

– Здравствуйте! С радостью сообщаем вам, что вы приняты в группу "Парашют". Ваша первая репетиция в понедельник, в том же помещении, где проходили пробы, в десять часов, не опаздывайте. И не падайте больше, прошу вас, – весёлый, но деловой голос женщины звучал, как сквозь вату, осознание происходящего плохо доходило до затуманенного радостью сознания.

– Хорошо. До свидания, – еле выговорила я.

– До свидания.

А после мы с Мирославой долго носились по квартире, прыгали по старым кроватям и бились подушками, которые, к счастью, не разлазились.

– Почему же они взяли меня? Там были музыканты намного опытнее, – задала я вполне логичный вопрос.

– Да ты же там самая смешная. И самая обаятельная. Каждый хочет видеть рядом с собой красивое лицо. А ещё ты там самая Бибизянская, и этим всё сказано.

– Да уж, спасибо за комплимент, – в Бугимота полетела подушка.

Потом мы засели на кухне, поглощая четырёхдневные запасы еды, хотя, чует моё сердце, что так надолго нам её не хватит.