III

Открыв дверь, девушка буквально залетела в дом, оглядываясь по сторонам в поисках своей сестры. Вокруг царила тишина, так сильно давящая на Энди. Сняв кеды и кинув их куда-то в сторону, Ди забежала в гостиную, в которой сидела Ханна, смотря мультфильмы по телевизору. Девушка облегченно вздохнула, проходя к сестре и садясь рядом.

— Тебя тоже чипировали? — убавляя звук на телевизоре, спросила Ханна, поворачиваясь всем корпусом в сторону старшей сестры. Ее глаза были слегка опухшие и красные, руки подрагивали, а пальцы нервно перебирали пуговицы на джемпере.

— Они, видимо, всех чипировали, милая, — Энди прижала девочку к себе, крепко обнимая. Волосы Ханны пахли хвоей из-за шампуня, который так не нравился Ди.

— Зачем?

— Я не знаю, Ханна, ничего об этом, — вздохнула Энди. — Спросим у отца, хорошо?

По телевизору показывали мультфильмы, которые сестры просто обожали. Немедля, они переоделись в тёплые пижамы, взяли всякой разной еды и уселись перед экраном, посвещая весь вечер любимым рисованным персонажам. Они обе любили проводить свободное время друг с другом, ведь были будто лучшими подругами, всегда понимающими и принимающими, даже несмотря на разницу в возрасте, составляющую шесть лет.

***

Утро Энди началось с громких криков, что доносились с первого этажа. Резко сев на кровати, девушка ещё какое-то время приходила в себя, пытаясь осознать, что происходит. Глаза слипались и хотелось вновь завалиться под тёплое одеяло, продолжать видеть сны о счастливой жизни возле морского побережья Калифорнии. Шторы в комнате были занавешены, поэтому темнота ещё больше не давала привыкнуть к пробуждению.

Ступив босыми ногами на холодный пол, девушка поднялась с кровати. По телу побежали мурашки из-за смены температуры, несмотря даже на наличие тёплой пижамы, которую Ди так любила. Сегодня ей не нужно было идти в школу, чего нельзя сказать о Ханне, которая, видимо, уже встала. Резко вспомнив про крик, из-за которого девушка и проснулась, она открыла дверь и пошла на поиски сестры, которая находилась в ванне на первом этаже. Стоя возле зеркала, девочка разглядывала знакомые Ди красные пятна возле глаза, при этом шепча что-то неразборчивое.

— Да быть такого не может, Ханна, — Энди подошла к сестре, поворачивая к себе и рассматривая первый симптом вируса. — С кем ты контактировала?

— Много с кем, Ди, — по щекам младшей катались слёзы, а руки тряслись или от страха, или от шока. — Что делать?

— Звонить папе и Заку, что ещё то, — быстро среагировала девушка, вытирая слёзы сестре большими пальцами.

— Тогда я наберу папу, — кивнула Ханна и взяла с раковины телефон.

Кивнув сестре, Энди побежала в комнату. Даже представлять не хочется, как сложно будет им обеим в этот последний месяц. Каков шанс, что у Ханны тоже окажется иммунитет к вирусу? Никто не знает сколько ещё человек имеют такую же особенность, как и Энди. Остаётся лишь полагаться на удачу и на Бога. Андреа просто не может потерять ещё и сестру. Не выдержит ни она, ни отец, ведь уход матери и так отразился на всех членах семьи.

Всегда сложно терять кого-то близкого. Хейз были примерной семьей. В их доме в любое время года было уютно, так как Кортни, мать девочек, хотела, чтобы жизнь была в разы комфортнее; на семейных фотографиях все были улыбчивые и счастливые, ведь в их доме нет места для грусти. Никто никогда не повышал голос друг на друга, все были честны и откровенны, уважали интересы каждого и прислушивались друг к другу. Идеальная семья, не правда ли? Все так считали. Все соседи, которые так любили заглядывать по выходным с недавно испечённым вкусно пахнущим пирогом, друзья и сотрудники на работе, Соня и Зак, которые заходили чуть ли не каждый день на чашечку кофе, а в итоге оставались с ночёвой, бывало, даже по несколько дней. Просто потому, что семья Хейз была доброй и понимающей; потому что с утра из приоткрытых окон на кухне лилась их любимая музыка и стоял дурманящий запах свежеприготовленного завтрака; потому что Бенджамин любил перебирать свои студенческие вещи, отдавать их младшей дочери, а потом вся семья наблюдала за показом мод от Ханны Пикси Хейз; потому что Кортни помогала Энди с тортами, которые девушка обожала печь для своих друзей, даже если на это уйдёт несколько дней. Все было идеально и прекрасно, пока вирус не забрал самое дорогое, что было у каждого члена семьи — их лучик света, освещающий дорогу каждому.

— Он не берет трубку, — кинув телефон на стол, сказала Ханна, поднимая взгляд на сестру. — Зак ведь придёт?

— Куда он денется, — Энди подошла к сестре, смотря на ее красивое лицо. Девочка очень сильно была похожа на мать: те же выразительные глаза шоколадного цвета, длинные золотистые волосы, широкая улыбка.

Сейчас Ди хотела просто разрыдаться, но стойко держала себя в руках. Она обязана сделать все возможное, чтобы спасти сестру. Даже не важно каким образом. Они с детства были не разлей вода. Всегда поддерживали друг друга, несмотря ни на что. Когда в младших классах Ханна подралась со своей одноклассницей, первая, кто пришла разъяснять всю ситуацию, — была Андреа; когда Ханне понравился мальчик из параллельного класса, именно Энди первая узнала об этом и помогла познакомить сестру с этим милым парнишкой.

Звонок в дверь раздался именно в тот момент, когда Андреа готовила завтрак. Она достала слегка подгоревшие тосты, кладя их на тарелку, и мигом побежала открывать дверь. Запыхавшийся Зак, стоящий на улице оперевшись руками о свои колени, зашёл в дом, снимая кеды, при этом оставаясь в маске и перчатках, ведь есть огромный шанс того, что Ханна заразна. Парень сразу прошёл на кухню, где сидела девочка за чашкой какао.

— Привет, Пикси! — он любил называть ее по второму имени, считая, что оно как никак лучше подходит этому милому созданию. — Как себя чувствуешь?

— Голова болит, в сон клонит, а ещё жарко очень, — протянула Ханна, зевая.

— Вы измеряли температуру, Ди? — обратившись к девушке, стоящей поодаль от стола, за которым сидела Ханна, спросил Зак, подходя ближе.

— Нет, не измеряли. Я не заметила, что она была горячая, когда мы встали, — Энди нервно постукивала костяшками пальцев по ноге. — Сейчас вернусь.

Зайдя в ванную комнату, где в шкафу лежали различные медикаменты на все случаи жизни, девушка нашла термометр, что лежал в небольшой коробочке с почти закончившимися пачками таблеток. Взяв его, Ди вернулась на кухню, отдавая прибор сестре, которая незамедлительно воспользовалась им. Энди подошла к Заку, кладя голову на его плечо и обнимая за талию, что сделал и парень в ответ. Он всегда старался подбадривать и помогать своей подруге в сложных ситуациях, например, как сейчас. Закари понимал, какого это, когда ты смотришь на то, как твой близкий человек медленно покидает тебя, когда ты морально раздавлен, ведь изменить ничего нельзя. Всю его семью забрал вирус. Сначала младшего брата, затем и отца с матерью. Он наблюдал, как практически на его руках умирают близкие люди. Уже было плевать — заразится или нет, ведь он теперь один. Единственный поддержкой была семья Хейз, которая была чуть ли не родной для парня.

— 38 градусов, — сказала Ханна, доставая термометр и протягивая его сестре.

— И что делать теперь? — сдерживая слезы, Ди села на стул рядом с младшей, обращаясь к думающему Заку. — Каков шанс, что у неё есть иммунитет, как и у меня?

— Он есть, но мы не можем знать наверняка, — задумчиво произнёс парень, вздыхая. — У тебя не было температуры очень долгое время, да и симптомы были другие, не считая усталость.

— Я не хочу, чтобы ее забирали, Зак, — буквально прошептала Андреа, поворачиваясь к младшей сестре. Она не может отдать это маленькое чудо в чужие руки. Она пообещала заботиться о ней, во чтобы то не стало.

— Вы уже говорили с Бенджамином? — Закари поднял рукава своего свитера, проводя рукой по месту, где теперь находился чип, а после поднял взгляд на Энди.

— Нет, не удалось дозвониться, — Ханна громко поставила кружку на стол, из-за которой пила горячий напиток, и встала, подходя к раковине.

— Ты останешься сегодня дома, хорошо? — сказала Энди девочке.

Ханна кивнула и, поблагодарив за завтрак, поднялась по лестнице на второй этаж, негромко хлопая дверью. Через время послышалась удаленная спокойная мелодия. Девочка часто включала музыку на полную громкость, чтобы отстраниться от внешнего мира. Сейчас это было на руку Энди, поэтому кивнула Заку на стул, куда он незамедлительно сел, снимая маску.

В голове у Ди начала зарождаться идея о поиске вакцины. Вы спросите, а о какой вакцине идёт речь вообще, ведь ее нет? Но почему-то Энди уже давно начала задумываться, что ее изобрели, ведь не просто так президент Великобритании магическим образом вылечился, правильно? Такого просто быть не может. Ты если подхватил этот противный вирус, то все — дело с концом.

— Мне нужно раздобыть вакцину, — твёрдо и решительно проговорила Андреа, смотря прямо в глаза парню, лицо которого в миг исказилось в гримасе удивления.

— Что? — только лишь спросил он.

— Зак, мне нужно раздобыть вакцину.

— Ты как себе это представляешь?

Никак. Вообще никак. Энди понятия не имела, что ей нужно делать и куда идти. Знакомых или друзей, кто занимается этим вопросом, она не имела, а отец вряд ли сказал бы что-то по этому поводу. Неужели придётся лезть в даркнет?

— Я придумаю что-нибудь, — вздохнула Ди. — Осталось отцу сообщить.

Все оставшиеся утро девушка ломала голову над единственной стоящей перед ней задачей. Она не сообщила о своих планах Ханне, чтобы девочка не волновалась лишний раз. Пусть для начала привыкнет к тому, что заражена, ведь осознание твоей скорейшей смерти — максимальный стресс для любого человека. Ты чувствуешь себя так погано. Тебе страшно, но с виду ты все также кажешься невозмутимым. Считаешь дни, зачёркивая их чёрным маркёром в календаре. Составляешь завещание, думая, кому же отдать свои любимые вещи. Энди вот завешала сестре коробку воспоминаний, ту самую, где лежали письма от отца, сушенные цветы, а ещё много чего другого, вроде билетов на концерт, записок от друзей, которыми они перекидывались во время урока, или, например, камешки с моря, собранные Заком во время их поездки в Калифорнию к друзьям парня. Ди ещё долго вспоминала как впервые напилась, а потом танцевала на столе под грустные мелодии, что исполнял друг Зака в местном пабе, в то время как сам парень аккомпанировал на гитаре, наблюдая, чтобы Андреа не дай Бог не свалилась со стола. В конечном итоге это все же произошло, но, видимо, пара шотов водки настолько подействовали, что девушка сразу же уснула на полу под свою любимую песню.

Горько усмехнувшись воспоминаниям, Энди глянула на полароидные фотографии, прикреплённые к стене. На одной была изображена Соня рядом с Эйфелевой Башней, во время поездки во Францию всем классом, на другой — маленькая Ханна с щенком в руках. Как же быстро летит время, даже оглянуться не успеешь.

Девушка взяла со стола ноутбук, садясь на кровать, застеленную белым покрывалом. Последующие сорок минут она провела в интернете, с целью найти хоть какую-то зацепку, связанную с вакциной. Ничего. Нигде нет никакой информации. И тут Энди вспомнила, как Паркер пару раз рассказывал про девушку, которая все чаще и чаще закупается незаконными товарами на неком чёрном рынке, что находится возле черты города. У них нет точного адреса, так что даже наглядно понять нельзя, где это место расположено. Неужели, придётся идти туда? Должен же быть другой способ. А если ее там поймают и распотрошат на мелкие части, чтобы потом продавать на этом же рынке? От одних только мыслей девушке стало не по себе, но другого варианта она просто не видела. Нужно было связаться с этой девушкой, узнать всю подробную информацию.

Набрав номер Паркера, Энди начала ждать ответа на звонок, но слышала лишь противные гудки. Она нервно стучала по коленке пальцами, отбивая ритм засевшей в голове песни. Через время все же послышался сонный голос парня, который явно был не в настроении.

— Тебе чего? — зевнув, спросил друг.

— Помнишь девушку, которая на чёрный рынок часто ходила? Ты ещё рассказывал, как ее сестру или девушку, не помню уже, посадили за что-то.

— Мэг?

— Может и Мэг, а может и не Мэг, — вздохнула Энди. — У тебя есть ее контакты?

— А зачем тебе?

— Долго объяснять, Паркер. Есть или нет? — протянула девушка, закрывая вкладки в ноутбуке.

— Нет, но я знаю, что она гадалка и приводит свои шаманские обряды где-то в районе центрального парка по вечерам или даже ночью, — парень засмеялся, а Энди лишь нахмурилась. Ещё к гадалке она не ходила. — Сходи, узнай.

— Спасибо, ты настоящий друг, — с улыбкой проговорила Энди, сбрасывая вызов.

Гадалка Мэг, значит.

Посмотрев на настенные часы, показывающие половину седьмого, девушка ненадолго задумалась, а потом встала с кровати, начиная собираться. Надев всю ту же толстовку, несмотря на просто огромное количество разных свитеров, Энди глянула в зеркало и взяла рюкзак. Ей нравилась эта толстовка, только потому что это была толстовка Зака, которую девушка по случайности забрала в поездке в Калифорнию. Выйдя из комнаты, Андреа постучалась в дверь к младшей сестре, заходя.

— Мне нужно сходить кое-куда, — предупредила она, смотря в экран ноутбука Ханны, лежащего на кровати. Девочка смотрела очередной мультфильм.

— Ты надолго? — спросила Ханна, садясь на кровать.

— Нет, я быстро, — подойдя к сестре, Энди поцеловала ее в макушку, а потом покинула комнату, направляясь к прихожей.

На улице было ветрено, что не сильно нравилось девушке. Темнело. Люди спешили по домам, а служащие все также патрулировали отдельные районы, останавливая нарушителей. До центрального парка было идти не больше получаса, в течение которых Энди ни раз задалась вопросом, почему гадалка сидит именно там. Разве, они не обитают на разных фестивалях или просто у себя дома принимают посетителей? Неужели Мэг каждый день приходит в парк, чтобы, вероятнее всего, ещё и охранников позлить, ведь, насколько девушка знала, различных экстрасенсов не очень любили в обществе. Она вообще никогда не доверяла гадалкам, считая их только мошенниками. А на чёрном рынке Мэг покупала какие-то нибудь снадобья для своих ведьминских зелий, вот и весь ответ.

Когда на горизонте показался знакомый парк, в котором по прежнему было не так уж и много народа, Энди принялась глазами искать девушку, похожую на типичную гадалку. В голове сразу представился образ кудрявой женщины в больших очках, увеличивающих глаза, которая носит кучу разных вещей, полностью не сочетающихся между собой. Казалось бы, где вообще можно найти ее в этом огромном парке, но вот музыка, что доносилась откуда-то издалека, сразу привлекла внимание Ди. Она буквально на звук пошла прямо, радуясь, что мелодия становилась все громче. Небольшая палатка, стоящая перед ней, не давала никах надежд, но Андреа все же обошла ее раз, а потом зашла внутрь. Легкая и приятная мелодия звучала из старого радио, что стоял на тумбе в углу. Гирлянды по всему периметру, свечи и ароматические палочки с дымом, различная атрибутика находилась на полочках по обеим сторонам палатки. Спереди на веревке висела ткань, видимо, разделяющая палатку на две части. Но вот хозяйки нигде не было, что заметно напрягло девушку.

— Здравствуй, дорогая, — неожиданно раздался слегка приглушённый голос, отчего Андреа отскочила в сторону от испуга, смотря прямо перед собой на весьма маленькую девушку азиатской внешности. — Добро пожаловать, проходи.

— Вы Мэг? — все ещё не отходя от испуга, спросила Ди, разглядывая собеседницу.

Она выглядела весьма обычно для гадалки. Энди не могла понять наверняка, какой национальности девушка принадлежала, но почему-то подумала, что она японка лет тридцати, может. Тёмные волосы были заплетены в косы, легкое фиолетовое платье в пол и накинутая сверху шерстяная шаль. Хорошо, пока что пугаться вроде было нечего.

— Да, я Мэг, — гадалка села на пол возле традиционного японского низкого стола, на котором стояла одна лишь чашка. — А тебя как зовут?

— Энди, — девушка прошла к столу, садясь по-турецки. — Я не за шаманским обрядом пришла.

— А зачем тогда?

— Какая вероятность того, что я найду вакцину на чёрном рынке? — немного понизив голос, спросил Андреа, смотря прямо в глаза собеседнице.

— Вообще-то, шаманские обряды и гадание — разные вещи, — слегка обиженным тоном проговорила она, полностью проигнорировав вопрос Ди.

— Хорошо, но что насчёт вакцины?

— А зачем тебе? — Мэг взяла чашку, делая глоток, и поставила ее на место, складывая руки в замок.

— Моя сестра заболела.

— Мне очень жаль, солнце, но вряд ли тебя не убьют на этом рынке, стоит тебе лишь перешагнуть порог, — с улыбкой проговорила гадалка, заставляя Энди съезжаться от страха и испуга. Она говорила так медленно, плавно, что Ди начала думать, не специально ли Мэг тянет время и что она вообще делает. — Люди, работающие в этом темном месте, весьма жестоки и слишком непредсказуемы. А ты у нас девочка весьма обаятельная и очень даже красивая.

— Это не важно, Мэг, мне лишь нужно знать, если она там, — настойчиво требовала Андреа, бегая глазами по лицу гадалки. Яркий макияж, пирсинг на крыле носа и в брови, какие-то непонятные стразы красного цвета, прикреплённые под глазами.

— Да, я думаю, — кивнула она, пожимая плечами.

— Он в черте города находится?

— На границе между Флинтом и Сагино. Там около 35-ти миль идти.

— Спасибо, — Энди встала, наблюдая за гадалкой, которая буквально сканировала ее своим взглядом. — Что-то не так?

— Это все, что ты хотела узнать?

— Да.

— Тогда до свидания!

Мэг помахала девушке рукой, улыбаясь. Ди проделала тоже самое, выходя из палатки. Это молчание в конце было весьма странным, будто гадалка ждала какой-то определенной реакции со стороны Энди. Но, в любом случае, теперь у неё есть информация о точном местоположении, о том, что, вероятнее всего, девушку распотрошат на мелкие кусочки, как только она перейдёт порог, и вероятность 50% процентов, что вакцина все же там есть.