[6.01]

«Понятия не имею, зачем я слизывал арахисовое масло с ее пальца. Только что она просто стояла и дразнила меня, а в следующее мгновение я уже держал ее палец у себя во рту, облизывал языком и возбуждался. И теперь не могу перестать смотреть на то, как выглядит ее задница в этом бикини».—  Чон Чонгук, день четвертый.

– Добро пожаловать на сегодняшнее состязание, – поприветствовал Чип, когда команды выстроились в ряд, вставая на пронумерованные маты. Когда мы оказались на месте, он продолжил: – Сегодня команды будут соревноваться в гонке, но после этого испытания две последние не попадут на голосование, правила немного отличаются. На этот раз последние пять команд не будут иметь права на получение награды. Сегодняшнее испытание за призы. Команды, занявшие места в первой шестерке турнира, будут выбирать предметы роскоши, согласно занятому месту. Ясно?

Мы кивнули в знак согласия, и я продолжила рассматривать окружающую обстановку. С того места, где я стояла позади Чонгука, мне был виден стол. Другие столы были расставлены на краю лагуны, и в воде я разглядела разноцветные, пронумерованные поплавки, качающиеся в отдалении. Похоже, предстоял долгий заплыв. Мой желудок слегка сжался при этой мысли. Гук отлично плавал. А я – нет. И если я подведу нашу команду, закончится ли наше хрупкое соглашение не убивать друг друга?

Как ни странно, мне нравилось быть с Чонгуком на одной стороне.

По какой-то причине я все время представляла его рот на своей руке и ощущение его языка на коже. Я покраснела от воспоминаний и заставила себя сосредоточиться на том, что говорил Чип.

Чип указал на воду.

– Каждый цветной буй имеет под собой мешок с кусочками головоломки. Один из партнеров плывет, чтобы схватить сумку. Как только сумка у вас в руках, вы возвращаетесь на берег и передаете ее своему партнеру. Вам нужно собрать все пять мешков. Другой партнер будет использовать кусочки головоломки, чтобы собрать пазл на доске и поднять флаг своей команды. Первые шесть команд, поднявших флаг, выигрывают приз. Хотите посмотреть, на что вы играете?

Я кивнула и захлопала в ладоши так же нетерпеливо, как и остальные. После нескольких ночей, проведенных на пустынном пляже, нас всех взволновала перспектива получения предметов роскоши.

Чип медленно снял с первой тарелки декоративную крышку.

– Спички, – выкрикнул он и поднял их вверх.

Мы захлопали — кому же не нужны спички, когда приходится разводить костер вручную?

Следующие два предмета оказались едой. На одной тарелке лежали бутерброды, а на другой – шоколадное печенье. Я услышала общий стон девочек при виде печенья. Должна признать, шоколад не помешал бы никому прямо сейчас.

Следующие несколько предметов оказались не менее хороши — одеяло и набор подушек. Последняя показанная вещь действительно привлекла мое внимание. Чип поднял крышку и показал большую темно-зеленую бутылку.

– Кое-что для кожи, – объявил он. – Местный репеллент от насекомых, сделанный из эвкалиптового масла.

Просто услышав это, я почесалась и посмотрела на Чонгука, у которого была такая же реакция, что и у меня. Репеллент от насекомых пришелся бы очень кстати.

– Команды, постройтесь, и давайте готовиться! – Чип поднял руку в воздух, и мы начали действовать.

Мне не пришлось долго убеждать Чонгука стать нашим пловцом. Он кивнул мне и отошел к краю пляжа вместе с другими мужчинами, а я встала к нашему столу, оценивая, кто еще будет собирать пазл. Все женщины-партнеры остались решать головоломки, за исключением Джинджер, бывшей военной, которая шла вперед, чтобы плыть с парнями. Если кто и мог это сделать, так это она, признала я с кривой улыбкой.

Я взглянула на свою доску-головоломку, отмечая края. Сама доска была раскрашена в несколько разных цветов, полосами в виде зебры. Это должно сбить с толку, но на самом деле только облегчило бы сопоставление частей. Лучше всего собрать края, а затем строить из середины. Уверенная в себе, я посмотрела вдоль ряда на других оставшихся участников. Они даже не смотрели на свои доски, а смотрели на своих партнеров. Мужчины раздевались до плавок, и это оказалось впечатляющее зрелище мужской плоти, бронзовой от загара. Несколько глаз, как я заметила, казалось, сосредоточились на моем партнере, в частности на его твердом, как камень, теле с кубиками пресса, от которого мог отскочить четвертак.

Конечно, я этого не заметила.

– Участники готовы? – Чип поднял руку в воздух c зеленым флагом с эмблемой «Острова Выживания». – Приготовились... Начали!

Чонгук первым оказался в воде, его мускулистые ноги ритмично работали, когда он бежал в воде, пока та не достигла талии, а затем нырнул в воду. Те из нас, кто ждал на пляже, подбадривали своих партнеров — ну, кроме меня. Я не хотела болеть за Чонгука перед остальными. Они все еще бросали на нас ухмыляющиеся взгляды, явно ожидая, что мы снова переругаемся. По какой-то причине это заставило меня чувствовать себя в безопасности. Они не знали о нашей маленькой сделке и явно не видели в нас угрозы. Так что я не стала его подбадривать, а просто стояла у стола, сжав кулаки, мое тело застыло от напряжения.

Пловцы тут же принялись отвязывать мешки у своих первых буев, но Чонгук поплыл дальше, к дальнему концу лагуны, направляясь к самому дальнему участку. Я прикусила губу при виде этого зрелища, но поняла, что он поступает очень умно — когда он устанет и гонка будет подходить к концу, ему не придется плыть так далеко.

Другие тоже начали замечать это, и когда первые кусочки головоломки были розданы, я услышала ругань от других партнеров.

– Сначала принеси те, что вдалеке! Вперед! Скорее!

Но у них в руках имелись кусочки головоломки, а у меня нет, так что я вынуждена стоять на нашем коврике и ломать руки, ожидая, когда Чонгук снова появится. В этот момент мы сильно отставали от остальных, но я видела, как парочка команд корректировала свою стратегию, и знала, что в конце концов все будет хорошо — я надеялась. Некоторые из них уже решали свои головоломки, и все, что я могла делать, это смотреть на Чонгука, когда он вышел из воды.

И о боже, он был великолепен. Влага блестела на его твердом, как камень, животе и стекала по груди, и у меня пересохло во рту, когда его свободные шорты опустились низко на бедра. Вода капала с его кожи, когда он подбежал ко мне, и я протянула руки, как марионетка. Он сунул мешок мне в руки и повернулся, прежде чем я успела заговорить с ним, и снова побежал к воде, разлетающийся песок от его ног полетел мне в лицо.

Момент был упущен.

Разорвав мешок, я побросала кусочки головоломки на свою доску. В моей сумке было десять штук – значит, всего пятьдесят. Я тут же перевернула их и начала разделять по цвету и краю. Прежде чем успела начать с краев, Чонгук вернулся и бросил еще один мокрый мешок на мой стол, а затем снова умчался, и я начала весь процесс еще раз. Вокруг меня люди кричали, бегали и разбрызгивали песок, и мне было трудно сосредоточиться. Я низко склонила голову и продолжила разбирать свои кусочки головоломки, стараясь не обращать внимания на других.

Еще три раза прибегал Чонгук и бросал мне на стол мешочки с кусочками головоломки, а в третий раз, тяжело дыша, уселся на коврик. Отлично! Сделано! У нас были все наши части! Я немедленно закончила сортировать их по цвету и начала хватать те, которые я обозначила как края, толкая их на место на доске. Ребенком я с легкостью решала всякие головоломки, а в подростковом возрасте конкретно увлеклась тетрисом, и сегодняшнее задание не сложнее того, что делала раньше, говорила я себе. Я работала быстро, перекладывая кусочки вперед и назад, заполняя свою головоломку, завершая каждый цвет и работая справа налево.

– Как им удалось так быстро собрать все свои части? – кто-то заворчал рядом со мной, и я услышала тихий шепот. Я не осмеливалась оторвать взгляд от своей головоломки, но от тона этого голоса меня пробрала холодная дрожь. Если нас перестанут считать бесполезными и слабыми... мы не продержимся долго, если снова окажемся среди последних. Не с таким впечатляющим атлетизмом как у Чонгука.

Я не стала спешить, сунув желтый кусочек в середину нескольких розовых, и начала делать вид, что напряженно размышляю, хотя мой мозг с легкостью подбирал кусочки и я почти закончила с головоломкой. Я не хотела становиться первыми. Окажись мы первыми и потеряем все свое преимущество.

Вода закапала на края моей доски.

– Что ты делаешь? – зашипел на меня Чонгук. – Почему ты затормозила? – Он указал на кусок – тот, что желтый. – Он сюда не подходит.

Я подняла глаза и уставилась на него.

– Отойди, – заорала я, явно напугав своего напарника. – Я знаю, что делаю! Оставь меня в покое! – Подмигнула, но сомневалась, что он это заметил.

Чонгук потрясенно посмотрел на меня, подняв руки вверх. Нахмурился, и я быстро перетасовала фигуры, передвинув желтую обратно на нужное место и посмотрев вдоль ряда участников. Остальные все еще усердно работали. Тупая Хайди, справа от меня, даже не успела собрать краешек своей головоломки. Она не представляла угрозы. Черт. Я все еще была слишком далеко впереди.

Что может быть хорошим местом? Четвертое? Пятое? Я отчаянно хотела получить приз, но при этом не хотела быть первой.

Чонгук снова наклонился вперед:

– Лиса, какого черта ты делаешь?

– Спорь со мной, – пробормотала я себе под нос, вставляя еще один кусок. У меня в руке оставались две штуки, и я притворилась, что проверяю остальные, словно не уверена, что они подходят друг другу. – Просто спорь со мной. Громко, – прошептала я.

Он замолчал на мгновение, и стало тихо, и я засомневалась, понял ли он мою просьбу. А потом раздалось громкое:

– Ты что идиотка?

– Отвали, – прорычала я ему, пробуя еще один кусок и поглядывая вдоль ряда. – Ты заставляешь меня нервничать! – Господи, я надеялась, что моя игра будет убедительной.

– Я пытаюсь выиграть это соревнование для нас, а ты меня тормозишь, – закричал Чонгук, и я вздрогнула. – Разве ты не видела, что я пришел первым? Я выиграл этот раунд!

– Головоломки сложные, – ответила я плаксивым голосом.

– Готово! – кто-то выкрикнул в конце шеренги, и поднялся флаг. Третья команда.

Я втянула воздух, выжидая, и медленно вставила другой кусок.

– Готово, – крикнул кто-то еще мгновение спустя. Потом еще одно: – Готово! – Поднялись еще два флага.

– Лиса, – предостерегающе произнес Чонгук, и в его голосе прозвучала настойчивость.

– Мы закончили! – закричала команда рядом со мной, и девятая команда подняла свой флаг.

Я воткнула последний кусок и щелкнула рычагом на моем флаге, позволяя ему взлететь. К черту ожидание — я больше не могла этого выносить. Пятое место подойдет.

– Готово, – крикнул Чонгук за мгновение до того, как одна команда отозвалась, а затем другая. Нам повезло. Чертовски повезло.

Мое сердце заколотилось в груди от взгляда, который бросил на меня Чонгук.

– Команды три, семь, восемь, девять, одиннадцать и два – наши счастливые победители! – Чип помахал флагом.

Я услышала, как Хайди фыркнула справа от меня, и несколько человек удивленно оглянулись на нас. Чонгук посмотрел на меня, и его рот начал расплываться в улыбке.

Я тут же швырнула ему в лицо один из мокрых мешочков от головоломок, мысленно поморщившись от громкого шлепка мокрой ткани.

– В следующий раз не ори на меня, когда я пытаюсь работать, – крикнула я во всю глотку. – Придурок!

Команды поблизости захихикали, и операторы немедленно двинулись, как стервятники, когда я, топая ногами, протиснулась мимо Чонгука к кругу победителей, где собирались другие команды. Они выстроились по порядку, участники команд обнимались или стояли, прислонившись друг к другу, в восторге от победы.

Чонгук подошел ко мне, и я слегка толкнула его.

В том порядке, в котором мы закончили, команды должны были выбрать свои призы. Неудивительно, что спички ушли первым делом. Не то чтобы я могла винить их — если бы это оказался мой выбор, мне было бы трудно отказаться от легкого огня. Но я не сводила глаз с репеллента от насекомых. Я уже чувствовала, как чешется моя кожа.

Следующая команда выбрала печенье, когда они блаженно откусили от него, раздался коллективный вздох, слышимый на всю округу. Потом ушли бутерброды – и снова вздохи. Я крепко скрестила пальцы, когда следующая команда, казалось, задумалась на мгновение.

– Одеяло, – сказали они, и я резко выдохнула, глядя на Чонгука.

Он даже не задумался.

– Средство от насекомых, – сказал он и почесал укус на руке.

Чип кивнул, подошел и вручил нам бутылку. Чонгук взял ее у него и сунул под мышку, намеренно не подпуская меня к ней, и я должна признать, это задело мои чувства. Я впилась взглядом в его спину, когда последняя команда получила свои подушки, и маленькие лодки снова начали выстраиваться в линию, чтобы отвезти нас обратно к нашим лагерям.

На обратном пути в лагерь мы не разговаривали — одно из правил «Острова Выживания» — и меня беспокоило, что Чонгук даже не смотрел в мою сторону. Неужели он не понял, что я пытаюсь сделать? Я хотела спросить его, но медлила. И когда нас высадили на нашем пляже, и там не было никого, кроме меня, Чонгука и оператора, стоящих на пляже под полуденным солнцем, Чонгук поглядел на бутылку, затем повернулся и посмотрел на меня.

– Знаешь, это был огромный риск.

– Знаю, – согласилась я.

Он покачал головой, и улыбка медленно скользнула по его лицу.

– Я могу решить, то ли накричать на тебя, то ли расцеловать.

По какой-то причине это признание заставило меня смутиться, и мои мысли немедленно вернулись к арахисовому маслу. Я почувствовала, как мое лицо вспыхнуло — черт — и одарила его глупой улыбкой.

– Надеялась, ты поймешь, что я делаю. Если другие думают, что мы не можем работать вместе, мы в безопасности, так что стоило снова оказаться в числе последних. Сам подумай — они нас не выгонят, пока мы не представляем опасности. Мы были бы дураками, если бы не разыграли эту карту.

Он придвинулся ближе и схватил меня за затылок, запустив руку в мои густые, вьющиеся волосы. На мгновение мне показалось, что Чонгук наклонился поцеловать меня, но он только усмехнулся и посмотрел прямо в лицо, в нескольких дюймах от меня.

– Ты гений, знаешь это?

Это было опасно близко к флирту. Я толкнула его в грудь, хотя и в более игривой манере.

– Я просто устала ходить в укусах насекомых.

– Я тоже, – согласился он, вытаскивая пробку из бутылки. – Но я бы не отказался от бутерброда. – Чонгук протянул бутылку, понюхал ее и скорчил гримасу. – Сильно пахнет.

Я почесала ранки на руках.

– Наверное, чтобы отпугивать насекомых.

– И водоотталкивающее, судя по этикетке. Очень мило с их стороны, учитывая, что они поселили нас на пляже. – Чонгук усмехнулся. Он наклонил бутылку в мою сторону, предлагая ее мне. – Дамы первые?

Я взяла у него бутылку, понюхала и поморщилась. Он прав, пахло действительно сильно. Вылила немного на ладонь и почувствовала текстуру — густую, как лосьон. Песок наверняка налипнет на нас толстым слоем, но мне все равно. Я бы вся покрылась песком, но только бы никаких жуков. Быстрыми, энергичными движениями я начала натирать маслом обнаженные руки.

Видя мой энтузиазм, Чонгук налил немного себе в ладонь и тоже начал намазывать свое тело. Мы стояли под палящим солнцем, натирая тела лосьоном от насекомых и пребывая в полном восторге. Все же в купальниках так много обнаженной кожи, что я подозревала, мы в конечном итоге используем всю бутылку задолго до того, как игра закончится. Но мне плевать — сейчас я хотела избавиться от кусачих гадов.

Я увидела, как Чонгук скользнул рукой по пояснице, и заметила большое пропущенное пятно там, где он не мог дотянуться до своей кожи. Я представила себе, как там приземляются комары. Смазанными маслом руками немедленно начала втирать лосьон по всей его спине, размазывая между лопатками и двигаясь вниз по позвоночнику, чтобы нанести масло на все его тело полностью. Чонгук хмыкнул, и я догадалась, что он доволен.

– Спасибо, – поблагодарил он, когда я в последний раз провела ладонями по твердым, как камень, мышцам. – Теперь, – сказал он, отстраняясь. – Позволь мне заняться тобой.

Повернулась к нему спиной, потирая руками голый живот и думая о том, как сильно мое тело отличается от его. Он сплошь состоит из худощавых мускулов и скрученных жил — я, напротив, из мягкости и изгибов. Смущенная, я почти отступила назад, пока не почувствовала, как его руки скользнули по моим плечам, влажные от лосьона. А потом я вздохнула от чистого удовольствия. Лосьон не только отпугивал насекомых, но и был прохладным и освежающим на моей горячей, сухой от солнца коже. Я слегка согнулась под скользящими руками Чонгука. Ничто не должно ощущаться настолько райским.

Через минуту или две мне стало ясно, что растирание лосьоном прошло «формальную» стадию. Чонгук все еще скользил руками по моей гладкой спине, но ощущение стало более исследовательским, и я почувствовала, как он кончиками пальцев скользит по впадинке на спине, посылая дрожь по телу. Прижал руки к моей пояснице, как будто охватывая мою талию, и я втянула воздух от ощущений, которые пронзили меня. Они определенно не имели никакого отношения к игре, а появились от близости Чонгука. Он продолжал двигаться вдоль моих боков, мягко скользя пальцами, почти щекоча, поднимаясь вверх, пока я не почувствовала, как он коснулся бретелек моего бикини. Ощутила, как он сделал шаг вперед, его тень упала на меня, и все мое тело стало мягким и томным, тепло пробежало по мне.

– Лиса, – начал Гук низким, хриплым голосом, и я обернулась, глядя на него через плечо сквозь опущенные ресницы. Выражение его лица было горячим, сексуальным.

Что-то треснуло в кустах неподалеку. Вздрогнув, я отстранилась от Чонгука и отвернулась, пытаясь скрыть румянец, заливший мое лицо. Он прочистил горло, и то мгновение, которое мы пережили — или собирались пережить — исчезло.