Глава 4. Хождение по лесу

Когда я пришел в себя, первым желанием было поскорей сдохнуть! Дикая боль накатывала волнами и колокольным перезвоном отдавалась в голове. Такое впечатление, что была переломана каждая косточка моего тела, да еще и несколько раз. Застонав, я попробовал открыть глаза. Темнота не уходила.Я ослеп! Эта дикая мысль пронзила мозг, разогнав на мгновение боль. Лихорадочно я ощупал пальцами лицо. Очков нет, ну это и понятно - как в такой болтанке им было не слететь? Зато глаза были на месте, и по первому ощупыванию были в полном порядке. Проморгавшись, я попробовал еще раз оглядеться. Наконец стали слабо видны черные пятна деревьев, силуэт горы, с которой я совершил свой головокружительный спуск, но дальше темнота уходить отказывалась. Да ведь сейчас глубокая ночь, понял я, луны не видно, поэтому так темно. Успокоившись, я оставил глаза в покое и попробовал подняться. Боль вернулась с новой силой и ударила кувалдой по голове.Шипя сквозь зубы, я попробовал изменить тактику. Не делая резких движений, я по-очереди начал шевелить конечностями и проводить инвентаризацию организма. Так, руки двигаются нормально, только ладони очень болят, видимо я их сильно стесал, пока сползал по склону. Ноги вроде тоже в порядке, туловище болит, но пара глубоких вдохов убедили меня, что ребра целы. Настал черед головы. Тщательно ощупав саднившее лицо, я понял, что на нем несколько глубоких царапин и дофига мелких ссадин. Потрогав наиболее пострадавший затылок, я обнаружил, что волосы в этом месте слиплись от крови, натекшей из большой царапины. Видимо, хорошо я приложился. Вполне мог бы и копыта отбросить, разгонись немного сильнее. Дальнейшее ощупывание никаких вмятин в черепе не показало, и я смог вздохнуть спокойно. Потрогав место приземления, я обнаружил так некстати вылезший из земли небольшой остроконечный камешек, который сильно распорол мне кожу на затылке.Легко отделался, что и говорить. Судя по итогам осмотра в плюсе у меня синяки, царапины и сотрясение мозга. В минусе - очки и грибы в рюкзаке, которые однозначно превратились в кашу. Вот вроде бы и все. Расклад явно не в мою пользу. Придя к такому выводу, я предпринял еще одну попытку подняться. Она, к моему удивлению увенчалась успехом. Я даже смог пройти несколько шагов до ближайшего дерева, на которое и оперся для устойчивости. Боль немного отпустила, зато к ней добавилось головокружение и тошнота. Немного поборовшись с последней, я проиграл и вывалил остатки недавнего ужина себе под ноги.Немного постояв и подождав, пока темный мир перестанет вращаться, я отплевался и нетвердой походкой направился вокруг Мертвого Кургана, стремясь вернуться в то место, где я начал на него взбираться. Поминутно оступаясь, натыкаясь на незаметные в темноте корни, кусты и прочую хрень, я пришел к выводу, что ночной лес - не место для прогулок. Особенно для полуслепого человека, очки-то я искать не стал, где я их смогу откопать в такой темноте?Так, спотыкаясь и матерясь, я обходил этот проклятый курган. Когда, по моим ощущениям, я прошел половину его окружности, то попробовал определить место, с которого начал восхождение. Ничего из моей затеи не вышло. Либо в темноте это сделать было невозможно, либо я ошибся с оценкой радиуса. Последнюю мысль я отогнал - не такой уж эта горка была большой, чтобы ошибиться. И если бы мир вращался не так интенсивно, можно было даже попробовать подойти к кургану поближе, чтобы с точностью определить искомое место. Но я, положившись на свой глазомер, прикинул расстояние и повернулся туда, где была поляна, усеянная моими ядовитыми трофеями.Определившись с направлением, я отправился в путь, поминутно спотыкаясь и получая ветками по лицу. Вначале я прошагал полчаса, затем еще пятнадцать минут, приняв во внимание мое состояние, затем еще десять еще на всякий случай... А та полянка все не думала появляться! Конечно, я сразу подумал, что ошибся на пару градусов и свернул сначала влево, прошагав еще немного и ничего не обнаружив, а затем вправо с тем же результатом. Лес как будто бы сжался и исключил из своего пространства все полянки, что были днем, оставив только деревья и кусты, которые вцеплялись мне в одежду и царапали руки.Прошагав еще полчаса взад-вперед и не обнаружив никаких признаков памятной полянки, я понял, что заблудился, и стал прикидывать, что делать дальше. Кричать "Ау!" было глупо, бродить по темноте еще глупее (и как же я раньше об этом не догадался-то?!), остается только сесть и ждать рассвета, в надежде на то, что солнце укажет путь. Присев на корточках возле ближайшего дерева, я стал думать, как убить время до рассвета. Посчитав немного про себя, затем поматерившись на известных доброжелателей, помянув незлым тихим словом всех, кого только можно, я очень быстро пресытился этим занятием и стал думать, чем бы еще заняться, потому что коротать ночь лежа на земле в мои планы точно не входило.Решив убить немного времени, вытряхнув из рюкзака грибы, я снял его с плеч и расстегнул. Как я и предполагал, вместо грибов внутри была непонятная мокрая кашица, которую я, вывернув рюкзак, вывалил на землю. Отряхнув ткань от остатков трофеев, и поморщившись от болотного запаха, которым пропитался рюкзак, я пересел под другое дерево. Попутно проверил карманы. В одном из них обнаружил зажигалку и сразу повеселел, во втором - мобильник и полное отсутствие кошелька с оставшейся наличностью.Матерясь, я вскочил, и хотел уже было идти назад к горе, но быстро опомнился и сел. Вот гадство! Придется теперь завтра утром топать обратно, иначе без денег я из этого райского уголка вообще не выберусь. С такими мыслями я решил соорудить костерок, чтобы стало хоть немного веселее. Побродив поблизости, набрал наощупь охапку сухих веток, затем, свалив их в кучу, отправился за следующей порцией, чтобы потом несколько раз не бегать. Так как поблизости уже веток не было, я отошел подальше и стал собирать вторую охапку. Когда в руках места для веток уже не было, понял, что не помню, в какой стороне оставил все собранное ранее. Чертыхнувшись, я бросил ветки прямо под ноги и достал зажигалку.Через несколько минут веселый костерок разгонял ночную тьму. Ориентируясь на него, я набрал побольше сушняка и свалил рядом. Затем сам уселся на рюкзак и стал смотреть на огонь, изредка подбрасывая ветки. Через десяток минут, я подумал, что в лежачем положении мне будет значительно удобнее, и прилег у костра, свернувшись калачиком. До рассвета еще несколько часов, успел подумать я, и погрузился в вязкий сон без сновидений.Проснулся я от того, что отлежал себе весь бок. Вскочив, я принялся растирать занемевшие части тела. Нет, все-таки сон на голой земле никакой пользы организму принести не может, подумал я, и огляделся. Светало, костер уже давно прогорел и остыл, пришлось зажигать новый. Вскоре последние сухие ветки, найденные ночью, весело потрескивали и источали приятное тепло. Я сидел рядом с костром и пытался прогнать сонливость, что все еще грозила закрыть мои глаза.А вокруг меня пробуждалась природа. Легкий белесый туман наполнял лесную чащу, темнота все больше и больше отступала, сквозь просветы в кронах деревьев стало видно небо, светлеющее на глазах. К тому моменту, когда костер догорел, вокруг было совсем светло. Вспомнив о своем вчерашнем решении вернуться и найти кошелек на злополучной горе, я посмотрел по сторонам. К сожалению, деревья стояли слишком плотно друг к другу и за их ветвями Мертвый Курган, на котором осталась вся моя наличность, не обнаруживался. Тогда я походил немного по округе и выбрал дерево повыше и поразлапистее, на которое с трудом забрался, чтобы оглядеться.Первым, что я увидел, было солнце, медленно поднимающееся из-за крон деревьев. Улыбнувшись ласковым прикосновениям его лучей, я тут же скривился от боли в расцарапанном лице, враз лишившей меня мечтательного настроения. Усевшись на одной из веток поудобней, я стал думать, что делать дальше, потому выяснилось, что труд мой был абсолютно напрасен. Посмотрев-пощурившись внимательно во все стороны, искомую горку я не обнаружил. Кругом, куда ни кинь взгляд - были кроны деревьев, сплошным ковром с весьма редкими прорехами уходящие за горизонт. Этот вид поверг меня в глубокую депрессию. Обратно я спускался гораздо медленнее, но зато приобрел еще несколько синяков, царапину на ноге и разорванную штанину. Но это было незначительной ерундой, по сравнению с тем, что я не знал, куда мне идти!Когда первый шок от понимания этого факта прошел, я сгенерировал блестящую идею - идти нужно к солнцу. Ведь если вечером я шел на запад, смотреть на уходящее солнце, то теперь мне нужно идти на восток! А там уже выйду куда-нибудь. Ведь тут поселок близко, и город от него в трех часах ходьбы, я точно не должен промахнуться! Да и, кроме того, не в пустыне живем? Тут на каждом шагу, если не город, то какая-нибудь деревенька и этот заповедный лес не может тянуться бесконечно. Так что буду идти к солнцу, а там к обеду, или максимум к вечеру буду в поселке. А с кошельком придется разбираться позже, когда определюсь со своим местонахождением. Вряд ли его к тому времени успеет подобрать какой-нибудь грибник.Поставив перед собой цель, я повеселел и бодрым шагом отправился на восток, ловя лицом солнечные лучики и размеренно переставляя ноги. Самочувствие мое было немного лучше, чем вчера. Мир уже не кружился вокруг и блевать больше не тянуло. Сильно тянуло лицо, но я смочил слюной краешек рубашки и кое-как оттер с него грязь и засохшую кровь. Затылок трогать не стал, только осторожно ощупал. Рана там больше не кровоточила, но волосы основательно слиплись и засохли. Поморщившись, я решил после всего этого пойти к врачу и сделать томограмму мозга, а то мало ли чего. Приложился ведь я здорово.Солнце все поднималось и поднималось, заливая ярким светом все вокруг а я все шел, и шел, и шел... Обходил большие деревья, попадавшиеся на пути, перепрыгивал через корни, которые замечал, спотыкался о те, которых не видел, продирался через кусты, оставляя на них куски одежды, редеющей на глазах и машинально отмечал, что солнце довольно сильно припекает мне макушку... Макушку? Я же навстречу ему иду! Неужели я протопал уже столько времени, что не заметил, как наступил полдень?Остановившись, я принялся озираться. Все указывало на то, что в лесу наступил яркий солнечный денек, а гудевшие ноги ясно намекали на необходимость привала. Вняв их настойчивым мольбам, я решил немножко отдохнуть и присесть на что-нибудь. Но перед этим, чтобы не запутаться, носком кроссовка нарисовал на земле жирную стрелку, указывающую направление моего движения. А то еще примусь ходить кругами, вообще весело получится. Удовлетворенно посмотрев на указатель, я присел под ближайшим деревом и вытянул конечности.Блаженство отдыха прервал желудок, настойчиво требовавший что-то в него опустить. Немного поразмыслив над тем, где бы достать пропитание, я вспомнил, что в кармане рюкзака еще остался хлеб, который был немедленно извлечен на свет. Черствый сухарь был очищен от налипшего на него мусора и с удовольствием съеден. Желудок немного успокоился, но вскоре обнаглел и потребовал добавки. Мысленно велев ему заткнуться, я продолжил наслаждаться отдыхом, мимолетно осматриваясь вокруг.Хорошо тут! Это даже я со своими минус восемь отметил. Трава под ногами зеленая и густая, деревья, весело шевелящие листвой, на редкость большие. Причем настолько, что один ствол даже троим людям обхватить будет сложно. Я внимательно присмотрелся к дереву, у которого сидел. Это был Великан! Могучий дуб (а может и не дуб, я в деревьях слабо разбираюсь, да и желудей поблизости не валялось) с громадными корнями, местами вылезающими на поверхность земли и раскидистой кроной, дававшей густую тень, возвышался над маленьким мной. Даже стало приятно, что у нас в стране еще сохранились такие вот нетронутые уголки природы, где растут подобные гиганты. С этими мыслями я рассматривал дерево и стоящих радом его собратьев, по своим размерам немногим ему уступающих.Полюбовавшись еще немного, я вздохнул, посмотрел на солнце и поднялся. Затем сверился со стрелкой, определил направление и пошел дальше. Солнце все также светило мне в макушку, но уже начало потихоньку греть и затылок, видно долгенько я любовался деревьями... Решив наверстать упущенное, я ускорил шаг, стремясь побыстрее выйти к цивилизации, однако та появляться что-то не спешила. Наоборот, местность вокруг все больше дичала, попадались буераки, буреломы, овражки, которые приходилось обходить. Деревья вокруг постепенно мельчали, возвращаясь к своим нормальным размерам, но почему-то стало попадаться все больше кустов. Через некоторые, с большими и длинными колючками, я даже не отважился продираться. Пары их уколов мне было вполне достаточно, чтобы найти обходной путь.Время летело незаметно. Солнце теперь вовсю грело мой затылок, а потом постепенно начало опускаться все ниже, готовясь спрятаться за кронами деревьев. Начинала чувствоваться жажда. Поначалу я терпел и не обращал на нее внимания, затем стал приглядываться к окружающим кустам, надеясь найти малину или нечто подобное. Затем мучивший меня сушняк стал совсем неумолим, и я больше думать не мог ни о чем другом, кроме как о вожделенной кружечке холодного пива.Начало вечереть. Солнце все больше спускалось к горизонту, уступая место прохладному ветерку. Я шел, мучимый жаждой, размеренно переставляя налитые свинцом ноги, а признаки цивилизации все не думали появляться. Неожиданно ветерок донес до меня тихое журчание. Сперва я подумал, что на почве жажды у меня развились глюки, но затем, пройдя несколько десятков метров в том направлении, убедился, что это не так. С радостным возгласом я бросился к зовущей меня влаге.Пробираясь сквозь кусты и огибая деревья я выскочил на небольшую полянку метров пятнадцать в диаметре, поросшую травой высотой по пояс. Посередине я увидел нагромождение камней высотой в человеческий рост. Журчание шло именно оттуда. Подойдя немного поближе, я вскоре с изумлением рассматривал отлично устроенный родник. Это строение было явно искусственного происхождения - все камни скреплены каким-то раствором, а на одной стороне была аккуратно уложена гранитная глыба с выемкой посередине. Вода текла по камням с самой вершины насыпи, журчащей струйкой падая в эту выемку, а затем выливаясь по специальному желобку опять куда-то вглубь каменного основания.Если бы не рукотворность данного сооружения, я бы задался вопросом - куда же она потом девается. Ведь если бы вода никуда не уходила, здесь бы уже через полгода было знатное болото. А так - ничего, только трава по пояс вымахала. Но я не стал долго размышлять по этому поводу и дал волю своей жажде. Наклонившись над родником, я зачерпнул полные ладони... Еще никогда обычная вода не казалась мне такой вкусной! Нет, воистину, мы не умеем замечать те мелочи, которые в обычной жизни достаются нам без затрат. И только, когда они исчезают, мы понимаем их настоящую ценность.Напившись, я принялся умываться и промывать свои царапины. Особенно внимательно я обработал рану на затылке, использовав для этого все тот же уголок рубашки. После этого я опять оценил вкус воды, и остановился только почувствовав, что у меня скоро потечет из ушей. А затем я собрался уходить и напоследок окинул взглядом этот странный родник. Полуслепым взором я наткнулся на маленькую нишу на краю гранитной плиты. В нише что-то было. Протянув туда руку, я нащупал что-то круглое и достал этот предмет, чтобы рассмотреть повнимательней.Находкой оказалась деревянная кружка, потемневшая от времени и разукрашенная затейливой резьбой. Поднеся ее поближе к глазам, я с восхищением стал рассматривать творение неизвестного резчика. На одной стороне было изображено переплетение трав в причудливом узоре, на котором выделялись большие цветы, похожие на тюльпаны, а на другой... Громкое шипение, исходящее от деревьев, мимо которых я пробегал, отвлекло меня от изучения этого образца народного творчества. Повернув туда голову, я увидел большого рыжего кота, сидевшего на нижней ветке одного из деревьев. Кот внимательно смотрел на меня и шипел.- Рыжий, ты? - удивился я, но тут же опомнился.Этот кот был похож на Рыжего только цветом шерсти. Он был значительно крупнее и не таким толстым. Посмотрев на него еще раз сквозь прищуренные веки, я спросил:- Ну чего шипишь? Если пить хочешь, так иди и напейся, чего меня прогонять-то?Ответив пушистому агрессору, я вернулся к осмотру находки. Вторая сторона была более интересной - на ней был изображен молодой парень пьющий воду из кружки. Причем довольно детально изображен, я даже удивился мастерству резчика. Такой талантище! Все мелкие детали видны, как травы и цветов, так и парня. Я поднес кружку к самому носу и стал рассматривать парня, после чего понял, что мне не показалось. Пораженно отметил, что изготовитель кружки изобразил на ней... эльфа! Нет, точно, это был эльф! Ушки длинные, кинжал на боку, лук вон за спиной выглядывает. Мастер-резчик видимо увлекается фентези, раз такие сюжеты использует для своих работ.Внезапно что-то проскочило мимо меня, и на каменную глыбу одним гибким движением выскочил кот. Нет, это был не просто кот, а самый настоящий котяра! При ближайшем рассмотрении он казался просто огромным - целые полтора мета пушистого недоразумения (это если считать от головы до задних лап). Посмотрев на меня вызывающе, он снова зашипел.Оценив размер его зубов, выглядывающих из оскаленной пасти, когтей, высунувшихся из лап и воинственно поднятого хвоста, я почувствовал легкий страх, обхвативший мою грудь цепкими объятиями, но все же нашел в себе смелость тихо пробормотать, глядя ему в глаза:- Ты меня не трогаешь, и я тебя не трону. Идет?Странно, но кот в ответ на это перестал шипеть. Посмотрев на меня внимательно еще несколько секунд, он втянул когти в лапы и, мягко наклонившись вперед, принялся лакать воду из родника. Я наблюдал за ним, машинально отмечая, что таких зверей точно не может быть в наших лесах. Тело крупной рыси в расцветке леопарда и с длинными высоко торчащими ушами мелкого кролика, зубы - длинные и острые - выпирали из пасти наружу. Мало того - хвост его был львиный, с кисточкой на конце, размерами раза в полтора превышающий длину самого владельца.Рассматривая странное создание, я протянул руку и поставил кружку на её законное место в нишу. Кот перестал лакать и опять уставился на меня.- Давай, братишка, - успокаивающе сказал я. - Не дай себе засохнуть!Кот вернулся к своему занятию, а я очень осторожно, стараясь не делать резких движений, поднялся и отошел от родника в противоположном направлении, откуда появился кот. Ведь мало ли что, вдруг после того, как он напьется, ему вдруг захочется перекусить? А ужином такой зверюге я становиться вовсе не собирался. На краю поляны я обернулся. Кот уже напился и внимательно наблюдал за мной.- Пока, котяра, - сказал я ему на прощание. - Извини, я невкусный, так что ищи другого себе на ужин.Кот фыркнул (ну прямо как давешний Рыжий) и мягко скользнул в траву, а всего через мгновение он уже сидел на той ветке, где я его впервые увидел. Оглянувшись на меня в последний раз, он прыгнул и исчез в чаще.Я еще постоял немного, а затем тоже покинул поляну, продолжая свой путь и попутно размышляя, куда же это меня занесла нелегкая. И народные умельцы тут фэнтези читают, и коты дикие бродят, и дубы в три обхвата попадаются местами. Дивный наш край, всех чудес твоих не пересмотреть! И хотя где-то на задворках моего сознания мелькнула мысль, что это и не наш край вовсе, но я выплеснул на неё ведро здорового скептицизма и она благополучно смылась.Прошагав еще полчаса от родника с живой водой, я неожиданно набрел на тропинку, старенькую и местами заросшую травой. По ней я и направился, надеясь, что если есть тропинка, значит, рядом есть и те, кто по ней ходит. По утоптанной дорожке было идти намного легче, чем пробираться сквозь буреломы, и зашагал я бодренько и вскоре даже стал насвистывать незатейливую мелодию. В лесу наступали сумерки, лишая меня всех надежд засветло добраться к людям. Но печальные мысли не успели еще совсем лишить меня уверенности в будущем, как вдруг через полчаса ходьбы на мою тропинку из ближайших кустов выпрыгнул человек.Я сначала даже и не понял, что это за препятствие появилось у меня на пути, но затем меня охватила радость. Наконец мои мучения подойдут к концу! Я кинулся к нему, крича:- Здравствуйте! Наконец я хоть кого-то нашел! Я тут по глупости заплутал маленько, не подскажете, как мне до города добраться?...Произнося эту тираду на одном дыхании, я подбежал к нему практически вплотную, как вдруг он сам отпрыгнул от меня назад, неуловимым движением выхватив из-за спины лук. Набросив на него стрелу, неизвестно как появившуюся у него в руке, он натянул свое оружие и направил мне в лицо! Я моментально заткнулся и только теперь повнимательнее рассмотрел этого человека... Нет, скорее нечеловека, так как остроконечные уши явно выделявшиеся на фоне длинных волос, собранных на затылке в пучок, сомневаться в его принадлежности к эльфам не заставляли. А лук и глядящая мне в лицо стрела только добавляли в этом уверенности.Пока я с раскрытым ртом разглядывал этого представителя фэнтези, он что-то коротко пропел. Я непонимающе на него посмотрел. Эльф пропел еще раз, но уже угрожающе, а глаза у него стали злые-презлые, я хоть и не видел четко, однако догадался.- Не понимаю! - решил объяснить я этому певцу, и тут услышал тихий шорох за своей спиной.И только я начал поворачивать голову, как мне кто-то по затылку врезал чем-то тяжелым. И в который раз за неполные сутки меня поглотила тьма...