13. Пустота

*

- Ян? Что здесь происходит? - Ян обреченно выдохнул. Все же Фред. 

Голос, то есть мысли, то есть... Фреда звучали очень спокойно, будто для него обычное дело чувствовать чужое присутствие в своей голове. Но Ян знал Фреда слишком долго, чтобы поверить этому показному спокойствию. Оно было нанесено наспех и неумело, как неудачный грим. Под этим спокойствием можно было увидеть настоящего Фреда, встревоженного и немного испуганного.

Ян встал и быстро зашагал в сторону Главного шатра. В этом шатре происходили все самые странные события его жизни, и сейчас к ним должно было прибавиться еще одно.

Он аккуратно закрыл за собой вход так, чтобы не осталось ни малейшей щелки. Подчеркнуто спокойно оглянулся и сел на свободную подушку. Было тихо. Затишье перед бурей.  

- Что это было? – голос Главы грохнул у Яна в голове, так что тот вздрогнул. – Парень, что ты творишь?

- Я... Я тренировался превращаться, и в один момент, когда у меня получилось, я услышал то, что вы говорили Фреду, а потом и мысли самого Фреда. Я не знаю, что...

- Этого не может быть. Как этот мальчик... - Глава будто не замечал, что его мысли слышны всем, а не только ему одному. Затем он обратился к Яну и в его голосе прорезались приказные нотки. – Превратись в меня. Сейчас же.

Ян посмотрел на Главу, на его седые косички, плотно сжатые губы, глаза, полные неукротимой силы, морщины в уголках глаз, и закрыл глаза. Ему не нужно было зеркало. Теперь он мог превращаться без него.

Глава был невозмутим в своем спокойствии. Он посмотрел на Яна, и лишь блеск в его глазах показал ему, что у него получилось. Ян стал Главой. Ян прислушался. Сейчас он должен услышать мысли Главы. Хоть какие-то. Хоть что-нибудь.

Прошло несколько тяжелых минут, каждая из которых как огромная свинцовая капля била Яна по макушке. Ничего. Абсолютно. Гнетущая, давящая тишина. Даже собственные мысли будто перестали быть яркими, отошли на второй план. Тишина.

Ян не мог ничего сказать. Он просто снова стал собой и поднялся на ноги. Фред взглянул на него со странным выражением и сказал что-то Главе (Ян не слышал этого, он просто понял по лицу Фреда). Фред положил руку ему на плечо и вывел наружу. Яна слегка трясло, но он все равно продолжил идти по улице мимо шатров, не глядя по сторонам. Тишина в голове стала больше. Пустота.

Яну было плохо. Он не понимал, что с ним происходит, и его это пугало. Он ничего не понимал в своем даре. Почему Фреда он слышал, а Главу – нет? Почему он вообще слышал? Почему он не смог показать Главе, что он правда что-то слышит? Кем его теперь будут считать? 

И... почему пустота внутри него становится все шире?

Фред был с Яном все время, пока тот просто смотрел в одну точку, сидя на матрасе. К нему кто-то приходил, звал его, но Фред просто посылал всех подальше, а сам продолжал развлекать Яна разговорами или просто сидеть рядом с ним. Яну было приятно его внимание, но он не мог передать это. Ему мешала пустота. Всеобъемлющая глубокая пустота. Она просто съедала все проявления чувств, и ему оставалось только сидеть. Сидеть и смотреть.

Их снова позвал Глава. Ян почти что-то почувствовал, когда увидел Армаро, входящего внутрь шатра, но и этот проблеск съела пустота. Фред привел его к Главе и сел у входа, чтобы слышать, но не мешать. Глава кинул всего один взгляд на Яна, чтобы растерять все свое обычное спокойствие. Он резко встал со своего места, шагнул к Яну и задрал ему голову за подбородок, заглядывая в глаза. Ян безучастно смотрел на него. Глава что-то отрывисто сказал Фреду, и тот, вскочив, выбежал из шатра. Глава тем временем проник Яну в голову.

- Парень, скажи мне быстро, когда это началось? Отвечай, ты сможешь.

Ян мучительно пытался вспомнить, мысли были как кисель, и из них было сложно достать что-то более-менее цельное. Что Глава имеет ввиду? Пустоту?

- Когда я превратился в вас, но ничего не услышал. Вы же про пустоту?

- Да, мальчик. Сиди тихо, прошу тебя. Сейчас вернется твой друг. Сейчас.

Фред и правда вбежал в шатер через минуту. За ним еле поспевал Ленни, в халате поверх обычной одежды, наверно, из своего госпиталя прибежал. Ленни подошел к Яну, взглянул ему в глаза и охнул. Быстро взял его за руку, и по ней разлилось тепло. Это было восхитительное чувство, но Яну было все равно. Он лишь мазнул по Ленни взглядом и отвернулся. Он будто совсем перестал думать и чувствовать.

Ленни потянул его вверх, и Ян встал. Ленни повел его к выходу, и он пошел за ним. Несколько минут прошло на улице, под слепящим солнцем. Ян не заметил, как они оказались в шатре, почти полностью заставленном коробками и мелкими банками со странными жидкостями. На полу лежали книги, с желтыми страницами и толстенными переплетами. Посередине, на небольшом возвышении, была застелена постель. Госпиталь.

Ленни посадил Яна на постель и начал копошиться вокруг, что-то выискивая в банках. Ян лениво следил за ним взглядом, исключительно потому что делать было больше нечего. Ленни же уже успел соорудить какую-то бурду из жидкостей вокруг, и теперь переливал их в стакан с делениями. Отмерив ровно три деления, он перелил жидкость в обычный стакан и залил все водой до краев. Затем Ленни передал Яну стакан и настойчиво сказал:

- Пей. Пожалуйста.

Ян выпил то, что было в стакане. Гадкая смесь из трав, соли и воды обожгла горло, и Ян поморщился. А потом на него буквально упал весь мир. В шатре пахло бумагой, терпкими травами, теплом и йодом, снаружи светило солнце и пели птицы, Фред держал Яна за руку, и все это было так неожиданно, что Ян закрыл глаза. Он и не замечал всего этого раньше. Сквозь разноцветье чувств прорезался осторожный голос Ленни:

- Ян? Как ты себя чувствуешь?

- Прекрасно. – Ян чуть-чуть подумал и ответил, не открывая глаз. – Никакой пустоты.

Ленни с облегченным вздохом тяжело упал на постель рядом с Яном.

- Слава богам. Я успел. Я думал, что будет уже слишком поздно, туман слишком долго владел тобой. 

- Спасибо, Ленни. – Ян развернул Ленни к себе и посмотрел ему в глаза. – Спасибо.

- Извините, что прерываю, но что это было? Это выглядело очень страшно, Ян, я уже начал думать, что ты – больше не ты. Такое безразличие пугает, действительно пугает.

— Это туман, Фред. Дар затмевать разум. Человек теряет волю, становится как тряпочная кукла. Ему ничего не хочется, он ничего не боится и не чувствует. Если ему сказать спрыгнуть с крыши, он спрыгнет. Если ему сказать убить – убьет. Процесс подавления продолжается обычно не очень долгое время, только твое присутствие спасло Яна. Ты удерживал его в нашем мире, в своем теле. Если бы не ты, я был бы уже бессилен. Та настойка, что я дал тебе, активирует скрытые силы человека. Под ней люди совершают необыкновенные вещи. Но от самого дара никакие настойки не спасают - иначе все бы этим пользовались. Я знал, что Ян сможет пересилить дар, надо просто ему немного помочь, вот и все. 

Ян понял, что засыпает на ходу. Он ужасно устал, но даже это после нескольких часов почти полного безразличия казалось прекрасным.

- Я пойду, спать очень хочется. Я дойду, Фред, не бойся. Спасибо вам еще раз. – и Ян, еле переставляя ноги, побрел в сторону своего шатра.

...

Кари вошла в шатер очень тихо, словно тень уходящего дня. Так тихо, что он даже не заметил.

- Господин Глава, у меня очень важное дело. Я подожду здесь.

Мэтью обернулся. Она взглянула на него глазами цвета осеннего неба и улыбнулась. Он знал, что за этой улыбкой не стояло ничего. Ему было больно об это думать, но он постарался, чтобы ничего не отразилось на лице. Ему сейчас это не нужно. А Кари тем более.

Прошло уже много лет с тех пор, как они расстались в прошлый раз. Слишком много лет, чтобы до сих пор гореть каждую ночь, но он горел. Он помнил каждый день с ней. Его память хранила эти дни за двоих, потому их было слишком много, и они были слишком яркими.

Тогда они были парой, красивой до безумия. Он понимал ее, а она была его опорой. Они прятали друг в друге то, что нельзя было показать всем. Она доверяла ему свои проблемы, а в ответ не боялась его дара, он помогал ей найти свет во тьме, отдавая всю свою любовь. Они были как две части целого, переплетенные и неделимые.

А потом она потеряла память.

Она была на задании. Ее отправили в разведку на запад, в самое сердце Империи. Она была невероятным разведчиком, могла передвигаться тихо, как шелест ветра летней ночью. Ее отправили, зная, что лучше нее с этим не справится никто.

Ее поймали. Она пыталась спасти своего напарника, Оскара. Он попался Ловцам на глаза, а они известно, что делают с теми, кто с Базы. Она пыталась спасти его, она всегда готова была отдать себя за других, но у нее плохо получилось. Оскару удалось вывести ее после всего, что с ними сделали, но это не делает его менее виновным в том, что произошло с Кари. Оскар всегда будет тем, кто виноват перед ним до конца жизни.

Он помнил, как Кари очнулась, но не узнала ни его, ни кого-либо другого вокруг. Она кричала, просила рассказать, что с ней произошло, но никто не смог бы вернуть ей ее саму. Теперь она навсегда стала другой Кари. А та Кари, которую знал он, больше не было. Она умерла в тот день. И лучше бы им больше никогда не видеться.

- Ты слышишь меня, Мэтью из Пустошей? Я позвал тебя не просто так.

Мэтью вздрогнул. Он слишком сильно отвлекся. Пора бы ему забыть то, что давно стало мимолетной тенью. Что должно было давно пройти, как сон проходит с первым лучом восходящего солнца.

- Да, я все слышу. Извините, господин.

- Ты должен рассказать мне, что произошло, когда ты привел Атара. Почему он умер? Что случилось во время вашего похода? Расскажи мне.

На секунду Мэтью даже поддался этим чарам, вливающимся в его мозг. Он уже начал формулировать мысль, но вовремя спохватился. Обещание. Он дал обещание.

- Только то, о чем я говорил, господин. Нас смогли засечь, я расстрелял все свои патроны, а у Атара даже не было револьвера. Они попытались схватить его, но он не давался, и тогда они пригрозили ему оружием. Один из Ловцов, тот, который угрожал, был совсем молодым, и рука у него сорвалась. Он выстрелил, и Атар умер. Я донес его так быстро, как только смог. И я рад, что оказалось не слишком поздно.

Пару секунд взгляд Главы будто врезался в самое его нутро, разрывая там все и выискивая ложь. Мэтью выдержал испытание. Так, как учил его Райан.

- Ты можешь идти. Я поговорю с тобой позднее, ведь нам нужно обсудить то, что ты подпустил двух Ловцов к себе на расстояние, необходимое для ареста. Это недопустимо для агента, который имеет разрешение ходить в Империю. А теперь иди.

Он кивнул и вышел наружу. Его собираются лишить допуска в Империю. Якобы он слишком легкомысленный для такого дела. Черт, плохо. Надо поговорить с Райаном, он может повлиять на решение Главы. Ему нужно, нужно остаться в глазах у Главы хорошим агентом, иначе все пропало.

Он дошел до третьего шатра внешнего круга и откинул вход. Сюда ему можно входить без предупреждения. Тут его всегда ждут. Перед ним сидел мужчина с черными волосами, отросшей щетиной и тяжелым взглядом. Райан. Несмотря на неприступную внешность, он был единственным, кто мог вызвать в нем теплые чувства. После Кари. 

- Как прошло?

- Плохо. – слово повисло в воздухе, но Райан не спешил: ждал, пока Мэтью соберется с мыслями. – Я выдержал проверку, но он теперь хочет забрать у меня право на проход в Империю. А мне нужно его сохранить, сам понимаешь.

- Хорошо, я понял. Я поговорю с ним. Скорее всего, старый дед мне не поверит, но я привлеку других старших, и все будет нормально. А теперь расскажи мне все заново. Я должен все очень хорошо обдумать. 

Небольшое обращение от автора: поздравляю всех, кто дошел до этого знаменательного момента). Спасибо вам (и в особенности тебе, госпожа стрекоза ❤), что вы здесь уже так много времени. Я наконец обозначила всех персонажей, а значит, что теперь начнется все самое интересное. А именно: выйдет глава с картинками, скорее всего работа чуть поменяет акценты, и начнется то, ради чего я собственно пишу эту работу) Надеюсь, будет очень круто, всем хорошего дня и вкусняшек)