Глава 11, часть 1

Глава 11

Хроники Синего пламени

Нравится ли птицам летать? Получают ли они от этого удовольствие, или для них полёт – рутина?

Высота никогда не завораживала Тэтсуо, хотя он был её частью. Он жил в горах, но никогда не хотел смотреть на землю, не из высокомерия, а от страха. Стань он птицей, передвигался бы исключительно пешком, даже если бы пришлось выслушивать насмешки от своих сородичей.

И Тэтсуо чувствовал себя такой птицей. С одной стороны он был по-своему свободен, но с другой мир был полон хищников, и даже других птиц, которые больше и сильнее его. Всё вокруг кричало ему о том, что он должен расправить крылья, дабы выжить. Но он стоял на своём.

Живя рука об руку с драконом, Тэтсуо так и не почувствовал этого будоражащего сознание трепета от того, что его ноги не видят под собой опоры. А ему очень хотелось, чтобы в его жизни была хотя бы какая-нибудь опора, ведь без этого недалеко и сойти с ума.

Горы – его обитель. Некогда защита, клетка, которую он запер изнутри, и сидя, в которой, старался не думать о мире снаружи, ведь тогда появилось бы желание расправить крылья.

И однажды поддавшись этому желанию, он был обречён покинуть свою обитель раз и навсегда.

~

Небольшая открытая повозка, запряжённая двумя лошадьми, сошла с дороги, готовясь к привалу. Её попутчики передвигались очень странно – они ехали по ночам, а отдыхали, прячась в тени густых лесов, когда солнце выглядывало из-за горизонта или туч. Благо пасмурная погода для Драгбэна не была редкостью, иначе их путь затянулся бы на многие месяцы.

А всё из-за женщины, чья белая кожа сгорала от лучей палящего солнца.

– Госпожа, позвольте я... – Дорин подсела к Ханике, и протянула к ней руки, указывая на мазь.

– Золото моё, не называй меня так. – улыбнулась та, согнув брови, – Зови меня по имени, прошу.

Однако Ханика стянула перчатки и задёрнула рукава платья. У начала запястья, как раз там, где заканчивается перчатка, на её коже виднелась красноватая полоска, которую Дорин уже несколько раз обрабатывала мазью и перевязывала. Подобные пятна у неё были и на предплечьях, довольно много на шее, ключицах, у ступней, на позвоночнике и даже на лбу – последнее перевязать было уже действительно проблематично. Однако Сора каждый день наблюдала за тем, как Дорин упорно обрабатывала все эти ожоги. Даже если Ханика говорила, что не стоит останавливаться из-за неё, что она может потерпеть; Дорин объявляла привал, и никто не смел с ней спорить.

– Можешь отойти прогуляться? – бросила она в сторону Корая. Да, в их чисто женскую команду затесался Корай, это он любезно предоставил им повозку и коней, хотя, кажется, изначально не подозревал, что везти ему придётся не только Дорин.

– Понял. – вздохнув, кивнул Корай и отошёл от разожжённого костра к дороге, проведать лошадей.

Сора помогла Ханике развязать затяжки у платья, оголяя её белую худую спину, тоже местами покрытую красными пятнами ожогов.

– Госп... Ханика, – поправилась Дорин, – У меня хорошие новости, с каждым днём они выглядят всё лучше.

– Право, не стоило так беспокоиться. – отозвалась Ханика, немного морщась от прикосновения мази, – Мы бы уже давно были на полпути к Сколдьюру, если бы не делали такие долгие остановки.

– Мы ведь никуда не торопимся. – отозвалась Сора, подавая Дорин медицинскую повязку.

Сора вдруг вспомнила, как примерно тоже самое говорила Тэтсуо несколько недель назад, на пути в деревню, которую она только что покинула. И сразу ей вспомнились его ожоги на почти столь же бледной коже. Как она помогала обрабатывать его руки.

Так странно без него. Так пусто. Ей казалось, что она повернёт голову, и Тэтсуо будет сидеть рядом, тихо читая свиток, прижав к себе колени. Но она поворачивалась, а его нигде не было, сколько бы она не искала глазами по лесной округе.

Хотя её нынешние попутчицы совсем не давали ей скучать.

– Сора, я ещё нашла! – из леса выбежала Дриссоль, держа перед собой веточку, обсыпанную мелкими розовато-рыжими цветами.

– Что это?

– Это вереск! – важно объявила она, протягивая цветы Соре, – У нас в Брэндвуде он совсем не растёт.

Сора задумчиво погладила лепестки подушечками пальцев. Вереск действительно очень красив, хотя это и был в лучшем случае сотый по счёту цветок, из тех, что находила по дороге и показывала ей Дриссоль. С каждого привала она отправлялась с небольшим букетиком и не соглашалась выпускать его из рук до тех пор, пока он не увядал.

– Какая-то ты грустная... – заметила Дриссоль.

– Я? Разве? – Сора отдала цветок ей в руки.

– Надолго вы с Тэтсуо разминулись? – спросила вдруг Ханика. Сора удивилась, ведь это был первый раз за последние три дня, когда она заговорила с ней о Тэтсуо, – Он тебе не говорил?

– Он и сам не знает. – дернула она плечами, – Но я не думаю, что надолго... Точнее надеюсь.

Они обе замолчали, глядя друг на друга. Сора помнила о просьбе Тэтсуо, ни на секунду о ней не забывала, но никак не могла подобрать предлога, чтобы заговорить с Ханикой. И сейчас, в этом немом молчании она поняла вдруг, что Ханика тоже хочет о чём-то с ней поговорить, но тоже молчит.

Они обе поняли это, и обе продолжили молчать.

Тем временем костёр разгорался, а небо начало утопать в сгущающихся сумерках. А это означало, что не стоило терять ни минуты и вновь отправляться в путь.

Примерно через полчаса они уже качались в повозке, сидя на объёмных снопах сена. Дриссоль свернулась клубочком, положив голову Ханике на колени и крепко уснув, тем не менее не перестав сжимать в руках веточку вереска. Сора же упорно глядела на циферблат своих стареньких потёртых часов, даже когда не могла уже ни разглядеть на нём цифр, ни отличить секундную стрелку от минутной. Это уже скорее привычка – она считала минуты до того момента, когда попадёт в заветную таверну. Иногда представляла, как далеко за это время могли уйти Тэтсуо с Нео. Представляла, как они сражаются с неведомыми монстрами, в её воображении предстающими в виде тех странных зверей из Брэндвудского леса, ведь сама она, естественно, понятия не имела, какие чудовища могли бы водиться в Драгбэне. Да и водились ли они здесь вообще.

Спал ли он сейчас? Вероятно, сидел возле догорающего костра и с тихим скрипом писал что-то гусиным пером по листу пергамента. А может и спал. Снилось ли ему что-нибудь? Видел ли он во сне ту самую фигуру, о которой говорила Дриссоль?

– Зачем ты едешь в Сколдьюр? – Сора вздрогнула и подняла наконец взгляд с часов на Ханику. Она говорила тихо, стараясь, видимо, не разбудить Дриссоль.

Сора зажмурилась, прогоняя настигающую зевоту и ещё какое-то время помолчала. Она глянула себе за спину, в сторону Дорин, которая сидела на месте возницы рядом с Кораем и тоже о чём-то с ним перешептывалась.

– Это должно было когда-нибудь случиться. – так же тихо ответила Сора, Ханика с непониманием нахмурилась, – Вы ведь уже встречались с Джеро?

– Да... Это была очень странная встреча. – проговорила она, – Он появился будто из неоткуда. Я отдала ему записку от Тэтсуо и объяснила, что вы собираетесь идти через Брэндвудский лес. Мы с ним разговорились, да так, что простояли на улице несколько часов. А потом к нему подошло два человека в голубых мантиях, он попрощался со мной, и они втроём ушли, снова будто провалившись сквозь землю.

Двое в голубых мантиях... Сора догадывалась, что это были Иеремия с Эдалайн.

– У Тэтсуо на удивление много знакомых. – сказала она, – Они все обитают в особой таверне. Когда мы приедем, я покажу вам, как туда попасть.

– Как загадочно. – улыбнулась Ханика.

– Среди этих знакомых есть человек, к которому я и еду. – продолжила Сора, – Эзра. Он алхимик. И Мастер рун.

– Ах, да-да, точно. Теперь я, кажется, поняла. – Ханика опустила глаза на Дриссоль и аккуратно погладила её по макушке, – Выходит, ты хочешь стать Мастером?

– Это то немногое, что я могу сделать, чтобы... – Сора помолчала, – Чтобы хоть отчасти сровняться со всеми остальными. А учитывая то, что Тэтсуо постоянно попадает в какие-то неприятности...

– Это очень похвально, что ты готова измениться ради других. – заметила Ханика, легко улыбаясь, – В этом деле главное не забыться и сохранить саму себя.

– Это вы о чём?

– Да так... Ни о чём. – загадочно отмахнулась она, оглядев взглядом медленно отдаляющиеся деревья, чья тень холодела и по-ночному стрекотала.

Сора какое-то время тоже наблюдала за дорогой и лесом, а потом вдруг выпалила:

– Вы правда были знакомы с матерью Тэтсуо?

Ханика удивлённо уставилась на неё.

– Было дело. – прошептала она, когда на её губах дрогнула улыбка.

– Он похож на неё?

– На самом деле... почти нет. Хотя я не знакома с Тэтсуо так близко, как, скажем, ты. – она прищурилась, – Ты спрашиваешь, потому что тебе интересно, или это он тебя попросил?

Очень хороший вопрос, на который Сора не знала точного ответа.

– Да, он просил. – призналась она через некоторое время, – Просил поговорить с вами. Однако это не значит, что мне неинтересно.

– Тогда... – Ханика помолчала, будто обдумывала, – Тэтсуо многим напоминает мне его отца, Ноаха. Практически всем, если подумать. А Ноах был полной противоположностью Эри. – она сосредоточенно прокрутила перстень на своём пальце. – Они были как огонь и вода. Или как свет и тьма. Хотя кто из них кто я не осмелюсь решать.

Она замолчала, не глядя на Сору, и той показалось, будто свой рассказ Ханика продолжать не собиралась.

– И что это значит?

Та подняла на неё спокойный, почти сонный взгляд.

– Эри была излишне смелой. До той степени, когда смелость вкупе с любопытством превращается в слабоумие. – снова, медленно и с расстановками заговорила она, – Ноах наоборот, был пугливым, но размеренным и спокойным. Пожалуй, именно тот человек, который должен был находиться с ней, чтобы уберечь её от всяких глупостей. Он – бескорыстный, а она едва ли не способнейший, даже величайший маг, которого мне приходилось знать на своём веку до сих пор. И... Порой мне казалось, что её способности выходят за пределы человеческой природы. Уверена, ты, да и Тэтсуо, сами можете сделать выводы из моих слов.

В целом, Сора понимала, что Ханика имела ввиду. Тэтсуо уж никак нельзя было назвать бесталанным, и к тому же он был спокойным и расчётливым. Но... всё-таки Соре казалось, что есть вещи, которые порой заставляют его забыть о расчётливости. Какая-то странная жилка, желание прикоснутся к чему-то неизведанному. Так она думала. Возможно, в этом смысле он похож на описываемый Ханикой образ его матери куда больше, чем кому-либо могло казаться.

Однако раздумья её прервал голос Корая.

– Глядите, там кто-то идёт...

На его слова все обернулись, а Дорин привстала, держа перед собой на вытянутой руке фонарь, дабы он в большей степени осветил дорогу.

Сора изо всех сил вгляделась в застланную мраком даль, однако смогла рассмотреть хоть что-то только когда оно вошло в поле досягаемости фонарного света. Этим "чем-то" была фигура, издалека казавшаяся полностью тёмной. Похожа на человека, сгорбившегося, опирающегося одной рукой о высокую палку... Или посох?

Если подумать очень странно встретить в такой час путника на дороге. Если подумать, очень неестественно в целом выглядела эта фигура – её горб походил на какой-то нарост, нежели на спину. Если подумать...

Но она не успела подумать, потому что с каждой секундой свет всё больше озарял фигуру и Сора выдохнула – странный горб оказался лишь большим походным мешком. А фигурой этой был, кажется, старик. Всего лишь безобидный старик...

Корай потянул поводья на себя и лошади остановились.

– Доброй ночи, друзья! – проскрипел незнакомец, выпрямившись и приветливо махнув в их сторону рукой.

– И вам доброй ночи. – немного удивлённо проговорил Корай, – Куда вы в такой час путь держите? Вы не заблудились?

Старец показался Соре настолько обычным представителем старшего поколения на континенте Драгбэна, что она даже не попыталась запомнить его особенные черты - для неё они слились в образ старого мага из отцовских книжек, в длинной робе и с тяжёлыми густыми бровями. От этого её испуг окончательно рассеялся, и теперь с ней осталось только осторожное любопытство.

– Заблудился ли я? Отнюдь! – по-странному весело ответил старик.

– Вы уверены? – спросила Дорин своим привычным озабоченным и волнующимся тоном, – Сколдьюр совсем в другой стороне, мы можем вас подбросить, если вы...

– Сколдьюр? Ну уж нет! Ноги моей там не будет!

– Но почему? – удивилась Дорин.

– Почему? Вам этого знать не стоит. – его взгляд скользнул Дорин за спину, пересекшись вдруг глазами с Сорой. Её передёрнуло всем телом. Она, сама не понимая отчего, отвернулась и спрятала макушку под капюшоном мантии, переглянувшись при этом с Ханикой и Дриссоль, которая, видимо, не осмеливалась подать виду, что проснулась. Но Сора не прекращала слушать. – Поскольку узнаете вы только если город сей посетите. А его лучше не посещать.

– Почему вы так уверены? – потяжелевшим голосом спросил Корай.

– Уверен. Птицы верят ветру, который говорит им о приближении зимы.

– Но почему вы продолжаете свой путь даже ночью? – не унималась Дорин.

Соре отчего-то стал очень неприятен этого разговор, и она не могла понять, почему они просто не могут тронуться, оставив этого старика наедине со своими странными мыслями.

– Но почему же продолжаете его вы? – по направлению голоса Соре показалось, что старик переместился по правую от неё руку, а за ним потянулся мерзкий, выворачивающий наизнанку запах, – Знаете, люди, которые предпочитают затевать дела по ночам всегда выглядят подозрительно. Удачи вам!

Старик появился в поле зрения Соры с другой стороны, начав отдаляться от их повозки туда, откуда они держали путь. Напоследок он обернулся – и вновь их с Сорой взгляды пересеклись. Ей показалось её внутренности скрутились в узел. Шаги и равномерный стук палки о землю были слышны ещё долгие несколько минут, пока их не заглушило стрекотание цикад.

– Совсем плох видать. – сухо сказал Корай, вновь заставляя лошадей сдвинуться с места.

– Дорогая, что с тобой? – тихо спросила Ханика, испуганно глядя на Сору.

Сумасшедший старик уже давно уковылял прочь, но... Её до сих пор не покидало это ужасное чувство. Чувство чего-то непоправимого.

~

💙Дочитал главу до конца? Спасибо тебе!💙

Пожалуйста, не забудь поставить звёздочку 💫 и написать комментарий 💬. А если тебе понравилось моё творчество, то можешь заглянуть ко мне в тгк, где я публикую анонсы глав, свои арты, эстетики и многое другое! (ссылка в описании профиля)

───────── ─ ✧ ─ ─────────

Главы выходят каждую субботу!