📘глава 13:Голос среди камней (от лица Саэ)

Я всегда думала, что тишина — это покой. Что в ней можно спрятаться. Переждать. Стать невидимой.

Но теперь, когда внутри меня появилось нечто новое, я понимаю — тишина может быть оружием. И голос — это больше, чем просто звук.

После того, как Лев — Кайо — признал его, я смотрела на него иначе. Он стоял спокойно, но всё вокруг будто слушало его дыхание. Даже подземелье.

Я не могла не думать о своих словах. О том, как впервые произнесла его имя. Это было не просто имя. Это было… пробуждение. И всё чаще я ловлю себя на ощущении, что я не такая, как остальные.

Тэнгу начал тренировать нас иначе. Если раньше он учил нас чувствовать звук, то теперь — направлять его. Мы учились создавать «вибрации в реальности» — так он это называл. Он говорил, что голос может менять ткань мира, если ты знаешь, кто ты.

Но кто я?

Однажды я спросила у Тэнгу прямо. Он посмотрел на меня… долго. Слишком долго. А потом сказал:

— Ты — дочь Восьмого.

Я не сразу поняла.

— Мой отец?.. — прошептала я.

— Он был правителем, чей голос мог звать звезды. Ты — его наследие. В тебе есть то, что они хотели стереть.

Я не знала, что сказать. Я думала, я просто... сирота. Просто девочка, которая выжила. Но теперь... я была частью войны, которую не начинала.

И всё же, когда я смотрела на него — на того, кто пришёл из другого мира, кто не сдался — я чувствовала: мне не страшно.

И в ту ночь, под звёздами, которых не видно, мне приснился сон.

---

Я стояла в зале, полном пламени и дыма. Люди кричали. Сквозь всё это я видела его — Его.

Высокий силуэт в тени. Его лицо было закрыто маской, а голос — как гром среди бури:

> — Уведите её. Немедленно!

— Но, повелитель…

> — Она — последняя. Уведи её. Пока они не пришли.

Меня подхватили руки. Я кричала, сопротивлялась. Он оставался позади. Я видела, как он поднимает руку, и всё пространство вокруг затрещало от звука.

А потом вспышка.

Я упала.

Темнота.

---

Я проснулась в холодном поту.

Вокруг — деревенская комната. Соломенный потолок. Старое одеяло.

Я не знала, где я.

Я не знала, кто я.

Лишь имя... его имя — звенело в груди, как зов, который нельзя забыть.