Глава 11. Нарушенные планы.

***

Переступив границу камина, Поттер еще долгое время не видел ничего перед собой: глаза застилала яростная пелена, которая все не хотела сходить. Он не помнил, как вышел из кафе и, натянув капюшон мантии до самых глаз, чуть ли не бегом мчался к Дырявому котлу; не помнил, как окликнул его Том и как смог назвать адрес дома.

Его прожигала бессильная ненависть.

Под руку попался стул, который он каждый день выставлял на веранду, чтобы полюбоваться звездами. Разломав несчастный предмет мебели о стену, Гарри стал крушить все, что попадалось ему на глаза: чайную пару на столике, которую он выбрал в маленьком магазинчике и сам столик, стеллажи, еще не заставленные книгами и торшер в углу. Если бы в еще необжитой комнате было больше вещей, пострадали бы и они.

- Этот ублюдок пасет меня! Мало того, - изящный торшер полетел в ту же стену, едва не задев окно, - что он смеет брать чужие деньги, этот старикашка еще и следит, чтобы их не брал я! Он хочет, чтобы я не знал ничего о магическом мире?! Хочет, чтобы я сидел с Дурслями и бегал на задних лапках?!

Поттер убрал с глаз налипшие от пота волосы и пытался отдышаться. Вены вздувались на его висках, а кулаки судорожно сжимались и разжимались.

Приступ злости спустя несколько минут и сотню пройденных по комнате шагов, понемногу сходил на нет, сменяясь холодной расчетливостью. Гарри окинул разрушенную гостиную взглядом, выругался и уселся на уцелевшее кресло, прижав руку к лицу и прикрыв глаза.

- Репаро...

Маленькие деревянные щепки и крупные сломанные доски устремились обратно, собираясь в стеллажи, куски стекла от разбитых лампочек вспарили в воздух и превратились обратно в красивые плафоны, а чайная пара, разбитая вдребезги на кусочки, собралась с мягкого ворса ковра и встала ровно на то место, где и стояла.

- Если я правильно понял Малфоя, то он рассчитывает, что я встану против директора... И что в таком случае, он окажет поддержку. Это бы очень пригодилось мне в будущем, но пока...

Мальчик откинул голову на мягкую обивку и крепко зажмурился, пытаясь упорядочить мысли, каждая из которых казалась хуже другой.

«Если... Если подыгрывать директору и заглядывать ему в рот по первому требованию, я смогу отвести от себя подозрения хотя бы ненадолго, - пытался рассуждать он, игнорируя бешено стучащее сердце. - С другой стороны, если потом мое поведение станет несоответствовать поведению гриффиндорца, необремененного интеллектом, коим меня и желает видеть директор, то возникнут вопросы. Появится повод вернуть запутавшегося ребенка на путь истинный: запрятать к Дурслям, подарить метелку, потрепать по голове - и вот уже наивный дурачок снова смотрит на доброго дедушку как на спасителя всех страдающих и угнетенных».

Гарри стянул с себя намокшие вещи и кинул их подальше, сминая в один большой комок,

- Не обманывай себя, Поттер. Ты и трех дней не продержишься в этой роли, не говоря уже о семи годах! Что же тогда делать...

Гарри, поняв, что ничего путного придумать сейчас не сможет, устало поплелся в комнату, решив, что после хорошего сна хотя бы одна хорошая идея должна его посетить. Но чудо не произошло, и, встав посреди ночи и отобедав заранее сваренным супом, он принялся строить план.

|«1. Сопровождение - исключить:| Кто бы он ни был - 100% человек Д.| (цель - рассказать сказку о добрых волшебниках и| завербовать ребенка → лояльность);|| 2. Письмо - перехватить. (!Заранее!)| Надо продумать. Срочно.| <2х дней в запасе;|| 3. Минимум появлений.| Без острой нужды - никуда.| Идеально: сидеть дома (сделать запасы);|| 4. Прибыть на Хогв.-экспресс| одним из первых. Без преследователей.| Точно будут».

Поттер устало потер лоб, понимая, что все предыдущие планы рушились, как карточный домик. Он недооценил старика. Глупо было бы думать, что директор сидит и ждет, когда стукнет первое сентября и он познакомится с ребенком, нет. Директор, наверняка, издалека следил за ребенком время от времени и сам проверял, все ли идет по плану.

«Но если маленький Гарри всегда был на коротком поводке, почему тогда никто из взрослых не забил тревогу, когда того регулярно избивали? Почему никто не обратил внимания на его внешний вид и на его худобу? Почему смерть ребенка вообще осталась незамеченной?»

***

В доме по Тисовой улице 4 царило привычное спокойствие: глава семейства, улыбаясь себе в усы, в щеку целовал любимую жену, которая подала ему любимый завтрак - блинчики с кленовым сиропом. Их подросший сын играл на полу с новыми игрушками и смеялся, а за окном щебетали птицы. Мужчина даже задумался, что не слышал ни разу до этого дня такого прекрасного пения птиц; каждое утро воскресенья до недавнего времени начиналось с ругани и криков, но он запрещал себе об этом вспоминать. Теперь, когда все встало на свои места, казалось, что лучшей жизни и не было никогда! К сожалению, только недавно он с грустью осознал, что такое счастье могло бы быть все эти годы если бы не...

Нет, он запрещал себе об этом думать, глядя на хлопочущую над сыном жену.

В это время, оперевшись на внешнюю сторону дома и спрятавшись за кустами отвратительно пахнущих роз, сидел мальчик с натянутым капюшоном в солнечных очках. Он слышал все эти восторженные вздохи и чувствовал запах сладких блинчиков, который доносился из окна.

Его тошнило.

Стараясь не думать о месте, куда надеялся больше не вернуться, он ждал уже несколько часов, всматриваясь в небо. Сегодня был его день рождения и самый ценный подарок должна была принести сова из школы. Завидев вдалеке птицу, он мигом встрепенулся и протянул руку, а коричневая сипуха, видимо, признав в нем получателя, без возражений села на нее и ждала, когда ей сунут угощения. Недолго думая, Поттер отдал ей найденного в кустах червяка и отвязал от лапки письмо. Не раскрывая конверта и не оглядываясь по сторонам, он отпустил птицу восвояси и скрылся в тени от утреннего солнца. Никто за это утро так и не увидел его на Тисовой улице.

Добираться сюда, до Литтл Уингинга, Поттеру, нежелающему показываться на Косой Алее или в Дырявом котле, пришлось на автобусах, поездка на которых составила больше девяти часов. Дергать Стэна для этой сомнительной авантюры Гарри не хотелось: никто не гарантировал, что в самом Ночном рыцаре или рядом с ним не окажется любопытных магов, так что Поттер, решив не испытывать судьбу, намеревался справиться своими силами.

Предварительно собранный рюкзак на случай долгой поездки неприятно давил на плечи, а солнце, которое все выше поднималось в зенит, пекло затылок и заставляло пить вдвое больше воды, чем планировалось. Скрывшись в знакомом парке с красивым озером, он первым делом стянул с себя толстовку, надетую еще вчерашним прохладным вечером, когда он магловским транспортом добирался сюда. Умывшись и переодевшись, он мало чем теперь отличался от других детей - джинсы и белая футболка, рюкзак на плече и кепка с названием какой-то бейсбольной команды давали возможность ему затеряться в толпе. Солнечные очки Поттер решил предусмотрительно оставить.

Путь предстоял долгий и изнуряющий: сначала было необходимо добраться до Лондонского вокзала - это была самая простая часть пути, по мнению Поттера, потому что ежечасно из Литтл Уингинга отходили рейсовые маршруты. Сейчас Гарри сидел как раз в ожидании очередного такого автобуса, жевал купленные в магазине яблоки (сил смотреть на бутерброды уже не было) и рассматривал карту Англии, повторяя маршрут.

По прибытии в Лондон нужно было сесть на ближайший междугородний поезд до Рендинга, а там пересесть на другой - до Суиндона. Мысль, что в поездах ему удастся поспать хотя бы несколько часов, радовала Гарри, но ровно до того момента, когда он вспоминал, что потом до самого дома возможности такой не представится. Обреченно выдохнув, он поднялся в подошедший невзрачный и старый автобус, протянул указанную сумму и уселся как можно дальше в салон, подальше от окон.

Мысль, что приходилось рассматривать всех прохожих, постоянно оглядываться и озираться, вынуждала Поттера беспричинно нервничать и раздражаться, отпугивая окружающих своим недовольным лицом. Усевшись поудобнее, он принялся распаковывать полученное письмо, внимательно вчитываясь в адрес и пряча старомодный конверт с печатью школы подальше в рюкзак.

«Это даже смешно - на конверте не полное имя, а просто «Гарри Поттеру» - будто письмо от близкого друга. Адрес и вовсе - «чулан под лестницей в доме 4 по Тисовой улице». Это вызывает сразу гору вопросов: почему мое письмо не стандартное, как для всех учеников Хогвартса? Почему адрес указан неверно, если фактически я живу в другом месте? Кто вообще мог бы знать о том, что ребенок живет под лестницей и что письмо надо отправить именно туда? Это только укрепляет уверенность, что кто-то за мной следит. Надеюсь, что хоть сейчас меня в Литтл Уингинге не заметили… И кстати, как Дурсли объяснили мое исчезновение?»

Немного поразмышляв об этом и не найдя ответов, Гарри принялся изучать вложенное письмо. К его счастью, программа за долгие годы не изменилась и лишнего повода наведываться на Косую Аллею не предвиделось. Однако он задумался над ранее незначительной деталью:

«Письмо необходимо отправить не позднее тридцать первого июля... Надеюсь, что это только совпадение, что сегодня как раз и мой день рождения, и тридцать первое июля, черт! Надо что-то придумать...»

За окном как назло полил дождь, омрачая и так неприятный день.

Поттер последний покинул автобус, опасливо озираясь по сторонам, и, закинув себе на голову толстовку и поклявшись ее сжечь, как только доберется домой, торопился в сторону вокзала. Внезапно светлая мысль, не внушающая надежду, все же посетила его голову. Авгурей.

Отбежав в неприметный тупичок между кирпичными домами, Поттер принялся непрерывно мысленно вызывать птицу и проклинать себя за то, что так и не успел дать той имя. Представляя какое расстояние его разделяет между домом и Лондоном, он и не надеялся на успех, но не переставал звать авгурея, иногда переходя на шепот. В конце концов, можно было бы отправить письмо с Косой Аллеи, оплатив аренду совы, но тогда пришлось бы рисковать своей анонимностью и ставить весь план под угрозу, чего, разумеется не хотелось. Внезапно, его мысленные причитания прервал звук хлопающих крыльев, раздавшихся сверху, и, задрав голову, Поттер, щурившись одним глазом от капель дождя, заприметил своего питомца, кружащего вокруг тупика. Поттер в неверии протянул руку, чтобы волшебная птица могла приземлиться на нее, и та, завидев жест, начала снижаться.

- Мне послал тебя сам Мерлин, - гладил он птицу, соскучившуюся по хозяину. - Ты не поверишь как я рад тебя видеть!.. Я буду звать тебя Эмин, идет? Надежный и верный - это хорошо тебе подходит.

Птица одобрительно уперлась ему головой прямо в щеку, прося лишнюю ласку и Гарри не смог удержаться.

- И чего от тебя несчастья? Мою жизнь ты сделал только лучше, Эмин. А теперь подожди-ка, я напишу письмо, которое ты отнесешь…

Поттер пересадил уставшую птицу, неизвестно каким только способом добравшуюся до Лондона, и принялся строчить магловской ручкой ответ на вырванном из блокнота листе; пергамент и перо не были использованы им целенаправленно. Пришлось укрыться под тканью толстовки и усесться на землю в три погибели чтобы не намокла бумага и почерк казался ровным и неторопливым. Дописав последнее, Поттер принялся перечитывать письмо:

«Уважаемый заместитель директора М. Макгонагалл!

Пишу Вам ответное письмо, как Вы и просили, и сообщаю, что ознакомился с перечнем необходимых предметов для учебы. Также, спешу сообщить, что не нуждаюсь в предоставлении мне сопровождающего для закупки школьных принадлежностей; я посещу Косую Аллею самостоятельно.

С уважением, Гарольд Джеймс Поттер»

Слегка скривившись от получившегося, Поттер махнул рукой и упаковал лист в тот же самый конверт, который получил сам, предварительно зачеркнув свой адрес и указав новый. Недолго думая, с помощью зажигалки, он подплавил восковую печать и скрепил края конверта.

«Видел бы меня сейчас сиятельный Люциус Малфой: в магловской одежде, на земле в подворотне Лондона и мокрый до нитки».

- Эмин, слушай внимательно: вот это письмо ты отнесешь лично в руки заместителю директора Минерве Макгонагалл, в Хогвартс. Кивни если понял. - Птица к его удивлению действительно несколько раз кивнула. - Супер. Как только отдашь письмо, мигом улетай оттуда домой. Ни к кому не подлетай и не бери ничего из рук. Понял?

Авгурей еще несколько раз усердно кивнул и, почесав перышки на спине, оттолкнулся от руки Гарри и взмыл в воздух. Вскоре птица скрылась из виду, а Поттер поспешил на станцию: билет так и не был куплен.

***

Минерва Макгонагалл сидела в излюбленном кабинете и неторопливо попивала травяной чай. Вещи уже были ей предусмотрительно разобраны: оставшийся месяц каникул она хотела посвятить обновлению школьного плана и подготовке к новому учебному году.

День выходил пренеприятнейший: с самого обеда за окном лил сильный дождь, который и не думал прекращаться, что заставляло ее «внутреннюю кошку» держаться подальше от окон и вздрагивать каждый раз от грозы. Филч тоже подкинул ей работы: нужно было обновить весь хозяйственный инвентарь, а значит лично отправляться в Лондон и выбирать половые тряпки, потому что Филч напрочь отказывался пользоваться хоть сколько-нибудь волшебными предметами уборки. Наверное, боялся.

Устало вздохнув, заместитель директора отлевитировала документы над которыми сегодня работала подальше в шкаф и снова вздрогнула. Запоздало поняв, что это был не грохот грома, а сильный стук в окно, Минерва вернулась обратно, негодуя на хозяина совы, который не пожалел птицу в такою погоду.

На краю подоконника, весь мокрый до нитки сидел черно-зеленый авгурей.

Минерва отшатнулась от окна, схватившись за спинку своего стула и в неверии смотрела на незваного гостя. Только спустя несколько мгновений, она заметила намокшее письмо, привязанное к его когтистой лапе, и ринулась отвязывать его, надеясь, что это не очередная чья-то злая шутка, а лишь неудачный выбор питомца какого-нибудь сумасшедшего. Как только письмо оказалось у Минервы в руках, незнакомая ей птица взмыла в воздух, издав на прощание отвратительный крик и исчезла, будто если бы аппарировала с территории школы.

Заместитель директора судорожно открыла конверт, на котором расплылись все буквы и принялась читать, непострадавшее из-за защитных чар на конверте, письмо.

«…спешу сообщить, что не нуждаюсь в предоставлении мне сопровождающего для закупки школьных принадлежностей; я посещу Косую Аллею самостоятельно.

С уважением, Гарольд Джеймс Поттер»

Это было письмо от ее будущего первокурсника, Золотого мальчика Британии, который, разумеется, как и его родители должен был учиться на ее факультете.

«Может, что-то случилось? - подумала Минерва, пряча письмо подальше в стол. - Наведаться лично? Да, наверное стоит. Убедиться, что мальчик действительно сам писал это. Еще и эта птица! Где только взял?».

Недолго думая, Минерва накинула на плечи дорожную мантию, собрала небольшую сумочку на случай непредвиденных обстоятельств и направилась прочь из замка, за антиаппарационный купол, не желая откладывать визит.

«Хороший повод поздравить Гарри, - улыбнулась она своим мыслям. - Пусть уже и немного поздно, но думаю, что его родственники не будут против вечернего чаепития».

Заместитель директора исчезла с пришкольной территории и в один миг оказалась на Тисовой улице, на которой была последний раз, кажется, десять лет назад, когда уговаривала Альбуса не отдавать маглам несчастного ребенка. Раздосадовано хмыкнув, она подняла свой острый подбородок повыше и позвонила в дверь. За ней раздались тяжелые шаркающие шаги.

- Вы?! Какого черта Вы делаете в моем доме?! - взревел мужчина, открывая дверь и невольно пропуская внутрь настойчивую женщину в странной одежде, которая уже рассматривала убранство дома.

- Я хочу увидеть Гарри Поттера, мистер Дурсль. Он недавно писал мне письмо. - Минерва продолжала осмотр первого этажа дома, игнорируя спустившуюся в халате женщину, которая старалась спрятаться за мужа. - Отведите меня к нему, будьте любезны.

- Мальчишка уехал! - Макгонагалл в непонимании подняла брови, обратив наконец внимание на семейную пару. - Мы буквально утром отправили его в детский лагерь, подальше от нас! Знать не знаю ни о каком письме!

- О, значит, с мальчиком все в порядке, мистер Дурсль? Мне не стоит беспокоиться?

- Что с ним сделается, с этим мальчишкой? Все прекрасно! А теперь, проваливайте из моего дома!

Заместитель директора спешно покинула неприветливых маглов, которые даже не предложили ей чаю и направилась вдоль Тисовой улицы, размышляя об услышанном:

«Какие все-таки эти маглы невоспитанные! - негодовала она про себя. - Но, видимо, Поттер действительно писал мне. Хотя, конечно, это очень некрасиво с его стороны - ничего не рассказать семье о письме».

Она укоризненно поморщилась.

«Но раз уж он сказал, что справится с покупками самостоятельно, значит, его дядя сам согласился отвезти его и сложностей не возникнет… Что ж, видимо придется расстроить Хагрида… Скажу ему, что сама отвела мальчика, а директор… Пусть тоже думает, что я проявила инициативу и сопроводила ребенка сама... В конце концов, в последнее время он так сильно занят… Не стоит попусту тревожить. Лишние волнения сейчас точно ни к чему».

Тисовая улица в миг опустела, будто по ней никогда и не шла худощавая женщина в странных одеждах.

***

Поттер лежал на земле, слушая собственное хриплое дыхание. Рука тянулась к спасительному рюкзаку, который лежал, наверняка, где-то рядом в луже. Сам же Гарри боролся с темнотой, застилающей глаза и с отвратительным чувством тошноты, предвещающим скорый обморок.

«Как глупо было бы сдохнуть сейчас, после столького…»

Рука наткнулась на приоткрытую молнию и начала наощупь обыскивать рюкзак. Отыскав необходимое, спустя несколько долгих минут, Поттер зубами вынул пробку из нескольких стеклянных флакончиков и выпил содержимое, не чувствуя отвратительного вкуса зелий. Восстанавливающее и рябиновый отвар должны были, наверняка, помочь, но если он не продержится хотя бы десяток минут с открытыми глазами, то отключится надолго, полностью восстанавливаясь от полученных ран и магического истощения, но валяясь на асфальте в беспамятстве.

Через минут двадцать дыхание его, наконец, стало более плавным и спокойным, исчез металлический вкус во рту, а зрение обрело четкость.

Всего какой-то час назад ему, лохматому и заспанному после двух поездов, не посчастливилось завернуть в темный переулок Суиндона, когда солнце уже клонилось к закату. Навстречу ему вышло пятеро ребят приблизительно того же возраста, что и он сам или немного старше, выше на голову, в рванных одеждах и с недружелюбными глазами. Он, поначалу и не обратил на них никакого внимания, уткнувшись в бумажную карту, но, когда один из них ощутимо толкнул Поттера плечом, поднял голову.

- Турист что ли? - спросил один из них, крутя в руке какую-то связку ключей. - У нас туристов не любят, парень, хочешь пройти - плати.

Поттер с недоумением посмотрел на наглых беспризорников и, развернувшись на 180 градусов, молча пошел в обратную сторону.

- Нет, так дело не пойдет! - Тот же мальчишка, видимо главарь этой банды, грубо остановил его за руку. - Мы с тобой разговариваем вообще-то, прояви хоть каплю уважения к старшим!

- Не помню, чтобы я с вами знакомился. А теперь пустите, у меня сегодня много дел.

- Вы посмотрите на него, какой важный! - Небольшая толпа загоготала, предчувствуя веселье. - Ты поди, сыночек банкиров, раз такой наряженный ходишь по нашему городу? Давай-ка ты отдашь нам свой красивый рюкзачок, малыш, и мы опустим тебя к мамочке, иначе…

- Боюсь, что мне не хватит места на кладбище, молодые люди. А теперь, если хотите уйти с миром, убирайтесь сейчас же.

Пятеро раскрытых ртов в миг захлопнулись и оскалились.

- Издеваться удумал, богатенький буратино?! Живо доставай фунты, пока я тебя не прирезал! А ну, парни, держите его, пока я потрошу его рюкзак!

Мальчишки окружили Поттера, который и не думал расставаться с необходимой ему сейчас валютой – до дома было больше половины пути. Мальчишка в полосатой футболке схватил его за руку, но Гарри сумел вывернуться из нее и тут же получил под дых. Конфликта, видимо, было не избежать.

Быстро закатав рукава, Поттер принялся отбивать летевшие на него со всех сторон удары, время от времени все же получая по своему тощему телу. Он старался не поворачиваться спиной к обидчикам, защищая рюкзак. Чувствуя, как его загоняют в угол со всех сторон, не видящий другого выхода, Поттер прошептал:

- Вингардиум Левиоса. Десцендо!

Двое мальчишек взмыли в воздух болтая руками и ногами, но в следующий же миг с необычайным ускорением рухнули на землю, ломая себе конечности. Не замечавшие этого другие беспризорники, облепившие его вплотную, не думали отступать, нанося на тело противника множество синяков. Внезапно, у их главаря мелькнул в руках нож, и Поттер, поняв, что живым отсюда может не уйти, крикнул, вытянув руку вперед.

- Депульсо!

Впервые почувствовав такую мощь собственной силы, которой не требовались ни его ловкость, ни его скорость, Поттер поймал себя на мысли, что ощущает какое-то незнакомое до этого момента превосходство, как если бы он наблюдал за зарытыми в банке муравьями. Смотря, как отлетевшие от него обидчики в ужасе попятились назад, округлив свои глаза и поднимаясь с земли, Гарри прошептал:

- Серпенсортия. - Внезапно появившаяся змея повернулась к Поттеру и угрожающе оголила клыки, на что тот, мгновенно вспомнив, что вообще-то змееуст. - Напади на них.

На лицах нападавших был неподдельный ужас, смешанный с отвращением и паникой. Спотыкаясь и падая на мусорные мешки, стоящие вдоль домов улочки, толпа беспризорников, прижимая к себе пострадавшие руки, бежала в противоположную от Гарри и змеи сторону и кричала:

- Дьявол! Он - Дьявол, парни, убираемся отсюда! Чур меня, чур!..

Поттер скривился от уже знакомого прозвища суеверных англичан, но вмиг пошатнулся, и не удержав равновесия, завалился на грязную стену дома, чувствуя пульсирующую боль в ноге.

- Твою мать!.. Вот же ублюдок!..

Гарри наткнулся на торчащий из его бедра нож, который малолетний преступник все-таки успел в него бросить и теперь, зажимая рану рукой, судорожно искал аптечку в снятом рюкзаке. Несмотря на все усилия, он только все больше сползал вниз по гладким кирпичам стены, слыша усиливающийся шум в ушах, который мешал хоть на секунду сосредоточиться.

***

Хорошенько вывернув содержимое своего желудка в той же подворотне, Гарри крайне помятый, но вполне живой, принялся стягивать с себя испорченную футболку. Джинсы оказались куда крепче и нуждались только в стирке, а вот испорченный верх не хотелось чинить даже с помощью Репаро. Поэтому, недолго думая, он кинул неприятную вещь на мусорные мешки и, натянув на себя кофту с воротником, слегка прихрамывая едва залеченной мазями ногой, пошел подальше от злосчастного переулка в сторону автобусного вокзала.

Как только место в автобусе оказалось занято, Гарри, вопреки своим планам, отключился и проспал до самого Тонтона. Разбудил его посреди ночи недовольный водитель, который уже собирался отъезжать в автобусный парк, но завидев мальчишку, выругался и принялся того будить и выпроваживать.

Гарри стоял посреди трассы М5, на остановке, и еще некоторое время пытался сообразить где вообще находится. Сонная голова с трудом подчинялась мальчику, но хорошенько умывшись водой из бутылки, Поттер вспомнил, что направлялся вообще-то в Тонтон, до которого, очевидно, так и не добрался. Удивившись, что рейсовый автобус и не планировал заезжать в населенный пункт, который, если верить указателю, был в пяти километрах от него. Он, завидев одинокую заправочную станцию с магазинчиком, поплелся туда.

Звон маленького колокольчика заставил продавщицу подпрыгнуть на месте и, закрывая то один, то другой сонный глаз, уставиться на ребенка, который заявился посреди ночи на заправку. Мальчик с синяком на скуле протянул ей несколько монет и попросил сладкий кофе и несколько булочек, которые она с недовольством кинула ему на прилавок. Не заметив ничего необычного, Поттер уселся за небольшим столиком у окна и, тяжело вздохнув, принялся завтракать. Деньги и документы (все же найденные еще черт пойми когда у Дурслей), были при нем - ни пенни не досталось тем уродам, что подпортили ему физиономию. Оставалось только правильно ими распорядиться, чтобы, наконец, добраться до дома и запереться там на месяц. Наверное, следовало бы идти в сторону города, но Поттер, не желающий натыкаться на очередных насильников и грабителей, отмахнулся от этой мысли, решая, что лучше поймает попутку, чем еще раз сунется в незнакомый город.

Отлучившись ненадолго в туалет, он проверил бинты на бедре и нанес немного заживляющей мази на свое лицо, старясь экономить запасы ценного крема, которые были использованы сейчас только для того, чтобы первый же попавшийся прохожий не отвез его в полицейский участок. Не попрощавшись с работницей заправочного кафе, он направился вдоль трассы, время от времени оборачиваясь на проезжающие машины.

«Неужели ни один добропорядочный англичанин не хочет помочь одинокому ребенку на дороге?!» - возмущался он, провожая взглядом очередной автомобиль и продолжая путь.

Ноги уже порядочно устали, а очертания города пропали с горизонта позади, но Поттер упрямо шел вперед с мыслью, что лучше останется ночевать в чистом поле, вдоль которого шел, чем вернется. Ругая себя за все сегодняшние промахи, он сразу и не заметил, как тень его удлинилась от света фар, а позади него кто-то остановился. Поттер обернулся.

Позади него притормозил большегруз и мигал фарами.

«Чу́дно. Гарри Поттер - жертва домашнего насилия, сбежавшая на край света, едет с дальнобойщиком по ночной трассе».

Понимая, что выбирать не приходится, мальчик подошел к открывшейся высокой двери и уставился на водителя. Мужчина с сигаретой в зубах и помятой кепке мало вызывал доверия, но Поттер, схватившись за шанс попасть домой, прокричал:

- Едете в сторону Портрита, сэр??

- А? Не слышу, двигатель орет! Говори громче! - прокричал в ответ мужчина, выкидывая окурок в окно.

- В ПОРТРИТ ЕДЕТЕ, СЭР?

- Ааа, Портрит! Не-а, мне в Падстоу, но это в ту же сторону! Залезай!

Гарри, не веря в удачу, схватился за протянутую крепкую мужскую руку и буквально взлетел на сиденья, минуя ступеньки. Когда водитель захлопнул дверь и неторопливо начал отъезжать, Гарри испытал какой-то, незнакомый ему, детский восторг: он сидел так высоко, в огромном грузовике, что дух захватывало. Наверное, раньше Гарри нравилось играть в машинки.

- Ты часом не потерялся, парень? - спросил водитель, не торопясь набирая скорость.

- Нет, я еду домой. Перепутал автобус, вот теперь и пытаюсь добраться.

- А родители в курсе? А то, может, докинуть тебя до ближайшего отеля, оттуда и позвонишь?

- Если они узнают, сэр, то на неделю запрут дома, так что я лучше как-нибудь сам - не впервой.

- Ну как знаешь, приятель. Я тебя тогда довезу до Падстоу, а там ты уже сядешь на какой-нибудь автобус. Деньги-то есть? - спросил мужчина, рассматривая неожиданного попутчика в зеркало заднего вида. Тот кивнул, в ответ рассматривая мужчину. - Я Боб, кстати, а тебя как звать?

- М… Филл, сэр. Долго нам ехать до Падстоу?

- Миль сто, может даже меньше… Ты это, на вот, пожуй. - Он протянул сложенные в газету сэндвичи.

- Спасибо, сэр, но я уже перекусил на заправке. Так что…

Гарри развел руками и отвернулся в сторону окна. Стараясь не слушать убаюкивающее приглушенное радио и звук развешанных и хлопающих по салону футбольный флажков, он разглядывал проносящиеся мимо него одинокие дома и закрытые магазины. На всякий случай Поттер старался запоминать все попавшиеся на пути повороты и развилки, несмотря на то, что водитель оказался, крайне ненавязчивым и спокойным мужчиной, который, казалось и не замечал тихого мальчика.

Внезапно, выбежавший на дорогу кабанчик, заставил Боба встрепенуться и вырулить на обочину, едва не улетая в кювет, но избегая столкновения.

- Мэрлин! Что он забыл здесь так далеко от леса?! - воскликнул Боб, пиная руль руками. - Чуть не сбили эту свинину! Ты как, Филл?

Гарри осознав, что только что услышал, медленно повернулся в сторону водителя и кивнул. Боб тоже понял, что ляпнул при ребенке.

- Ты это, пацан, не из маглов что ли? - аккуратно спросил мужчина, заводя руку куда-то за спину.

Поттер кивнул, не отводя взгляда от Боба и готовясь, в случае чего, выпрыгивать из большегруза, который еще не успел набрать ход. Водитель, к его удивлению, облегченно вытер лоб носовым платком.

- Ну и славно, а то я боялся, что придется память стирать, а я знаешь ли, очень плох в этом деле. Фух… - выдохнул он, сосредотачиваясь на дороге, которую уже немного заволокло предрассветным туманом, - теперь можно не бояться, что ляпну чего не то.

- А вы… вообще, как здесь, сэр?..

- А? Грузовик-то? Да так, хобби, машины люблю очень, вот и катаюсь по всей стране. Полезное дело, знаешь ли, не каждый товар можно камином или совой отправить.

- Мне поразительно везет на водителей, - неслышно пробормотал Поттер, немного успокаиваясь и отпуская дверную ручку. - Я рад, что вы оказались волшебником, сэр, мне от этого ощутимо спокойнее.

- Это чего тебя, маглы так разукрасили? - Поттер кивнул, смущаясь еще не сошедшего синяка на лице. - Вот уроды! Ты хоть сдачи-то дал?

- Руки сломал, сэр, ударив о землю.

- Ахахах! Ну ты молоток, парень! Так им и надо! Нечего руки распускать, ишь!.. Стало быть, ты и не домой едешь вовсе?

- Да нет, домой, сэр. Действительно возникли проблемы с автобусом.

- А чего ж не камином?

Поттер многозначительно промолчал, не зная какую отговорку придумать. В голову совершенно не приходило ответов на вопрос, какого черта малолетний волшебник делает посреди трассы ночью. Ни одна придуманная ложь не звучала убедительной.

- Ну так, не можешь - не говори, чего мяться-то? Лучше скажи мне, помощь какая нужна? - Поттер помотал головой, уже прокручивая в голове подобный диалог. - Ну смотри, парень, второй раз предлагать не буду. Коль знаешь, что доберешься, значит так оно и будет.

Гарри, не поняв его реплики повернулся, приподняв бровь. Боб пояснил:

- Взрослый ты больно, серьезный, да взгляд тяжелый. Дети себя так обычно не ведут. Ты не под обороткой ли часом?

- Нет, сэр. Какой есть, во всей красе.

- Хех, ну тогда далеко пойдешь, парень, только это, по морде бить не давай!

Остаток пути они провели в тишине, слушая негромкое радио. Падстоу встретил их рассветными лучами, и Поттер, пожав руку мужчине в знак благодарности и оставив тому незаметно на сиденье пару галлеонов, отправился в городок в поисках автобусного парка.

***

Трясясь в очередной старой развалюхе, Гарри проклинал Дамблдора, из-за которого приходилось участвовать в этом путешествии: уже не было сил подпрыгивать на кочках в этих колымагах и слышать бесконечные разговоры десятков пассажиров, которые не стесняясь, иногда приглашали его поболтать.

Это был последний маршрут, которой должен был довести его прямиком до Портрита, откуда он уже привычным маршрутом бы отправится домой. Оставалось каких-то жалких десять-пятнадцать километров и вот он уже будет в тишине и спокойствии…

Покинув, наконец, несчастный автобус и вдохнув уже полюбившийся морской воздух, Гарри, предварительно закупившись продуктами на длительное время, направился в сторону своего уютного домика, наслаждаясь видом океана.

Как только за ним захлопнулась входная дверь, он в бессилии осел на пол, только сейчас замечая, что бинты замотанные вокруг раненной, но кое-как залеченной ноги, ощутимо намокли.