Часть 3

Кира, оказавшись в Янтарном Городе, ужасно испугалась. Ей, конечно, стало страшно не за себя, а за Алису, которая, будучи совершенно неподготовленной, попала в мир, где даже местные выживали с трудом. А Алиса привыкла спать на мягкой, как облака, постели, а не на ворохе листьев, и есть на завтрак пирожные, а не пить зеленый сок из пищеварительного тракта убежища-жука, и ее нежные белые руки, даже не защищенные перчатками костюма, совершенно не приспособлены для убийства... Она ведь пропадет в мире Киры, эта тихая хорошо воспитанная девочка в красивом платье, которая умеет только делать чай и вести вежливые беседы; что она будет делать, встретившись с чудовищами и ожившими кошмарами?(На самом деле Кира знала – и знала лучше всех на свете! — что Алиса много чего умеет. Например, очень прямо держать спину в своих ужасно неудобных платьях с жесткими корсетами; или терпеливо улыбаться, когда другая бы разревелась от отчаяния и беспомощности; или никогда не терять способности мыслить ясно и желания доискаться до сути, — а это все довольно полезные качества для выживания в любой вселенной. К тому же, хотя Алиса с Кирой во многом и казались противоположностями, они дружили столько, сколько себя помнили, и уже успели прорасти друг в друга – в каждой было немного от другой. Тем не менее, сейчас Киру охватил страх).Пока Алиса разговаривала с могильщиками, Кира стояла перед пыльным темным зеркалом — по окружавшим ее стеллажам с книгами она догадалась, что оказалась в Библиотеке отца Алисы — и внимательно прислушивалась к беседе. Она запомнила совет про Госпожу Осень, хоть и видела в нем пока что не больше смысла, чем Алиса. Но Кира не успела толком обдумать услышанное: в одной из соседних комнат послышались чьи-то шаги. Кто-то еще, кроме нее, был в Библиотеке и направлялся именно туда, где она сейчас находилась.Кира подумала, что это, наверное, вернулся Волшебник, отец Алисы. А кто бы еще осмелился сюда прийти? Кире было известно о запрете Волшебника смотреть книги в Библиотеке без его сопровождения. Она вечно удивлялась терпению Алисы, всю жизнь прожившей с этим запретом; сама-то Кира на ее месте нарушила бы его в первый же день – и нередко советовала Алисе именно это и сделать.Но к открытому столкновению с Алисиным отцом она пока не была готова. При звуке шагов она запаниковала, натолкнулась спиной на один из книжных стеллажей, и несколько книг упали с полки. Кира стала поспешно подбирать их и засовывать обратно. Для одной из книг места не нашлось, и Кира не помнила, где та стояла. Шаги приближались, и она не придумала ничего лучше, как сунуть книгу под верхнюю часть своего защитного комбинезона. А потом быстро и тихо проскользнула вдоль стены к другому, противоположному звуку шагов выходу из комнаты.Напоследок Кира бросила еще один взгляд на зеркало и ее родной мир, оставшийся за его поверхностью. В отражении она увидела, что могильщики уходят и уносят с собой меч. Без меча у Алисы точно не останется шанса выжить в том мире, так что нужно было как можно скорее разгадать загадку про осень и достать ей оружие.С этими мыслями Кира спустилась по лестнице на первый этаж Библиотеки и выбралась на улицу. Кажется, Волшебник – если это его шаги она слышала – не гнался за ней. И неудивительно: как вы, может быть, помните, Кира отлично умела прятаться, ведь это наиважнейший навык для выживания. Если никто не желает вашего существования, первым делом научитесь становиться незаметным.Книга Волшебника так и осталась лежать у нее за пазухой.Кира не представляла, с чего начать поиски осени. Ей не хватало Алисиной спокойной рассудительности: Кира привыкла действовать, а не думать, бросаться в бой, а не задавать вопросы.Янтарный Город был не похож ни на что, виденное ею ранее. Ослепительно светлый, словно напоенный солнцем, пронзительно красивый, оглушительно спокойный; казалось, он был всем, о чем она мечтала... но в то же время в этом месте было что-то неправильное. Какое-то время она в растерянности бродила по городу, разглядывая стрельчатые окна домов, барельефы с фантастическими животными, острые черепичные красные крыши; любуясь ими – и одновременно всматриваясь в них с тревогой. Те же чувства вызывали у нее и встречавшиеся ей в городе люди — все, как на подбор, красивые, улыбчивые и ясноглазые. Может, Кира просто слишком привыкла видеть во всем угрозу, но ей показалось, что очарование и безмятежность Янтарного Города таят в себе нечто зловещее.Вот что всегда тревожило Киру в рассказах тени-Алисы про ее дом: Стена, что отрезала Янтарный Город от остального мира. Никто никогда не выбирался за Стену, никто даже не знал, есть ли вообще что-то по ту сторону. Но все жители города воспринимали этот странный факт как что-то само собой разумеющееся. Даже Алиса не задавалась вопросами о Стене до того, как эта тема всплыла в их с Кирой разговорах; простим ей это, ведь она всю жизнь прожила в Янтарном Городе и не знала, что мир может быть устроен иначе.Но воздух в городе пах солью и ветром, и это немного успокоило Киру. Она подумала: раз где-то здесь есть океан, как и в ее родном мире, значит, Стена все же не полностью превращает Янтарный Город в тюрьму...В городе действительно был порт: Кира увидела кусочек синего моря и много кораблей с реющими на ветру флагами. Не то чтобы она намеревалась покинуть Янтарный Город прямо сейчас, но вид моря вызвал у нее радость: «Значит, отсюда все-таки можно уплыть!».Кира спросила у одного из прохожих:— Куда плывут эти корабли?— Плывут?.. – переспросил человек. – Не понимаю, о чем вы, принцесса. – Он, конечно же, принял ее за Алису.— Ну да, плывут. Это ведь море... У кораблей всегда есть места назначения.Ее собеседник непонимающе покачал головой:— Нет. Эти корабли стоят на месте. Они всегда здесь, как дома и мосты, как теплое солнце и играющие на площади дети, как уличные художники с мольбертами, что рисуют все это. Ведь все это так красиво! Да и разве можно покинуть Янтарный Город?Теперь Кира смотрела на порт с ужасом: корабли, которые никуда не плавают — что может быть страшнее и нелепее? Выходит, красота Янтарного Города неспроста казалась ей тревожной...Она вспомнила, что по дороге в порт миновала центральную площадь города, посреди которой возвышалась башня с часами. В тот момент Кира не обратила на нее внимания. Но отсюда, из порта, башня тоже была хорошо видна, и взгляд Киры, размышлявшей о зловещих странностях этого места, снова остановился на башне и на часах... И тут она заметила одну странность: часы не шли.Кира знала, что такое часы. В ее мире когда-то давно, до войны, время текло единым неспешным потоком, как ему и полагается течь, и люди измеряли его с помощью таких предметов. Теперь, правда, часы стали бесполезны, потому что мир превратился в одну сплошную временную аномалию.На башне висело несколько круглых часов, показывающих часы с минутами, созвездия, фазы Луны, время приливов и отливов и еще какие-то явления — но все эти часы стояли. Часовая башня Янтарного Города была не более чем бесполезной игрушкой — точно так же, как и корабли в порту. Сколько еще подобных бессмысленных вещей в этом городе, служащих красивыми декорациями... чего?..И, глядя на часы, Кира вдруг поняла, что надо делать.Она зашла в башню, поднялась по узкой винтовой лестнице на самый верх и, тяжело дыша от напряжения, принялась крутить рычаги, отвечавшие за движение стрелок на часах. И крутила до тех пор, пока на круге с четырьмя делениями, означавшими времена года, стрелка не передвинулась на одно деление вперед.Кира, конечно, еще не знала этого, но когда она сдвинула стрелку, их с Алисой два мира сцепились, как шестеренки в этих самых часах, и в обоих начали происходить перемены.

Пожалуй, пора вернуться к Алисе и узнать, что же делала в это время она.

Когда могильщики ушли и связь с Кирой через зеркальную поверхность меча оборвалась, Алиса решила, что первым делом ей стоит собрать как можно больше сведений об этом новом, незнакомом ей мире. Также она надеялась, что люди, которые раньше жили вместе с Кирой внутри убежища-жука, смогут обеспечить ей какую-никакую защиту. Но пока она разговаривала с могильщиками, все бывшие жители убежища куда-то скрылись – зато среди деревьев и развалин успело появиться множество темных силуэтов самых разных тварей, которые пришли поживиться тем, что осталось от огромного мертвого жука. Некоторые из них имели зубы и когти, другие были прозрачными, парили в воздухе или даже светились в темноте, но все выглядели одинаково пугающими. Алиса чуть не вскрикнула от ужаса, когда увидела, как неведомое существо с огромным количеством конечностей разрывает жвалами что-то, очень похожее на человеческое тело: со смертью убежища-жука населявшие его люди оказались почти так же беспомощны, как она сама, и просто старались спрятаться кто куда – но не у всех получалось... Алиса вжалась в бок жука, стараясь стать как можно незаметнее.А потом – как будто ее окружало недостаточно жути — она увидела за черным кружевом ветвей деревьев то самое, о чем рассказывала ей Кира, то, чего боялся каждый обитатель этого мира: огромный силуэт с ветвистыми оленьими рогами... И это существо направлялось к ней.Ей стало так страшно, как не бывало еще никогда.Она метнулась в лес и помчалась прочь.Она бежала без оглядки, но будто чувствовала спиной приближение гигантского черного силуэта. Алисе казалось, что как бы быстро она ни бежала, Зверь догонит ее, учует по запаху, отыщет всюду...Наконец ей попалось на пути какое-то гнездо с грудой не то мертвых, не то раненых мелких животных — и Алиса не придумала ничего лучше, как юркнуть туда, прямо между этих тел, залитых кровью, и спрятаться там.Зверь шел по ее следу, Алиса слышала, как хрустят ветки под его тяжелой поступью. Она затаила дыхание, когда он остановился рядом. Зверь изучал тела животных, принюхивался — но наконец двинулся дальше, не обнаружив ее запах среди вони умирания.От этой вони – или от того, как быстро ей пришлось бежать, или от ужаса и потрясений этого дня — у Алисы закружилась голова, и она потеряла сознание, провалившись в тревожный сон без сновидений.

Когда она проснулась, обнаружила, что вокруг стало гораздо светлее (мы с вами сказали бы, что наступило утро). И сам лес словно стал каким-то другим — не таким пугающим, как раньше.И почему она решила, что пряталась от Зверя среди полубезжизненных тел? — вокруг Алисы мирно свернулись несколько девочек-соек с изящными лицами, ярко-синими крыльями и тонкими длинными лапками. Иногда сон и смерть так легко перепутать... Должно быть, тот запах крови, который Алиса чувствовала перед тем, как лишиться чувств, ей просто примерещился от испуга.Дно гнезда устилали рыжие, желтые, красные листики. До этого Алиса ни разу не видела в Кирином темном мире таких красивых и ярких вещей, как эти листья и перья соек.Одна из синеперых девочек села, потянулась, потерла лапкой заспанные глаза.— Ах, вот и осень, — певуче сказала она. – Завтра будет дождь.И Алиса поняла, что случилось то самое, о чем говорили могильщики: пришли перемены. Она сразу решила, что, наверное, это Кире удалось вернуть в мир осень – ведь из них двоих та была сильнее и всегда знала, что делать – и мысленно поблагодарила ее.Рядом с гнездом лежал хорошо знакомый Алисе длинный блестящий меч. «Значит, те двое, юноша с половиной лица и мальчик в плаще из перьев, наконец-то смогли уйти...»А потом она подумала вот что: «Может, оружие мне и не понадобится? Этот мир теперь не выглядит таким уж опасным». Но тут же вспомнила о Звере и вздрогнула. Уж Зверь-то наверняка никуда не денется!.. И Алиса крепко стиснула меч в руках, хотя он был очень большим, неудобным и тяжелым для ее тонких, непривычных к оружию пальцев.А еще она, конечно же, надеялась увидеть в отражении Киру – она очень соскучилась по своему двойнику... по сестре, как она называла Киру в мыслях.

После того как Кира повернула стрелки часов, в Янтарном Городе что-то изменилось, она явственно почувствовала это. Правда, она не была уверена, что перемены — к добру: если, как сказали могильщики, осенью граница между мирами истончается, значит ли это, что город Алисы станет похож на ее собственный мир, зыбкий и страшный? Ей этого не хотелось.Но когда она вышла из часовой башни на площадь, город казался точно таким же, как раньше: изящные дома, смеющиеся дети, голубое небо, фонтаны, мосты, зелень и цветы...Рассудив, что она, наверное, просто недостаточно хорошо знает это место, чтобы сразу увидеть отличия, Кира снова отправилась исследовать Янтарный Город; на этот раз она напряженно всматривалась в здания и прохожих, стараясь найти подтверждение тому, что осень в самом деле наступила.Очень скоро она устала от ослепительности города, от этого переплетения куполов, арок, фонарей и шпилей, прекрасные лица прохожих слились в одно... Когда Кира наконец увидела в толпе человека, непохожего на других, то даже вздрогнула от неожиданности.Это была немолодая смуглая женщина с длинными кудрявыми темными волосами, в черной шляпе с пришитыми к полям колокольчиками. Один ее глаз был закрыт повязкой. Она толкала перед собой тележку, как у старьевщика.Кира увидела, как женщина подошла к голубю, который лежал на мостовой кверху лапками (вокруг него уже успели собраться любопытные и испуганные дети) и положила трупик в свою тележку. Дети тут же заулыбались, как ни в чем ни бывало, и продолжили играть.Затем женщина остановилась неподалеку от другой группы детей, которые взволнованно о чем-то шептались. Кира услышала кусочек разговора:— ...Вот те книжки, которые мы читаем: про принцев и принцесс, пиратов и индейцев, — там рассказывается про столько удивительных мест... как вы думаете, эти места существуют где-то на самом деле? Неужели на свете есть только Янтарный Город?Женщина с тележкой, остановившись рядом с ними, сделала что-то: по миру словно прошла рябь.— О чем мы только что говорили? – спросила одна девочка.— Я забыл, — ответил мальчик. — Неважно. Давайте играть в классики.Женщина с тележкой ходила по городу, а Кира бесшумно, незаметно следовала за ней. Она увидела, как в тележку попадают обертки от конфет, сломанные игрушки и ботинки с оторвавшимися подошвами. Как туда же ложится чья-то ссора и боль и слезы от разбитой коленки. Кира поняла, почему солнце в небе застыло на одном месте, словно прибитое, когда увидела, как в тележку проваливается закат и ночь со звездами. Тележка втягивала в себя смерть и страх, секреты и трудные вопросы. Женщина без устали катила ее и изымала из окружающего пространства все некрасивое, ветхое, испорченное и неправильное.— Кто ты такая? – не выдержала наконец Кира.Женщина с тележкой обернулась изумленно уставилась на нее.— Как, ты видишь меня?.. Обычно люди меня не замечают, и ты тоже раньше не видела... Постой-ка... – Она пристально всмотрелась в лицо Киры. — Ты очень похожа на нашу милую, тихую рыженькую принцессу, но ты – не она. Более того, ты воплощаешь собой все, от чего Волшебник приказывает мне избавляться.— Да? Ну, посмотрим, как ты положишь меня в эту тележку, — сказала Кира довольно грубо.Женщина задумчиво глядела на нее, и взгляд ее черного глаза не нравился Кире.— Я – Воспитательница, моя работа – следить, чтобы дети Янтарного Города оставались детьми, правильными и хорошими. Но тебя уже, кажется, поздно пытаться подстричь аккуратно, как розовый куст... Что же с тобой делать? Тебя совершенно точно не должно быть в Янтарном Городе; не хочешь ли ты, скажем, покинуть его?Сердце Киры взволнованно забилось: она ведь как раз недавно об этом думала.— Ты знаешь, как выйти за Стену? – уточнила она.— Я знаю все тайны этого места, — сказала Воспитательница и подмигнула девочке своим единственным глазом. — Туннели под городом, подвалы, колодцы, трубы. Туда попадает все, что не нужно Янтарному Городу, все, что его создатель пытается спрятать. Как же еще попасть за Стену, если не через один из таких проходов? Я там живу и знаю их как свои пять пальцев. И охотно провожу тебя.Не стоит упрекать Киру за то, что она пошла за Воспитательницей. Она вовсе не была глупа или излишне доверчива, но — ужасно любопытна.Оказалось, что под Янтарным Городом в самом деле есть целый другой город из подвалов и подземных проходов.— Знала бы ты, сколько всего лишнего постоянно появляется в этом городе: вещи, животные, люди, мысли... — жаловалась Воспитательница по пути. — Куда-то надо девать все, что Волшебник счел дурным, так что очень кстати, что подземелья так обширны.Она сказала, что прежде чем она покажет Кире выход из города, им нужно спуститься в ее жилище, чтобы что-то там взять, и хотя все это показалось Кире довольно подозрительным, она продолжала следовать за Воспитательницей. Кира, напомню, была любопытна — и еще, пожалуй, бывала излишне самоуверенной. Она ведь никак не ожидала столкнуться в мирном Алисином мире с серьезной опасностью.Жилище Воспитательницы оказалось заполнено самыми разными вещами из того же ассортимента, что она привезла в своей тележке: от вселяющих смутную тревогу и легкую печаль до непредставимо страшных и отвратительных. Она опрокинула тележку, присоединив привезенное к тому, что уже хранилось в подземелье, а затем провела Алису в другое помещение.Эта комната была совершенно пустой, не считая клетки в углу. В клетке Кира увидела создание довольно мрачного вида: черного коня с витым рогом посреди лба. Вместо копыт по железному полу клетки постукивали огромные когти, зубы твари казались ужасно острыми и их было как-то слишком много, а три пары глаз по обеим сторонам головы смотрели на Киру с явной ненавистью.— Откуда в Янтарном Городе взялось это существо? – удивилась Кира. – Он... не стану говорить – ужасен: он прекрасен. Но он словно из того мира, откуда родом я.— Ах, эта тварь тут очень давно — еще с тех времен, когда одна взбалмошная особа возомнила себя чуть ли не хозяйкой города и решила, что вправе плодить тут своих питомцев... – с явным неодобрением сказала Воспитательница. — С тех пор, правда, он стал гораздо злее.Кира не сразу заметила, что клетка открыта. Она повернулась, чтобы сообщить об этом Воспитательнице, но та, как выяснилось, успела выскользнуть из комнаты и вдобавок заперла дверь, чтобы Кира не смогла выйти.Черный единорог с хищными зубами не спеша выбрался из клетки и стал подходить к Кире. Той в своем мире приходилось сталкиваться с существами и поопаснее, и хотя Кира сейчас не была вооружена, а единорог был намного крупнее и сильнее нее, она не теряла присутствия духа, надеясь, что сумеет дать ему отпор. Кира отступала, единорог надвигался на нее, и вот наконец он напал: его страшные зубы щелкнули прямо возле ее головы.Уворачиваясь от зубов единорога и его вооруженных когтями ног, которыми он старался ее лягнуть, Кира схватилась за рог.И рог этот, темный и гладкий, как кусок обсидиана, так блестел, что она ясно увидела в нем свое отражение.Наверное, вы уже догадались, что случится дальше? Порой наши тени и зазеркальные двойники занимают наше место вовсе не по нашей воле и в момент, когда мы совсем к этому не готовы.