Место двенадцатое: Униша, но не Униша

ШимаЗвук сломанной машины разрезал тишину. Тишину, которая уже готова была съесть меня. Я представлял, как растворяюсь в её желудке и выхожу оттуда вместе со всем дерьмом. Эти мысли пугают меня. Я уже говорил такое? Не помню.А, точно. Вы ведь даже не в курсе. Придётся отмотать пару часов назад.                               ***Два часа назадПробел активировался сам. Нас понесло через туннель. Слишком быстро. В лёгкие ударил запах клея, и я закашлялся. Вы когда-нибудь чувствовали, как пахнет горелый клей? Поверьте, это ад. Химический дым тянулся по всему туннелю, и только на выходе показался «чистый» воздух. Но чистым он всё равно не казался.Униша — мир, который всегда в движении, — вдруг остановился. Ни гула шин, ни фар, ни смеха из открытых окон. Пусто. Словно сердце города перестало биться.Мы оказались не просто в Унише. Это был квест. И мы были не одни: на той же улице материализовалась команда «Копирманга». Они выглядели так же потерянно, как и мы.Один из них шагнул вперёд:— Вы... «Рамбилы», да?— Мы «Неор», — поправил Реус.— Всё равно, — отмахнулся парень. — Вы тоже видите? Мир умер.Сиро прикусила язык — шутка уже висела на губах, но не вырвалась. Униша без движения была невыносимо чужой.— Квест? — осторожно спросила Асу.— Или ловушка, — буркнула История.В небе дрогнул свет. Не портал. Трещина. Она разошлась по облакам, как молния, и замерла.— Охренеть... — выдохнула Наци.И тут я понял: запах клея всё ещё в лёгких. Пробел не закончил переход. Мы застряли.А потом всё рухнуло слишком резко. Меня ударили по лицу. Кровь из носа залила губы, металлический вкус смешался с гарью. Я упал в пыль, теряя воздух. Белые вспышки били в глаза, но мозг отказывался просыпаться.— Квест начнётся через три... — прогремел голос. Не мягкий, не привычный. Угрожающий. Он заставил всех дрожать.И вспышки исчезли.Сознание вырубилось окончательно.

Очнулся я в чьих-то объятиях. Теплых, горячих, таких нужных. Чужие руки держали меня крепко, скользили по плечам и спине, будто проверяли — я ещё цел. На лицо падали чужие слёзы.Я был без парика. Но впервые за всё время это не имело значения.Только вот слова, прошептанные сквозь всхлипы, обожгли холодом сильнее любого удара:— Мы остались одни из всего состава «Неор», Шим.