35

Я развернулась. Мечислав стоял позади меня. Стоило только руку протянуть, чтобы коснуться его груди. Волоски у меня на затылке встали дыбом. М-да. От такого зрелища можно было и присвистнуть. Что я и сделала. И тут же разозлилась на себя, ощетинившись во все стороны. Да что ж такое!? Неужели мои гормоны при виде этого чертова вампира всегда будут вести себя как кошки весной!?

— Не боитесь?

— Чего? — его удивление было неподдельным.

— Я бы на вашем месте не выходила на улицу в такой одежде. Если даже у меня от вашего вида челюсти сводит… Вас просто надо арестовать за оскорбление общественной нравственности.

— А я и не собираюсь идти. Я поеду. Машина готова? — Последняя фраза Мечислава была обращена уже к Снегиреву.

— Да, господин.

— Отлично. Борис — за руль.

— Слушаюсь.

Я втихомолку облизнулась. Мечислав оделся во все черное. Черный блестящий винил обливал его с головы до ног. Каждый мускул, каждый изгиб, как вторая кожа. Никаких украшений, никакой вышивки. Линии его тела были настолько совершенны, что он ни в чем не нуждался. Подчеркнутая черным цветом естественная красота разила наповал не хуже гранатомета. Мне ужасно захотелось погладить его, провести по коже руками, потом языком, спуститься по груди все ниже и ниже… Юля! Довольно!!!

Рубашка вампира была расстегнута, и виднелся большой треугольник медово-золотистой кожи. Чуть пониже шеи, на ключицах, края воротника рубашки скреплялись между собой тремя черными матовыми цепочками, подчеркивающими его загар. Или не загар? Вампиры не загорают, значит это натуральный цвет. Интересно, а на вкус его кожа тоже напоминает мед? Эй, а вообще-то я о чем думаю? Высокие сапоги облегали ноги вампира, доходя почти до бедер, и закреплялись сзади черными пряжками. Угольно-черные волосы были стянуты в хвост замысловатой черной заколкой и отброшены за спину. Над плечами, как крылья, торчали две рукояти мечей. Интересно, у них лезвия из серебра или нет? Хорошо бы да.

Я засунула за пояс свои водяные пистолеты. Тоже мне оружие. Смешно. Но, за неимением лучшего…

— Юля…

— Да? — я подняла глаза.

Мечислав протягивал мне ножны из алой кожи.

— Я не могу достать для тебя ничего лучшего за такой короткий срок, но это вполне подойдет. Позволь мне…

Я не успела ничего сказать, когда его руки скользнули мне на талию, закрепляя нож. Меня пробрало жаром от его пальцев. Они все еще были невероятно горячими для вампира. По моему телу прошла долгая волна удовольствия. Захотелось привстать на цыпочки, коснуться губами губ Мечислава, сомкнуть руки у него на шее и потереться об него всем телом, как кошка. И потом… Какое мне дело до Дюшки, если я хочу, хочу…

Юля! Очнись!

Мечислав смотрел на меня загадочными темными глазами и улыбался. А я почти ощущала, как его руки гладят мое тело. И взбеленилась.

— Скажите, на вас все женщины бросаются, или это только мои желания?

Мне удалось в очередной раз ошарашить Мечислава. Он захлопал ресницами, и я обратила внимание, на их густоту и длину. Даже позавидовала немного. И ресницам и выражению лица. У любого другого, даже у Даниэля, это вышло бы комично. У Мечислава — трогательно и невероятно соблазнительно.

— Полагаю, что так себя чувствуют почти все женщины. Мне признавались многие.

— И вы старались оправдать их ожидания, — подвела я итоги. — Вы специально так нас одели?

— Да, разумеется. А вам не нравится?

- Это не мой стиль одежды.

— И какой же твой, кудряшка? Свитера с протертыми локтями и джинсы с выцветшими коленками?

Он попал в точку, и я сердито сверкнула глазами. Черт, ну как можно так сильно злиться на человека и так же сильно его желать?! Может все дело в том, что он не человек, а вампир? Или в том, что он обалденно красив? Наверное, и то и другое.

- В них достаточно удобно. А до красоты мне дела нет.

— Разгильдяйство, лень или небрежность?

— Скорее самоуверенность. Меня ничто не испортит. Я очаровательна в любую погоду и в любой обстановке. И точка.

Зеленые глаза смеялись. Он находил меня забавной? Вполне возможно.

— Это редко встречается среди женщин.

— Тогда вы знали мало женщин, — вернула я Мечиславу комплимент по поводу русских. Он улыбнулся и предложил мне руку.

— Прошу вас расширить мой опыт.

В глазах у него было что-то такое, от чего я разозлилась. И отреагировала, не успев понять, что говорю.

— Вы король, а я не королева. И тем более не королевская шлюха. Так что позвольте мне занять место в свите.

Я подошла к Даниэлю и взяла его под руку. Серые глаза блеснули радостью. Ему определенно хотелось, чтобы я отказала Мечиславу. Слишком уж тот был уверен в себе. И сейчас смотрел на меня, с легкой насмешкой и удивлением.

— Неужели я первая женщина, которая отказывается пройти с вами под ручку?

— Первая. За несколько столетий.

— Приятно быть исключением из правил. — Я сделала то, что мне давно хотелось сделать. Прижалась лицом к плечу Даниэля и медленно, даже лениво потерлась щекой об его рубашку, закрыв глаза. Шелк ласкал кожу, и я отлично знала, что на моем лице сейчас расплывается глупая мечтательная улыбка. Но какое мне дело кто и что обо мне подумает? Главное чтобы Даниэль понял меня правильно.

— Машина ждет вас, — разрушил мою идиллию голос Снегирева.

На пороге Даниэль подхватил меня на руки и пронес по снегу. Я взвизгнула и вцепилась в его шею.

Не от страха, а так, на всякий случай. Ну и еще — мне этого просто хотелось. Мечислав был обалденно красив, но к Даниэлю меня тянуло больше. Почему? Наверное, потому что он олицетворял для меня близость разума, на который я полагалась всю свою жизнь, а Мечислав был просто вызовом моей просыпающейся чувственности. Ну и еще синдром Катрин. Что поделать, мне просто НЕ НРАВЯТСЯ слишком красивые люди. Тут же начинаешь подсчитывать, сколько недостатков у тебя самой. Зависть, наверное…

У дома нас ждала вишневая иномарка. Какой марки — черт ее разберет. Я в машинах могу только отличить колеса от руля. Ну и жигули от иномарки. Мечислав уселся на переднее сиденье.

— Пристегни ремни, Юля. Вампиры могут уцелеть в самой страшной катастрофе, но ты пока еще человек.

— Надо было думать об этом раньше, — пожала я плечами.

— Возможно. Но учти, в присутствии Андрэ вы будете делать все, что я скажу. Скажу прыгать — запрыгаешь как миленькая. Скажу — трахаться со мной на глазах у всей публики — будешь трахаться.

— На последнее можете не рассчитывать, — огрызнулась я.

— Неужели? — вампир произнес это слово с та-акой интонацией… И легкое пренебрежение, и полуприказ, и удивление — ей предлагают, а она отказывается, дура… Ну и пусть. Но я ему не подстилка, чтобы использовать и выкинуть. Лучше уж Даниэль. Хотя тут тоже… сколько женщин было за триста лет у вампира?

И тут же сверкнуло вспышкой в мозгу. Для художника каждая его женщина будет музой, хоть и ненадолго. А для такого, как Мечислав… Проходной эпизод. Я даже ругаться не стала.

— Вы не в моем вкусе, Мечислав, — голос прозвучал устало и брезгливо. Ясно даже для меня самой. И вампир не стерпел вызова.

— Вкусы меняются, кудряшка.

— Можно поменять шкурку, но нельзя поменять сердце.

— Интересная логика, Юля. Я продолжу твою мысль. Сердце нельзя поменять, но его могут вырвать.

— Это угроза или предупреждение?

— Это просто жизненный опыт.

Я закатила глаза. Но отвечать ничего не стала. Просто удобнее облокотилась на Даниэля. Я сидела, зажатая между ним и Вадимом. Впрочем, вампиры были великосветски вежливы. Как барышни-гимназистки века этак восемнадцатого. Ни рук, совершенно случайно хватающих тебя за коленки, ни попыток прижаться теснее. Всем бы такие манеры. Машина катила в неизвестность. Я откинулась на спинку сиденья в попытке устроиться поудобнее, закинула на нее руки. Моя рука скользнула по плечу Даниэля, потом — по его спине — и замерла. Сердце вампира не билось.

— Даниэль!? — в тишине и сумраке машины мой голос звучал колоколами.

— Да, Юля?

— У тебя сердце не бьется.

— Но я же вампир, — он объяснял это с таким видом, словно все обязаны были знать подробности вампирской анатомии. Но я никогда не стеснялась спрашивать, если чего-то не знала.

— И что с того, что ты вампир?

— У людей сердце бьется, потому что им надо разгонять кровь и питать ее кислородом. Вампирам это не нужно. При необходимости я могу неделями обходиться даже без воздуха.

— Понятно.

Вообще-то мне было ничего не понятно, но и расспрашивать не хотелось. Вампиры — не люди, это ясно.

Но я вовсе не хотела считать их ходячими и говорящими трупами. Наверное, потому, что это отдаляло меня от Даниэля.

— Когда все закончится, мы сядем, и я тебе подробно расскажу о вампирах, волкодлаках, леших, кикиморах, инкубах, суккубах, гоблинах и всех остальных паранормах, — пообещал Даниэль.

— Остальных? А разве вампиры и оборотни не единственные виды? Вас еще и много?

Вампиры захохотали.

— Нет, — отсмеявшись, выдавил Даниэль. — Вампиры далеко не единственный вид. Сейчас статистика Совета Старейшин такова — на каждые двадцать четыре тысячи человек — один паранорм. Но я считаю, что наша численность куда как больше.

— Никогда бы не подумала! И мы ничего не замечаем…

— Почему же. Ты уже заметила.

— Это благодаря Кате. Я с нее за это еще голову сниму! Втянула меня в такие разборки…

— Не снимешь, — заметил Даниэль.

— Это еще почему?

— А я не позволю. Мы с тобой познакомились только благодаря твоей подруге. А проблемы — это явление временное. Все решается.

— Мне бы твой оптимизм.

— Ты, Юля, жуткая пессимистка. Но мне это нравится.

— А ты смотришь на мир сквозь розовые очки. И я не уверенна, что это помогает сохранить здоровье.

— Не волнуйся, кудряшка, — негромко произнес Мечислав. — Теперь здоровью Даниэля ничего не угрожает. Я лично прослежу за этим.

Я смерила его взглядом в зеркало заднего вида. Сколько ж меня можно называть этим гнусным прозвищем!? Задолбал! И протестовать смысла нет. Все равно обзываться будет. А что я — виновата, что мои волосы больше всего напоминают стог сена? Это не потому что я — неряха. Просто их много и они очень пушистые. Вот и получается… нечто. Люди для такого эффекта делают химию на мелкие палочки или плетут африканские косички, а у меня все свое от рождения. И главная проблема — как уложить эту гриву хоть во что-нибудь типа хвоста.

— Не могу передать вам, как меня это успокоило!

— Другого успокоения у тебя не будет.

— Тоже верно. Лучше уж вы, чем Дюшка.

— Да. Я безусловно лучше. И меня ты еще так не достала.

— В смысле — по яйцам, — уточнила я. — А во сне?

Мечислав быстренько оборвал неугодную ему тему. Еще бы! Не стоит подчиненным знать, что их начальство фактически слили из моего сна, как в унитаз!

— Когда мы приедем, идем так. Впереди — я, потом Борис с Юлей, потом Даниэль с Вадимом. Борис, советую тебе приглядывать за девчонкой. Мне она пока нужна живая и невредимая. Даниэль, постарайся поменьше смотреть по сторонам и побольше — себе за спину. Еще вопросы будут?

— Один, — влезла я. — Когда начнутся разборки? Сегодня или завтра?

Мечислав взглянул на часы.

— Сейчас первый час ночи. Это очень кстати. Думаю, сегодня мы проведем хотя бы один поединок из трех. Или не проведем. Как получится. Борис, Вадим, готовьтесь к самому худшему.

Парни и так были готовы. Если бы не машина, они бы приняли стойку смирно, отдали бы честь и прокричали бы, как пионеры: «Всегда готовы!» Но в машине и руками не помашешь, и не покричишь. Пришлось ограничиться преданными взглядами в сторону начальства. Начальство наверняка заметило, но виду не подало. Сноб паршивый.

Машина мягко затормозила перед клубом, из которого мы сбежали прошлой ночью. Меня передернуло при виде вывески. Волки были прекрасны, но стоило мне вспомнить, что находится под зданием — и сразу же хотелось удрать куда подальше.

— Неплохое место, — протянул Мечислав.

— Вы собираетесь сюда перебраться, если победите? В смысле, в его резиденцию? — не выдержала я.

— Да. А что в этом такого? Это началось еще тогда, когда один феодал вышибал другого из дома и переезжал в его замок.

— Попутно грабя, убивая и насилуя. Действительно, вполне ваш средневековый образ мыслей, — не стерпела я.

Мечислав сверкнул на меня глазами.

— Уверяю тебя, кудряшка, Дюшка… тьфу ты, Андрэ придерживается таких же взглядов. Так что молись о моей победе. Я тебя хотя бы не стану насиловать.

Угу, все будет исключительно добровольно под глубоким гипнозом или вообще во сне… Благородный, сволочь… Ха!

— Будем надеяться на победу.

— Ты замерзла, Юленька, поэтому ты так печальна.

И он был прав на сто процентов. Но я не жаловалась. Чует мое сердце, скоро нам будет ну очень жарко. Клуб был открыт. Оттуда слышалась веселая музыка, доносились голоса и смех.

— Борис, помоги Юле, — распорядился Мечислав.

— Не надо, — запротестовала я, но не тут-то было. Приказы шефа не обсуждались. Борис помог мне выбраться из машины, подхватил на руки и пронес до дверей.

— Не тяжело? — поинтересовалась я.

— Нет, — удивился вампир. — Я могу поднять три твоих веса.

— Это все вампиры так?

— Да. Физическая сила вампира в несколько раз больше человеческой.

— И все же вы лезете втроем, ну ладно, впятером, против всей компании Андрэ.

— Тут дело не в физических, а в магических силах.

— Не понимаю?

— Поединок — древний обычай. — Борис опустил меня на пол клуба. Я пошатнулась на чертовых каблуках — и он подхватил меня под руку. — Осторожно. Если ты сломаешь ногу, шеф мне потом обе оторвет.

— Вот себе бы и отрывал и ноги и прочее! Эту отвратительную обувь он сам выбрал?

— Это уже детали.

Борис был спокоен, как статуя командора.