Глава 31

-В здешних краях есть лишь одна точка продажи и торговли Атоксии и Ратоксии, о которой мне вполне известно, — отвечала на вопрос Леви я, спустя час скачек в неизвестном ему направлении. 

— Эти яды вывели полтора года назад и те стали широко пользоваться спросом среди тех дам, что так отчаянно жаждали стать вдовой и не сесть в тюрьму. Пока я была на обучении, а тогда я ещё жаждала стать солдатом полиции, я решила заранее подготовить себе почву для дальнейшей своей успеваемости и продвижении по службе. Так в одну из глубоких ночей, один наркоша слил точку продажи, а я, переодевшись в гражданское нищее лицо разыграла тогда приличный спектакль ломки и нужды в дозе. Они тогда приняли меня за жрицу любви, которая изрядно подсела, а ещё они так хотели заработать, что не обращали внимания на детали. 

Пока я вела повествование, мы уже привязывали коней на одном из постоялых дворов: дальше на конях нам нельзя, нужно будет прогуляться. Капитан слушал слегка с приподнятыми бровями, он совершенно точно был в шоке. 

— Что я там не делала, и руки крутила и плакала, а когда те согласились на продажу и после совершенной сделки, я тогда красиво наставила на них наши солдатские ножички из УПМ. Оружие было списано, мы нашли самое хорошее лезвие, сделали его покороче и приделали к нему самодельную рукоять. Я тогда была не одна, со мной были мои друзья, которые погибли в связи с недавними событиями. Двое из них наглядно выбежали из укрытия и побежали прочь, выступая в роли «гражданский свидетель», а ещё двое вышли с пушками, восседая на крыше. Торговцы были вообще не готовы к такому спектаклю: наркота у нас, свидетели у нас, о том, что мы ещё не полиция, они вообще не знали, а потому свято поверили будто мы их посадим. Тогда мы и стали торговаться с ними по-настоящему, при таком раскладе они благополучно выдали общую сеть бизнеса и точки торговли ядами, даже самые умом не блещущие запоминали структуру торговли, где можно, а где нельзя торговать. Ну а что? Разочек получаешь в фанеру и урок всегда усвоен! Тогда мы доиграли игру и свалили, от наркоты избавились сразу при первой канаве, а во время отпускных проверили информацию и та оказалась правдивой. Того мужичка мы напугали до смерти, мол если предупредит кого, то церемониться не будем, мы специально тогда на самого неопытного вышли, а потом ещё и пообещали никого не трогать. Дурак сразу поверил, но у него и выбора не было, а если расскажет старшим, то попросту убили бы. 

— И кто создатель сие гениального плана? — поинтересовался Леви. 

— Догадайся капитан, — сказала я, обходя его лошадь и проходя мимо его самого.

 — Я даже сомневаться не буду в том, что это ты. Ты вот только скажи, ты совсем из ума выжила? 

— Зато посмотри, мы с тобой оба в накидках, гражданской одежде, оба сразу топаем куда нужно, я думаю и к подозреваемой успеем заявится сегодня. 

— Тебя могли посадить! 

— Ну не посадили же! А теперь смотри как очень даже пригодилось. Ты разве не знаешь по каким головушкам идут вверх? 

— Я прекрасно знаю, видел и слышал, — ответил капитан, шагая за моей спиной. Он явно был недоволен, но стоит признаться, что его эта история даже восхитила. Оставшийся путь прошел в молчании, шагать пришлось ещё минут 20. Прежде чем явится к Кассандре с обвинениями, надо совершенно точно убедится, что это она и лишь потом вызывать её на весьма деликатную беседу. На всякий случай мы сегодня оба в брюках и рубашках, ведь сегодня кто-то может вычудить что-то. 

— Перед каждым «притоном» мы напрятали оружие на всякий случай. Пушки купили у контрабандистов, а тем слили нормальное оружие взяточники, — сказала я, свернув в узкие переулки, а затем продолжила: 

— Оружие тут под складом шифра, отсюда по этой подворотне ещё минут 10 идти. 

— Я даже не знаю, что и говорить, ты точно в полицию собиралась? 

— Кто знает капитан? Кто знает? — подмигнула я и шустро залезла под шифер. 

— Долбанутая, по тебе тюрьма плачет! 

— Не плачет, если садить кого надо. Быстренько раскроем дельце и назад, — сказала я и вылезла наружу с 4 ножами. 

— 2 тебе и 2 мне. Один за пояс, а второй в сапог. Тут торгует дамочка и она очень падкая на душещипательные истории, она нам продаст, если все правильно разыграть, а потом по коням! 

— А это зачем тогда? — спросил капитан, пряча ножи. 

— План Б! 

— И каков тогда план А? 

— Мы приходим и притворяемся братом и сестрой. Имена настоящие никто не назовет, все клиенты так делают на случай ловли и допроса таких дамочек, а посему смысла её брать нет, ибо сегодня такая, а завтра другая. Нам надо получить образцы, сверить с теми, которые нашлись в организме Августа и понять была ли тут Кассандра. Чутьё говорит, что мы близки как никогда. 

— Ты доверяешь интуиции? 

— Только тогда, когда есть логическое объяснение или мотив. 

— Знал бы я, что ты умеешь проворачивать, не вызвался помогать! 

— Это ещё почему? 

— Ты бы справилась и без меня, я больше боялся, что ты пойдешь на поводу у эмоциях и наломаешь дров ещё больше. Зря переживал. 

— Сидел бы ты в части и переживал бы там без шанса на спокойствие пока не закончилось бы все, а так, то ты теперь спокоен и совесть твоя чиста, — промурлыкала я, одарив самой хитрой улыбкой своего арсенала. Капитана смутил подобный ответ, ведь на самом деле он пытался сделать комплимент, немного помолчав он спросил: 

— И какова наша басня? 

— Скажем, что муж меня бьёт, а ты негодующий брат вызвался поддержать меня в отчаянном решении. 

— Она не поверит тебе, ты вообще не похожа на несчастную. 

Спрятав оружие за пояс и сапог, я выразительно посмотрела на Леви. 

— Это ты сейчас так говоришь, — сказала я и резко приложила своё лицо об каменную стену. Всю левую правую скулу пронзила дикая боль, отойдя шатаясь, приложив свою ладонь к лицу я убедилась, что та теперь достаточно содрана. 

— Ты что к чертям творишь?! — встрепенулся капитан и подбежал ко мне. 

— Для дела надо! Не переходить же сразу к плану Б! При плане А мы узнаем больше информации. 

— А ты ничего больше умнее не придумала? 

— Леви не мешай! 

— Я против! 

— Ещё пару красок в композиции и первый удар не уйдет насмарку! 

— У тебя на заднице будет композиция, если сделаешь что-то подобное ещё! 

— Успокойся, так надо! — вскрикнула я и вновь подошла к стене. 3...2...1... и в этот раз я приложилась носом. 

— Ты чокнутая! 

— Приму за комплимент! — огрызнулась я и разодрала плащ. 

— Идем, я готова.

 Капитан последовал за мной, он был не то, что в шоке, скорее в ужасе, но сейчас он как никогда раньше видел в ней солдата. Нет! Воина! Он видел в ней воина, что так отчаянно жаждет справедливости. Пусть её методы и не самые лучшие, но смысл и логика в них были! Сейчас он как никогда раньше поверил в то, что такая как она взберутся по лестнице в верх. Он подбежал к ней и, поравнявшись с ней в темпе шага, он заметил ещё кое-что. 

— Ты что не моргаешь? 

— Это для слёз! 

— Ну точно долбанутая! 

За пару минут до того как подошли к нужному повороту, я взяла капитана за руку и уложила её себе на плечо, а потом сразу начала издавать громкие всхлипы, покатились слёзы и пошло рыдание. Как только мы дошли до нужного места, издали мы уже увидели сидящую на крыльце женщину, курящую трубку. Она сразу обратила на нас внимание, плакать я стала тише. Пару минут мы ходили вокруг да около делая вид, что мне нужно время успокоиться, не переставая пускать слёзы ещё ещё и ещё. Как только мы полностью утихомирились, подождав ещё минут 10, мы присели неподалеку от крыльца не слишком близко к ней, но и не особо далеко, делая вид будто мы её вовсе не замечаем и полностью поглощены гневом и отчаянием. 

— Я убью этого ублюдка! — заиграл капитан, он говорил достаточно звучно, чтобы сидящая женщина всё услышала. — Я убью его за эти побои! 

— Не нужно, брат! — взмолилась я, вешаясь ему на руку. — Он тебя посадит, мы из простой семьи, а у него связи! 

— И теперь мы будем терпеть такие издевательства? Чертов отец, ему лишь бы деньги! Ты не вернешься к нему больше! 

— Мне придется! 

— Нет! Пусть будет и позор, но я не дам этому продолжаться! 

— Успокойся! — сказала я, переходя на шепот заговорщика. — Есть один выход, но я пока не уверенна, мне очень страшно!

 Женщина, заметив, что мы начали шептаться, пододвинулась поближе. Это точно она! Её лицо в точности как описывал тот бедолага с истории. Когда он вел рассказ о здешних точках торговли, он не только указал место и как пройти, но и описал все лица, кто и как выглядит, а мы тем временем записывали его рассказ вслед за ним. 

— Мне подруга говорила, что отравила негодяя, она любила его, а тот решил женится на другой. 

— Ты про... 

— Да, про неё! Она всё ловко обставила и теперь все винят его новую невесту! 

— Я сомневаюсь... 

— Чего же сомневаться? — вдруг раздался голос женщины. «Попалась!». 

— Идите за мной, но только тихо.

 Я вытерла слёзы и строя на своём лице самое правдоподобное недоумение и испуг. 

— Не бойся девочка, я не сдам вас. У меня к вам предложение, пройдите за мной. 

— Кто вы такая? — спросил Леви. 

— Мадам Мушон, вдова. 

«Не удивительно» 

— Как вы можете нам помочь? Мы не можем доверять первому встречному! 

— Ну как минимум я слышала всё, что вы тут говорили и не побежала сломя головы сдавать вас полиции. Более того, я знакомая твоей подруги! 

«Вот оно! Ну и дура! Как она вообще ещё так не попалась?» 

Переглянувшись с «братом» в который раз, мы встали и последовали за ней.