Глава 29

— Нет мы никуда не пойдем сейчас, у нас нет показаний доктора! — останавливая мой порыв идти сказал капитан.

 — И почему же это? 

— Нам недостаточно того, что мы знаем. Мы отправимся к доктору завтра утром, поговорим, добудем какие-то доказательства.

 — Это явно была она! Не знаю почему или зачем, но это так похоже на неё! — говорила я, наматывая круги взад и вперед.

 -  Людей травить? 

— Не удивлюсь если и травить тоже! — гнев бурлил, я не могла никуда себя пристроить. 

Капитан вдруг резко взял меня за руку и притянул к себе. Я неожиданно оказалась в его объятиях, я почувствовала, как его рука легла мне на талию, а второй рукой он все также держал меня за правый локоть. Я почувствовала его дыхание на своей коже, а его глаза пристально смотрели мне в душу. 

— Успокойся, — практически прошептав сказал он. 

— Все образуется, но сейчас мы не будем делать ничего поспешно. 

Мне трудно было не поддаваться, солнце уже давно зашло за горизонт, вокруг уже было абсолютно темно и лишь где-то вдали виднелся свет в окнах далеких особняков. Я стояла словно зачарованная, он уже не так сильно сжимал мою руку и я положила свою ладонь на его острую скулу, медленно и умеренно поглаживая её. Его дыхание стало тяжелее, а затем он перехватил мою ладонь и прижал её к своей груди.

 — Почему мне так тяжело себя контролировать рядом с тобой? — вдруг спросил капитан. 

— Порой я злюсь и ненавижу себя за это и это так глупо! Но я не могу отойти в сторону, у меня почему-то не хватает сил сделать это. Каждый раз разум просит сделать это, отойти, но стоит мне увидеть тебя.... Нет! Услышать твоё имя и весь зов разума умолкает. 

Глаза капитана затянуло дымкой, он смотрел на моё лицо словно видел меня впервые, словно только сейчас он увидел то, что не замечал раньше. Я вдруг почувствовала себя обнаженной, мне казалось, что он видит меня и читает словно книгу, но страха не было, мне было приятно. Приятно было его внимание и то как он смотрел на меня, он наконец-то показал свою другую сторону, которую так тщательно хранил в своей душе. 

Вдруг неожиданно он наклонил свою голову и поманил меня в страстный поцелуй. Он прижал меня ещё сильнее к себе и мой рассудок ринулся в пучину омута, он стал мне вовсе неподвластным. Его губы блуждали по моим, требуя больше и больше. Я ощутила, как напряглось его тело и содрогнулась от волны возбуждения, что хлынули на меня. 

Сначала я не заметила, но мы двинулись к стволу и не разрывая поцелуй, двигались в том направлении, пока моя спина не оперлась об дерево. Его руки опустились ниже, жадно изучая мои изгибы бедер и талии, а затем его поцелуи стали опускаться ниже. Он целовал мою шею и плечи, я сжала свою руку на его затылке, опустив вторую ему на бедро. 

На мгновение он оторвался, смотря на меня своим разгоряченным взглядом. 

— Что ты со мной делаешь? — хрипло спросил он. Я, не говоря ни слова и томно дыша, стала опускать свою руку вдоль его груди, торса, а затем остановила свой путь обхватив одной рукой его достоинство. Он зарычал вперемешку со стоном, а затем схватил меня за рубашку и разорвал её. Несколько пуговиц точно отлетело, он вновь ринулся ко мне в жадном поцелуе, обхватив мою грудь рукою. Я немного отпихнула его, повторив тот же трюк с рубашкой, а после начала расстегивать его ремень. Его руки стали помогать моим, мы томно дышали, а мои руки прекращали слушаться при спешке. Мне казалось, что, если его прямо сейчас не окажется во мне, я погибну: я очень и очень нуждалась в этом. 

— С тобой я теряю рассудок! Пожалуйста возьми меня сразу и не мучь меня своими ласками! 

Когда с ремнями было покончено, он вновь поцеловал меня, а затем опустился вниз на колени расстегивая мои брюки и начал поспешно снимать с меня их. Он поцеловал меня в живот, а затем резко схватил меня за бедра и потянул на себя. Я очутилась на коленях, сидя на нем, он лежал на траве, а затем приказал: 

-Двигайся. 

Дважды повторять было ненужно. Я покачнула бедрами и с моих уст вырвался стон. Его руки были у меня на бедрах, задавая движение. Через несколько минут, он ловким движением перекинул меня и сверху уже был он. Его рука опустилась к моим трусикам отодвигая их в сторону. Он вновь навис надо мною, все также дразня своими поцелуями, а затем я почувствовала резкий толчок, что наполнил меня всю. 

Я громко простонала, а затем он закрыл мне рот своею ладонью. 

— Тише девочка, нас могут услышать, — томно прошептал он.

 О святые! Как же это сексуально! Он был во мне, я чувствовала его всего, он задвигался медленно и плавно, заставляя тело страдать в сладостной пытке, а затем ускорил темп. Я начала двигать бедрами в унисон, стоны рвались наружу. Он убрал свою ладонь с моих уст и оперся на неё, прижав ладонь к траве. Он двигался и целовал мою шею, я чувствовала, как подхожу к кульминации. Он слегка отстранился и стал резче и быстрее входить в меня. Я не могла больше сдерживать стоны, а затем мое тело разразило обжигающей волной наслаждения. Мое тело затряслось, а затем громко стонать начал он. Ещё пару толчков и он присоединился ко мне, заполняя меня все больше и больше своим семенем, поток которой казался бесконечным, а затем, томно дыша, он упал на мою грудь. 

Мне казалось, будто бы меня разбило на миллион кусочков, воздуха сильно не хватало. Его тело прижимало меня к земле, он провел носом вдоль моей щеки, а затем едва ли касаясь губами моих губ сказал:

 — Ты словно кадераин, — глубоко дыша, томно прошептал он, а затем вновь накрыл мои губы поцелуем. 

-Только я покруче, — в перерыве между поцелуями ответила я. 

Он засмеялся глубоким смехом и уперся лбом в мою переносицу. Наше дыхание стало ровнее, а затем он привстал на колени и, поглаживая мою ногу рукой, пристально стал изучал меня. Он явно был доволен тем, что он сделал. 

— Как ты? — вдруг спросил меня он. Я привстала на локти и пристально глядя на него ответила: 

-Очень хорошо. 

Он помолчал ещё с минуту, а затем помог мне встать. Одевались мы весьма странным образом. Он не мог найти свой ремень в траве, а я застегнула рубашку ровно на 2 пуговицы, так как остальных больше уже не было. Поначалу я растерялась, я не знала что делать, но моё счастье, что рубашка была на меня великовата и я, взяв её за два конца, обмотала её вокруг своей талии и завязала узелком впереди. Как только капитан нашел свой ремень, он понял, что и его пуговицы отлетели, а повторить трюк, как сделала я, у него не получится. Как же я была собой довольна, когда на его лице на миг застыло недоумение: он не знал как ему быть. Я смотрела на него слегка посмеиваясь, он удивленно посмотрел на меня.

 — Ты почему смеешься? — спросил он. 

— Представила как мы будем ехать к тебе домой, — сказала я и рассмеялась. 

На его лице засияла улыбка, все что освещало окрестности — лунный свет, но и это было достаточно, чтобы увидеть. 

— Пошли домой, — сказал он и мы направились вниз по склону к нашим коням. Там мы достали из сумок мантии, одели на себя и ринулись в путь. Когда мы подъехали к его дому, меня вдруг осенило: 

— Нужно будет заскочить туда ещё раз и собрать пуговицы. Мой брат будет ещё порой приходить туда. 

— Заедем, — ответил капитан и мы вошли в дом. Когда мы вошли в квартиру, я переоделась и уже направлялась в выделенную мне комнату, как вдруг он остановил меня. 

— Постой! Куда ты? — спросил он.

 — Иду спать, -с недоумением ответила я. 

— Нет, — вдруг неожиданно возразил он, подходя ближе ко мне. 

— Что нет? — вновь удивившись спросила я. 

— Не туда, — снова ответил он мне загадочно, а затем добавил: — После всего, что между нами было либо я к тебе переберусь, либо ты ко мне. Я больше не хочу раздельных комнат. 

Мои щёки налились румянцем, это было весьма неожиданно и я хотела уже возразить, но ответила совсем иначе: 

— К тебе! Я переезжаю к тебе! Всегда было интересно взглянуть на твою святыню! — сказала я и развернувшись направилась в его комнату. Его комната была немного более просторней той, где находилась я, но оборудована она была всё также. 

— Надеюсь ты не хропишь! — сказала я, одарив его своей самой очаровательной улыбкой, что была у меня в арсенале. Поначалу он удивленно вскинул брови, а затем усмехнулся. Когда мы улеглись в одной постели, он приобнял меня сзади, тем самым плотнее прижимая к себе. 

— Спокойной ночи, капитан. 

— Спокойной ночи, Аллен.