8. Не надо болеть!

  И вот пробило два часа. Мы стояли в кабинете де Тревиля. Он с усердием читал бумагу, которую нам в помощь передал Райто.— Что ж, хорошо, так кем вы себя видите в моём полку?— Я и Амелия хотим стать мушкетёрами его величества! — торжественно произнесла Марго.— Я хочу поступить в гвардию Дезэссара, — сказала спокойно Карина.— А мне бы хотелось стать военным врачом в вашем полку, — произнесла я, краснея.— Так, ну ладно. Карина, вы вступите в гвардию моего зятя, я ручаюсь за это. Амелия и Маргарита, в этой бумаге один очень влиятельный человек поручился за вас, поэтому вы тоже приняты. Приказ о вашем зачислении в гвардию будет подписан сегодня же. Вероника, к вам никаких претензий нет. Лекарь перешел в другой полк, поэтому вы займёте его место. Можете выходить на работу уже завтра. Утром подойдете ко мне, я посвящу вас во все детали. Карина, Амелия, Маргарита, как только приказы будут подписаны, я пришлю вам письма, где будет сказано, что требуется иметь при себе военному. Право, меня удивляет, что такие молодые девушки хотят стать военными. Но если вы хотите, то я не буду возражать. Куда мне отправить письма?— Домой к галантерейщику Бонасье, сударь, — сказала всё также спокойно Карина.— Хорошо, я, право, очень рад, что приобрёл сегодня новых отважных людей, готовых отдать жизнь за Францию. Знаете, Вероника, вы очень оказались кстати, ведь я уже целый день ломаю голову, кого же назначить военным лекарем. Ну, что же, сударыни, на сегодня вы свободны! Мы вчетвером поклонились и вышли. Всю дорогу мы радостно обсуждали наше зачисление, о котором, правда, было рано говорить, ведь бумаги были ещё не подписаны, но мы знали, что де Тревиль сделает всё возможное. Пока мы возвращались домой, я начала чувствовать недомогание. Благо, меня поддерживала Рита, и я не упала прямо на дорогу. Придя домой, я сразу упала в кровать и уснула. Мне снился сон, и он был про нас, про нашу компанию. Я проснулась в холодном поту. Возле меня на кровати сидели девочки и хранители: все они были с обеспокоенными лицами.— Никуся, слава Богу, температура спала. Не пугай меня так больше!— Ника! Не надо, не болей и не пугай нас так! — попросила Амелия почти со слезами на глазах.— Что, что случилось? — я ничего не понимала.— Надо же было подхватить бронхит, молодец! — Карина немного побледнела.— Бронхит? Бронхит! Теперь понятно.— Что тебе понятно, зачем так всех пугать? — гневно воскликнула Бонни. Неужто волнуется? Да нет, абсурд!— Надеюсь, тебе лучше? — обеспокоенно спросил Райто, и на меня все посмотрели, задавая тот же вопрос.— Да, намного, спасибо! Завтра уже выйду на работу! — сказала я с улыбкой.— Какую работу? Тебе в постели лежать надо! — сказали все хором.— Вероника, опять ты терпишь боль, когда нужно с ней бороться? Когда плохо, лежат в постели, а не ходят на работу! — сказала серьёзно Марго, у меня аж мурашки по коже пробежали.— Я, я не могу! Я хочу на долгожданную работу, а не валяться в постели!— Ника! — воскликнула Бонни.— Давайте договариваться. Я не первый раз болею, особенно бронхитом, гайморитом и отитом. Я сегодня активно лечусь, а завтра выхожу на работу. Договорились?— Ну, это хоть что-то, ладно, договорились, — сказала уже остывшая Бонни. — Но только если у тебя поднимется температура, будешь сидеть дома!— Договорились! — сказала радостно я. И все решили пойти спать, ведь было уже десять вечера. Письма о нашем зачислении пришли ещё два часа назад, поэтому можно было спать спокойно. Я действительно болею не в первый и не в последний раз, поэтому я уже знала, как поставить себя на ноги буквально за полдня. Завтра я буду как огурчик! Я выпила таблетки и тоже решила уснуть, но сон, приснившийся недавно, не давал это сделать. Что же было такого в этом сне? Это был прекрасный сон! Мне бы хотелось, чтобы он сбылся, но это было невозможным! Хотя, как говорил Райто: «Нет ничего невозможного!». И я уснула с этими мыслями.