Подведение итогов

- Нет, и всё-таки я не понял, - сказал Спринтер. Вытянув ноги и вольготно откинувшись на спинку кресла, он задумчиво попивал крепкий кофе. Денис сидел напротив, а Т-300 и Орковский вдвоём с комфортом устроились на диване.

Субботнее утро только занималось. Друзья провели в Зазеркалье всю ночь, но о том, чтобы лечь спать, даже речи не было. Адреналин всё ещё бурлил в крови, и парни с горящими глазами обсуждали невероятную историю, приключившуюся с ними.

- Эх, знали бы вы, как я разволновался, когда узнал, что Орковский - предатель, - разглагольствовал Лёха Спринтер. - Вот тогда-то я и подумал, что нам всем крышка! Ведь наши отражения уже выбрались наружу!

- А я сразу понял, что с Орковским что-то не так, - заявил Денис.

- Чего ж тогда сразу не сказал? - ухмыльнулся Лёшка.

Денис передёрнул плечами:

- Ну, во-первых, я не был уверен, а когда мы попали а Зазеркалье, стало поздно. На самом деле я ещё тогда заподозрил... ну не то чтобы заподозрил, - поправился Денис, - скорее, это было какое-то предчувствие, интуиция. Так вот, у меня появилось такое странное ощущение  в тот вечер, когда мы по очереди дежурили у зеркал. Помните, когда Спринтер предложил развернуть зеркала обратной стороной, псевдо-Орк тотчас воспротивился, начал плести невесть что, якобы мы не сможем контролировать зеркала...

- Эх, Денис, - усмехнулся Орк, - если бы ты не упустил мою записку... Ведь логично, что, раз ты притащил траву, значит, и записка должна быть где-то рядом. Это же как дважды два!

- Тебе легко говорить, - проворчал Леонов, - Во-первых, я ещё никогда не выуживал ничего из сна, а во-вторых, твой двойник оказался невероятно хитёр: уж не знаю, как он вычислил, что именно я увидел во сне... Ну да ладно, всё хорошо, что хорошо кончается.

- Наверно, он потом узнал, что у них с Орком память одна на двоих, - выдал Шишкин, который после всей этой истории был сам не свой: задумчивый и молчаливый.

- А вот ещё непонятно! - снова выскочил Спринтер.

- То тебе не понятно? - отозвался Орк с видом профессора, который готов хоть сто раз объяснять теорему непутёвому ученику.

- Например, почему стихотворение, написанное Хранителем, было выгравировано на тех зеркалах?

- Хочешь обвинить его в плагиате? - рассмеялся Денис.

- Нет, не в этом дело, - отмахнулся Спринтер. - Подумайте сами, этим зеркалам ведь наверняка не одна сотня лет. А стихи он вам прислал совсем недавно. Что-то здесь не чисто.

- Это мелочи, - подал голос Т-300. - Лучше скажите, кто рисовал пентаграммы на дверях?

- Думаю, моё собственное отражение, - Орк был необычно бледен. Полгода, проведённые в Зазеркалье, плохо на нём сказались.Поэтому друзья, которым больше всего хотелось услышать рассказ об этом таинственном периоде ого жизни, не торопили Антона, понимая, что когда он придёт в себя, тогда и сам всё расскажет. - Я думаю, оно хотело как можно сильнее вас напугать, чтобы собрать вместе.

- А ты не видел, что делает твой двойник? - спросил Спринтер, отхлебнув горячего кофе. - Ведь память у вас одна на двоих.

- Не всё так просто, - Антон поёжился, - я ведь и с той стороны оставался хозяином. А что делают наши отражения, пусть даже в реальности, мы не имеем ни малейшего представления. Вот если бы вы меня не вытащили, тогда... - Орковский замолчал.

- Ладно, самое главное, что всё это закончилось, - Т-300 ободряюще хлопнул его по плечу. - Хотя если бы не Хранитель...

- А мне показалось, что он ведёт какую-то свою игру, - смешался Денис. - Слишком уж сомнительны его разглагольствования о нейтралитете! И вспомните, он ведь в конце концов принял нашу сторону, когда притащил Орка, и только благодаря этому мы сумели вырваться из Зазеркалья. А эта его странная фраза о новом Хранителе?

- Конечно, с ним тоже не всё так просто, - согласился Спринтер. - Интересно, кстати, как у них становятся Хранителями... Ещё непонятно, зачем он нас притащил в ту комнату, - подумав добавил он.

- Как зачем? Что-бы всё объяснить, - вмешался Т-300. - Тут, по-моему, и так всё ясно.

- Ха! Друг мой, ты явно пересмотрел фантастики, - съехидничал Лёха Краснов. - Это только в голливудских боевиках в финале обязательно появляется добрый дядя, который объясняет всем непонятливым героям, а скорее даже, зрителям, кто, зачем и почему - от начала до конца.

Денис кивнул. Его это тоже насторожило.

А Спринтер воодушевлённо продолжал:

- А ещё в голливудских фильмах любят исповедоваться злодеи! Это делается специально, чтобы наш герой успел...

- Спринтер, давай как-нибудь в другой раз о боевиках и злодеях, - перебил его Денис.

- Хорошо, хорошо, - примирительно поднял руки Лёшка. - Так вот, о чём я там говорил? О том, что у нас не Голливуд! Поэтому поступки Хранителя нельзя объяснить обычным альтруизмом. К тому же он сказал, что ему с нами не так уж интересно, - улыбаясь, добавил он. - Поверите ли, но мне кажется, что он нас изучал во время разговора.

В смысле? - удивился Шишкин. - Зачем?

Спринтер только пожал плечами.

- Лёха прав, - согласился Леонов. - Хранитель ведь далеко не всё нам объяснил. К тому же, вы заметили, как быстро он нас выпроводил, когда Антон пришёл в себя?

- Неужели наш Орковский знает что-то такое, чего опасается Хранитель? - предположил Спринтер.

- С чего бы ему боятся Орка? - усомнился Денис.

- А мало ли...

- Просто там какой-то катаклизм за окном начался, - вклинился Юрка, - вот ему и стало не до нас.

- Какой ещё катаклизм, Шишкин, ты что? - со смехом перебил его Спринтер.

- А помнишь, как странно завертелся туман за окном? Причём когда Орк проснулся...

-Ерунда, - отмахнулся Лёха, - с туманами катаклизмов не бывает!

Юрка начал было спорить с Красновым, но тут вмешался Денис. Он понимал, что разговор зашёл не туда:

- Нет ребята, мне просто кажется, что наша беседа с Хранителем была прикрытием для чего-то другого, более важного. И как только Хранитель узнал или получил то, что хотел, он сразу же отправил нас домой.

- Ха, причём отправили нас не просто домой, а в квартиру твоего дяди, - ухмыльнулся Спринтер.

- Да, вот это действительно вопрос, - согласился Денис. - И вспомните, ведь когда Орк попытался вырваться из Зазеркалья, то тоже попал не к себе или куда-нибудь ещё, а именно сюда! - и Леонов бросил на Орковского внимательный взгляд, однако тот смотрел куда-то в пустоту и, казалось, думал о чём-то своём.

- Ребята, да вы просто ещё не пришли в себя, - беззаботно рассмеялся Юрка. - Вот вам и чудятся заговоры на каждом шагу.

- Они правы, - вдруг очень серьёзно промолвил Антон. - Этот Хранитель не такой уж и добряк, каким хочет казаться.

- Вот-вот, поддакнул Спринтер. - А то ни дать ни взять - Дед Мороз, борода из ваты...

Орковский раздражённо посмотрел на Краснова, и тот сразу же умолк. Тяжёлый взгляд Антона не всякий выдерживал.

А бывший пленник Зазеркалья продолжал:

- Когда я жил там, то... как бы вам объяснить... для отражений Хранитель- это бог во плоти. Они буквально молятся на него. Мне даже показалось... что в Зазеркалье ничего не делается без его ведома. Он знает всё и обо всех, он - высший судья.

- Подождите, ребята, - вмешался Т-300, - этак мы дойдём до того, что он всё это и организовал.

Но в ответ никто даже не улыбнулся.

- Вы что, серьёзно? - вытаращился Юрка.

Орковский только пожал плечами:

- Ничего нельзя сказать с уверенностью. Я хочу добавить только вот что...

Время для шуток кончилось, это понял даже Шишкин.

- Помните, мы отдыхали в Тенистом? Ведь тогда именно я предложил запускать ракету возле старого театра, - продолжил Орковский. - Так вот, ребята, я раньше ничего не знал об этом месте и никогда там не был.

Спринтер от удивления даже закашлялся, Денис и Т-300 изумлённо воззрились на Орка.

- Но как же... - затряс головой Юрка.

- Понимаете. я тогда как будто вспомнил об этом театре, - ответил Антон. - Но это были не мои воспоминания. В Зазеркалье у меня было много времени всё обдумать и проанализировать. Похоже, кто-то навеял мне эти мысли. Такое ощущение, будто это открылось перед моими глазами. Я просто знал, где находится этот театр, знал, как он выглядит.

- Это могло быть твоё отражение, - отмахнулся Шишкин. Похоже, ему отчаянно хотелось отвязаться от всех этих странностей раз и навсегда.

- Отражения сами по себе не могут воздействовать на реальность с той стороны, - жёстко отрезал Орк. - Мало того, в Зазеркалье мне рассказали, что раньше искажение всегда касалось лишь одного человека. Так что наш случай уникален. Не странно ли?

- Так ты всерьёз думаешь, что это Хранитель? - прошептал поражённый Т-300.

- Вполне возможно, - кивнул Антон.

Некоторое время ребята молчали, буквально оглушённые словами Орка. Кофе уже давно был допит, в комнате постепенно сгущались сумерки, но никто не зажигал свет, точно опасаясь нарушить какую-то особенную, торжественную атмосферу.

- И ещё, - подал голос Денис, когда молчание основательно затянулось, - много странностей с твоими родителями, Юрка. Я не думаю, что подобную операцию отражение Антона смогло провернуть самостоятельно. Это слишком круто. Интеллект интеллектом, но есть границы и правила, которые не так-то легко нарушить простому отражению. И, опять же, двойники Юркиных родителей были в нашем мире всего два-три дня. Вряд ли они вернулись бы обратно по собственной воле. К тому же, как сказал Орк, ничто в Зазеркалье не делается без ведома высших сил, а тут такие сложности... Или это сделал кто-то более могущественный, или, что более вероятно, кто-то наделил двойника Антона своей силой. И в том и в том случае идеально подходит Хранитель.

- А ведь правда, - согласился Спринтер. - Мы же спрашивали его о Юркиных родителях. Помните, как он замялся на этом вопросе? Дескать, Хранитель не знает, как их отражения пробрались в наш мир... Так мы и поверили, - фыркнул Краснов.

- Ещё странно, почему двойники тянули целых полгода, - заметил Денис. - Этого вообще никто так толком и не объяснил.

- В общем, слишком много вопросов и странностей, для того чтобы поверить в россказни Хранителя,- подвёл итог Спринтер.

- Жаль только, что мы теперь не у дел, - вздохнул Денис.

Поразительно, но где-то в глубине души он почувствовал лёгкую горечь. Леонов даже удивился: он ведь так хотел, чтобы все эти странности поскорее закончились, и вот теперь это произошло... Так отчего тогда у него это непонятное чувство пустоты в душе?

Денис задумался - видимо, всегда так: во время приключений хочется, чтобы тебя оставили в покое, чтобы быстрее всё прошло... Однако, как только приключения заканчиваются, ту же начинаешь об этом жалеть. И ведь как они сплотились за эти дни!

- Да уж, - сокрушённо кивнул Спринтер, - теперь, боюсь, мы много так и не узнаем.

Денис бросил подозрительный взгляд на Краснова: неужели тот тоже... жалеет о том, что всё так быстро закончилось?

- Ну уж нет, - хмыкнул Шишкин. - Мне лично ничего не жаль. Чем дальше от меня будут все эти зеркала, хранитель и прочая нечисть, тем лучше. Достаточно приключений для четырёх обычных школьников. Странности - они хороши тогда, когда происходят не с тобой. Вот фильмы, например, или книги. По-моему, мы должны радоваться, что всё закончилось.

- Хм... а закончилось ли? - задумчиво проговорил Денис. Сейчас он и сам не мог сказать, хотелось бы ему продолжения или нет....

Через час Шишкин ушёл домой. Было видно, что делает он это без особого желания. И неудивительно - его родители, которые, по словам Хранителя, были уже в полном порядке, всерьёз считали, что их сын попал под машину, а теперь ещё и сбежал из больницы. Так что дома Т-300 ждали долгие и нелёгкие объяснения. Друзья сочувствовали ему, но помочь ничем не могли.

А сразу же после ухода Юрки Спринтер сделал занятное открытие. Кажется, поход в Зазеркалье для них не прошёл без последствий. Зеркала реагировали на ребят абсолютно неадекватно: отражения дёргались, скалились, искажались и явно не спешили повторять движения своих хозяев. Поначалу это пугало друзей, но потом они привыкли и даже нашли ситуацию достаточно забавной.

- Интересно, это навсегда? - Денис приветливо помахал рукой своему отражению, но оно лишь нахмурилось в ответ. 

- Не знаю, - весело пожал плечами Спринтер. - Но одно могу сказать точно: лучше никому об этом не рассказывать. Иначе нас быстро приберут к рукам какие-нибудь учёные специалисты и будут ставить разные опыты. А может, даже в газетах напишут! Представляете заголовок: "Спешите видеть! Только  у нас! Восьмиклассники из Зазеркалья..."

Отражение Спринтера внезапно оскалилось, словно подтверждая мысль своего хозяина, и Лёшка расхохотался. Однако Денис и Антон не разделяли его веселья.

- Насчёт учёных не знаю, - сокрушённо вздохнул Орк, - а вот для окружающих это точно будет смотреться странно.

- Значит, теперь нам придётся быть осторожными, - хмыкнул Спринтер и положил зеркало обратно на стол.

- Кстати, а вы знаете, что сами отражения не отражаются! - со знанием дела заявил Орковский. - Жаль, что вы вовремя не проверили моего двойника!

- Надо же... - удивился Денис - Да, Антон, может... ты всё-таки расскажешь, как там, в Зазеркалье? - не удержался он. - Конечно, если тебе неохота об этом вспоминать...

- Да ладно, всё нормально, - кивнул тот. - Я уже в норме. Вот только... - он запнулся, - там и рассказывать-то особо нечего.

- И всё-таки, - настаивал Лёшка. - Целых полгода в потустороннем мире... Рассказывай давай.

Антон немного помолчал, собираясь с духом, и заговорил:

- Сначала я ничего не понял. И неудивительно - секунду назад был в подвале и вдруг оказался на каком-то островке посреди болота. Я уж думал, что у меня бред начался. Но через какое-то время пришлось признать, что даже если это какое-то наваждение, то явно долгосрочное и очень реальное. Я замёрз, хотел есть и пить, вокруг отвратительно пахло и, главное, не было никого, кто объяснил бы мне, что происходит.

- Подожди, как же так? - не сдержался Спринтер. - Ведь нам твой двойник говорил, что в Зазеркалье нет ни голода, ни боли...

- Совершенно верно, но это для отражений, - пояснил Орк. - Понимаете, все чувства за них испытывает хозяин. Отражения зависят от него, они чувствуют его голод, его боль и радость. Но ведь я-то не был двойником! Я так и остался хозяином, пусть даже с той стороны.

- Что же ты ел? - поразился Денис.

- К счастью, в Зазеркалье действительно нельзя умереть. Никому. Но выяснил я это немного позже. А поначалу я даже и не подозревал, что нахожусь... хм... в параллельной реальности. И неудивительно.  Первым делом мне пришло в голову, что я каким-то непостижимым образом умудрился телепортироваться на настоящие болота или меня выкинуло туда взрывом. Я даже пытался выбраться на сушу, в надежде найти людей. Два дня я из последних сил пробирался сквозь камыши, по пояс в воде. Есть было нечего, а пить... - Орковский поморщился. - Болотную воду я стал бы пить только под угрозой расстрела. К счастью, там часто идут проливные дожди, настоящие ливни, так что жажду мне с трудом, но всё же удавалось утолять. А на исходе второго дня я утонул...

Денис вздрогну, представив, что же пришлось пережить бедняге Орку. Все их злоключения по сравнению с тем кошмаром, в который он угодил, были сущими пустяками, на которые и внимания-то обращать не стоило.

- Я всё-таки угодил в трясину, - бесстрастно продолжал Антон, глядя куда-то в пустоту. - Ничего более ужасного со мной никогда в жизни не случалось. Я тонул и понимал, что никто мне не поможет. В конце концов болото полностью сомкнулось надо мной. Где-то минуту я не дышал... А потом понял, что могу вообще не дышал. Это было невероятно, но раздумывать над этим было некогда, и я принялся прямо по водой, сквозь ил и грязь, отползать в сторону. На это мне потребовалась вся ночь, но я всё-таки выбрался. Вот тогда-то я и осознал, что не просто телепортировался. Произошло нечто более страшное. Именно тогда, помню, я и встретил первое отражение. Это был... Пушкин.

- Кто-кто?! - хором воскликнули Денис и Лёшка.

- Да-да, - невозмутимо подтвердил Орковский. - Не все отражения погибают после смерти хозяина. Да они вообще не погибают, про них говорят, что они ушли за Грань. А некоторые остаются в Зазеркалье. И Александр Сергеевич оказался одним из таких. Честно говоря, у меня тогда появились мысли о том, не лежу ли я в уютной палате дурдома, в смирительной рубашке, под чутким надзором психиатра. Но Пушкин мне всё объяснил, и... я ему поверил.

- А что он там делал? - жадно спросил Денис, во все глаза глядя на друга. - Он написал новые стихи?

- Вот уж о чём я спросить не додумался, так это о его творческих достижениях, - иронично усмехнулся Орковский. - Гораздо больше меня интересовало, как выбраться оттуда. Но он этого не знал, и я пошёл дальше...

Странное место это Зазеркалье. Можно идти целыми днями и не встретить ни одного живого существа. А потом в течении часа столкнуться с сотнями отражений. Похоже, болото там воистину бесконечно. И каждый островок на нём - отдельная история. Где я только не побывал за время своего путешествия. Бродил по развалинам Колизея, ночевал на заброшенном военном заводе, пробирался через минное поле...  Иногда мне попадались целые километры суши, а иногда - кусочки земли чуть больше кочки. Одно я понял точно:  каждый остров в Зазеркалье - это осколок нашей реальности и истории. Там собрано, наверное, всё из прошлого и настоящего , что когда-либо построил человек. Готов поспорить, что если дольше побродить по болоту,то можно найти и Великую Китайскую Стену, и добрый кусок Транссибирской Магистрали, а может, даже и Атлантиду...

- Вот ели бы можно было путешествовать там без всякой опасности... - мечтательно пробормотал Спринтер.

- Зачем? - не понял Орковский.

- Как зачем? - возмутился не догадливостью друга Краснов. - найти бы здание "Bank of New York" Или сокровищницу Тамплиеров... - Спринтер ухмыльнулся. - Это вам не краны с заводов в металлолом таскать. Наладили бы перевозку драгоценностей из-за Зазеркалья в реальность. Удобно и никаких проблем!

- не думаю, что, оказавшись там, ты бы вспомнил о кладах, - покачал головой Орк. - Мне лично ничего такого в голову не пришло. Через два месяца я научился передвигаться скачками. Делается это так: засыпаешь на каком-нибудь островке, а потом во сне летишь... вернее. не летишь, а как бы скользишь по болоту с бешенной скоростью. И просыпаешься уже в том месте, куда добрался во сне. Сны в Зазеркалье контролировать гораздо легче, чем в нашем мире. В общем, это серьезно облегчило мой поиск.

Наконец, на исходе пятого месяца, я нашел твое отражение, Денис. Я думал, что оно мне поможет... В принципе, с двойниками возможно договориться, но не в этом случае. Твой двойник лишь рассмеялся и сказал, что скоро я встречусь с вами. Тогда мне стало понятно, что все это затеяно специально и вас тоже хотят заменить. Я долго думал, что же предпринять. Но, когда узнал, что отражения уже начали действовать, времени для размышлений не осталось, и я попытался вырваться сквозь зеркало.

Денис понимающе закивал:

- Я ведь твою тень видел тогда, в коридоре. Но как ты так точно все рассчитал? 

- К тому времени я уже кое-чему научился и освоился в Зазеркалье, - пояснил Орковский. - Но моих умений не хватило. Да и попытка была, если честно, заранее обречена на провал: никому из отражений еще не удавалось так просто, своими силами, выбраться в реальность. Но я-то не был отражением. Правда, что делать, я тоже не знал и решил просто следить за отражением Дениса. Благо они оставили меня в покое, посчитав, что я не могу помешать их планам. Знал бы ты, как я удивился, когда увидел тебя в Зазеркалье, Денис... Между прочим это тоже еще одна из загадок. В Зазеркалье никто ничего не слышал о том, что туда можно попасть во сне.

- Наверняка это тоже работа Хранителя, - предположил Леонов.

- Похоже на то, - согласился Орковский. - В первый раз я не стал с тобой говорить - рядом крутились отражения. Но к следующему твоему посещению я хорошо подготовился: написал записку и сам поджидал тебя у прохода. Дальше вы все знаете. Записку перехватил мой двойник, он же не дал нам договорить... Подозреваю, что он умудрился вычислить мой план. Правда, каким образом - не совсем понимаю. Скорее всего, через общую память и ощущения. Помните, я вам говорил, что отражения живут эмоциями и ощущениями хозяина? Плюс наши общие воспоминания. 

Так вот в Зазеркалье меня порой захлестывало самое настоящее отчаяние. А когда я встретил Дениса, то словно пришел в себя и начал активно разрабатывать план, как вас уберечь и заодно надоумить вытащить меня отсюда. Вероятно, двойник почувствовал эту перемену в моем настроении и забеспокоился. 

- Да.. - Задумчиво протянул Денис, - не знаю, что бы я сам делал в такой ситуации. Наверно, свихнулся бы на болотах. Самое плохое, когда вокруг нет никого, с кем можно было бы посоветоваться, да хоть просто поговорить.

- Совершенно верно, - кивнул Орк, - отражения там не больно- то разговорчивые. Каждый живет эмоциями и мыслями своего хозяина, хотя... всякие бывают двойники. Вот Пушкин, например... - Орк тряхнул головой, точно сбросив мрачные воспоминания, и улыбнулся. - Кстати, классная идея с цифрами. Мне она даже в голову не пришла. Но после этого происшествия с запиской отражения поняли, что я представляю опасность, и связали меня не видимыми оковами. Освободил меня Хранитель, уже на пути к вами. Вот и вся история. Скажу только одно, - Антон облизнул пересохшие губы. - Зазеркалье - действительно страшное место. И я многое бы отдал, чтобы никогда там не бывать.

Денис вздохнул. Вот и еще один фрагмент мозаики стал на свое место.

Друзья проговорили до самого вечера, но ничего действительно важного больше сказано не было.