~грехи~

— Мальчики!- Мишель впервые хмурится и довольно угрожающе смотрит то на одного, то на второго, но всё бесполезно.

— Хватит лезть в мою жизнь, нужно было раньше строить из себя семьянина. Помнишь, как ты буквально вышвырнул меня из дома в интернат, просто вычеркнув из своей жизни? А я помню! Как я стоял на крыльце и на коленях, в слезах молил тебя разрешить остаться, но ты лишь закрыл передо мной дверь! Знаешь, как мне было плохо там? Конечно, нет, ты же даже ни разу за три года не приехал, не навестил!- Коди взбешён, будто не может остановить поток слов и наконец-то сказать всё, что накопилось. Знаю, как больно тормошить старые раны, и, несмотря на то, что ему нужно расставить точки, можно было сделать это не так. Не при его маме, которая вот-вот заплачет, и Фиби- ей вообще, кажется, чуждо и непонятно всё, что происходит.

— Это был коммерческий интернат! Я отдал много денег, чтобы о тебе там позаботились!- также повышает голос его отец, и парень вскакивает, разрывая на себе рубашку.

— Посмотри, какая забота там была! Я каждый божий день молил Бога прекратить тот кошмар наяву, а когда стал постарше, то и вовсе мечтал получить такой удар от надзирателя, который избавит от мучений и наконец-то убьёт меня!- сонный Понго падает с его колен на пол, жалобно скуля от боли, и моё сердце разрывается. Не так должна была пройти эта семейная посиделка.

— Коди, пожалуйста!- я хватаюсь за его запястье и слегка боязно поднимаю щенка на руки. Парень замолкает, восстанавливая дыхание, как после марафона, и опускает взгляд, видимо, не зная, что сказать.— Нам всё же пора домой.- все молчат, и я неловко подымаюсь, параллельно задвигая стул, а на телефон приходит сообщение «Запись на приём: УЗИ малого таза, 10 А.М».— Спасибо за ужин, Мишель, всё было очень вкусно.- женщина лишь кивает, будто находится в трансе, где-то далеко в своих мыслях. Также, как и Фиби.

— Да, просто прекрасный вечер, как-нибудь повторим.- Коди поправляет рубашку, до сих пор переводя дыхание, и уходит в коридор, а мне остаётся лишь пойти следом.

Проходит ещё несколько минут, но из кухни никто не выходит, чтобы проводить нас. В принципе, это не было неожиданностью. Наверно, они сейчас также немного потеряны от всего произошедшего, как и я.

— Жду в машине.- Коди застёгивает кожаную куртку и, лишь мимолётно бросив взгляд в сторону проёма на кухню, уходит, не забыв коронно хлопнуть дверью.

Это не он, это я виновата. Не стоило оставаться, чтобы просто не расстраивать Мишель. Теперь она расстроилась ещё больше, причём парень будто знал, что так и произойдёт. Коди взрывной в плане эмоций, хоть во многих моментах и холоднокровен. Видимо, то время для него и правда было крайне трудным, оставило ужасные воспоминания, а вовсе не «Я ни о чём не жалею, это было, это прошло», как он говорил в машине, когда мы ехали в Атланту. Он до сих пор во многих моментах врёт самому себе, пытается обвинить во всех своих грехах и плохом детстве кого-то другого, будто это поможет справиться с болью внутри.

На улице снова холодно. Может, из-за того, что Атланта южнее, чем Северная Каролина, я никак не могу привыкнуть к прохладе в начале ноября. Волосы развиваются от лёгкого ветра, а по плечам и ногам бегут мурашки. Понго съёживается, потом немного приподнимается, чтобы головой упасть на моё плечо, и снова мирно сопит. Кажется, он также устал, как я и Коди.

Парень толкает для меня дверь изнутри и сразу же отворачивается, как только я оказываюсь на сидении. Со всеми этими событиями голова начинает ещё сильнее болеть и кружиться, а желудок урчать.

— Что-нибудь скажешь?- даже несмотря на всё мне хочется, чтобы он извинился. Каждый раз злость, откуда-то изнутри вылезающая на поверхность, туманит ему рассудок. Мишель, Фиби и я просто не заслужили того, чтобы сидеть там и выслушивать их ругань, пусть та и оправдана.

— Что ты хочешь услышать? Что мне жаль? Это не так.- пусть он и сильно зол сейчас из-за той ссоры с отцом, но мне неприятно слышать его грубый и холодный тон.

— Ты не должен был так кричать.- его отца ничего не проймёт. Он, может, и чувствует вину, но никогда в этом даже себе не признается, не то, что кому-то.

— Не тебе мне указывать.

— Перестань так разговаривать со мной. Сам знаешь, я не виновата в том, что случилось.- мы едем не очень быстро, но моё сердце всё равно учащённо бьётся в груди из-за его состояния.

— Конечно, не виновата!- он вскидывает руки, нервно смеясь, и на несколько секунд отпускает руль.— Это ведь я каждый раз по итогу плохой, а ты у нас ангел во плоти!

— Пожалуйста, давай поговорим дома.- перед глазами всё расплывается, и мне остаётся лишь глубоко дышать, чтобы немного успокоиться.

— Между прочим, это ты начала, поэтому можешь выкладывать всё, что хотела сказать: что я испортил вечер, что ты разочарована, что зря связалась со мной, ведь теперь, возможно, отчислят из университета.- мы останавливаемся на парковке напротив дома, и я без слов вылезаю из машины, быстро проходя внутрь. Понго на пороге вырывается и убегает куда-то в гостиную, но сейчас нет сил бежать и ловить его. Желудок выворачивается на изнанку, а низ живота весь скручивается и колит, будто его режут ножами. Не совру, если скажу, что в этой кромешной темноте буквально доползла до унитаза.

— Бель, ты как?- сразу же слышится голос Коди и громкий стук.— Знаю, что поступил неправильно этим вечером, не обижайся. Пожалуйста, прости меня, открой дверь.- в моих ушах звон, отчего кое-как получается приподняться и сесть на унитаз. Я плачу, руки дрожат, а дыхание совсем сбилось, когда взгляд упал на кровь, стекающую между ног...