Глава 11 - Древняя кровь

Габриэль сделал шаг вперёд — и мир разорвался.

Тьма взорвалась вокруг него, словно тысячи осколков разбитого зеркала, и он почувствовал, как что-то внутри него меняется. Голос сущности наполнил его сознание, не говоря словами, а врезаясь в саму суть его разума.

- Ты принял судьбу. Теперь прими жертву.

Габриэль вдруг осознал, что не стоит на твёрдой поверхности — он парил в пустоте. Вокруг него мелькали образы: древние жрецы, первые экзорцисты, ритуалы, кровь, пролитая во имя удержания этого зла. Он увидел их лица — людей, что стояли здесь до него. Вратарей.

Но затем увидел кое-что ещё.

Ложь.

Монастырь был не тюрьмой для сущности. Он был её колыбелью. Сотни лет, тысячелетия... люди приходили сюда, чтобы "удерживать" её, но на самом деле – питать её. Каждая жертва, каждый новый хранитель лишь продлевал её существование, давал ей новые грани, новые форма.

- Ты нас использовал.

Габриэль сжал кулаки, его ладони горели алым светом печати.

- Каждый выбор – это лишь путь к следующему.

Существо раскрыло объятия, и тьма вокруг начала двигаться, закручиваться, выходить за пределы разлома. Врат... больше не было. Жаклин и Эмиль были где-то далеко, в той части реальности, что ещё оставалась целой. Он чувствовал их страх. Их веру.

Выбор.

Сущность освободилась. И теперь у него оставалось только два пути.

1. Принять её в себя, стать частью этой силы, контролировать её... но потерять часть своей человечности.

2. Разорвать связь, пожертвовать частью себя, но возможно, обречь мир на что-то худшее.

- Ты не сможешь меня убить меня Габриэль.

- Нет.

Он взглянул на свои руки. Печать разгоралась сильнее.

- Но я могу оставить тебя умирать вместе со мной.

Он сделал последний шаг.

И началась жертва.

***

Габриэль почувствовал, как пламя печати охватило его тело. Оно жгло изнутри, будто огонь разрывал каждую клетку, превращая кровь в раскаленный металл. Но он не отступил.

Перед ним сущность замерла, её угольные глаза вспыхнули пониманием.

- Ты осознаешь, что делаешь.

Габриэль кивнул.

- Я разрываю связь.

Тьма вокруг застонала, извиваясь, как живое существо, не желающее отпускать его. Он чувствовал, как она пытается удержать его, как что-то древнее и могущественное цепляется за его душу, не желая отпускать.

- Ты не можешь просто уйти, Габриэль.

Существо сделало шаг к нему, но теперь оно выглядело иначе. Его силуэт колебался, теряя форму, будто его существование зависело от его связи с ним.

И тогда Габриэль понял, какой ценой он может остановить древнее зло.

Он должен отдать часть себя.

Он закрыл глаза, вспоминая всё, что привело его сюда. Свою веру, свои ошибки, каждую битву, каждое сомнение. Вся его жизнь вела к этому моменту.

- Я забираю тебя с собой.

С последними словами он разорвал печать.

Воздух взорвался алым светом.

Жертва

Тело Габриэля охватило нечто неописуемое. Он почувствовал, как часть его сущности — что-то важное, что-то, что делало его именно Габриэлем уходит.

Видения обрушились на него. Он увидел себя в детстве, в церкви, перед алтарём. Увидел своего наставника, впервые обучающего его изгнанию нечисти. Увидел все моменты своей жизни в которых вера определяла его путь.

И осознал – он теряет это.

Когда он открыл глаза, он уже не был прежним.

Сущность больше не двигалась. Она застыла, распадаясь, её форма растворялась в свете.

- Ты... изменил правила.

Габриэль упал на колени. Мир вокруг трещал, словно рушилась сама ткань реальности.

Последнее, что он услышал, был крик Жаклин.

А затем – тьма.

***

- Габриэль!

Голос Жаклин прорезал вязкую пустоту, но он уже не мог ответить. Его разум тонул в хаосе: вспышки света, образы прошлого, ощущение, что он растворяется в вечности, а его тело больше не принадлежит ему.

Он отдал часть себя.

Но чего именно он лишился?

Он чувствовал, как нечто тянет его назад, вытаскивает из бездны. Чьё-то тепло коснулось его руки — знакомое, живое.

- Чёрт, держись!

Эмиль.

Мир вернулся рывком.

Возвращение

Габриэль открыл глаза. Над ним склонились Жаклин и Эмиль, их лица были искажены беспокойством. За их спинами — полуразрушенные стены монастыря, покрытые следами битвы. Воздух был насыщен гарью и озоном, а небо над ними разорвалось на две части — одна оставалась темной, другая ослепительно белой.

Он резко сел, хватая ртом воздух.

- Что... что произошло?

Жаклин стиснула его плечо.

- Ты чуть не умер, идиот. Мы едва успели тебя вытащить!

Эмиль выдохнул, опуская дробовик:

- Думаю, ты не просто "чуть не умер". Что-то изменилось.

Габриэль моргнул. Он чувствовал это.

Мир вокруг него был другим.

Он посмотрел на свои руки. Печать исчезла. Вместо неё на его коже остались лишь бледные следы, будто шрамы от ожогов.

Но пустота внутри него была глубже, чем эти шрамы.

- Я что-то потерял.

Жаклин кивнула.

- Ты больше не такой, как прежде.

И она была права.

Габриэль не чувствовал больше той силы, которая вела его всю жизнь.

Он не чувствовал веры.

Она исчезла, как будто сгорела вместе с печатью.

А вместе с ней исчезла и сущность.

Монастырь замер. Ветер больше не шептал древние проклятия. Воздух стал... обычным.

Габриэль медленно поднялся на ноги, ощущая, что он — это уже не он.

- Мы выиграли? - спросил Эмиль, всё ещё настороженно оглядываясь.

Габриэль посмотрел на небо.

- Я не знаю.

Но он знал одно: что-то ушло... а что-то осталось.

***

Монастырь стоял в мёртвой тишине. Ни шёпота, ни теней, ни присутствия сущности. Только руины и слабый запах озона после разряда силы.

Габриэль пошатнулся, но Жаклин тут же подставила плечо.

- Ты в порядке?

- Не уверен.

Он посмотрел на свои руки. Печать исчезла, но вместе с ней ушло что-то ещё. Он чувствовал пустоту – не физическую, а духовную.

Эмиль вскинул дробовик и огляделся.

- Что-то не так.

Жаклин нахмурилась:

- Ты тоже это чувствуешь?

Габриэль кивнул.

Воздух был... слишком тихим.

***

Цена победы

Он прислушался. Где-то внутри него должна была быть та лёгкость, с которой он всегда ощущал зло, тьму, демонов. Но теперь... ничего.

Он больше не чувствовал их.

- Я потерял свою силу.

Жаклин моргнула.

- Что? Как это возможно?

- Я не знаю, - Габриэль сделал шаг вперёд. - Но теперь я... пуст.

Он снова посмотрел на небо. Разлом исчез, но он не чувствовал удовлетворения. Если сущность была уничтожена, почему всё казалось... незавершённым?

Что-то ещё ждало их впереди.

В этот момент Эмиль замер, сжимая дробовик.

- Чёрт. Вы это слышите?

Сквозь тишину монастыря донёсся слабый, едва уловимый звук.

Шаги.

Тяжёлые, размеренные.

Из-за разрушенной арки, среди камней и пыли, появилась фигура.

Высокий человек в чёрных одеяниях.

Кардинал Ферреро.

Но что-то в нём было... неправильным.

Глаза его светились золотым, а на лице расплылась тень улыбки.

- Поздравляю, Габриэль. Ты разорвал печать.

Габриэль сжал кулаки.

- Что ты наделал?

Ферреро склонил голову, его голос стал мягче, почти заботливым.

- Ты действительно думал, что уничтожишь сущность, не оставив пустоты? Ты убрал вратаря, но врата... открылись.

Жаклин резко выхватила кинжал.

- Ты знал!

Ферреро кивнул.

- Конечно.

Габриэль сделал шаг вперёд, холод пробежал по его позвоночнику.

- Что теперь?

Кардинал Ферреро усмехнулся.

- Теперь начинаетсянастоящее испытание.