глава 101

Алина

Глеб ушел, а я начала выбирать рецепты блюд для ужина. мы, конечно, могли поехать в ресторан, но хотелось домашней обстановки, сделать самой, передать через еду свою любовь.

выбрав рецепты, заказала к ним продукты. у меня в холодильнике только алкоголь, йогурты, овощи, и газировки. постоянно заказывала готовую еду или же сама по ресторанам ездила.

я потратила на готовку 4 часа. т.к. многое не получалось. я не умею готовить от слов "совсем" и "вообще".

— о боже, наконец-то, – я накрыла стол и сфоткала для Викторова. он сказал, что получилось идеально.

осталось собраться в аэропорт. в принципе, я уже была собрана. только накину сверху косуху Глеба, которую он оставил еще месяц назад и постоянно забывал забрать. захватила сумочку, которую подарила Диля и выбежала к своей машинке. да, я научилась водить. но права купленные. не было времени и желания ходить в автошколу.

сев в фиолетовый Додж Челленджер 2018 года, поехала в сторону аэропорта.

я добралась за 2,5 часа из-за ужасных пробок. еще и в аэропорту ждала полчаса.

— ну как? – позвонил Викторов.

— да никак. полчаса тут торчу, их не вижу, и недоступны.

— может, рейс задержали?

— не знаю, – я обернулась, увидев знакомые фигуры и прищурилась, – вижу их! они тут!

— отлично, – ответил он и скинул трубку.

я помахала ребятам и они ускорили шаг ко мне. я просто стояла и улыбалась.

они оба налетели на меня с объятиями и я почти упала, если бы не кто-то сзади меня. это был Пинк.

— я рада, что вы приехали, – улыбнулась я. действительно. пустота внутри стала заполняться какими-то теплыми воспоминаниями из прошлого, но одновременно холодными, ведь больше их не будет и от этого все еще больно.

мы все пошли к моей красотке и поехали ко мне. Даня не умолкал, рассказывая о том, как они жили в Дубае, что произошло, что изменилось. хотя, он похудел. и вид у него помятый. тоже выгорел. и разочаровался в мелонах. быть честной, я тоже разочаровалась в них.

— вау! – восхищался Пинк моей квартирой, пока Даня стоял у холодильника, выбирая алкоголь, а Милана переодевалась.

— рада, что нравится, – облокотилась я о дверной косяк, гордясь собой.

— ты молодец, Лин. правда, – я чувствовала его искренность в глазах и голосе.

— спасибо, – поджала губы я, чтобы не расплакаться.

мы пошли к столу. поужинали. смеялись, сплетничали, поплакали, выпили.

— как-то так... – закончила я свою историю, а они внимательно смотрели на меня с сожалением. ненавижу, когда меня жалеют.

— ладно, давайте уже спать, пойдемте, покажу ваши комнаты.

— ой, не, Лин, неудобно. я домой поеду, – подскочил с места Пинк.

— да нормально все, че ты.

он посмотрел на меня и ухмыльнулся. ну я и поняла, что дело в девушке.

Милана и Даня тоже собирались уехать, но я попросила их остаться. в итоге, они посидели еще полчаса и все же уехали к себе. мда уж.

я загрузила всю посуду в посудомойку и набрала Глебу, зная, что спать в 3 ночи он точно не будет.

— да?

— они уехали. не захотели со мной оставаться.

— ну и в пизду тогда.

— можешь приехать? – алкоголь дал о себе знать, ведь я посмотрела на места, где сидели ребята и тут же захотела плакать. я не могла этого допустить. привыкла подавлять чувства и хотела так продолжать. при ком-то плакать я не могу.

— скоро буду. выплачь пока все, что накопилось, – услышал он и скинул.

и вновь я чувствую себя жалкой, брошенной и одинокой, хотя понимаю, что это не так. у меня все еще есть друзья и их много. я не понимаю, в какой момент, мы так отдалились друг от друга. в какой момент все пошло не так, как надо.

эти мысли добили и я вновь подумала о наркотиках, когда было хорошо. сначала, мне не нравилось, но со временем...

с драгами я чувствовала себя свободной от мыслей. чувствовала постоянный экстаз. пыталась заполнить пустоту в себе яркими впечатлениями покупками машины и квартиры, мужской плотью. ничего не помогло.

смотрю на запястье, а там шрамы остались.

этот поток окончательно добил и я разбила кружку, переставая сдерживать эмоции. выплакала все, что могла. эмоциональное истощение давало о себе знать.

к приходу Глеба я уже успокоилась. убрала осколки, переоделась в пижаму и смыла потекший макияж.

я открыла дверь и увидела перед собой кучерявого. тоже бледный, усталый, с потухшими глазами.

он протянул руки к моему лицу. поднял голову за щеки, внимательно рассматривая.

— ты наконец-то поплакала?

— да.

— это хорошо. тебе легче?

— намного.

он меня понимал. мне даже говорить ничего не надо было. просто читал как открытую книгу.

мы пошли в зал, включили телек, взяли вкусняшки, которых у меня хоть отбавляй. напоминали о Степе, с которым мы иногда созваниваемся.

я взяла пачку кукурузных палочек, положив голову Глебу на плечо. он тоже положил голову на мою, обняв одной рукой. мы оба понимали, что я отрублюсь, ведь глаза после слез дико болели.

— спишь?

— пока нет.

— может, поговорить хочешь?

— мг... – хочу. но боюсь. стесняюсь. не хочу вновь чувствовать эту боль. хоть уже и похуй, но в глубине души обидно.

он выключил фильм.

— когда все изменится? чего мне ждать от жизни?

— все уже изменилось. можно сделать только лучше. считай это пройденным этапом и испытанием.

— а смогу ли я?

— если захотеть, можно многое.

— ты будешь всегда рядом?

— да.

я пустила слезу. соленая дорожка обжигала итак красную щеку. Глеб вытер слезу и поцеловал в лоб.

— тебе нужно отдохнуть.

— тоже так думаю.

мы прибрались. Глеб посидел со мной в спальне, пока я не уснула.

на удивление, спала я как ребенок.

***

я проснулась от вкусного запаха домашней еды и поплелась на кухню, потирая глаз. у плиты стояла Дилара, рядом курил Глеб, разговаривая со Славой.

— доброе утро, – сказала им я, садясь за стол. у ребят есть копия ключей, и приходили они когда хотели, поэтому я уже не удивлялась их присутствию у меня в квартире.

— доброе.

Глеб не отводил от меня взгляда. в них читалось пустота и... жалость. я сразу поняла, что отекла и надо привести себя в порядок. хотя бы умыться. поэтому пошла в ванную. почистила зубы и умыла лицо.

— ты как? – стоял сзади Викторов.

— на удивление, я выспалась. а ты?

— нормально. у меня сегодня фит будет, я поеду на студию.

— окей, – вытирая лицо бумажными салфетками сказала я и поцеловала его в щеку.

он уехал, а я ушла к Славе и Диле, которые накрывали на стол и смеялись. они мило смотрятся вместе.

— садись и поешь.

— какие планы на день, красотка? – льстил Бустер, а я закатила глаза.

— блять! мне ж в зал надо было! – ударила я себя по лбу и тут же побежала за мобильником, – я еще успеваю. ребят, извиняйте!

я моментально собралась и поехала в фитнес центр.

у ресепшена стоял Рафаэль, а я запыханная подбежала к нему.

— неужели? я думал, что не придешь. выглядишь так себе.

— взаимно, – съязвила я и направилась в женскую раздевалку.

полтора часа в фитнесе. я собиралась уходить, как на плечо ложится тяжелая рука Рафаэля.

— ты торопишься куда-то?

я взглянула на экран телефона. Бустер и Дилара на съемках, Глеб на студии.

— нет.

— может, кофе выпьем?

— я не против, – пожала плечами я и мы вышли из спортзала.

я собиралась подойти к своей машине, но мы остановились у красного бмв.

— так это Ваша тачка, – мне не нравилась.

— твоя, – подметил он, намекая на переход на "ты".

я закатила глаза, садясь сзади.

— что изменилось за это время?

— много чего, – я начала ему все рассказывать. вообще без понятия зачем и почему. может, хотелось выговориться или просто с ним я чувствовала себя комфортно.

мы уже сидели в кофейне, а я все еще рассказываю о событиях в своей жизни. он внимательно слушал, не перебивая.

— что ж... я даже не знаю что и сказать. горжусь тобой почему-то. как бы это странно не прозвучало. ты вдохновила меня, Алина. ты удивительная девушка.

он красиво залил мне в уши и я тут же влюбилась. влюбилась в его красноречие, внешность, грубость и сарказм. конечно, в основном, во внимание к своей персоне и красивые слова.

так мы и начали крутить романы. я влюбилась, как последняя дурочка и чувствовала себя наконец-то наполненной, полноценной.

жизнь снова преобрела краски. я просыпалась и засыпала с мыслями о нем. вспоминала прошлых ухожеров. молодых. а тут взрослый мужчина, который понимал меня, давал наставления, слушал. я думала, что нашла своего человека.

— он мне не нравится, – говорил постоянно Глеб.

— да почему?

— предчувствие. мутный тип.

— ты ревнуешь? – прямо спросила я, ведь мы с ним стали отдаляться. даже, когда он был в рехабе, я приезжала с Дианой либо одна. я была рядом, когда они расстались. в общем, мы постоянно поддерживали друг друга.

— буду я еще тебя ревновать, – закатил он глаза.

я тут же улыбнулась.

— ведешь себя, как ребенок, хотя тебе уже под 30, – обвила я его шею руками.

— и тебя не смущает, что ты с тем стариком мутишь? не смущает, что у него до сих пор жены нет?

— Глеб, – выдохнула я, отстраняясь, – пожалуйста. прекрати внушать мне сомнения насчет Рафаэля. он моя надежда на любовь и счастье. ты же мой лучший друг. я думала, что ты поддержишь меня и примешь мой выбор, – решила я больше не молчать насчет ожиданий.

он увел взгляд и вдохнул.

— ладно. ты права. извини. я просто желаю тебе лучшего, ты же знаешь. я хочу, чтобы ты была счастлива. не хочу, чтобы...

я его перебила, повиснув на нем.

— спасибо. я тебя люблю.

он погладил меня по голове, ничего не ответив. я знала, что он не доверяет Рафаэлю и боялся, чтобы я не была разочарована им.