Часть 40: Финальный Раунд Акт 4.

КайЛо Рен направил свой световой меч на Дэвида Уайта. А он тем временем укрыл Стефани за своей спиной.

КайЛо Рен: Это девчёнка пойдёт со мной, не стой у меня на пути.

Давид: Никогда.

Стефани: Дэвид, кто это такой? Что за технология у него в руках?

Дэвид: Это световой меч, а он является ситхом. Ситхи это древнее зло, которые следует по тёмной дороги. Они обладают ужасной силой разрушения. Осторожно, световой меч очень опасное оружие - он как лазер, может разрубить всё что угодно, даже нас.

КайЛо Рен: Заканчивай свою вступительную лекцию. Хватит уже, Дэвид.

Ситх протянул свою руку и при помощи силы начала тянуть к себе Стефани, она словно магнит улетела в воздух. Давид моментально протянул руку в ответ, и силой остановил КайЛо Рена и откинул его назад.

КайЛо Рен: Значит ты тоже один из них, вот он, Джедай воплоти. В твоих венах течёт сила, которая в разы превышает мою.

Давид: Значит моё видение было вещим, что вы задумали с Кромешником?

КайЛо Рен: Нас много, ваши дни скоро будут сочтены. А я тебя уничтожу, здесь и сейчас. И этот мир падёт.

Парень при помощи силы оттолкнул Стефани назад, а сам готов был принять весь удар на себя.

КайЛо Рен: И чем же ты готов меня одолеть? Примитивной катаной, она моментально расплавится, бесполезно.

Давид: А кто сказал, что я буду ей пользоваться.

Красноволосый парень сложил пальцы и создал несколько десятков клонов. Начался бой, клоны начали одновременно нападать на ситха, но тот одного за другим кромсал своим мечем. Стефани тем временем нащупала кое-что в своей сумке, а там оказался точно такой же световой меч - как и у КайЛо Рена.

Стефани: Это же...то устройство, что у этого в маске.(Крик) Дэвид!!!

Парень услышал и посмотрел на неё.

Стефани (крик): Лови!!!

Девушка кинула световой меч в его сторону, а он тем временем успел подпрыгнуть и поймать устройство.

Давид: Световой меч, откуда он у тебя?

Стефани (крик): Это уже не важно!

Красноволосый спецназовец стоял посреди крыши небоскрёба, мерцание синего клинка проскользнуло когда тот нажал на кнопку, дрожащий в его руках световой меч гудел, словно живой, но движения юноши выдавали неопытность — слишком резкие выпады, неуверенные блоки. Перед ним, словно тень самой ярости, возвышался Кайло Рен — чёрный плащ его развевался, а алый клинок ревел, будто раскалённое сердце гнева.

Воздух дрожал от столкновения света и тьмы. Каждый удар отдавался эхом по стенам, искры разлетались, как вспышки звёзд в безмолвной пустоте. Красноволосый боец, стиснув зубы, отбивал атаки, чувствуя, как руки дрожат от напряжения. Его дыхание становилось всё тяжелее, но в глазах не угасал огонь — решимость, граничащая с безумием.

Кайло двигался быстро, с холодной уверенностью в каждом шаге, а юноша — с отчаянной верой в то, что сможет устоять. Их клинки снова и снова сталкивались, рассекая темноту. И пусть он был неопытен, но в его сердце горело нечто сильнее любого учения — воля к борьбе. И именно эта воля делала его опасным.

Давид (про себя): У меня появилась идея.

Пальцы скользили в воздухе с безупречной точностью, оставляя после себя лёгкие следы чакры. Одной рукой — как настоящий мастер — он завершил последовательность. В тот же миг вокруг него сгустился жар, воздух задрожал, будто сама природа затаила дыхание.

Давид: Катон, Гокакю но Дзюцу!

Прозвучал его низкий голос.Из его рта с яростным рёвом вырвалось пламя — густое, огненно-алым потоком, освещая всё вокруг ослепительным светом. Огонь развернулся, подобно живому существу, охватывая пространство перед ним и превращая тьму в бурю жара. Он стоял среди вихря огня — словно воплощение стихии, рожденной из силы, гнева и воли шиноби.

КайЛо Рен после применения его техники снял свой плащ, так как он уже загорелся. Пламя поразило его правую руку. Ситх разозлился и начал наносить ему сокрушающие удары.

КайЛо Рен: Вот это мощь, покажи её, ощути её, прими её. И станешь куда сильнее. Тёмная сторона силы гораздо интереснее чем ты думаешь, она открывает путь к безграничным возможностям. Поэтому Аманда и стала сильнее.

Парень со световым мечом стоял, тяжело дыша, его взгляд полыхал яростью. Кайло Рен приближался медленно, уверенно, словно сам мрак воплотился в человеке. Но внезапно юноша, охваченный гневом, вскинул руку — и волна силы взорвала пространство между ними. Воздух содрогнулся. Кайло, не успев удержаться, отлетел назад, его плащ взметнулся, будто крыло тьмы.

Тишина длилась мгновение. Затем парень опустил голову, и в следующее мгновение его глаза озарились — зрачки изменились, превращаясь в кольца силы. Риннеган. Пространство вокруг искривилось, словно сама реальность подчинялась его воле.

В одно мгновение он исчез — и столь же внезапно возник перед Кайло. Световой меч вспыхнул в его руках, рассёк воздух, и удар пришёлся прямо по маске врага. Послышался металлический треск — половина маски Кайло соскользнула на землю, обнажив его искажённое яростью лицо.

Юноша стоял неподвижно, держа клинок у его груди. Из его глаза медленно потекла тонкая струйка крови — цена за силу, что не принадлежала обычным смертным. Риннеган мерцал угасающим светом, а в воздухе витала смесь гнева, боли и судьбы, переплетённых в одном мгновении между светом и тьмой.

Но то что увидел наш герой, удивило и напугало его до смерти, ведь тот кто оказался в маске - был не Кайло Рен, а его некогда лучший друг, с которым он дружил вместе, его звали Алексей.Когда свет луны промелькнул сквозь густые тучи и мрака, свет озарился между ними. Он опустил световой меч, взгляд Дэвида смотрел прямо в глаза его лучшего друга. Так и встретились друзья, спустя столько лет. После трагичных событий минувших лет, судьба снова их сблизила.

Давид: Нет...не может быть....Алексей...ты жив....да что происходит в конец то концов?

Ситх Алексей: Алексея больше нет, как и ты для него.

Давид: Вот значит как, Кромешник и до тебя добрался.

Ситх Алексей: Я сам его нашёл, и теперь, моя власть станет безграничной. Он даровал мне силу.

Давид: Я так понимаю, мирно мы не разойдёмся.

Ситх Алексей: Надо ли нам враждовать, Император помилует тебя если ты станешь одним из нас.Джедаи мертвы, но вот искра надежды осталась тут, на этой планете.

Давид: Твой путь определяет только ты сам, тёмная сторона силы поглотила твою душу и разум. Впрочем, нету смысла дальше продолжать разговор, мои слова не изменят тебя. Чтобы спасти этот мир и вселенную, я душу за это отдам.

Ситх Алексей: Твой выбор, по стой, неужели артефакт у тебя? Вот же чудеса, а я то думал куда он пропал. Твоя подруга хорошо постаралась, чтобы его украсть. Её аура горит ярким огнём.

Давид посмотрел на Стефани, после улыбнулся.

Давид: Хватит разговоров, пора сражаться.(Крик) Атакуй!!!

Ситх Алексей: Вот это другой разговор, мне уже начинает это нравится.

Под безмолвным небом, расколотым вспышками молний, два воина сошлись лицом к лицу. Когда-то — братья по духу, товарищи, что делили боль и победы. Теперь — враги, разделённые пропастью идеалов. Сверкание света рассекло тьму: синий световой меч вспыхнул в руке одного, а алый клинок в ответ зажёгся у другого, озаряя их лица пламенем ненависти и воспоминаний.

Первый — мастер силы, искавший истину в равновесии, но однажды ступивший на путь шиноби. Его движения были точны, как у ниндзя Конохи — быстрые, молниеносные, смертельно точные. Каждый удар сопровождался вихрем чакры, превращая воздух вокруг в пылающее море энергии.

Второй — ученик тьмы, овладевший тёмной стороной Силы. Его шаги были тяжёлыми, но в них скрывалась власть и ярость. Сила исходила из него волнами, ломая камень, изгибая металл и давя воздух вокруг.

Когда мечи столкнулись, время будто остановилось. Энергия двух миров сплелась в один взрыв — синий и красный свет взорвались в белое пламя. От удара дрогнула земля, посыпались обломки древних стен.

Сражение перешло в рукопашный бой. Световые мечи были выбиты, и теперь царила только ярость и боль.Шиноби исчезал и появлялся вновь, используя тень и мгновения, словно владел телепортом. Удар — блок — подброс — падение. Темный воин отвечал ударами, способными пробить сталь, и с каждым движением Сила усиливала его.

Они бились, пока тела не отказывались слушаться. Воздух был пропитан дымом, пылью и гневом. В глазах шиноби вспыхнул Риннеган, а в глазах его противника — тьма без дна. Последний удар был подобен крушению мира — удар чакры и Силы слились в ослепительный взрыв, уничтожая всё вокруг.

Когда пыль осела, двое стояли на коленях друг перед другом — измученные, израненные, но всё ещё живые. Они смотрели друг на друга — не как враги, а как тени прошлого, знающие, что эта битва никогда не закончится...Пока жив хоть один из них.

Пыль оседала медленно, словно само время не хотело дышать. Земля под ними была изранена — трещины, дымящиеся камни, следы от световых мечей, прожжённые чакрой. Воздух дрожал от остатков энергии, а в небе всё ещё мерцали отголоски их силы.

Оба воина стояли на коленях — шиноби и тёмный ученик. Их дыхание было тяжёлым, словно каждая капля воздуха давалась ценой в жизнь. Шиноби, прижимая руку к ране на боку, медленно поднял голову. Его Риннеган ещё сверкал — не от ярости, а от решимости. Он видел перед собой не монстра... а друга, которого потерял.

Давид: Ты всё ещё можешь остановиться... — прохрипел он. — Пока не поздно.

Тёмный воин поднял взгляд. Его глаза, когда-то светлые, теперь отражали лишь бездну. Он с трудом поднялся, опираясь на рукоять алого меча.

Ситх Алексей: Поздно... слишком поздно. Я уже стал тем, кем должен был стать.

Ветер сорвал с их лиц пепел и кровь. Момент замер. И тогда шиноби сделал шаг. Один. Второй. Без меча, без чакры — просто человек. Темный поднял меч, алое пламя клинка затрепетало в воздухе. Но рука дрогнула. В памяти мелькнули улыбки прошлого — тренировки, шутки, клятвы защитить друг друга. Он закрыл глаза.И позволил клинку погаснуть.

В тот же миг шиноби оказался рядом, положив ладонь ему на плечо.

Давид: Хватит, я не знаю что за дерьмо случилось в твоей жизни, но Кромешник - само зло, и он желает лишь уничтожить этот мир и всех кто тут живёт.

Сила, живущая в тьме, не желало даже слышать его слова. Из глубины тела тёмного ученика вырвался вихрь тьмы, пытаясь поглотить всё вокруг. Шиноби, не колеблясь, направил всю оставшуюся чакру в печать, запечатав энергию внутри друга. Свет и тьма вспыхнули в последний раз, ослепительно, как рассвет после долгой ночи. Появился ярко алый свет который был направлен в сторону самозванца, который выдавал себя за Кайло Рена. Это оказался меж пространственный телепорт.

Ситх Алексей: Ещё свидимся, старый друг.

Внезапно к Ситху телепортировалась Аманда, она тронула его плечо и руку. После посмотрела на Дэвида Уайта. А тот же в свою очередь оцепенел, его мышцы стали словно твёрдым металлолом , а ком в горле не давал сказать ему ни единого слова. Один лишь её взгляд дал понять, что между ними всё кончено. Телепорт перенёс тело Ситха и Аманды в неизвестном направлении. Давид же прислонился к стене, чтобы отдохнуть. От истощения и стресса ему пришлось на некоторое время потерять сознание. Тем временем Стефани вышла из своего укрытия и подошла по ближе к нашему герою. Она улыбнулась.

Стефани: В очередной раз, ты снова спас меня. Не думала что тот психопат оказался твоим старым другом., спасибо...

Девушка подошла к нему по ближе и поцеловала его в лоб. После её взгляд повернулся в сторону соседних небоскрёбов, подойдя ближе она увидела как огромная толпа народу заполняла улицы Сеула. Праздник уже начался, и совсем скоро Президент с её отцом будут выступать на большой алее. Времени осталось совсем мало.

Стефани: Я знаю теперь, что нужно делать. Ты знаешь где меня найти, Дэвид.

Прошёл 1 час. Волчица тем временем находилась возле толпы, она медленным но уверенным шагом приближалась к аллее, там находилась трибуна.

Под покровом ночи, когда город утопал в огнях неоновых вывесок и звуках далёких шагов, волчица Стефани двигалась сквозь тьму, словно сама тень. Её серебристая шерсть сливалась с отражениями фонарей, а глаза — холодные и решительные — следили за каждым движением на пути к цели.

Перед ней возвышалось здание, в котором проходил важный вечер — на трибуне должен был выступать её отец, влиятельный бизнесмен, когда-то предавший её ради власти. За толстыми стенами стояли десятки вооружённых охранников, но для Стефани это было лишь временным препятствием.

Она вошла бесшумно, как ветер, и уже через мгновение первый охранник рухнул беззвучно, убаюканный быстрым ударом. Её движения были точны, выверены, словно в каждом взмахе когтей скрывалась воля хищницы, веками жившей между инстинктом и разумом. Один за другим они падали — не успевая понять, с кем имеют дело. Когда последний страж упал, Стефани опустилась на колено и создала печать — мягкий свет окутал её тело. В следующее мгновение в зеркале напротив отражался уже не девушка зверь, а — охранник в чёрной форме, ничем не отличающийся от остальных. Техника перевоплощения у неё получилось профессионально.

Стефани поправила воротник, скрыв взгляд под тенью козырька.Теперь её сердце билось спокойно — она была внутри. Среди десятков зверей в одинаковой униформе волчица стояла рядом с тем, кого когда-то называла отцом, — готовая приблизиться к нему ближе, чем когда-либо прежде. И только в её взгляде, холодном как сталь, читалось одно: Шаги гулко отдавались под куполом зала. Звуки аплодисментов смешивались с мерным шумом камер и вспышками света. На трибуне стоял он — которого Стефани когда-то звала отцом. Его голос звучал уверенно, пропитан властью и ложной добродетелью, а глаза — холодные и пустые, как стекло, — блестели в свете прожекторов.

Стефани стояла позади, в ряду охраны. Её дыхание было ровным, но каждая клетка тела вибрировала от напряжения. Она чувствовала запах его одеколона, тот самый, что помнила с детства, когда ещё верила в тепло семьи. Теперь этот запах лишь напоминал о предательстве, о боли и той ночи, когда он оставил её, чтобы сохранить своё имя чистым.

Мир будто замедлился.Она сделала шаг вперёд.Ещё один.

Её рука потянулась к поясу, где под униформой был спрятан тонкий клинок. Металл коснулся ладони, и внутри что-то вспыхнуло — смесь гнева, скорби и решимости. Но вдруг её отец обернулся. Их взгляды встретились.

Мистер Кристалл: Я ждал тебя, Стефани. Мир тесен, не правда ли?

Она не ответила. Ветер сдвинул прядь её волос, и на лице промелькнула тень звериного хищного взгляда.

Мистер Кристалл: Ты слишком долго заставляла меня ждать. И вот сейчас, когда настал мой триумф, тебе хочется меня убить. Что же, сделай это - как видишь я безоружен. В твоих руках не только твоя жизнь, но и моя. Сделай то что нужно, и тогда завершится мой план. Ты унаследуешь то, что я сотворил за эти 20 лет. Что ты на это скажешь?

Стефани задумалась, но поняв что перед ней не отец - а самый настоящий монстр, ей не пришлось долго думать и выбирать.

Стефани: Убийца, я никогда не приму твоё наследство, глупец....тебе были нужны только лишь деньги и внимание публики, совсем позабыв о том что у тебя есть семья. Ты лгал, все это время, а Мэйсон...это ты во всём виноват. Превратил его жизнь в настоящий ад.

Мистер Кристалл: Ты видимо заблуждаешься, моя непутёвая и очень умная дочь. Я изменил жизнь Мэйсону, дал второй шанс. И теперь он платит мне такой же монетой.

Сзади Стефани оказался Мэйсон, он держал свой пистолет к её голове.

Стефани: С предохранителя сними, идиот.

Лис Мэйсон: И без тебя знаю, отпусти нож. И не советую геройствовать.

Стефани: Это ещё почему?

Лис Мэйсон: Взгляни сама.

Мэйсон кинул свой включённый телефон, на землю, прямо перед ней. На видео было следующее: Феликс, Командир Вольф, Волк Легаси, Олень Луис, Маршал Жуков и остальные члены отряда находились возле стены. Перед ними стояли боевики, с наведёнными на них автоматами. Стефани подверглась испугу, она отпустила свой клинок на землю и упала на землю.

Мистер Кристалл: Разумно, а теперь мне нужно идти, публика ждёт. И да, каждый раз когда я вижу тебя, тень твоей покойной мамы словно возвращается из того света, чтобы увидеть меня. Ей не было дозволено видеть то, чего её не касается. Вот и поплатилась за это своей жизнью. Мэйсон, сопроводи её.

Мистер Кристалл вышел к трибуне и начал встречать Президента, сотни камер, журналистов, тысячи граждан и миллионы по глобальной сети - обратили на него внимание. Президент Южной Кореи по приветствовал своих граждан, а после начал свою речь. Прошло около 30 минут. Дэвид же к тому времени давно пришёл в сознание, он наблюдал за этой картиной. Далее после Президента - свою речь начал говорить он, Джимми Кристалл.

Мистер Кристалл (в микрофон): Граждане, я приветствую вас, не представляете как я сердечно рад застать с вами этот день.

Народ хлопал аплодисментами ему.На трибуне сияют прожекторы. Ветер развевает дорогой плащ, отливающий серебром. Сотни камер направлены на него — на волка с безупречным костюмом, с холодным, но горящим взглядом.Он делает шаг вперёд, и его голос — глубокий, властный, уверенный — разносится по площади и миллионам экранов:

Мистер Кристалл: Граждане Республики! Сегодня — день, когда мы празднуем не просто очередную дату, а саму суть жизни. Мы празднуем труд, мечты, семьи, что созидают и двигают наш мир вперёд! Мы празднуем силу духа, что позволяет нам вставать после падений!

Он поднимает лапу, словно дирижирует вниманием толпы.

Мистер Кристалл: Мы живём во времена, когда безопасность — не привилегия, а право. Когда улицы наших городов должны принадлежать не страху, а свету. Я дал клятву — сделать так, чтобы ни один гражданин не боялся выйти из дома, чтобы ни одна мать не тревожилась за своего ребёнка. И я сдержу эту клятву.

Толпа гудит. Камеры ловят каждое движение его глаз. Но затем голос Кристалла меняется — в нём появляется сталь и тень.

Мистер Кристалл: Однако... есть те, кто не желает мира. Есть те, кто гниёт внизу, кто разрушает всё, чего мы достигли. Те, кто прячется в подворотнях, кто живёт ложью, завистью, гневом. Они зовут себя "народом", но они — пепел на пути прогресса.

Он делает паузу. Ветер стихает. В глазах — холодный огонь.

Мистер Кристалл: Наша Республика трещит под давлением их слабости. Социальная нестабильность — это болезнь, и я скажу прямо: её нужно выжечь. Мы не можем вечно тянуть за собой тех, кто не хочет идти вперёд.

Теперь он почти не говорит — он провозглашает. Его слова звучат как приговор.

Мистер Кристалл: Сегодня я говорю не как политик. Не как миллиардер. А как волк, что устал видеть, как мир тонет в собственном лицемерии, лжи и коррупций. Этот мир утратил честь, утратил волю, утратил смысл.Но я верну ему всё это.

Он поднимает обе лапы, и камеры вспыхивают от света прожекторов.

Мистер Кристалл (крик)Я объявляю....войну этому миру. Мировые государства либо встанут на колени, либо падут от моих рук. Наш мир полон лжи, и поэтому я исправлю это положение. (Усиленный крик) Да начнётся мировое господство!!!

Последние слова он произносит с ледяным спокойствием. Молчание длится всего мгновение — а затем площадь взрывается гулом. Кто-то ликует. Кто-то в ужасе.А Мистер Кристалл просто стоит на трибуне — неподвижный, величественный, как сама судьба.

Небо над Сеулом медленно темнело, хотя солнце ещё не успело сесть.Первые, кто заметил странные тени, думали — это гроза, громадные облака, принесённые ветром с океана. Но вскоре стало ясно — это не тучи.

Гул, низкий и глубокий, дрожал в воздухе, проходил сквозь стекло, кости, сердца.Горожане — антропоморфные звери всех видов — подняли глаза к небу, и в их взглядах застыл ужас.Сквозь дымку облаков начали проступать гигантские силуэты — угловатые, безмолвные, словно вырезанные из самой тьмы.Они медленно выходили из гиперпространства, и свет заката отражался от их металлических корпусов. Это были Имперские звёздные разрушители, космические корабли гиганты, огромных размеров.Они заполняли небосвод, скрывая солнце. Их ряды уходили за горизонт — один за другим, как стальная армада, пришедшая судить мир.

Давид: Плохо дело, сейчас или никогда!

Город гудел, словно живое существо. На центральной площади Сеула стояли тысячи антропоморфных зверей — от изящных лис до суровых волков, от грозных тигров до величественных орлов. Над головами толпы — огромные экраны транслировали выступление Мистера Кристалла, чья фигура на трибуне сияла в свете прожекторов. Но внезапно небо прорезал резкий всплеск энергии. Воздух словно дрогнул, время на мгновение остановилось.На крыше ближайшего небоскрёба появился силуэт — человек. Красноволосый, в чёрной боевой форме, с глазами, в которых вращались кольца божественной силы. Риннеган.

Он открыл глаза — и мир будто содрогнулся. Вспышка. Мгновение — и его уже нет на крыше. Следующее, что увидели камеры и тысячи глаз — он стоял прямо посреди площади, рядом с оцепеневшей толпой.

Гул смолк. Музыка прекратилась. Только ветер шевелил красные пряди его волос. Толпа расступилась.

Кто-то в ужасе прошептал:— Это... человек...

И вскоре этот шёпот стал эхом, прокатившимся по площади.

— Это он...— Дэвид... Дэвид Уайт...— Первый человек— Тот самый...— Что происходит? Я думала он пропал.— Его же объявляли в розыск, его разыскивают по всему миру.— Я слышала что именно он спас Зверополис, большой городок в США от разрушения.— Он герой или злодей?— Его оклеветали, а нас обманули. Правительства стран скрывает от нас правду. Он наш спаситель.

Имена, легенды, слухи — всё ожило в один миг. Антропоморфные звери, привыкшие считать людей лишь мифом, смотрели теперь на живое доказательство обратного.

На трибуне Мистер Кристалл замер. Его янтарные глаза встретились с глазами человека. Мир застыл между ними.

И даже ветер, казалось, притих.Толпа не смела ни дышать, ни говорить.В этот момент всё общество — весь мир животных — понял одно:эпоха, что казалась вечной, закончилась. История повернулась лицом к новому началу...и в этом начале стоял человек.

Тишина длилась не вечно.На площади не звучал ни один голос, ни один шаг, ни одно дыхание.Только ветер касался плащей, развевал флаги Республики, отражая свет прожекторов на лица ошеломлённых зверей.Мистер Кристалл стоял на трибуне, неподвижный, как статуя из стали и воли. Его взгляд — холодный, властный, прожигал пространство между ним и человеком. Он сделал шаг вперёд, и гулкий звук его ботинок отозвался по всей площади.

Мистер Кристалл: Значит и ты здесь, Дэвид Уайт... Тень из прошлого. Легенда, которой пугали наших детей. Первый человек... в мире, который больше не принадлежит людям.

Дэвид Уайт не ответил сразу. Его глаза — сияющие кольца Риннегана — отражали трибуну, толпу и небеса, над которыми по-прежнему висели тени Имперских разрушителей. Он поднял голову, и его голос, спокойный, твёрдый, словно сталь, прорезал воздух:

Давид: Мир никогда не принадлежал ни зверям, ни людям. Он принадлежит тем, кто способен бороться за него, тот кто знает, что такое по настоящему жить имеет право на собственную свободу. Жители Зверополиса и всего звериного общества, они так же как и люди. Живут, умирают, становятся счастливее, познают горе и боль. И становится рабом я не намерен, у каждого есть свой выбор.

Толпа затаила дыхание.Мистер Кристалл усмехнулся, медленно спускаясь по ступеням трибуны. Его шаги звучали всё ближе, всё тяжелее, пока он не оказался почти напротив Дэвида — в нескольких метрах, разделённых бездной смыслов.

Мистер Кристалл: Ты говоришь, как идеалист.Но твой вид уничтожил себя сам. Мы — наследники вашего мира. Мы построили порядок, когда вы оставили лишь хаос. Звери - гораздо более превзошли вас, глупых людей.

Дэвид шагнул вперёд.Сила Риннегана вспыхнула — вокруг него задрожала пыль, камни начали подниматься с земли.

Давид: Порядок, построенный на страхе, это не порядок, а анархия.Вы забыли, что значит жить. Забыли, что значит быть свободными.

Толпа, словно очнувшись от оцепенения, зашептала, кто-то даже закричал. Репортёры все это время оставили камеры включёнными, мир слушал их речь - они все замерли, наблюдая в прямом эфире. Мистер Кристалл поднял лапу, и мгновенно на крышах активировались десятки прицелов.

Мистер Кристалл: Осторожнее, человек, мир следит за каждым твоим словом.

Давид: Пусть смотрят, потому что с этого момента — история начнёт новую главу.

И в тот миг воздух разорвал гром.От небоскрёбов, словно молнии, вспыхнули энергетические барьеры, в небе зажглись прожектора.Взгляд Кристалла стал хищным.Взгляд Дэвида — решительным.Между ними стояла тишина...перед бурей, что должна была изменить всё.Гром и молния загремели над небом, таким образом Давид увидел сотни Имперских Кораблей, которые находились в воздушном пространстве над Сеулом.

Давид: Нет...Имперские Разрушители...

Мистер Кристалл: Именно, долгую игру же мы затеяли, но теперь пришло время поставить завершающую точку в этой историй. Этот мир станет моим, и никто меня не остановит.

Давид (уверенный тон): Это мы ещё посмотрим!!!

Конец 41 части.