Часть 6: Цекуси Мацумото.

События происходят несколькими годами ранее, в мире главного героя. Именно в этой части вы узнаете - что же произошло с учителем Давида, какая судьба  настигла этого человека? Вы узнаете всё в этой части.

Япония. 4 года назад, до основных событий этой истории. Родной мир Давида.

Время 11:41. Зима. Давид тренировался в это время у своего сенсея , Цекуси Мацумото. Они готовились к чемпионату который будет состоятся в городе. Тренировки проходили строго по расписанию и чёткому плану. Свет в зале был приглушён, но каждый блик на ринге отражал напряжение момента. Дэвид почувствовал, как сердце стучит быстрее, а руки сжимают перчатки крепче. Перед ним стоял Мацумото — его учитель, наставник и старый друг, чей взгляд был спокойным, но пронизывающим.

Мацумото:  Ты готов, Дэвид? — спросил Мацумото, медленно передвигаясь по залу, словно каждое его движение было выверено годами опыта.

Давид: Да, сенсей, — ответил Дэвид, чувствуя, как в груди разгорается огонь азарта и уважения. После чего он выполнял серию ударов как ему говорит Сенсей.

Удары летели молниеносно в сторону груши, но между каждым касанием были паузы, наполненные смыслом. Дэвид замечал, как Мацумото читает его движение ещё до того, как он сам его совершил. Учитель внимательно наблюдал - как тот выполняет серий ударов. Проходит 15 минут. Наш герой вспотел от головы до самых кончиков пальцев. Его дыхание было замедленным, он аккуратно упал на пол и вытер пот из его лица.

Мацумото: Смотри не только на противника, — тихо сказал учитель между ударами, — смотри на себя. На свои страхи, на свои сомнения. Тайский бокс — это зеркало души. В целом, ты справился на отлично, но груша не сможет дать тебе сдачи, пора показать свои навыки в деле. Можешь встать?

Дэвид ощущал, как слова Мацумото сливаются с его дыханием, с ритмом движений, с болью в мышцах. Он понимал: это больше чем тренировка. Это диалог, который длился годы. 

Давид: Да учитель, я готов...Мацумото: Отставить, даю тебе отдых 5 минут, дальше последний раунд со мной.

Давид: Во мне есть ещё силы, я не хочу отдыхать сенсей.

Мацумото: Ты изменился, как скажешь, не доведи только свою девушку до слёз. Начнём. — продолжал Мацумото, отпуская легкий удар по плечу ученика, — но сердце твоё всё ещё ищет ответы. Сила не в том, чтобы бить сильнее. Сила — в том, чтобы знать, зачем ты бьёшь.

Дэвид кивнул, вспоминая их первые уроки, первые падения, первые победы. В этом поединке не было врага. Было только доверие, уважение и та невидимая связь, которая связывала их давно, ещё до того, как они узнали друг друга ближе, чем кого-либо.

Давид (про себя): Знали бы вы, что вместо плача она мне постоянно говорит - чтобы я был аккуратным. С её характером ей бы на ровне со мной заниматься Тайским боксом.

Сэнсэй выдал Давиду перчатки, бинты, головную защиту, и защиту для голеня. Это было нужно чтобы не повредить сухожилия и остальное тело. Сперва они начали наматывать на руки специальные бинты.Ученик и учитель встали в боевую стойку, они приготовились к поединку. Который определит, готов ли наш герой к предстоящим схваткам или нет. Первым кто начал нападение, стал Давид. Он сделал мощный удар ногой в сторону бедра, приём был заблокирован моментально.Сенсей приступил к контр атаке, он наносил удары по его корпусу, голени, локтям, суставам. Боль была невыносимая, Давид терпел и продолжал бой. Каждый удар, каждый блок становились словами невысказанного диалога. Они понимали друг друга без слов. И когда их движения замедлились, дыхание стало ровным, они стояли друг против друга, ощущая не усталость, а гармонию — мастер и ученик, друзья, связанные годами и опытом, прошедшие через боль и радость бокса, через доверие, которое невозможно разрушить.

Мацумото: Я могу прекратить если ты сам этого захочешь, хватит себя мучить, прекращай!

Давид был весь в крови и ранах. Он еле стоял на ногах.

Мацумото (про себя): Эта сила, я всего раз видел такое упорство и силу воли. Ты не такой как остальные мои ученики, не знаю почему но каждый раз изводишь себя на тренировках. Может ты привык постоянно к таким условиям, я знаю твою раннюю жизнь. Чёрт парень, я обещал твоему отцу Аврааму что не буду тебя калечить, твой сын и вправду изменился, старается не покладая рук. Но он не думает о себе.

Когда Мацумото хотел сделать решающий удар, Давид молниеносно увернулся, сделал хук правый, ударил по корпусу своей правой ногой, далее он сделал шаг назад, сделал разгон и прыгнул. Его левая нога оказалась у его беззащитной головы. Он остановился, так как не хотел нанести вред своему учителю. Ученик приземлился на землю.

Мацумото: Почему ты остановился? Тебе надо было меня добить!

Давид: Простите учитель, но я не могу навредить вам, вы не должны получать от меня такие раны.

Мацумото: Продолжаем.

Парень сделал уверенное лицо, Мацумото приступил к нападению сразу же. Нанося двойные удары в области его голову, на что тот поставил блок сразу же. Сэнсей отошёл на шаг назад, он начал выполнять приём - вертушка. Когда его нога чуть не дошла до его носа, Давид повторно увернулся. И после он поднял своё одно колено вверх, вторую ногу держал прямо. Его мышцы сильно напряглись, голень дошла до бёдер. Когда его голень опустилась вниз, парень сделал молниеносный апперкот. Мацумото остановил бой, ему было понятно что его ученик - уже давно превзошёл его, как по силе, так и в ловкости. Но лишь по скорости тот не уступал своему ученику.

Мацумото: Хватит...на сегодня всё, готовься к чемпионату. Можешь собираться. Мне нужно сегодня по раньше.

Давид: Есть, Сенсей...

Юноша ушёл в сторону раздевалки, когда тот переоделся - сразу же пошёл в сторону дороги, где его ждало такси. тем временем Мацумото находился в своём кабинете. Он сидел на своём кресле.

Мацумото (Про себя): Не знаю сколько должен тянуть, я должен во время заплатить долг, иначе меня заживо закопают. Чёрт, видимо искусство Тайского боя не сильно популярна в Японии, у меня очень мало учеников. Моя школа не так популярна. Что же делать... мне нужно найти деньги, как можно быстрее...

Внезапно в кабинет зашёл неизвестный мужчина, рядом с ним находились несколько человек, они держали в руках огнестрел и холодное оружие. Мацумото понял что это те люди, которым он задолжал. К нему подошёл главарь этой банды, его звали - Эмануэль.

Эмануэль: Глядите, кого я вижу! Да это же наш приятель Мацумото, а ведь мы искали тебя уже долгое время, где ты пропадал дружище? Думал что уже всё, тебя грохнули и ты откинул концы.

Мацумото: Долго же вы искали меня, я собирался вернуть долг и мы были бы в расчёте.

Эмануэль: Да-да... я это уже слышал и не раз, а знаешь.. Ты бы мог пойти работать к нам в организацию.

Мацумото: Связываться с вами было наверно не самой удачной идеей, я сказал вашему боссу. Меня не интересует его предложение, и точка. Пришлось занять у вас деньги только ради того, чтобы построить мою школу. А когда я заработаю достаточную сумму, то верну ваши деньги, но видимо вы пришли сюда не с пустыми руками.

Эмануэль: Хватит формальностей Мацумото, вышла такая состыковка. Нашего босса не интересует деньги, мы здесь по совершенно другой причине.

Мацумото: Что ты имеешь введу, о чём это ты?

Эмануэль: Спросишь у того, с кем ты разговаривал буквально несколько минут назад.

Мацумото (про себя): Чёрт, как они узнали что я разговаривал с ним. Впрочем неважно, Мастер Фу, теперь мне становиться всё понятно. Ваши слова предсказывали этот момент, эти люди пришли ведь не за деньгами. Их интересует другая цель, а именно - мой ученик. Как же я раньше не мог догадаться, только не он, нет!

Эмануэль: Я знаю об этом мальчишке больше, чем ты сам. Хоть ты и являешься его учителем.

Мацумото: Вы ничего не знаете о нём. 

Эмануэль: Да ну, вся жизнь этого пацана сплошной ад. Его били, унижали и обращались как с дворовой собакой. Он учиться в Токийской средней школе, его отец и мать научные сотрудники. Занимаются исследованиями и раскопками. Мне продолжать?

Мацумото: Даже зная о нём эти сведения, вы никогда не сможете его найти. 

У Мацумото под столом находился пистолет и Самурайская лёгкая Катана - Вакидзаси, он был готов к смертельной схватке.

Эмануэль: Очень жаль, ты же прекрасно должен понимать, мой дорогой Мацумото, зачем же мы пришли на самом деле сюда. Если ты не скажешь где он - останешься в живых.  Не скажешь, значит мы сами его найдём. Этого Красноволосого Узумаки.

Произошла напряжённая обстановка, в любую минуту люди были готовы к кровавой схватке. Мацумото был спокоен, он держал себя в руки и не поддался панике. Его холодный взгляд лишь смотрел на Главаря банды, который ожидал от него ответа. Он должен был сделать выбор, либо сказать где находится Давид. Либо умереть. Но суровый воин, за спиной которого мрачное прошлое - сделал выбор. От которого будет зависеть жизнь его ученика.

Мацумото: Никогда...

Эмануэль: Ожидаемо...

Эмануэль шагнул в зал, и его смех раздался, будто холодный ветер пронёсся по пустой арене. Он смеялся не просто так — в его голосе слышалась харизма, притягательная и опасная одновременно, а за каждой нотой пряталось коварство. Мацумото, стоя на месте, не моргнул. Его глаза оставались спокойными, но внутренне он почувствовал знакомый холодок, который всегда предшествовал настоящей угрозе. Эмануэль двигался легко, почти как тень, а его смех, полон злорадства, казался живым — обвивал каждого в зале невидимой сетью напряжения.

Эмануэль: А ведь мы могли подружиться.... Тогда Мистер Сальери...

Каждое слово было как кинжал, острое и точное. Смех Эмануэля обвивал зал, сковывал пространство, превращая его в арену не просто для боя, а для психологической игры. Мацумото почувствовал: это противник, чья харизма и коварство способны повернуть любую ситуацию в свою пользу. И в этот момент он понял, что истинный бой начинается не с ударов, а с того, кто сильнее в игре разума. После данных слов он вытащил из своего пиджака укороченный дробовик "Обрез".

Эмануэль: Передаёт вам привет.

Когда Главарь нажал на курок, произошёл выстрел, Мацумото среагировал очень быстро. Тот из под кимоно вытащил нож и метнул в плечо Эмануэля.

Эмануэль (про себя): Чёрт, моё плече!!! Убейте его, и взорвите это здание к чертям!!!

Бандиты начали стрелять в сторону Мацумото, он подбежал к столу и перевернул его, он заранее готовился к это встрече. Поэтому в его стол был прикреплены пластины, которые защитят его от пуль. Как итог, это спасло ему жизнь. Он взял пистолет и начал отстреливаться от них, одному он попал в ногу, другому в голову. Некоторые успели вытащить Эмануэля из здания. Когда он ликвидировал вооружённых людей, он начал применять свою Катану. Мацумото сражался яростно, он наносил большой урон противнику. Но их было слишком много. Главарь решил применить следующее действие.

Эмануэль (разъярённый крик): Взрывайте, взрывайте!!! Пока он не сбежал

Один из бандитов нажал на детонатор, произошёл мощный взрыв. Здание начало полыхать от пожара и разваливаться. Пламя оцепило всё на своём пути. Тем временем когда Давид хотел сесть в такси, он услышал всё это. После он побежал в сторону этого здания.

Давид (крик): Что за взрыв, почему? Сенсей!!!

Когда парень добежал до здания, оно было полностью уничтожено. А горело и полыхало очень ярко. На взрыв приехали пожарные, полиция и скорая помощь. К сожалению слишком поздно. Давиду пришлось смотреть на горящее здание, он не понимал что происходило. Жив ли его Сенсей, или нет.

Давид: Сенсей...что же случилось с вами, когда я бежал в сторону здания то увидел как чёрная тонированная машина очень быстро ехала в противоположную сторону. Кто же это сделал, я наверно никогда не узнаю. Простите.... учитель..

Огненные языки вырывались из окон, дым закручивался в плотные вихри, а обломки потолка падали с громким грохотом, словно сама земля протестовала против разрушения. Сенсей Мацумото, закалённый многолетними тренировками, двигался сквозь пылающий хаос, но тяжёлые обломки, падающие балки и жара почти лишили его сил. Каждый вдох давался с болью, а огонь пожирал пространство вокруг.

Он знал, что смерть поджидает за каждым поворотом коридора. Пламя подбиралось всё ближе, и, казалось, путь к выходу окончательно заблокирован. В этот момент перед его глазами внезапно вспыхнул странный свет — портал, сияющий голубовато-золотым сиянием, открылся прямо перед ним. Он стоял там, как будто природа сама предложила шанс. Не раздумывая, Мацумото сделал шаг и прыгнул.

Мир изменился мгновенно. Земля под ногами казалась мягкой, запахи свежей травы и лесных цветов заполнили лёгкие, а небо сияло ярче, чем любое солнце, которое он видел в родном мире. Мацумото оказался на заднем дворе дома, который сочетал в себе строгие линии японской архитектуры с лёгкими декоративными элементами — резные балки, бумажные раздвижные двери, миниатюрный сад с камнями и аккуратно подстриженными кустами. Всё дышало гармонией, спокойствием и заботой.

Но самое удивительное было вокруг. Перед ним стояли существа, похожие на людей, но с чертами зверей — антропоморфные жители этого мира. Из дверей дома вышла величественная тигрица с мягкой, но уверенной походкой. Её глаза светились умом и теплом, а рядом с ней бегал маленький тигрёнок, не старше девяти лет, с неуклюжей грацией и любопытством в глазах.

Тигрица Наоми Акияма: Кто вы? — спросила тигрица, её голос был одновременно строгим и дружелюбным.

Мацумото: Меня зовут Мацумото, — ответил сенсей, немного смущённый, но сохранивший спокойствие. — Я... я оказался здесь случайно. Мой мир сгорел в буквальном смысле, и я не знаю, как сюда попал.

Маленький тигрёнок подошёл ближе, держа маму за лапу.

Тигрёнок Кацу Акияма: Мама, он настоящий человек? — тихо спросил он, с любопытством в голосе.

Тигрица Наоми Акияма: Похоже, сынок, — мягко ответила тигрица, опуская взгляд на Мацумото. — Не бойся. Если он пришёл сюда, значит, этому есть причина.

Мацумото кивнул, чувствуя необычное спокойствие. Несмотря на пожар, обломки и усталость, здесь он впервые за долгое время ощутил, что может начать заново, что есть шанс для жизни и для понимания нового мира.

Мацумото: Я благодарен вам за гостеприимство, — сказал он тихо, с уважением. — Я буду осторожен и не причиню вреда. Но вот мой ученик....что с ним случится дальше...я не знаю.

Тигрица слегка улыбнулась и кивнула. Маленький тигрёнок заглянул в глаза Мацумото, а потом весело подпрыгнул и побежал к деревьям во дворе, словно приглашая его присоединиться. Так сенсей, выживший среди огня и разрушений, оказался в мире, где царили звери, гармония и скрытая магия, мир, полный неожиданных встреч и новых возможностей. И именно здесь, среди необычных друзей и неизведанных горизонтов, его путь только начинался.

Следующий день.

После гибели учителя прошло не так много времени, Мацумото похоронили с почестями. Хоть у него не было родственников, но к на похороны пришло много людей. В этот печальный день посетили даже старые его ученики, которые когда-то обучались в его школе искусств. Давид тоже там присутствовал, за всё время он не проронил не слово. У Мацумото была беременная жена, её звали - Азуми. Давиду было больно смотреть на неё. В этот день капал дождь, погода была ужасной. Всё живое ведь когда-то умрёт, и Мацумото теперь может только наблюдать. Как его семья растёт, без него.

Давид (про себя): Сенсэй... я стану сильнее, всё не должно было закончится так. Ваша жена теперь будет воспитывать дочку одна.... я даю вам слово... Что позабочусь о ней,  нашу последнюю тренировку запомню навсегда....

Дождь начал усиливаться, многие люди возложили свои цветы на его могилу. Люди начали по немногу уходить. Осталась лишь жена Мацумото. Она смотрела на могилу, с её глаз текли слёзы. Давид подошёл с зонтом к женщине по ближе, после отдал его ей, чтобы она не промокла. 

Азуми: Спасибо Дэвид....не знаю теперь как мне жить...и расти ребёнка одной. Как же я сильно люблю его....не могу отпустить....Он стал для меня смыслом жизни, жить без него не могу...

Женщина подошла к юноше и обняла его, после она заплакала.

Давид: Мой сенсей всегда был и будет справедливым учителем, он для меня словно второй отец. Благодаря его урокам - я смог защитить себя и своих родных. Соболезную вам...Жизнь такая штука, непредсказуемая. Он жил как герой и погиб героем. Я не знаю как бы мне жилось, если б не встретил его. Азуми Сан, клянусь могилой своего сенсея....когда родиться ваш ребёнок - я буду заботиться о нём или ней так же, как и он со мной. 

Азуми: Моя дочь вырастит хорошим человеком, я буду всегда помнить о муже. Мацумото был моей душой...и его отняли у меня...

Женщина заплакала ещё сильнее.

Давид (про себя): Тётя Азуми.....ваша судьба схожа как с Куренай Сенсей....кто же стоит за всем этим...

Японское кладбище погружалось в мягкий туман раннего утра. Серые камни с изящными иероглифами тянулись вдоль аккуратно выстроенных рядов, а ветер тихо шуршал в соснах, словно сам природа скорбела вместе с людьми. К Дэвиду подошли его родители - Авраам и Мария. Все трое были одеты в строгий чёрный, как и остальные присутствующие, пришедшие проводить в последний путь сенсея Мацумото, человека, который оставил след в сердцах каждого.

Людей вокруг было много — старики, ученики, соседи, знакомые, коллеги — все пришли почтить память уважаемого наставника. Тишину прерывал лишь слабый шелест листьев и тихий шёпот молитв.

Давид:  Он... действительно ушёл? — спросил Дэвид, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

Мария положила руку на плечо сына, её глаза были наполнены слезами, но голос оставался мягким и успокаивающим.

Мария: Да, сынок... Сегодня мы прощаемся с Мацумото-сенсеем. Но память о нём останется с нами, — тихо произнесла она.

Авраам опустил взгляд на землю, сжимая кулаки, и тихо добавил:

Авраам: Он был человеком великого сердца. Мы многому научились у него... и мы должны хранить это внутри себя. Дэвид, благодаря ему, ты стал намного сильнее.

Дэвид посмотрел на родителей и почувствовал смешение боли и благодарности. Каждое мгновение казалось растянутым, словно время остановилось, позволяя каждому присутствующему ощутить тяжесть утраты.

Давид: Я... я хочу стать хотя бы частью того, кем он был, — тихо сказал Дэвид, глядя на могилу, где лежал цветок, аккуратно положенный учениками и друзьями Мацумото.

Мария приобняла сына, а Авраам кивнул, словно соглашаясь с каждым его словом.

Мария: Ты сможешь, Он всегда говорил - помни, истинное наследие не в словах и титуле, а в поступках. Каждый удар, каждое действие... они будут твоей связью с ним.

Дэвид кивнул, ощущая, как скорбь и уважение переплетаются в его сердце. Среди множества черных костюмов, среди тихого шёпота молитв и ветра, он понял, что хотя Мацумото покинул этот мир, его дух будет жить в каждом, кто стремится к честности, дисциплине и добру. Тишина над японским кладбищем стала глубже, словно сама земля хранила память о великом человеке, а Дэвид стоял между родителями, чувствуя, что это прощание — не конец, а начало собственного пути.

Юноша вспомнил каждое мгновение, проведённое с Мацумото: жесткие тренировки, беседы о чести и дисциплине, неожиданные улыбки в моменты усталости. Эти воспоминания смешались с болью утраты и одновременно с благодарностью. Ветер слегка поднял туман, и казалось, что сам мир уважительно склоняется перед могилой великого человека. Дэвид стоял между родителями, сердце его било ровно, наполненное и скорбью, и решимостью. В этот момент он впервые понял, что истинное наследие — это не только память, но и действия, которые он совершит, продолжая путь Мацумото.

Конец 6 части.