Глава 1. Ночной гость

Медленно падали хлопья снега, белой пеленой укутывая спящий в горном кольце город. Черные скалы, словно немые защитники скрывали Северную столицу от внешнего мира. Снежные вершины острыми пиками вздымались к небесам, и подобно им, на склоне Священной горы Далхат возвышался дворец из чистого белого мрамора, стремясь своей красотой к творению Богов. Его острые башни и резкие очертания дополняли внешний облик горы, образуя с ней единое целое. К замку из города вела длинная извилистая дорога, издалека напоминающая туловище хищной змеи, ползущей среди скал.

Добравшись до восточного крыла мраморного дворца, я, наконец, остановилась и окинула взглядом раскинувшуюся передо мной Хорсу, Северную Столицу людских земель. Путь длиною в три ночи и два дня был завершен.

Снег искрился в мягком лунном свете, придавая внеземную красоту городу, укрытому тенями бессмертных гор. Внизу, посреди темных фасадов, россыпью мерцали горящие факелы, подобно звездам на ночном небосводе. Невозможно было привыкнуть к этому виду, и узревший его хоть раз, был обречен навек тосковать и терзаться от этой красоты, преследующей во снах.

Тишина. Всепоглощающая, успокаивающая. Лишь протяжное зазывание ветра, неприкаянно бродящего средь гор. Вдох – и морозный воздух, напитанный ароматом многовековых сосен, медленно окутал легкие. Выдох – облако пара закружилось, освобождая тепло тела. Прикрыв глаза, я наслаждалась забытым ощущением жгучего холода, до боли кусающего лицо, когда позади раздались тяжелые шаги: из-за угла показались двое караульных, делающих обход.

— Доброй ночи, - голос гвардейца затих в ночи, их лица плотно укрыты шерстяными шарфами, - Ну и собачий холод сегодня, ноги уже не чувствую.

Второй  плотнее закутываясь в толстый меховой плащ. Дворец Хорсы тщательно охранялся в любое время, и на пути к Восточному крылу я уже прошла несколько пропускных постов и встретила с десяток гвардейцев. Несмотря на то, что они выглядели расслабленными, я вышла на свет ближайшего факела, показывая, что не скрываюсь.

— Доброй ночи, - приветствовала я и, предугадывая следующий вопрос, раскрыла сумку, доставая пожелтевшую от времени бумагу, - у меня встреча с...

— Боги милосердные! – прервал меня басистый голос, услышав который я резко подняла взгляд на высокого гвардейца.

— Руаан?

Он стянул вниз толстый шарф, открывая добродушное лицо, теперь повзрослевшее и покрытое густой бородой, но все еще хранившее знакомые мне черты подростка, с которым мы выросли в стенах этого дворца.

— А кто еще? Легко же ты забываешь друзей!

— Ты себя видел? Проще медведя в лесу узнать.

Руаан заливисто рассмеялся, и второй гвардеец тоже приспустил шарф: он был мне не знаком и казался совсем юным.

— Наир, это госпожа Мориен, племянница генерала Аллаира, - представил нас Руаан, крепко обнимая меня за плечи.

«Мориен»... я не слышала звук этого имени долгие годы. Странное ощущение сдавило грудь – одновременно теплое и пугающее, словно встреча с призраком прошлого.

Молодой гвардеец, стуча зубами от холода, поправил толстый тулуп, надетый поверх шубы, и пристально разглядывал мой распахнутый черный плащ, подбитый тонким мехом, и проглядывающий под ним легкий черный костюм. Заметив его замешательство, Руаан кашлянул, и Наир, резко оторвав взгляд, поклонился:

— Для меня честь познакомиться с вами, госпожа, - и без того раскрасневшиеся от ледяного ветра щеки молодого гвардейца стали ярко-пунцовыми.

Меня не смутил его любопытный взгляд — вид моей легкой одежды, резко контрастировавшей с теплыми вещами северян, обычно ужасал людей, с которыми мы не были знакомы. Те же, кто хорошо знал меня, как Руаан, не удивились бы такому наряду: с рождения бесчувственная к холоду, мне было намного комфортнее на морозе, чем в тепле, и легкая одежда была мне по душе.

— Ты что же, пришла из Средиземья пешком? Теперь понятно, почему генерал Аллаир так напряжен последние дни. Всех собак на нас спускает! Нет, я поверить не могу, что ты проделала этот путь в одиночку, Мор! Совсем из ума выжила... повезло, что жива осталась. Отправляйся отдыхать, а завтра я жду рассказ о твоем безумном пути.

Мы тепло попрощались, и я направилась вглубь зимнего сада, огибая Восточную башню. Пройдя вдоль аллеи стройных сосен, я вышла к длинному крыльцу с могучими резными колоннами и рядом дверей. Миновав их я прошла в узкую темную нишу между стеной замка и высокими кустарниками, где был скрыт от посторонних вход, ведущий напрямую в генеральское крыло. За дверью меня ожидал гвардеец, и, поднявшись по высокой винтовой лестнице, мы оказалась в длинном коридоре: сквозь широкие окна лился мягкий лунный свет, освещая массивные двери личных покоев генералов королевской армии. Бесшумно пройдя до конца, я остановилась у входа в кабинет с двумя заглавными буквами «А» вырезанными под гербом королевской семьи, принадлежащий моему дяде — генералу Александеру Аллаиру, правой руке короля. Сквозь щели в мрачный коридор из комнаты проникал теплый свет, и были слышны приглушенные голоса.

Дым от сигар окутывал полумрак кабинета. Сердце гулко забилось в груди, когда передо мной ожил образ, надежно хранившийся в моей памяти все эти годы. Взгляд прошелся по массивному каменному столу в центре, заваленному бумагами, картами и книгами, затем переместился на искусный камин справа, у которого были расставлены диван и два кресла из мягчайшей кожи. Пылающий огонь был единственным источником света в темноте кабинета, откидывая длинные тени на книжные полки, занимавшие всю левую стену.

Двое крепких мужчин сидели в креслах у огня и курили сигары. При звуке открывшейся двери разговор прервался, и они обернулись.

— Вот и она, – произнес генерал Аллаир, поднявшись мне на встречу.

Оказавшись в объятьях родных рук, мне показалось, будто с моих плеч спала вся тяжесть последних бессонных ночей. Больше всего на свете мне хотелось сдаться накопившейся усталости и раствориться в этом ощущении безопасности, но я не могла позволить себе проявить слабость. Быть может позже, в одиночестве покоев.

Сняв мокрый от снега плащ, я прошла к огню, где нас дожидался генерал Каадар, статный мужчина с серебристыми седыми волосами по плечи. Его обычно суровое лицо сейчас было расслаблено, и мы радушно поздоровались, пока дядя разливал чай. Сбоку раздалось хлопание крыльев и я повернула голову в сторону просторной клетки, откуда на меня смотрела почтовая сова, отправленная мной пять ночей назад с весточкой о приходе.

— Дитя, какое счастье видеть тебя. Знаешь, Александер становится все суровее с каждым годом. Ты всегда усмиряла его буйный нрав, и мы с нетерпением ждали твоего возвращения, - произнес Каадар, хрипло рассмеявшись и покуривая сигару.

Я улыбнулась, взглянув на дядю, лицо которого освещал огонь: прошедшее время оставило след на его благородной внешности. Короткие русые волосы теперь серебрились у висков и тонкие морщинки пролегли на лбу и вокруг пронзительных серых глаз. С возрастом его лицо стало более выразительным, отражая сильный характер.

— Уверен, у тебя еще будет время нажаловаться, - усмехнулся Александер и повернулся ко мне, - но, как ни радостна эта встреча, она не случайна.

В первую очередь долг, а после все остальное.

Все еще улыбаясь, Каадар откинулся в кресло:

— Как я и говорю: он становится все ворчливее. Поведай же нам, дитя, что привело тебя в родные края.

Устроившись поудобнее на мягких подушках, я отпила чай и начала свой рассказ:

— С тех пор как Лорд был назначен хранителем королевских покоев во дворце Вальдоры, мы стали намного реже встречаться лично, дабы лишний раз не привлекать внимания, однако, когда это необходимо мы встречаемся при свете дня исключительно в дорогих заведениях достойных его статуса, чтобы избежать ненужных подозрений. Около недели назад я получила от него письмо с назначением встречи, заставившее меня  насторожиться: во-первых, оттого, что местом была указана дешевая таверна на окраине города, а во-вторых, придти требовалось в полночь. 

Генералы внимательно слушали, покуривая сигары. Позывное имя «Лорд» было им хорошо известно и принадлежало одному из важнейших разведчиков северного народа в столице Средиземья Вальдоре, где я проживала под чужим именем последние семь зим, с тех пор, как меня назначили его связным.

— На встречу Лорд опоздал и, войдя в таверну, даже не взглянул в мою сторону, заняв свободный стол в другом конце оживленного зала. Я сразу ощутила, что он сильно встревожен, хотя внешне он выглядел расслабленно и вел себя непринужденно. Все время, как он просидел в таверне, я наблюдала за посетителями и входными дверьми, но ничего необычного не заметила. Внезапно Лорд расплатился и ушел, так и не подойдя. Я выждала некоторое время, после чего медленно направилась в сторону дома, на случай если он ждал меня по дороге. Ночь была необыкновенно мрачной и всю дорогу меня преследовало чувство, что за мной наблюдают. Так никого и не встретив, я вернулась и решила на рассвете наведаться в замок, чтобы узнать у Лорда, что произошло. Из-за дурного предчувствия я не могла уснуть, поэтому потушила свечи и стала ждать восхода солнца. Через некоторое время за окном гостиной, где я сидела в кромешной темноте, появилась тень. Неподвижная, она стояла и смотрела внутрь, и я четко ощущала на себе леденящий душу взгляд. Внезапно на заднем крыльце раздался шум, и тень исчезла. Там я нашла послание от Лорда, которое гласило:

«Думаю за мной следят, встречаться не безопасно. В замке происходит нечто странное: король болен неизвестной болезнью, отчего тайно пригласили Избранного. Подозреваю, что готовится заговор. Немедленно отправляйся домой и передай лично. Никому не доверяй».

На этом мой рассказ был окончен. Воздух в комнате стал тяжелым от напряжения. Некоторое время никто не произносил ни слова, лишь поленья трещали в камине.

—  Ты убедилась, что за тобой никто не следил? – наконец прервал тишину глубокий голос Александера.

Я кивнула. Слежка была исключена — я выбрала самый короткий и опасный путь. Никто бы не скрылся от меня в чаще лесов, если бы рискнул пойти следом и остался в живых.

—  Я доложу правителю, - произнес генерал Каадар, поднимаясь, - очень рад тебя видеть, дитя.

С этими словами он ушел, оставив нас наедине. Александер курил, задумчиво глядя в огонь, а я наслаждалась покоем после долгой дороги.

— Тебе стоит хорошенько отдохнуть. Я не сомневался, что ты доберешься в целости, но обратно пройдешь через Врата, иначе я стану седым и свирепым, каким меня все здесь представляют.

— Как думаешь, сколько у нас времени?

— Пока трудно сказать: надо разобраться в ситуации, но надолго оставлять Лорда одного нельзя. У меня дурное предчувствие. Надеюсь, около недели мы можем себе позволить, если все будет спокойно.

Целая неделя в Хорсе, даже не верится. За окном свистела поднявшаяся метель, перенося мои мысли к старому другу, несущему караул в эту холодную ночь, и к другим людям, по которым тосковало мое сердце.

— Ты рассказал кому-нибудь о моем приходе?

— Я бы не посмел испортить такой сюрприз, - улыбнулся Александер.