Глава 79

Посланники старейшин ждали в холле вместе с Тасмин и Наирой. Таннари спустился в сопровождении отца и Аники.

- А девушка куда собралась? – спросил старший из группы.

- Она поедет со мной, - заявил Таннари.

- Ей ни к чему там находиться, - возразил посланник.

- Она поедет со мной, - упрямо повторил Таннари. – Она подождёт где-нибудь в сторонке.

- Она может помешать.

Видя не желание посланников брать ее с собой, Аника схватила Таннари под руку и прижалась к нему.

- Я буду хорошо себя вести, - заверила она, боясь новой разлуки.

- Я за ней пригляну, - вступился Акелан. – И ему спокойнее будет. Она его пара.

- Мы знаем, - ответил посланник. – Значит, ответственность за нее вся на вас.

Один из посланников держал в руках наручники. Он подошёл к Таннари и потянулся к его руке.

- Это еще зачем? – Таннари отшатнулся от него. – Я добровольно согласен ехать.

- Так требует порядок, - спокойно ответил посланник. – Никто не может гарантировать, что ты не передумаешь по дороге. А наручники лишь свяжут твою магическую силу.

Таннари вопросительно глянул на отца. Акелан утвердительно кивнул. Скрипя зубами, он позволил заковать себе руки. Наира и Тасмин подошли, чтобы попрощаться.

- Мы будем ждать тебя, - сказала мать.

- Эх, братишка, я держу за тебя кулачки, - прошептала Тасмин.

- Спасибо, - ответил Таннари и склонился к уху сестры: - Если вдруг что-то будет не так, помни, что я просил на острове.

- Помню, - с печалью ответила Тасмин. – Но я верю, что это не понадобится.

Вскоре они были в микроавтобусе и направлялись к старейшинам.

***

Их доставили в загородное поместье старейшин. Ритуал предстояло провести в главном храме волчьего народа в их регионе. Посланники провели членов стаи Дармун в одну из комнат.

- Вы оставайтесь здесь, - сказал старший группы Акелану и Анике. – А парень пойдёт с нами.

- Может нам все-таки можно пойти с ним? – с надеждой спросила Аника.

- Нет, вы останетесь здесь, - непреклонно ответил посланник.

- Почему им нельзя со мной? – огорченно осведомился Таннари.

- Они могут помешать ритуалу.

- Я не буду мешать, - Аника умоляюще посмотрела на посланника.

- Нет, вы должны остаться здесь, - непреклонно ответил он. – Хватит, что вам позволили приехать сюда.

- Мы будем здесь, - проговорил Акелан. – Всё будет хорошо.

Он ободряюще похлопал сына по плечу.

- Как только будет разрешено, вы сразу увидитесь снова, - постарался успокоить членов семьи посланник и обратился к Таннари: - Идём.

Он взял его под локоть и потянул за собой. Таннари обменялся с Аникой прощальным взглядом.

- Не переживай, я буду с ней, - сказал ему Акелан.

Аника покосилась на вожака с опаской и помахала Таннари. Спустя пару секунд дверь за ним закрылась.

Пройдя небольшой коридор, они оказались в большом зале храма. Свод поддерживали большие колонны. Вверху имелось такое же отверстие в своде как и в храме их стаи. Стены украшали витиеватые узоры и изображения Звериного Бога в разных обличьях. Освещением служили свечи на подвесных люстрах.

В центре зала поместили круглую каменную плиту диаметром не меньше трёх метров. На ней была начерчена семиугольная пиктограмма с замысловатыми магическими символами и надписями. За пределами пиктограммы у граней имелись небольшие круги.

Старейшины стояли группой по другую сторону зала и разговаривали между собой. При появлении посланников они разошлись вокруг плиты. Наартид подошёл к Таннари и его конвою.

- Здравствуй, - поздоровался он. – Досадно встречаться по такому поводу.

- Так давайте поскорее с этим покончим и забудем, - буркнул Таннари.

Изучив взглядом парня, Наартид приказал снять наручники.

Таннари подвели к стулу и велели раздеться. Вручив простыню, приказали встать в центр пиктограммы на специально очерченный круг.

- Оно хоть поможет, если что? – поинтересовался Таннари, заняв указанное место.

- Этот ритуал не лекарство, а лишь тест, - безрадостно пояснил Наартид. – А поражение тьмой неисцелимо.

- То есть, если я поражен, то обречен?

- Увы, - печально ответил Наартид.

Старейшины заняли места на плите у граней пиктограммы на маленьких кругах. Вытянув руки перед собой, они стали произносить заклинание.

Пиктограмма вспыхнула магическим огнем голубого цвета. И по ее периметру образовался барьер, сходившийся семигранным куполом над головой Таннари. Ладони каждого из семи старейшин упирались в светящуюся преграду.

- Впечатляюще, - пробормотал Таннари, оглядываясь вокруг себя.

По мере произносимого заклинания за образовавшейся магической клеткой от пиктограммы отделился по всей площади белый светящийся диск. Он стал подниматься вверх, словно сканируя пространство внутри купола.

Таннари от неожиданности занервничал. Первым порывом было сбежать, но некуда. Его предупредили перед ритуалом, чтобы не выходил за пределы нарисованного для него круга. Весь напрягшись, он приготовился к тому, что будет дальше. Почувствовал, как этот свет проходит сквозь него. При соприкосновении с телом к диску тянулись мелкие электрические разряды. Они передвигались по коже и диску.

- Щекотно, - передернувшись, не удержался от улыбки Таннари.

- Не расслабляйся, - ответил ему старейшина Наартид, пока другие читали заклинание. – Это только начало.

Он снова принялся произносить магические слова, сосредотачиваясь на барьере.

- Да что угодно, лишь бы вы убедились, что со мной всё нормально, - проговорил Таннари.

Диски света поднимались все быстрее и быстрее. Вызываемые ими разряды уже не щекотали, а жалили. С каждым новым диском становилось больнее и больнее. Таннари терпеливо сносил всё, стиснув зубы. Свет дисков словно проникал в самую душу. Выворачивал на изнанку. Захотелось закричать, завыть, зарычать. Мысли перемешались, расплывались и исчезли. В глазах начинало темнеть, хотя пространство наполнял ослепительный свет.

Голоса старейшин монотонным гулом окружали, словно рой. Таннари не мог различить ни единого звука, кроме них. Звериное «я» просилось на волю. Человеческий разум слабел с каждым новым диском. Тело переставало подчиняться. Боль подчиняла тело и разум. Стремясь сохранить сознание, он пытался сосредоточиться на мысли об Анике.

Обессилев, Таннари упал на колени. Почти не контролируя себя, он осознал, как меняет форму. С отчаянием проваливаясь на задворки сознания, понимал, что власть над физическим телом перешла волчьему духу.

Через несколько мгновений в центре пиктограммы стоял черный волк и, задрав голову, выл. Умолкнув, стал царапать лапами пол.

Старейшины не прекращали читать заклинание.

Волк крутнулся на месте. Захрипел, смотря злобно на людей за барьером. Снова завыл. Затем жалобно заскулил.

Световые диски продолжали пронизывать пространство купола и тело зверя, причиняя боль уже волку.

Наконец сдавшись, волк с покорным видом опустил голову и лег в кругу.

Волчья сущность ослабила хватку, и Таннари вернулся в человеческое обличие, но сил подняться не находил. Тело пробирала дрожь и терзала боль. Хотелось признаться во всех смертных грехах, лишь бы прекратить пытку.

- Может довольно с него? – заговорил кто-то из старейшин.

- Его волчий дух довольно силен, - сказал Наартид. – И способен сдерживать тьму в зародыше. Можем ли мы быть уверенны, что оно не проявиться позже.

- Мы можем продолжить сканирование еще глубже, - ответил ему старейшина Корфару, - но выдержит ли волчонок? Он не взрослый волк.

- Делайте, что должны, - выкрикнул Таннари, вмешавшись в их разговор.

Преодолевая слабость и дрожь, он приподнялся и схватил простыню. Обливаясь потом и ощущая боль от миллионов иголок в теле, он встал.

- Делайте, что должны, - повторил он, выпрямляясь, - чтобы отстали от меня.

Старейшины переглянулись между собой и кивнули. Они заново принялись произносить заклинание. Диски света зарябили перед глазами парня. Волна боли захлестнула тело.

Спустя миг Таннари почувствовал, словно его ударили по голове. Если прежде он находился на краю сознания и воспринимал происходящее, то с этого момента отключился полностью. Провалился в забытье, получив желанное освобождение от боли и пыток.