Дело раскрыто. Версия вторая

— Вот гаденыш, — подозреваемый не открывал. — Коля, ломай дверь! — дал команду следователей и отошел в сторонку.Коля устало вздохнул, взял разбег и вынес дверь вместе с петлями. Оперативники настороженно вошли в квартиру, осмотрелись и застопорились у входа в гостиную. Панин ростом не выделялся, но и коротышкой не был, стал за спинами высоких сотрудников полиции.— И где вас таких дылд выращивают, — раздражался Виталий Егорович, вытягивая шею. — Чего замерли?!Ребята расступились и наконец-то Панин увидел причину заминки. Посреди комнаты слабо колыхалось тело, подвешенное на люстре.— Ёп твою мать, — опустил руки капитан.— Егорыч, вызвать труповозку? — задал бессмысленный вопрос оперативник.— Нет, Коля, попробуем оживить! Конечно, вызывай!Расстроенный следователь приземлился в кресло. Его просто разрывало от досады: "Ну не мог что ли этот балбес позже повеситься!". - Вот незадача, ищи теперь виновных. — Снимайте! — крикнул он застывшим полицейским.Суетились вокруг тела криминалисты, щелкал фотоаппарат, участковый лениво переписывал данные. А Виталий Егорович с кислой миной смотрел на давно остывший труп главного подозреваемого. Уже представил, как снимут портрет с доски почета; не видать премиальных; не обмыть очередную звездочку на погонах.Панин прицокнул от недовольства, подперев щеку. Наблюдал, как санитары погрузили тело на носилки, застегнули черный мешок. "Всё это не хорошо," – подумал следователь и вдруг его мрачные мысли озарила гениальная идея.Он даже в кресле подпрыгнул на радостях. Дело проще простого: ревнивый парень убил девушку, а потом себя! Кислая мина исчезла, на лице засияла улыбка. Так-то намного лучше.И как не пытался доказать упрямцу Сан Саныч, что время смерти у Анжелы и Андрея практически совпадает, а значит парень не мог размозжить голову девушке, после прибежать домой и повеситься.— Что ты мне чешешь, Сан Саныч?! За пятнадцать минут можно всех бомжей Привокзальной разхерачить!— Ну-ну, — патологоанатом устал спорить.— Всё, я закрываю дело! Один малолетний наркоман убил одну малолетнюю проститутку! Всё сошлось! А ты не вякай!— Егорыч, как скажешь, — поднял руки пожилой мужчина, до выхода на пенсию, которого оставалось без малого два месяца. — Аминь! — выдохнул Панин и с чистой совестью покинул морг.