Глава 12

Тот день получился очень насыщенным. И когда мне, наконец, удалось оказаться в тишине своей комнаты, я вздохнула с облегчением. Прошло всего ничего, но маленькая комнатушка стала для меня словно родная. В голову пришли воспоминания о вчерашнем вечере, и я решила повторить ту эйфорию, которую испытывала под горячими струями воды. Теперь можно было делать это почти каждый день.

Я вышла из ванной комнаты так же, как и вчера: с мокрыми распущенными волосами и обернутая в полотенце, едва доходящее до середины бедер.

— Снова воду тратишь по чем зря? — поинтересовался голос позади меня.

В этот раз, казалось бы, я должна испугаться меньше, но практике все работает совершенно иначе. Я снова отскочила к стенке, снова схватилась за края полотенца и снова громко воскликнула. А Вик, как и вчера, спокойно сидел на краю моей кровати и изучал меня своим внимательным взглядом.

— Да ты издеваешься?! Ты... как ты тут оказался?

— Так же, как и вчера, — Вик достал из кармана своей куртки маленький ключик и повертел им у меня перед глазами. Дубликат, конечно же.

— Опять? Что за манера такая, приходить сюда каждый вечер?

— Я тут посчитал, сколько времени ты проводишь в ванной каждый день, — он будто и не слышал меня вовсе. — При таких темпах мы довольно скоро разоримся на воде.

— А нечего было давать мне комнату с собственной душевой. Это полностью твое упущение!

— Так и быть, не вычту сегодняшний душ из твоего гонорара, ведь ты неплохо показала себя днем.

— В нашем с тобой уговоре и речи не шло о том, что мне надо будет проходить вступительный экзамен.

— Непредвиденные обстоятельства, — он лишь развел руками. — Я и подумать не мог, что Юстин так на тебя ополчится. Зато было весело, по крайней мере я вот получил огромное удовольствие от процесса.

Полагаю, дело было в том, что Вик просто не хотел признавать того факта, что не все тут поддается его контролю. Ри тогда обмолвился, что Вик не может пойти против воли своих же людей. Но сейчас он вел себя так, будто все это было запланированной акцией. Пусть он говорит одно, но выражение его лица, такое же непроницаемое, как и всегда, создает совершенно противоположное впечатление. Любые оправдания Вика принимали из-за этого некую форму насмешки или жестокого сарказма, будто его мысли и слова расходились друг с другом. В такие моменты мне сложно было поверить в его искренность.

— Зачем ты пришел?

— Поздравить тебя с официальным вступлением в наши ряды.

— Все ведь совсем не так?

— Зависит от того, какой смысл во всем этом хочешь видеть ты.

— Ты мне тут лапшу на уши не вешай. Говори, что надо, а затем, — я указала на дверь пальцем. — Вам надо будет повернуть вон в ту сторону.

—Тебе надо пройти краткий курс обучения, дабы не отставать от остальных, — продолжил он как ни в чем не бывало. — Здесь нельзя никому быть обузой.

— Прекрасно это понимаю, спасибо, — я сделала импровизированный реверанс.

— Хоть что-то ты понимаешь...

— Эй!

— Эй! — передразнил Вик. — Жду тебя завтра в тренировочном зале в шесть утра.

— А чего так рано, можно хотя бы пару дней на отдых? В конце концов, у меня еще не зажили раны.

— Ты сегодня неплохо справилась с Юстином, а значит и это тебе под силу. Да и потом, никакого отдыха, пока не поднимешься на уровень других солдат, ясно? — сказав это он развернулся и направился к порогу. И только у самого выхода добавил. — Знаешь, твое платье слишком короткое для удара ногой.

— Что?

— Я попрошу Тею принести штаны и майку, хватит с тебя коротких юбок, — на этой фразе Вик вышел из комнаты, оставляя меня наедине со своим позором.

***

На следующее утро, как и было приказано, я пошла в спортивный зал. Это помещение стояло рядом со складами и было похоже на них по строению. Просто одноэтажный барак, весь состоявший из старых деревянных досок. Каково же было мое удивление, когда я приоткрыла старую дверь, а она легко поддалась вперед, не издавая ни малейшего скрипа. В глаза ударил яркий электрический свет.

Само здание внутри казалось намного просторнее. Все стены были обиты бежевыми матами, а на полу лежало мягкое покрытие на несколько оттенков темнее. При входе я сразу заметила некое подобие раздевалки: несколько крючков для одежды на стенах и длинная подставка для обуви. Дальше образовывался небольшой коридор из низких пластиковых перегородок, разделяющих помещение на две равные части и имеющие общий проход. По правую руку от меня расположился просторный зал, наполненный всевозможными тренажерами. Там я заметила двух девушек, попарно работающих с гантелями. Кажется, именно их вчера я застала за утренней пробежкой.

Девушки прервались от тренировки лишь на несколько секунд, когда заметили мой изучающий взгляд. Одна из них спохватилась, будто что-то вспомнив, а затем два раза кивнула головой чуть в сторону, туда, где располагался второй зал. Он был абсолютно пустой, хоть и не уступал по размерам первому. Все его стены были полностью обиты матами, так что я справедливо предположила, что зал выполнял тут функцию ринга.

В дальнем углу, на единственном темном отрезке помещения, куда не проникал резкий свет флуоресцентных ламп, притаилась скрюченная фигура. Вик сидел, прижавшись спиной к стене и свесив голову чуть на бок. По размеренным подъемам груди я поняла, что он спал.

Медленно, стараясь не издавать лишних звуков, я подкралась к нему цыпочках. И хоть мат под ногами несколько раз издавал шуршащий звук, когда я слишком сильно переносила вес на пятки, парень так и не открыл глаза. Усевшись напротив него, я подтянула ноги к груди и стала внимательно разглядывать Вика. Парень казался мне таким же умиротворенным, как и в тот день, когда я впервые очнулась в его комнате: никакого нахмуренного лба, ни единой едкой ухмылки, ни намека на морщинки в уголках глаз.

Я вытянула правую ногу немного вперед и дотронулась мизинчиком до его ступни. Голова Вика едва заметно дернулась, будто прогоняя остатки сна, и лишь затем он медленно приоткрыл слипшиеся веки. С каждой секундой туман в его взгляде постепенно рассеивался, пока Вик полностью не очнулся ото сна.

— Давно ты тут сидишь? — голос парня все еще звучал хрипло после пробуждения.

— Буквально пару минут. Зачем было звать меня на тренировку в такую рань, если сам на ходу засыпаешь?

— Так надо, иначе ты совсем от рук отобьешься.

Вик резко встал и взъерошил свои волосы правой рукой. Теперь он казался совершенно другим человеком — бодрым и полным жизни. Самоуверенность начала сквозить в каждом его движении.

— Поднимайся, — скомандовал он. — Сейчас я буду тебя пытать.

— Зачем мне тренировки...

— Индивидуальные тренировки, — он поднял указательный палец вверх, будто эта фраза должна была открыть мне глаза на многое.

— Зачем мне индивидуальные тренировки, если я и так уже тут? Ты ведь принял меня сюда из-за того, как я проявила себя тогда на поле. Сам сказал, что не видел ничего подобного. А потом я еще и победила в поединке одного из твоих солдат. Да все были в восторге от меня, зал ликовал! — для пущего театрально эффекта я всплеснула руками.

— Смотрю проблем с самооценкой у тебя нет.

— Все не так, — я покачала головой. — Просто это очевидный факт. Ты ведь и сам признал, что я хороша.

— Я признал, что у тебя есть талант, — поправил он. — Ты неплохо тогда справилась, но только лишь «неплохо». Сколько оружия пришло в негодность, пока ты старалась защитить себя на том поле?

— Ну, я...

— Сколько на эту атаку ты потратила патронов?

— Да их и было то не очень...

— Сколько лишних усилий ты приложила?

— Что ты придираешься?! Все же хорошо закончилось, а значит я молодец.

— Просто прокатило. Тебе повезло, что твои враги были такими нерасторопными. Предположим, твои умения и правда немного выше среднего, но они далеки от идеала. Талант нужно развивать, и я хочу, чтобы ты его совершенствовала. Тогда ты одержишь победу не благодаря везению, а благодаря своим собственным силам. Что же касается вчерашнего поединка, то твой противник был достаточно слаб: для него это не являлось вопросом жизни и смерти. Когда нечем рисковать, ты особо и не стараешься. Но у тебя ведь была другая ситуация в отличие от Юстина, верно? Да и, сказать по правде, тобой все восторгались лишь потому, что ты девушка. Будь это поединок двух парней, уверяю, они бы даже внимания на это не обратили. Так что не льсти себе. Не такая уж ты и идеальная.

— Спал бы ты дальше, сексист недоделанный.

— Я с удовольствием выделю тебе время на неделе просто чтобы поспорить, но сегодня мы собрались за другим, не так ли? — спросил Вик.

Вряд ли это была та ситуации, где можно было возражать, поэтому я лишь согласно кивнула головой и проследовала за ним в центр ринга. Вик встал напротив меня и сложил свои руки на груди. Не надо быть гением, чтобы понять, что за этим последовал разбор полетов.

— Прежде всего, — начал он командным голосом. — Тебе нужно научиться извлекать максимум из всех доступных средств. Этот урок касается того эпизода на поле.

— Какая разница? Я же их победила.

— Разница большая! Если вдруг останешься одна и без оружия, то тебе надо хотя бы уметь нормально драться, чтобы заполучить минимальные шансы на выживание. Так что сейчас начнем с основ.

— Да я тебя умоляю! Мне довелось провести на войне уже как пару месяцев. Если не помнишь, то я смогла выжить, даже будучи совсем одна. Да и драться я вполне умею. Ты прекрасно видел это своими глазами на вчерашнем поединке.

— Нет, — Вик покачал головой. — Ты действуешь так, как тебя учили.

— А разве можно как-то иначе?

— Ты девушка, а потому тебе всегда будет сложнее в поединке с мужчиной. Помнишь, как тот солдат на поле повалил тебя просто весом своего тела? Такое будет случаться сплошь и рядом. Мы физически сильнее женщин, за нами преимущество.

— Ну ты и зануда, — я отмахнулась от него рукой.

— Я догадываюсь, что тебе об этом часто говорили, но ты когда-нибудь пыталась воспользоваться этим ценным советом?

Видя мое безразличное выражение лица Вик все понял. Только спустя много месяцев Вик все же признался мне, что этот первый день тренировок дался для него особенно тяжело. Судя по его собственным словам, в тот раз он был готов меня прибить.

— Ладно, раз ты мне не веришь, то давай я тебе продемонстрирую.

Он сделал несколько шагов назад, а затем поманил меня пальцем. Долго упрашивать не пришлось. Как раз в ту минуту моя жажда врезать ему достигла своего предела, так что я резко сорвалась с места и подбежала к парню, занеся правый кулак. Мне показалось, что ударить его в челюсть было бы весьма неплохим вариантом. Более того, я надеялась на то, что народная мудрость «против лома нет приема» оправдает себя. Но Вик даже бровью не повел. Он успел перехватить мою кисть как раз в тот момент, когда кулак был почти у его носа. Парень просто дернул руку вверх так, что я вскрикнула от резкой боли, пронзившую запястье. Затем он так же быстро увел ее вниз, заведя мне за спину. И, поскольку мои ноги уже успели запутаться друг с другом, то я просто запнулась и начала падать на пол. Едва мне удалось снова открыть глаза, как колено Вика уже придавило мое горло.

— Это я называю грубой мужской силой, — усмехнулся он.

— Ты у меня ещё получишь, — попыталась сказать я, но вместо этого раздался лишь хрип.

— Запомни это положение, — продолжал издеваться Вик. — Именно с такой позиции ты будешь видеть мир, если не научишься использовать свои возможности.

Я бы ответила что-то едкое, но теперь у меня в легких совсем не осталось воздуха. Вик лишь отрывисто усмехнулся, а затем убрал своё колено и поднял меня на ноги.

— Ты можешь избежать подобных ситуаций, если научишься владеть своим телом и поймешь, что оно женское, а не мужское.

— Хватит нести ерунду!

— Совсем не ерунду, Я просто пытаюсь объяснить так, чтобы ты поняла.

— Значит хреновый из тебя тренер! Какая разница, парень ты или девушка? Приемы в бою всегда одни.

Вик склонил голову в бок и внимательно посмотрел на меня. По его красноречивому взгляду можно было понять, что он разговаривает со стенкой.

— Что ты можешь сделать в этой ситуации как девушка? — терпеливо повторил Вик.

— Врезать тебе по одному месту.

— Почему же ты не сделала это сейчас?

— Тебя пожалела, — пробурчала я себе под нос.

— Ты растерялась, — сказал он за меня. — В твою голову даже не пришла такая мысль. Но дело даже не в этом, а в том, что тебя приучили думать, как всех.

— Но я же провернула подобное тогда, на поле.

— Лишь потому, что у тебя была возможность подумать об этом. Сейчас же атака была настолько быстрая, что ни одна мысль не успела проскользнуть в твоем мозгу.

— Ты же сам хотел, чтобы я училась думать, как девушка. Но как мне это сделать, если у меня не будет на это времени?!

— Поэтому важно, чтобы это стало основой твоего образа мышления, а не просто сиюминутной догадкой.

— Да ты издеваешься!

— Самую малость.

Вик снова отошёл на несколько шагов назад и подал знак для нападения. На этот раз я не побежала сломя голову. Мы ещё минуты две стояли друг напротив друга и ждали, когда я решусь на первый шаг. При всем этом Вик не торопил меня. Вспоминая об этом сейчас, спустя много времени, я могу сказать, что именно эта его черта нравилась мне в нем, как в тренере, больше всех прочих. Когда Вик видел, что человеку надо подумать, он давал столько времени, сколько требуется. При этом он и никогда не преподносил легких ответов на блюдечке с голубой каемочкой. Ты всегда должен был додумывать все сам, пока он терпеливо ждал. Это и делало его бесценным учителем. Ты можешь долго искать решения, зная, что рядом есть человек, готовый ждать тебя. И, как ни странно, но именно его смутные намеки и терпение помогли мне найти ответ.

На этот раз, когда я понеслась на него, мне пришлось полностью копировать свои предыдущие движения. Я вытянула кулак вперёд, Вик перехватил меня за запястья и резко дернул его вверх. И в тот самый момент, когда он собирался завести мне эту руку за спину, я схватила его второй свободной рукой, подтянулась вверх и уцепилась ногами за его пояс парня. Грубо говоря, я повисла на нем как обезьяна на дереве. Этого Вик явно не ожидал, а потому ослабил хватку. Думать дальше я уже не могла, все движения выходили как-то сами по себе. Я прижала свои ладони к его лицу, чтобы он не смог дернуть головой, а затем, немного откинувшись назад, ударила его лоб своим. Мы оба зашипели от боли. Вик стремительно стал терять равновесие и я, вовремя сообразив, успела расцепить хватку, спрыгнув с него прежде, чем он повалился на колени.

Парень сидел на мате, обхватив свою голову и не шевелясь. Я же с трудом осталась стоять на ногах, потирая при этом ушибленное место. Вдруг послышался звонкий смех, который резко нарушил тишину помещения. Вик сидел, схватившись рукой за лоб и смеялся изо всех своих сил. Первой моей мыслью было спросить, все ли у него в порядке, но потом я поняла, что всего пару секунд назад стукнула его головой. Вопрос, чуть не сорвавшийся с языка, показался мне неуместным.

— А ты молодец, — сказал Вик, все еще дрожа от приступа хохота.

— Я надеюсь, что тебе очень больно, потому что именно этого я и добивалась.

— Что же, — продолжил парень. — Это было весьма неплохо. У тебя самой-то голова цела?

— Все в полном порядке, — ответила я, хотя боль в области лба нарастала с каждой минутой.

— Ты же понимаешь, что смысл удара — причинить боль противнику, а не вам обоим?

— Да о чем ты? Я прекрасно себя чувствую.

— Ну конечно.

Вик, все еще сидя на полу, резко поддался вперед и обхватил мои ноги своей рукой, а затем быстро поднялся вверх. Я же, лишенная всякой точки опора, перевесилась туловищем через его плечо и рухнула вниз.

— Ты всегда должна быть готова даже к самой неожиданной атаке.

Неожиданная атака, значит? Я попыталась сделать дуговой удар ногой с пролетом в корпус противника. Получись у меня этот маневр, и Вик бы точно сломал пару ребер, но он успел перехватить мою ногу и крепко зажать ее подмышкой. Так мы и стояли: я, подпрыгивающая на одной ноге, и он, стиснувший мою вторую ногу своими сильными руками. Где-то поблизости послышался сдавленный смех. Я оглянулась через плечо и увидела тех девочек, что тренировались в зале напротив. Теперь они стояли возле ограды и наблюдали за нашей тренировкой. Одна из них прижала ладонь к лицу, ее щеки сильно покраснели. Видимо, они уже достаточно давно тут веселились.

— Если ты ничего не предпримешь, мы можем так до вечера простоять, — демонстративно зевнул Вик.

Я вспомнила, что видела нечто на курсах военной подготовки. По крайней мере, там это выглядело довольно-таки эффектно. Глубоко вздохнув, я подпрыгнула на единственно оставшейся ноге, параллельно делая в воздухе полуоборот. По моим планам удар должен был прийтись как раз на лицо парня, однако я явно переоценила свои возможности. Вместо лица моя пятка попала по руке Вика, в которой он сжимал мою вторую ногу. Поскольку удар пришёлся не в то место, то Вик лишь слегка оступился. При этом важно учесть, что он все ещё сжимал мою ногу. И, когда парень попятился от удара, я попятилась вместе с ним. Накренившись на бок, мое тело с грохотом упало на маты. И да, прилетела я точнехонько лицом вниз. А Вик, по инерции, повалился вслед за мной. Так что, когда меня сверху придавило тяжелое тело, я готова была поклясться, что услышала хруст.

— Ты в порядке? — спросил Вик тут же поднимаясь на ноги.

— Ты сломал мне нос! — вряд ли он расслышал эти слова, потому что я все ещё лежала на мате лицом вниз.

Вик аккуратно взял меня под локти и попытался поставить в вертикальное положение. Из носа тут же хлынула кровь.

— Кажется, тебе не очень хорошо...

— Правда что ли?! — воскликнула я, прижимая край черной майки к лицу.

— Кстати, хороший удар ногой, достаточно сильный. Это может стать твоей фишкой, — Вик продолжал говорить, словно не замечая мой поток ругательств, адресованный в его сторону. — Если ещё немного потренируешься, то научишься рассчитывать удар.

Я резко отняла теперь уже промокшую футболку от носа и с разворота стукнула парня по животу.

— Ай! Ты что творишь? — Вик согнулся в три погибели.

— Отрабатываю удар ногой.

— Сейчас?! Я тут пытаюсь объяснить твои ошибки!

— Ну ты же мог чесать языком после того, как разбил мне нос! Так что не вижу никаких проблем.

— Да что у вас тут происходит? — краем зрения я уловила быстро приближающуюся фигуру Ри. Одной девочки у изгороди не хватало. Видимо, она отправилась за ним, чтобы сообщить о происшествии.

Ри вклинился между нами и начал метать злые взгляды то на него, то на меня. И, судя по тому, что я больше не зажимала нос краем майки и кровь просто стала стекала по моему подбородку, Ри все же решил встать на мою сторону.

— Тебе надо к врачу, — обратился ко мне. — Не похоже, чтобы нос был сломан. Полагаю, у тебя от сильного удара просто лопнул сосуд. Но все равно сходи и проверься! А ты, — теперь он развернулся к Вику. — Если ты хочешь, чтобы девушка отбросила коньки на первой же неделе, то продолжай в том же духе.

— Ри, — отрезал Вик. — Не вмешивайся в мои тренировки! Я сам решаю, что ей нужно, а что нет. Это ещё не предел, она способна на большее.

— Я не сомневаюсь! Но если она истечёт кровью прямо тут, то кто будет за это отвечать?

Вик глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, а затем махнул на нас рукой.

— Да делайте что хотите. Если она погибнет первая, я не виноват.

Я сглотнула. Даже после того, как мне приходилось принимать участие в открытых столкновениях, это все равно звучало жутко.

— Я, пожалуй, ещё немного потренируюсь.

— Нет, — возразил мне Ри. — Ты сейчас пойдёшь в медпункт, где тебя подлатают.

— А потом пойдёшь на полигон, где Ри проведёт для тебя свой краткий курс по стрельбе. Он у нас тут самый меткий, — лучезарно улыбнулся Вик.

— Ну и сволочь же ты, — прошипел его друг.

— А вечером пойдёшь на тренажеры с Катой. И чтобы к концу этого месяца у тебя была такая же хорошая фигурка, как и у неё, — продолжал свой список Вик.

— Да ты извращенец...

— А утром, ровно в то же время, буду ждать тебя тут. Мы продолжим то, на чем остановились.

— У неё ещё не зажила рана! — попытался вставить слово Ри.

— Она знала, на что идёт. Не так ли, Эл? Думаю, рана не станет помехой, если она и правда хочет выжить и спасти своего дружка. Ты ведь еще не передумала?

— Никак нет, — сказала я больше из вредности, нежели из-за привычки отвечать по стандартной схеме.

— Как я и думал, — Вик кивнул и направился к выходу, оставив нас с Ри в тишине зала.