9.

Он понятия не имел, сколько дней женщина продержала их в подвале. Но за это время сумел выяснить, что рядом с ним такие же дети. Кого-то он даже встречал в школе на переменах, но не общался. Парочка старшеклассниц сидела, прижавшись к стенам. Остальные были либо примерно его возраста, либо младше. Самый маленький мальчик почти не шевелился, просто смотрел в одну точку опухшими глазами и ни на что не реагировал. Особо никто друг с другом не контактировал и казалось, что некоторые из ребят очень давно находятся взаперти и сильно обессилены. Тэхён не сразу понял, почему они так выглядят. В голову лезли мысли, что, возможно, хозяйка дома избивает своих жертв. Но на деле оказалось, что она частенько забывала их кормить. Или делала это осознанно, чтобы у них не было сил бунтовать.       Тэхён помнит ощущение нестерпимого голода. Те крохи, что иногда им приносили, могли поддерживать жизнь, но не энергию. В первый раз, когда женщина пришла кормить их и Тэхёну освободили рот, он попытался заговорить и выяснить, что происходит. Но вместо ответов его грубо заставили замолчать. У него не оставалось сил даже плакать – тело полностью подчинилось страху, а затем и апатии. Он слишком быстро перестал сопротивляться. Растерянность от непонимания, что происходит, не давала собраться с мыслями. В голове была каша. Поговорить с остальными пленниками не выходило. Все были напуганы не меньше его.       — Она так ничего не объяснила? — Юнги всё-таки задаёт вопрос, прерывая Тэхёна. Тот пожимает плечами:       — Её отношение к нам было больше похоже на отношение к животным. Как в самом плохом приюте. Она не любила шум, не разговаривала с нами. Просто подкармливала, чтобы мы не умерли раньше времени.       — И как долго ты там был?       — Думаю, намного меньше, чем остальные. После меня она привела только одного ребёнка.       Одной ночью Тэхён проснулся от шума. Хозяйка дома неожиданно пришла в подвал, таща за собой большой мешок. По крайней мере, так показалось поначалу. Женщина не всегда включала свет, да он особо и не помогал: маленькая лампочка висела над входом и не охватывала всё пространство. В тот раз Тэхён тоже прислушивался к темноте, пытаясь уловить звуки ребёнка, которого привели. Но не слышал ничего, кроме шуршания верёвок по деревянному полу и тяжёлое дыхание ведьмы. Даже когда она ушла, тёмный силуэт в дальнем углу не шевелился. Но у мальчика не было особой возможности, да и желания, проверить что с новичком.       Он думал, что утром, когда их будут кормить, все и так увидят, кого привела хозяйка. Но прошло совсем немного времени и женщина вернулась. Она громко топала вокруг детей, бубнила какие-то слова под нос. А потом начала расчищать центр помещения. От шума пробудились остальные. Тэхён видел, как тени на полу шевелились, пытались увернуться от рук женщины. Но она всё так же размеренно продолжала хватать их за ноги и оттаскивать ближе к стенам.       Тэхён изначально заснул, прижавшись спиной к холодному камню, поэтому его пропустили. И он молча наблюдал за сценой сквозь мутные стёкла очков. Может быть, на полу была ещё одна дверь, ведущая во второй подвал? И ведьма хочет спрятать их ещё глубже. От этих мыслей стало не по себе: что, если родители узнали, где он находится, и пошли к дому искать следы Тэхёна? Если они спустятся сюда, а его не будет на месте, как мама с папой сумеют его найти? Как дать знак где их держат? Может, получится что-нибудь начертить на стене? Конечно, это было нереально – камень твёрдый, а у мальчика не было ничего острого. Очки ломать не хотелось, ведь без них он совсем плохо видел. А страх слепоты был всё ещё сильнее. Он всё-таки потянулся пальцами к холодной поверхности и ногтями заскрёб по ней, сам не понимая что пытается написать. Да и навряд ли у ребёнка получилось бы.       Женщина тем временем наконец-то расчистила место и встала по центру комнаты. Опустившись на колени, она вытащила что-то из кармана и начала вычерчивать рисунок. В темноте чуть заметно начали проступать белые линии и мальчик понял, что рисует она мелом. Изображение постепенно разрасталось, превращаясь в широкий круг, похожий на паутину. Очень странно было, что женщина ночью решила порисовать в подвале рядом с детьми. Может, она так пыталась их успокоить и поиграть? В голове у Тэхёна крутилось много вариантов, но даже ему казалось, что происходит что-то странное.       Когда паутина была закончена, хозяйка дома поднялась на ноги. Она так и не позвала никого из детей, наблюдавших за её действиями, а сами они ни за что бы не подошли самостоятельно. Тем более, что верёвки, сковывающие их руки, не позволили далеко отойти от места, где их привязали. Женщина не собиралась уходить, напротив, она стала прохаживаться по помещению и что-то развешивать. Оказывается, в подвал она спустилась с большим ведром, из которого вытаскивала какие-то ветки и раскладывала на разных местах. Когда один из таких пучков положили возле Тэхёна, он почувствовал исходящий от него запах. Это оказались букетики цветов. Он не знал точно каких. Пахло обжигающе горькими травами и тошнотворной сладостью. В носу сильно свербило от аромата и он несколько раз поморщился, отгоняя неприятное ощущение.       Тэхён мог немного отодвинуться, чтобы не вдыхать запах. Но затем женщина начала зажигать свечи и оставшиеся в ведре букеты поджигать над огоньком. В помещении резко стало нечем дышать. У мальчика закружилась голова и ему показалось, что он поднимается над своим телом и замирает над ним в воздухе. Он больше не чувствовал своих рук и ног, не мог ими пошевелить. Даже моргать не получалось. Но при этом у него не было потребности закрыть глаза. Словно дым минуту назад не заставил выступить слёзы.       Дальнейшие события проходили быстро. Мозг не особо фиксировался на действиях женщины. Она продолжала зажигать свечи и постепенно становилось светлее. Пелена из-за дыма всё равно мешала рассмотреть подвал и остальных детей. Они все лежали на полу так, словно опять заснули. Тэхён понял, что они пребывают в таком же оцепенении, что и он. Не могут шевелиться, плакать и хоть как-то постоять за себя.       Он не помнит, как ведьма уходила, на сколько их оставляла в странном тумане, и когда потом вернулась. Тэхён лишь зафиксировал, что внезапно она материализовалась в центре паутины, которую уже позже он распознал как пентаграмму, сжимая в руках тело ребёнка. Мальчик не был похож на ребят, что с ним сидели в подвале. Он был маленький и больше напоминал фарфоровую хрупкую куклу на шарнирах, какую он видел в гостях у маминой знакомой. У него были очень тонкие руки, не прикрытые тёмно-красным клетчатым пледом, и большая непропорциональная голова. Весь его вид говорил о том, что он болен. Только спустя минуту до Тэхёна донёсся сладкий аромат, похожий на тот, что он почуял раньше. Но в этот раз запах принесла с собой женщина и заполнял он всю комнату. Даже в своём полуосознанном состоянии Тэхён почувствовал тошноту. С каждой минутой дышать становилось тяжелее. Тэхён сумел раскрыть рот, чтобы вдыхать воздух через него, но теперь ощущал гнилостный вкус на языке. Его резко вернуло в тело, вынуждая испытывать боль в животе, который как будто пытался вытолкнуть себя наружу.       Пока он пытался совладать с подступающей рвотой, женщина опустила ребёнка на пол. По сравнению с другими детьми, с этим мальчиком она была очень аккуратна. Расправляя на его теле плед, она приподняла его выше и Тэхён сумел рассмотреть лучше, что скрывается под тканью. И в этот раз его действительно стошнило.       — Она выпотрошила его, — шепчет Ким в настоящем и Юнги чувствует, как мурашки бегут по коже. — Рёбра были вскрыты и в них, как в миску, были закинуты растения и чёрная земля. Всё тоже самое, что она раскинула по кругу вокруг нас.       — Она напичкала его цветами? Как она думала оживить его таким образом?       Тэхён улыбается через силу и старшему его становится ужасно жалко. По-хорошему, ему надо плакать. Ким испытал столько боли, но он продолжает делать вид, что всё в порядке. Юнги бы не смог так сдержанно рассказывать о подобном.       — Я не знаю, как это работает, хён. За столько лет я не сумел найти информацию об обряде. Письменных источников нет, хотя есть древние легенды. Из поколения в поколение хранители передавали друг другу в устной форме истории. Но в современном мире не осталось никого, кто мог бы мне помочь.       — Ты искал?..       — Конечно. Я мог бы вечность посвятить тому, чтобы лазать по библиотекам и изучать монографии и научную литературу. До недавнего времени этим и занимался.       Юнги тут же вспоминает как Тэхён постоянно листал книги в книжном магазине. Это был его способ обучаться и изучить собственное посмертие.       — У неё ничего не вышло? — догадывается Мин. — Ведь ты бы здесь не сидел.       — Не сидел, — соглашается парень.       Может быть, ведьма смогла бы воскресить сына, если бы не одна ошибка. Непонятно было, знала ли она про условие изначально, или нет. Но во время ритуала что-то пошло не так.       Тэхён плохо помнил, что делала ведьма и что произносила. Он лишь чувствовал, как постепенно тонкая дымка объединяет тела детей. Чем глубже он вдыхал, тем глубже дым проникал в лёгкие и как будто впитывался всем телом. И с каждой минутой мальчику казалось, что его сознание расширяется. Это было ложное ощущение, но всё это он понял позже. На самом деле его душа спаивалась с душами других ребят, из-за чего он начинал физически ощущать их присутствие.       — Такова плата, — объясняет Ким. — Чистые души нужны в качестве оплаты. Чем их больше, тем лучше для ритуала.       Но ведьма ошиблась в выборе детей.       Когда живёшь в маленьком городке, ты знаком с каждым соседом, даже самым странным. И думаешь, что знаешь все сплетни и все дела людей. Даже эта женщина, когда была моложе, контактировала с жителями, помогала им своими травами и зельями. Поэтому не задумалась о возможной проблеме. А зря, ведь, если бы она была более внимательной, то замечала такие детали, которые непонятны остальным.       — Когда она начала кричать, я понял, что что-то случилось ужасное.       — Ужаснее того, что она заставила вас пережить?       Тэхён игнорирует вопрос.       — Тело мальчика не приняло душу обратно. И с этого момента всё изменилось.       Оно не просто отринуло душу, оно начало наполняться чем-то тёмным. В результате чего из выпотрошенного тела начала разливаться тягучая чёрная жижа, заполняющая всё пространство.       — Этого не должно быть! — в голосе женщины звучала настоящая паника. Она замерла перед телом сына и мелко тряслась. Взгляд её метнулся к ребятам. Казалось, она пыталась обнаружить среди них кого-то определённого.       Как будто что-то поняв, она резко бросилась к старшим девочкам и начала их трясти.       — Это кто-то из вас! Кто-то точно из вас? Мелкие шлюшки!       Она хватала их за волосы, пытаясь пробудить.       — Мне нужны чистые души. Это вы всё испортили! Вы грязные! Наверняка, вы!..       В тот момент ему было непонятно, но спустя время Тэхён осознал, что имела в виду безумная женщина. Ей нужны были невинные тела и чистые души. Но среди детей затесался кто-то, кто уже был "испорченным", как называла ведьма.       — Она ошиблась и с жертвами, — продолжает Ким. — Это были два младших ребёнка. Их семьи, они... Не очень добропорядочные...       — Хочешь сказать, что их насиловали? — догадывается Юнги. И чувствует подступающую тошноту, когда парень кивает. — Ты это узнал, когда вы объединились?       Тэхён снова кивает.       — Их воспоминания хранятся во мне. Я личный архив призраков.       Юнги мутит. Ему страшно представить, что хранит в себе Тэхён. Что за ужас испытывали те дети и что ему передали в качестве "наследства".       — Но почему же ты не стал как они? — меняет он тему, чувствуя себя трусом.       — Хотел бы я знать.       На самом деле Тэхён догадывается о том, почему он сохранил разум.       Когда чёрная жижа добралась до тел детей, она пыталась их всех поглотить. Не только физически, но и духовно. Тэхён помнил, как что-то прорывалось внутрь, пытаясь завладеть всем его существом.       «Прими мою силу».       «Бедный Тата, ты совсем один, никто с тобой не хочет дружить».       «Даже родители не захотели тебя искать».       «Прими мою силу и мы вместе отомстим всем».       Голоса заполняли голову, пытаясь уговорить его сказать «да». Маленьких детей, напуганных и обиженных, обессиленных после стольких дней пыток легко уговорить. По крайней мере, это сработало с остальными. Они испытали так много боли, что новая причиняла невыносимые мучения. И хотелось от неё скорее освободиться.       — Но я держался, — Тэхён опускает голову. Он нервно мнёт рукава рубашки и Юнги кажется, что сейчас скажет нечто невозможное, что его тоже смутит. — Потому что вспоминал о тебе.       Мин не отвечает – его хватает только удивлённо заморгать и тупо уставиться на парня.       — Я вспоминал все эти дни нашу встречу и это мне помогало держаться. Мне же казалось, что теперь у меня есть друг и я хотел снова с тобой встретиться. Возможно, поэтому я так долго сопротивлялся.       Но это не помогло Тэхёну пережить ночь, думает Юнги. Он всё равно остался в том доме, погребённый под обломками.       — Что произошло дальше?       — А дальше, — отвечает Ким, — начался пожар.       Скорее всего, сама ведьма сбила несколько свечей, когда боролась за жизнь. Жижа в первую очередь бросилась на неё, повалив с ног и впечатав в стену. От удара о камень голова её хрустнула и она тут же потеряла сознание. У детей не было возможности вырваться, потому что они всё ещё были связаны и одурманены травами. Но, что ещё важнее, – как только их тела соприкасались с тёмной жидкостью, они больше не могли двигаться.       — Пожарные на самом деле спускались вниз, — снова объясняет Тэхён. — Даже мои родители пытались забраться в завалы и найти моё тело. Но никто бы не смог нас обнаружить, потому что тела разложились за считанные часы. Эта жижа, она... Как будто расплавила наши кости и внутренности. И впитала в себя. Скорее всего, всё это привело к тому, что в доме было опасно находиться живым. В газетах писали, что людям становилось плохо, когда они близко подходили к дому. По крайней мере, первые пару лет. Если бы так продолжилось, та чёрная субстанция... Ты знаешь, хён.       Конечно, он знает. Юнги видел существо, вышедшее из кокона. Оно состояло из жижи и вело себя похоже на то, что описывает Тэхён.       — Но что ей мешает просто захватить тела всех существующих людей?       — У всего есть свои законы, — Ким нервно кусает губы. — Даже я не мог зайти к тебе без разрешения, а я ведь сохранил разум.       Мин нервно трёт шрам на запястье. Ему тяжело осознать масштаб того кошмара, который преследует с детства. И страшно думать о том, что ждёт впереди. Но он всё-таки спрашивает:       — Что ты помнишь ещё?       Тэхён поднимает на него взгляд и смотрит очень пристально.       — Я помню, как потом к нам пришёл ты.