5. отделение ада

тэхён иногда гадал сам — развлечения ради, на самых обычных игральных картах. это успокаивало его мозги — он воспринимал это настолько же важным, как раскладывание пасьянса в полупьяном, практически сонном состоянии, то есть — неважным вообще. вот и сегодня вечером, когда энергии были практически осязаемыми, он отчего-то вновь достаёт их из картонной зашарканной упаковки. его волновала вся сложившаяся ситуация в совокупности, он точно не мог утверждать, что вопрос, что ждёт их с чонгуком дальше и как пройдёт завтрашний день имели разный вес. поэтому он начинает вынимать карты из колоды произвольно, не зацикливаясь на том, что выпадает. его знания были поверхносты, но их хватало, чтобы понять, что ситуация крайне нестабильна. падают тузы, короли и семёрки — он цепляется глазами за сочетания. — господин ким? — он вздрагивает от неожиданного голоса. сольхи подкрадывалась будто на цыпочках. — я не отвлекаю вас? — нет, сольхи, я ничем не занят, — одним движением от прячет карты на тонкий план. — что-то случилось? — вы пропустили ужин, бабушка послала спросить, не будете ли вы есть? — ох, нет, — девочке было примерно столько же, сколько и чонгуку, если он правильно помнил, но она казалась гораздо младше — её миниатюрное телосложение прятало в себе едва сдерживаемую силу. — инспектор пригласил меня на ужин, я должен быть там через полчаса. — хорошо, я так и передам бабушке, — ведьма почти закрывает дверь. — вы поздно вернётесь? он сглатывает слюну. — я боюсь, что вообще не приду сегодня ночевать, — он видит ухмылку на чужом лице. — у меня много дел вне дома. она лишь хмыкает и пропадает за дверью. ужин с инспектором действительно был в его планах, потому что ещё вчера инспектор как бы невзначай зашёл к минам и предложил тэхёну «обсудить детали дела в более спокойной обстановке». странно — он и допрос не воспринимал, как нервное потрясение. к картам он так и не возвращается — куда лучше было сходить к местной ведунье или, в конце концов, следовать тому плану, который он придумал. его пугала даже не сама неудача, а её возможность, потому что семья чонгука оказывала ему слишком большое содействие. без их очевидной помощи, он вряд ли сможет быть уверен в результате. он чувствовал, как коленки треслись, когда подходил к дому старосты, но внешне лишь уверенно открывал практически никогда не закрытую дверь и пытался дышать через нос. — господин ким, вы очень пунктуальны! — инспектор появляется в проёме. — обычно у экзорцистов проблемы с временем. — я не очень рад быть здесь, — блондинистая голова мелькает на кухне. — я жду, когда снова смогу вернуться к работе. — мы как раз и собрались, чтобы обсудить это. их усаживают за стол — между ним и инспектором два метра красной скатерти, которые уставлены разными блюдами. тэхён не планировал ничего есть — пусть и дешёвый, но всё ещё действующий, трюк с отравлением или подмешиванием порошка истины всё ещё был возможен. — что вам положить? — я не голоден, спасибо, — губы инспектора немного поджимаются, но тут же вновь растягиваются в улыбке. — что же вы, господин ким, — ему наливают вина. — боитесь отравления? — а вы нет? их взгляды встречаются. — обычно я не соглашаюсь ужинать в том доме, где опасаюсь чего-то, — вино блестит в стакане. — зачем же вы тогда пришли? или вы думаете, что так нынче комиссия проводит допросы? — тэхён удобнее садится на стуле. — откуда у комиссии такие средства, — они действительно сидят вдвоём, хотя, ему вначале подумалось, что к ним присоединится чужой помощник. — я сразу понял, что это лично ваша инициатива. вот только что вы хотите выводить у меня пьяного? подробности того вечера? так я рассказал вам всё, что помнил. — вам не приходило в голову, что ваши воспоминания могли подменить? — тэхён крутит вино в бокале — оно действительно не выглядело опасным. — такое часто делают на границах территорий. чем лес — не граница? — к чему вы клоните? — его даже немного заинтересовывает эту полубредовая беседа. — вы считаете, что чонгук мог провести такое сложное действие? он же абсолютно не знает леса, как он мог узнать, с какой стороны я появился в лесу. — а вы хорошо знаете лес? — тэхён почувствовал, что тот зацепился за нужную часть информации. — когда-то давно я работал там над дипломом, — мужчина откусывает кусок курицы. — мы говорили с чонгуком, он рассказывал, что очень хотел бы проводить там исследования для своего диплома. — то есть, вы не отрицаете того, что подобное могло произойти? — ответ тэхёна будто бы просто заполнил тишину. — у меня достаточно сильная защита, я активно работаю над ней, — он нюхает вино, не находит никаких странных запахов и решает всё же пригубить его. оно, как и ожидалось, горчит. — с остальной четой чонов я ещё не успел познакомиться, — враньё не было плохим в данной ситуации. — ох, их семья имеет большое значение для нашего государства, — он внимательно следит за тем, чтобы тэхён всё же поставил бокал на стол. — дедушка чонгука — военный, а бабушка — одна из ведьм верховного ковена. и, если честно, комиссия меньше всего хочет проблем с ними. — а в чём собственно дело? — тэхён моргает. — произошла, как мы предполагаем, бюрократическая оплошность, — тэхён замирает. инспектор оказался куда более скучным и прозаичным, чем он предполагал. — на имя чонгука есть контракт с демоном, который он, естественно, заключить не мог, потому что он не экзорцист. это наводит меня на мысль, что кто-то другой мог заключить этот контракт, — чужой прожигающий взгляд он ощущает на себе всем телом — страх внутри сжимает пищевод. — вы снова говорите загадками, — тот усмехается. — если вы в чём-то подозреваете меня, то скажите прямо. — нет, вы что, никаких подозрений, — тихий смех заполняет паузу. — у вас нет никаких контрактов с демонами? — я имею право не распространяться об этом, — вилка лязгает по тарелке. — эта информация вполне себе общедоступная, господин ким, особенно, для комиссии. и тут он понимает, что игра резко меняет правила — его репутация и всё сказанное до этого может обрушится и оставить на нём много пыли и штукатурки. — а что с тем контрактом, который якобы заключил чонгук? — тэхён складывает руки на столе. — какого демона вы ищите? — тала, — тэхён старается держать лицо. — вы не встречались с ним раньше? — вы же в курсе, с кем я работаю и как долго, — чужие глаза вновь вцепляются в него. — вы же запросили информацию у отдела ада, зачем же тогда выпытываете что-то у меня? все наши контракты подтверждаются у высшего руководства перед тем, как мы начинаем работать с демонами, — он откровенно защищается. — я подумал, что вы могли бы быть в курсе того, кто работал с талом. я надеялся, что вы окажете большее содействие следствию, — инспектор промакивает рот салфеткой. — что ж, если у вас больше нет никакой информации и вы ничем не можете поделиться, то может всё-таки попробуете курицу? — тэхён встаёт из-за стола. — может тогда попробуете объяснить, почему в доме чонов такая большая магическая активность? — отвлекающий вопрос про еду был лишь подводкой к действительно важному вопросу. — они напуганы нашей завтрашней вылазкой, — улыбку инспектора тэхён, почему-то, запоминает. — вы же не планируете ничего сверхдозволенного? — нет, вы что, — он тоже встаёт со стула. — только то, чего требует регламент и ситуация. они подходят к входной двери — тэхён почти толкает её, как слышит приглушённый голос инспектора. — надеюсь, ваша защита действительно так хороша, как вы о ней рассказываете. он оборачивается и смотрит в чужие глаза. они ровно такие, как у всех военных, мракоборцев и прочих тех, кому позволено безответственно и в приказном тоне убивать. он моргает и пропадает из дома старосты. *** — хозяин, я не готов появляться тогда, когда ты этого хочешь. у меня сейчас больше дел, чем ты думаешь, — глубокий голос тала пробегает мурашками по спине тэхёна. — тебе нужно сдасться инспектору, — чужие глаза начинают гореть. — это приказ. *** — сколько можно, юнги, — госпожа мин раздражённо гаркнула на мельтешащего по дому внука. — ты можешь прижаться к стулу? он только в очередной раз выглянул в окно — очертания чужого дома и явный приезд кого-то, чьи энергии сейчас практически сбивали его с ног, заставляли щуриться. насколько это будет этично — появиться на пороге перед ним без единого намёка на встречу спустя почти четыре месяца тишины? — зачем чоны приехали? — он не отходит от окна, разговаривая с ней спиной. — дети не могут просто так приехать к родителям? не у всех столько работы, сколько у тебя, — он продолжает смотреть на черепицу. — чего это они тебя так волнуют? чонгук и так каждый день приходит сюда. — он приходит не ко мне, бабушка, — фигура мага резко выходит из дома — он казался чёрным пятном на зелёном ковре двора. — кстати, — она встаёт с места и подходит к шкафчику. — я брала рецепты у госпожи чон, не мог бы ты быстро сбегать и отдать их? у меня ещё много дел, — юнги смотрит на протянутые бумажки. — послала бы лучше сольхи, — он берёт их в руки. — она пошла на почту, — юнги смотрит ей в глаза — те наполнены каким-то разочарованием. — надеюсь она переписывается с научным руководителем. — конечно, бабушка, ей же больше не с кем, — он накидывает мантию. старушка провожает его взглядом — чужой сдерживаемый гнев ей был непонятен. она старалась поддерживать по крайней мере нейтральные отношения с остальными правящими фракциями, тем более, это именно чоны много веков назад пригласили их семью в правительство, когда ещё её самой не было в живых. с госпожой чон они ещё девчонками ходили по лесу, пока не началась та самая война, про которую упоминал тэхён. вот только экзорцист застал её затухание, тогда как сейчашние ведьмы верховного ковена были вынуждены жить в иссушающем ожидании возможной смерти на протяжении целого века. войны ужасны всем. начиная от того, что само их явление — это бутафорская попытка заскучавших магов помериться силами и цистернами пролитой крови, заканчивая тем, что понимание и всеобъединяющее принятие собственной гибели — противоестественно для смертных существ. кажется, словно в магическом мире грань между жизнью и смертью размыта, но лишь немногие представители сообщества сталкиваются с существами тонкого плана или теми, от кого остались лишь плоть и кости, большинство же работает со стихиями и пытается всячески сдерживать кровопролитие и не всегда победоносную смерть. она многого не помнит с того времени, потому что попросила эти воспоминания выдрать из её головы — та самая циркачка сделала это относительно быстро и безболезненно. поэтому наблюдать за чужими фырканиями в сторону чонов кажется ей как минимум неуважительным. юнги же не испытывал уважения к тому, к кому практически грозно шёл, стукая каблуками, да так, что мантия аж разлетелась в стороны, делая его силуэт всё более зловещим для господ чонов. виновники чужого приезда уже скрылись где-то по дороге к лесу, но ткань чужой мантии поблёскивала на солнце. с каждым таким фактом экзорцист становился для юнги всё более непонятной фигурой — слишком быстро он появился, и ведьмаку стоило лишь предполагать, как же быстро он улизнёт обратно, взяв всё, что ему нужно. юнги не воспринимал их всерьёз — большое ли это дело, работать со всякой нечестью? что полезного сделали эти укротители бесов для мира или хотя бы государства? поговорить с чонгуком ему не представлялось возможным — он либо сидел в чужой комнате, либо писал диплом, так что на друга времени критически не находилось. юнги понимал, что выбросит весь свой гнев через две минуты, как только увидит чужое невозмутимое лицо, поэтому мысленно планировал спокойный и сдержанный разговор с чонгуком. может, совет старшего товарища спасёт неопытного чонгука от очевидной угрозы, которую все, почему-то, пропускают сквозь пальцы. — ничего себе, — чимин стоит около двери, привлекая внимание к себе выкриком. — и давно ты в деревне? — я тебе не «ты», — калитка стукается о замок. — а господин мин, — он подходит к нему на расстояние двух метров. — даже так, — чимин приподнимает брови. — что-то случилось, господин мин? что привело вас в обитель лжи и провокации? — ты издеваешься? — он видит, как тот моргает. — нет, чимин, ничего не случилось. ты всего лишь игнорируешь мои сорок писем, на которые я, между прочим, трачу свои деньги. — о каких письмах речь? — юнги физически чувствовал, как кровь начинала поступать к глотке. — или вы о тех, которые я попросил идентифицировать, как спам? — так я нынче — спам? — у меня другого названия для двадцати одинаковых писем, трёх поэм и всякого головокружительного бреда на остатки — не находится, — юнги сжал кулаки. — зачем ты приехал? душу мне травить? — не думайте о себе слишком много, господин мин, — последнее он специально произносит протяжнее. — я здесь для секретного задания от читы чонов, потому что кроме меня им некому помочь, — чимин выглядел уставшим. — мы можем поговорить по-нормальному? — а что нормального в отношениях между ведьмаками, господин мин? мне казалось, что ваша семья очень щепетильно относится к продолжению вашего рода, — юнги подходит ближе. — если мне не изменяет память, то именно об этом мы и говорили в нашу последнюю встречу, — он смотрит в чужие глаза. — если бы ты читал письма, то увидел бы, что я там извиняюсь за свои слова, — пак скрещивает руки на груди. — это удивительно, но мнения могут меняться. — конечно, под натиском сексуальной неудовлетворённости мнения не то что меняются, испаряются, господин мин, — юнги почти стонет. — как ты думаешь, если бы мне нужно было только это, то стал бы я так неистово добиваться твоего прощения? — меня более не интересуют ваши потребности, господин мин, — он зевает. — можете быть свободны, прощения вы не получите даже под страхом моей или, не дай боже, вашей смерти, — и дверь хлопает прямо перед чужим носом. юнги стукает об дерево кулаком, вымещая весь гнев и раздражение от этой ситуации на несчастную дверь. возможно, он был малость не прав в их последний разговор. тогда много накопилось — работа, отказы от исследовательского центра, сестра и её неотёсанный парень — всё это медленно, но верно вело к тому, что чимин уехал в тот вечер, полный по самое горло оскорблений и разочарования. их отношения сложно было определить в какой-то разряд или касту — их знакомство было нетипичным, их встречи то лавинами настигали их, то пропадали по несколько недель. юнги нравилось наблюдать, как чимин будто бы позволял ему занимать какое-то важное место в его жизни — сначала позволил себе поехать в экспедицию в горы вместе с некромантами, остановившись буквально в соседней от юнги пещере. позже, ездил в город именно в тот центр, где работал юнги — конечно, это всё могло быть глупейшим совпадением, чередой несвязанных между собой событий, которые юнги так бережно сплёл в одну нить. переломом, тем самым, послужил приезд чимина к чонам прошлым летом. он остановился у них для очередной вылазки на природу — за подобную деятельность ему платили неплохую стипендию. юнги же приехал к бабушке, только чтобы навестить её, и был немало удивлён, увидев чимина, купающегося на озере. юнги понимал, что нужно делать какие-то поползновения для сближения — сам чимин мог только давать ему намёки, накладывая на их отношения пелену неясности. уехали они из деревни вдвоём — как юнги тогда казалось, в лучшую жизнь. и с чимином действительно было изумительно жить — юнги обрёл на короткий промежуток ту гавань, в которой его ждут. ему, очевидно, стоит приложить чуть больше усилий, чтобы заставить чимина поговорить с ним. он решил уйти домой и придумать более выигрышный план, по сравнению с желанием просто обменяться оскорблениями. рецепты он так и не отдал — да и плевать. *** — ваша подготовка к этой вылазке поражает воображение, чонгук, — они бредут за инспектором по лесной дороге. — вам надо работать в специальном отделении при верховном ковене, не иначе. — план, над которым вы смеётесь, разработал тэхён, — он пусть и чувствовал себя дураком до сих пор, но сейчас им нужно было довести дело до конца. — господин ким, почему вы не работаете на госслужбе? — помощник инспектора поправляет волосы. — я работаю на себя и для себя, — чонгук искренно удивлялся, как он мог не терять лицо при такой откровенной нападке. — больше возможностей для творчества. — а когда вы познакомились с талом? — они останавливаются около опушки. под ногами — выжженная трава и практически кипящая энергиями земля. чонгук осматривается и замечает двух людей, которые вели белого, замаранного кровью, маленького лося, держа за рога. животное хрипело, но не дёргалось, словно принимая свою кончину. глаза тэхёна загораются жёлтым, но его хватает помощник инспектора и вцепляется ногтями в руку. — не сопротивляйтесь, господин ким, — голос инспектора заполняет пустое пространство в голове полностью, заменяя все мысли и страхи. — сейчас вы методично расскажите мне — откуда у вас контракт с демоном? чонгук словно цепенеет и не может даже повернуть голову, начиная лишь нелепо вращать глазами в разные стороны. — он нужен был мне для работы, — после этого, чонгук слышит только глухой стон зверя. — за каждое неверное суждение, ваш друг будет лишаться части своей сущности, — ведун помимо прочего слышит только своё бешено бьющееся сердце. — отвечайте честно, господин ким. тэхён молчит некоторое время. — я использовал демоническую силу для собственных целей, не уведомляя комитет, — в одно мгновение лось превращается в волка — тал будто бы возвращал себе силы. тэхён, видя это, понимает, что он в ловушке. — я обещал люциферу приглядывать за талом, потому что мои родители были хорошо знакомы с ним, — он опускается на колени, запрокинув голову. та боль, которая проходила по его телу в этот момент, едва ли могла быть оценимой. — зачем вы внесли чужое имя в договор? — он стонет. — люцифер сказал, что заключать договор со мной он не может, потому что мои родители уже заключили с ним другую сделку — чтобы я никогда не мог этого сделать. люцифер сам предложил мне это имя, я понятия не имел, кто такой чон чонгук, — резко тал превращается в свою истинную форму. чонгук пугается — демонов в таком виде он никогда не видел, и если честно, не планировал. существо отряхивается и медленными шагами подходит к тэхёну. длинными ногтями он подцепляет чужой подбородок — тэхён дышит через рот и смотрит в его красные глаза. — извини, хозяин, — глубокий грудной голос плохо подходил его почти прозрачным волосам. — владыка просил напомнить тебе, чтобы ты не вводил в заблуждение этих людей. лгать здесь можно только мне, — красные слёзы льются из глаз тэхёна. — я мог бы пережить то, что ты соврал мне, но люцифер — нет. ты подставил своего раба, хозяин, — демон облизывает губы. — эти люди нашли меня и пытали. люцифер едва смог сохранить мою жизнь. владыка вызывает тебя к себе, хозяин, — чонгук ошеломлённо смотрит на демона. — ах да, — ведьмак понимает, что может двигаться, но боится даже моргнуть. — ты идёшь с нами, потому что документально — ты мой хозяин, — демон сжимает его пальцы. чонгук в одно мгновение чувствует, как магические силки спадают, и он вновь обретает возможность спокойно передвигаться. инспектор всё ещё держит тэхёна, у которого даже кожа приобрела серый оттенок. тала с удивлением смотрит на чонгука. — я должен был служить тебе, — демон моргает. — но ты всего лишь предсказываешь ближайшее будущее. кстати, ты видел меня там? — ты снился мне, — он понимает, что врать бессмысленно. — после того, как я сходил в лес. — я напугал тебя? прости, — тэхёну завязывают руки верёвкой и поднимают с колен. — моему хозяину следовало относиться к тебе менее заинтересованно, и он не проморгал бы мой весенний гон, — инспектор ловит взгляд тала. — да, мы закончили. мужчины тут же пропадают через магический портал, оставив их втроём. демон придерживает тэхёна за плечи — экзорцист смотрит заплаканными глазами на него. — я тебе говорил, что это до добра не доведёт, — чонгук боится подойти ближе, но тала начинает долго смотреть на него. — подойди, пожалуйста. — зачем? — чонгук хочет одного — вырвать тэхёна из чужих рук. — ты когда-то бывал в отделении ада на земле? — тэхён отхаркивает кровь на траву. — ты же сказал, что мы пойдём в ад? — дорогуша, ты что не знаешь, что такое запугивание? — чужой тон резко меняется с учтивого на предвзятый. он развязывает тэхёну руки. — прости, хозяин. тэхён быстро вытирает глаза прямо рукавами мантии и ещё несколько секунд прочищает рот от магической пыли. — хвалю, бесовщина, — он ловит взгляд чонгука. ведун был в ступоре с самого начала, как голос инспектора заполнил его голову. эти двое явно что-то замыслили, не уведомив его. несмотря на усталость и вымотанность, он всё же сдвигает брови и зло сжимает челюсти. тэхён замечает чужое очевидное для данной ситуации настроение. — ты хочешь объяснений, я прав? — тэ гладит демона по шее. — да, было бы неплохо, — тала превращается в волка и подходит к нему, утыкаясь носом в ладонь. — это был наш с талом хитрый план. прости, что ничего не рассказал тебе, действовать нужно было крайне решительно и быстро, — чонгук осторожно гладит демона по шерсти. — я решил дать им то, чего они хотят — они радостные поймали тала, который, конечно, для пущей убелительности, немного посопротивлялся. тот, несомненно, не выдал нашего жилища, поэтому он был так истощён — его пытали. — когда ты узнал об их плане? — чонгук понимает, что не встречал людей умнее. — вчера вечером, — они начинают двигаться к обратному выходу из леса, который ведёт в город. — вам они конечно же сказали, что наказание исключительно материальное, но ты сам понял сейчас, что не все детали расследования инспекция может и хочет вносить в отчёты, — чонгук заторможено поправляет одежду. — они планировали это заранее. — какая их конечная цель? — официальная — дождаться выплаты штрафа, их личная — проучить меня. им же пришлось объясняться с представителями ада и другими верховными ведьмами, а так же расшаркиваться в извинениях перед магическим комитетом — как они вообще могли допустить такое, — он ловит его взгляд. — что это тогда было в моей комнате? ты же знал, что нужно привлекать других людей, чтобы самому сейчас не харкать кровью? — чужая ухмылка окончательно выводит чонгука из себя. — как бы ты иначе услышал, что я серьёзен в своих намерениях? — они не останавливаются, продолжая размеренным шагом проходить между ёлок. — дедушка говорил мне не доверять экзорцистам, — тэхён смеётся. — как ты смог соврать мне? — мне было тяжело, но это было необходимо, — тала бежит впереди. — сейчас мы сходим к представителю аду и лично извинимся за такую оплошность, может, мне не придётся даже писать рапорт. — хорошо, — он смотрит на чужой уставший профиль. — я могу рассказать семье о том, что ты всё-таки разлулил ситуацию, как ты выражаешься, с применением силы? — ох, я боюсь, мне придётся долго объяснять им, почему я выбрал действовать без их присутствия, — чонгук сдвигает брови. — так ты изначально не хотел внедрять их в это? — вечером мой план был таков, что они всё-таки будут участвовать в этом разбирательстве, но позже я подслушал разговор инспектора, что они всё-таки завершили подготовку к этой пытке. как ты думаешь, кем мне лучше быть — отважным, но глупым или умным, но трусом? — тебе нужно было рассказать всё мне, я бы тебя понял, — тэ немного поворачивает голову в его сторону. — тогда моё возмущение сейчас было бы не таким сильным. — прости, я не мог по-другому, — чонгук следит за тем, как тала бежит зигзагом. — видишь, как он заскучал за лесом. — а ты? — лес весь для чонгука был одинаковым — тэхён же знал, что через пять минут они выйдут к озеру. — во всём есть плюсы — по-крайней мере, я чаще вижусь с тобой. ведун едва заметно улыбается. *** в отделении ада душно — спёртый воздух помещения заставляет чонгука дышать реже. тэхён же осторожно подходит к ресепшену — милая девушка с красными глазами, не моргая, улыбается ему. — добрый день, кэрролл, можешь, пожалуйста, сказать, где сейчас владыка? — чонгук встаёт чётко за его спиной. — зачем тебе это, тэхён? — он лезет в карман и вытаскивает оттуда бумажку, протягивая ей. она вдумчиво читает оказавшийся в руках документ, поджимая губы и морща нос. — так ты по этому пустяку пришёл сюда? можно было просто написать заявление на расторжение, к чему тебе такая волокита с прошениями владыки и, скорее всего, показательным выступлением тала. оно же уже было? чонгук несколько раз моргает. он не знает, что больше удивляет его — то, что эта женщина (или не человек вовсе?) знает так много про каждого, кто к ним заходит или то, что она так фамильярно общается с тэхёном. — было, конечно, — она отдаёт ему документ обратно. — когда я заключал договор, то мне сказали, что я могу расторгнуть его только в судебном порядке. — подожди, — она открывает какую-то тяжёлую и толстую книгу с кожаными ремнями. — да, точно. тала же подчиняется только люциферу, как я могла забыть, — её пальцы шустро пробегаются по строчкам. — тогда только через суд, ты прав. блин, — она вздыхает. — это может затянуться, тэхён, — он только пожимает плечами. — кстати, где тала? это он? — она показывает на чонгука. — нет-нет, я давно не занимаюсь подселением, — тэхён слегка оборачивается на него. — это его документальный хозяин. — ах, ты всё-таки нашёл его! — она в радостном восклике почти подпрыгивает на месте, хлопая в ладоши. — если бы твоя кровь не была смертельная для меня, я бы точно оставила тебе похвальный засос, — они смеются. чонгук ощущает себя в дурдоме. всё же экзорцизм был крайне специфичной областью, куда более, даже чем некромагия. — сколько примерно займёт вся эта волокита? как обычно — тридцать рабочих дней? — он лениво наблюдает за тем, как она медленно вытаскивает необходимые формы заявления. — через тридцать рабочих дней ты станешь беднее на двадцать тысяч вон, а расторжение занимает минимум полгода, — он вздыхает. — сам понимаешь — пока ваши заявления рассмотрят, не дай боже, люцифер напишет встречное и это может затянутся и на пару лет. почему ты вообще хочешь его расторгнуть? ваше сотрудничество вроде как не нарушает закона, тем более, нам уже пришло извещение о замене имени в официальных документах, — кэрролл подаёт ему чернила. — и на чьё же его заменят, если это не секрет? — мне кстати тоже интересно, — чонгук, молчащий всё время, даже заинтересовывается чужой беседой. — я видела это извещение краем глаза, если хочешь узнать лучше, иди к сокджину, — он снова вздыхает. — я не проснулся утром с искренним желанием быть обплёванным магической слюной, — она улыбается. — по крайней мере, мне нужно сейчас просто написать заявление. — ты свободен в следующие выходные? сокджин организует пир в честь его повышения, — она словно слушала его через слово. — кто он теперь? главный помощник второго заместителя владыки? — чонгук хмыкает, услышав чужой сарказм. — не язви, я пригласила тебя только по старой дружбе, — она вскидывает глаза на чонгука. — красивый, ты тоже можешь прийти, — он сглатывает слюну. — если конечно не боишься приставания от взрослых тёть, — она проводит ногтем по его руке. — кэрролл, уймись, — тэхён суёт ей заполненную бумагу. — мы подумаем над твоим предложением. — тебя так давно не было на таких вечеринках, твоя работа убьёт тебя, — женщина смотрит на него. — ещё увидимся, — тэхён хватает его за локоть и ведёт на выход из отделения. попасть на улицу из душного, почти размягчающего мозг, помещения, ощущается как почти божественное проведение. — что это было? — чонгук чувствует себя освободившимся из плена. — это была кэрролл, главный консультант ада на земле, — тэхён останавливается и начинает потирать руки, чтобы наколдовать портал. — фактически, всё закончилось, чонгук. теперь дело за судьёй, но скорее всего, всё окончательно уляжется примерно через два месяца, — портал белым пятном оказывается перед ними. — как ты чувствуешь себя, кстати? ты наверное не бывал в таких местах раньше? — я нормально, но почему у кэрролл красные глаза и такие длинные ногти? — тэхён слегка хихикает. — она демон, они могут принимать любую человеческую оболочку, — он видит, что чонгук непонимающе моргает. — ей так нравится выглядеть. я говорил ей, что это пугает обывателей, но она непреклонна, — они шагают в портал. *** чимин, когда понял, что операцию чоны перековеркали и практически бесполезно отвлекли его от написания диплома, мог только вздохнуть. ему бы вернуться домой и начать неистово разбираться в тех огрызках, которые он предоставлял научному руководителю. тот пусть и не находил замечаний, но чимин понимал, что в конце эта работа будет выглядеть не так круто, как он себе представлял в начале года. встреча с юнги должна была состояться, и с каждым днём уровень его возмущения становился всё ниже. какая ему разница до того, что там думает напыщенный взрослый ведьмак? хотя увидеть его было, несомненно, приятно. приятно было и то, что как только юнги узнал, что тот у чонов, так сразу прибежал к чужому дому. словно ему было не всё равно. чимин не понимал, отчего его подташнивало — от того, что юнги всё же хотел поговорить или от того, он скоро уедет. он всегда вёл себя немного несдержанно, но юнги же прожил с ним несколько лет, а значит, его вроде как, всё устраивало. от его мыслей его отвлекает скрип двери и топот ног по ступеням — виновники вернулись домой. тэхён никогда не снимал мантии в чужих домах — чимин поморщился. — всех победили? — они проходят на кухню, чонгук ставит чайник. — тэхён всё уладил, — чимин мельком осматривает экзорциста — спокойное лицо того иногда напоминало ему гипсовую маску. — тала перейдёт во владение кому-то другому, моё имя уберут из документов и лес снова станет спокойным местом, — он слышит в голосе чонгука слишком много надежды на то, чтобы всё вышесказанное было правдой. — было бы гораздо интереснее, если бы вы этого не сделали, тэхён, — их взгляды пересекаются. — надеюсь, вы больше не потревожите семью чонов? — я посоветовал бы вам заниматься своей личной жизнью, господин пак, — тот закатывает глаза. — в мою личную жизнь хотя бы не вмешивается магическая комиссия, — чонгук хмыкает. — ну да, у тебя круче — мной верховный ведьминский ковен пока не интересуется. — я приехал помочь, а ты ещё и издеваешься! — в него летит маленькая ложка со стола. чонгук только смеётся. — ты сам начал! — в свою очередь в чимина прилетает полотенце с котятами. — ладно, я не в настроении, — он вздыхает и встаёт из-за стола. — пойду пройдусь по лесу, успокоюсь. — с него ещё не сняли караул, тебя не пропустят, — чонгук ставит кружки на стол. ведьмак смотрит на него полными тоски глазами. — а что вообще можно делать в этой деревне? надеюсь, перемещаться можно без разрешения инспектора? — он уходит в коридор. — а озеро? его не наградили караулом? — сегодня дождь обещали, — тэхён видит, что пак сейчас просто злобно прыгнет и расцарапает тому лицо. — займись чем-то полезным, чимин. — сегодня всё против меня, — он вешает мантию обратно на крючок и садится на своё место за столом. — чай то можно попить? мне ничего не мешает этого сделать? чонгук почти в истерике обнаруживает, что заварки хватит только на две чашки — последняя капля капает тэхёну в посудину. лицо чимина принимает вид абсолютного раздражения — он даже сдвигает брови. — да пошли вы, — он уходит из кухни под галдёж остальных мужчин. тэхёна ведьмак занимал — его активная мимика будто бы испускала ту энергию, которой он так легко управлял. чонгук рассказывал, что он занимался почвоведением и некоторое время жил с юнги. непонятно, что он делал здесь, если ничего из того, что его характеризует не нужно было им для операции. — а где твои родители? — тэхён с удивлением обнаруживает, что в доме абсолютно тихо. — я так понял, что они вернулись домой. а бабушка и дедушка собирались сходить к минам, так что, скорее всего, их не будет до вечера, — он садится рядом с ним на соседний стул. технически, они должны были облегчённо выдыхать и радоваться тому, что всё закончилось так спокойно. не потребовалось никаких ритуальных жертвоприношений, серьёзных планов и помощи ковена, им всего лишь нужно было сходить и написать одно заявление. но чонгуку почему-то неспокойно, а скорее тревожно — тэхён должен вернуться в лес, а он в поместье, потому что поработать в лесу он уже не успевает, а перемещаться в город быстрее из родительского дома — в итоге всё сходилось к тому, чтобы они оба покинули деревню. вот так просто? он запоминает эти ощущения - разрушающей тревоги, которая заполняет все полости в груди и сворачивающейся в комок в животе. но тэхён смотрит спокойными глазами - нужно обсудить это позже.