Глава XII

Утёс над рекой Накано был старым местом Масаёши. Он приходил сюда, когда хотел побыть один, — подальше от особняка, от академии, от шумных друзей. Ветер здесь всегда дул в лицо, вода шумела внизу, а небо было огромным и близким. В тот вечер он сидел на краю, свесив ноги, и думал о дневнике Менмы. — Не помешаю? Масаёши не вздрогнул. Он уже привык к тому, что Щит появляется беззвучно, как тень. Чёрная одежда. Белая маска с изображением щита. Ни оружия на виду, ни угрозы в голосе. — Ты снова следил за мной? — спросил Масаёши, не оборачиваясь. — Скорее, оказался поблизости, — Щит присел рядом на корточки. — Увидел знакомый силуэт. Решил поздороваться. — Здороваться на закате над обрывом — это немного жутко. — Я жуткий, — согласился Щит. — Но ты не боишься. — Мне интересно, — Масаёши повернулся и посмотрел на маску, за которой скрывалось лицо. — Ты так и не сказал, кто ты. — Я говорил. Щит. — Это не имя. Это функция. Щит усмехнулся. Маска скрадывала мимику, но голос выдавал веселье. — Ладно, юный господин. Хочешь откровенности? Будет тебе откровенность. Меня зовут... Он замолчал. Повернул голову, будто прислушиваясь. — Пожалуй, пока рано. Слишком много ушей. — Здесь никого нет. — Уши не всегда бывают человеческими. — Щит посмотрел на закат. — Но кое-что я могу сделать. Держи. Он запустил руку под плащ и вытащил предмет. Маску. Точную копию той, что была на нём: чёрную, с белым щитом на лбу. Лёгкая. Прочная. От неё слабо веяло чакрой — не угрожающей, скорее защитной. — Зачем? — Масаёши взял маску. — Подарок. Когда-нибудь пригодится. — Щит выпрямился. — А теперь мне пора. Слишком долго на одном месте — и начинаются проблемы. — Подожди, — Масаёши встал. — Ты знаешь что-то про Щит и Меч? Щит замер. Его голова чуть наклонилась — как в прошлый раз, когда он просчитывал вероятности. — Знаю, — сказал он тихо. — Но это не моя тайна, чтобы рассказывать. Поговори с дедом Узумаки. Если он захочет — он расскажет. А если нет... что ж, значит, время ещё не пришло. — Ты всегда говоришь загадками? — Это профессиональное. — Щит развернулся. — Бывай, юный господин Футаго. Завтра, может, свидимся. — Где? — Здесь же, — он махнул рукой. — Мне нравится вид. И исчез. Растворился в сгущающихся сумерках, будто его и не было. Масаёши остался один. В одной руке — маска. В голове — вопросы. Дома он спрятал маску на дно сумки с артефактами, рядом с Теневым Плащом. Никому не показал. Даже Какаши. Этой ночью он долго не мог уснуть. --- Следующий день начался обычно: завтрак, тренировка с Дайсукэ, потом академия. Масаёши почти убедил себя, что встреча на утёсе была обычной. Ну подумаешь, человек в маске. Ну подумаешь, загадки. С ним всегда так. Дайсукэ заметил, что друг рассеян: — Ты сегодня какой-то не такой. — Не выспался. — Врёшь. — Немного. Дайсукэ не стал допытываться. Просто кивнул и пошёл рядом. За последние недели он научился понимать, когда Масаёши нужно одиночество, а когда — поддержка. Сейчас было первое. После академии Саске и Наруто ушли в резиденцию Хокаге, а Масаёши направился к утёсу. Один. Дайсукэ предложил пойти с ним, но Масаёши отказался: — Я быстро. Просто хочу кое-что проверить. — Что именно? — Одну встречу. Утёс выглядел так же, как вчера. Те же камни. Та же река внизу. Тот же ветер. Но Щита не было. Масаёши подождал пять минут. Потом десять. Пятнадцать. Он сидел на краю и смотрел на закат, ожидая знакомого голоса за спиной. Голос не появлялся. Зато появилось что-то другое. Запах. Слабый, почти неуловимый. Запах крови, который ветер доносил снизу, от подножия утёса. Масаёши спрыгнул вниз. Тело лежало у самой воды, наполовину скрытое кустами. Чёрная одежда. Чёрная маска — та самая, с белым щитом. Но маска была сбита набок, и из-под неё выбивались пряди тёмных, почти чёрных волос. Щит. Масаёши опустился на колени. Руки сами потянулись проверить пульс, хотя он уже знал ответ. Кожа была холодной. Чакры не было — ни капли. Он умер несколько часов назад. — Нет, — прошептал Масаёши. — Нет-нет-нет... ебать, а как? Он не плакал. Не кричал. Включился стратег. Тот самый холодный аналитик, который брал верх в моменты опасности. Осмотр. Рана — колотая, в груди. Не кунай. Что-то тоньше — может, стилет? Или узкий клинок. Убийца знал, куда бить: прямо в сердце. Следов борьбы почти нет. Щит либо не ожидал нападения, либо... сам не стал защищаться. Одежда в порядке. Но кое-чего не хватает. Книжка. Та самая, что всегда висела на поясе Щита, в небольшом чехле. Он заметил её ещё в первую встречу — маленькая, в тёмном переплёте, похожая на блокнот. Пусто. Чехол расстёгнут. Книжки нет. И танто. Короткий клинок, который Щит носил на спине, — тоже отсутствует. Масаёши замер. Убийство. Ограбление? Нет. Кому нужны блокнот и танто? Только тому, кому нужно замести следы. Или тому, кто знал, что в блокноте что-то важное. Но тогда почему маска на месте? Если убийца хотел скрыть личность — зачем оставлять маску? Пазл не складывался. Масаёши закрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. — Ты говорил: «встретимся завтра», — сказал он тихо. — Ты знал, что я приду сюда и найду тебя мёртвым? Или тебя убили раньше, чем ты успел... Он не закончил. Поднялся. Нашёл подходящее место у корней старого дуба. Руками вырыл могилу — неглубокую, но достаточную. Уложил тело. Надел маску обратно — ровно, как она сидела при жизни. Сложил руки на груди. Засыпал землёй. Сверху положил камень — простой, без надписей. — Прощай, — сказал он. — Если ты меня слышишь — спасибо. Ты был странным. Но ты помогал. Этого достаточно. Он постоял минуту. Потом развернулся и пошёл прочь. Больше он на этот утёс не придёт. --- Вечер. Резиденция Хокаге. Масаёши зашёл к Узумаки под предлогом обсудить субботнюю тренировку. На самом деле он хотел увидеть Менму. Они встретились в гостиной. С первого взгляда всё было обычно: Менма сидел с книгой, спокойный и тихий, как всегда. Но Масаёши заметил детали. Первое: Менма держал книгу чуть крепче, чем обычно. Пальцы сжимали корешок так, будто он боялся, что её отнимут. Второе: его глаза. Обычно сосредоточенные и ясные. Сегодня — немного расфокусированные, будто он всё время думал о чём-то постороннем. Третье: когда Масаёши спросил про тренировку, Менма ответил не сразу. Пауза была короткой, но для него — слишком длинной. — Да, конечно. В субботу. Я приду. — Ты в порядке? — спросил Масаёши напрямую. — Да, — Менма посмотрел на него и тут же отвёл взгляд. — Просто... плохо спал. — Ты тоже? — Что значит «тоже»? — Дайсукэ тоже плохо спал, — быстро придумал Масаёши. — Говорит, кошмары. — Да, — Менма ухватился за эту версию. — Кошмары. Точно. Они поговорили ещё немного, но Масаёши видел: Менма хочет, чтобы он ушёл. Не из невежливости. Из желания остаться одному. Уходя, Масаёши бросил взгляд на лестницу, ведущую в комнаты старшего поколения. Где-то там сидел дед Узумаки. Тот, кто знал про Щит и Меч. Тот, к кому Масаёши пока не мог подойти. Пока. --- Особняк Футаго. Поздний вечер. Дайсукэ слушал молча. Он сидел на диване, скрестив ноги, и его шаринган был активен — не от угрозы, а от сосредоточенности. — Щит мёртв, — закончил Масаёши. — Его убили сегодня. Блокнот и танто пропали. Менма ведёт себя странно. — Ты думаешь, это связано? — спросил Дайсукэ. — Должно быть. Щит упоминал деда Узумаки. Менма — его внук. В тот же день, когда убили Щита, Менма сам не свой. Это не совпадение. — Согласен, — Дайсукэ кивнул. — Я помогу. — Спасибо. — Масаёши чуть улыбнулся. — Тогда слушай, что мы знаем. Он разложил на столе предметы: 1. Маска — та самая, что Щит дал ему вчера. 2. Лист бумаги с единственной строкой: «Щит и меч ус...» 3. Карандашный набросок — по памяти Масаёши изобразил блокнот Щита: размер, форма переплёта, примерное количество страниц. — Итак, — начал он менторским тоном, который невольно напомнил ему Какаши, — что мы имеем: — Первое. Щит — бывший оперативник организации, которую Шисуи назвал Франциони́ма, если что он мне недавно писал письмо. Он служил неким людям, которые «хотят сохранить баланс». — Второе. Щит был связан с дедом Узумаки. Либо они вместе работали, либо обменивались информацией, либо дед Узумаки — один из тех, кому Щит служил. — Третье. Фраза «Щит и меч» известна деду Узумаки. Он говорил об этом с Менмой. Возможно, Менма — следующий хранитель этой тайны. — Четвёртое. Щит убит. Убийца забрал блокнот и танто. Блокнот — чтобы скрыть информацию. Танто — либо как улику, либо как трофей. — Пятое. Менма знает больше, чем говорит. Возможно, он видел что-то. Или слышал. Или сам не понимает, что знает. Дайсукэ задумался. — Что мы делаем? — спросил он тихо. — Я хочу выйти на деда Узумаки, — Масаёши посмотрел прямо на друга. — Но для этого нужен предлог. Если я приду просто так — он может закрыться. Если меня приведёт Кайто — это другое дело. Кайто его сын. Через него можно попробовать. — А я? — А ты — с Менмой. Он тебе доверяет. Если он что-то скрывает, может, тебе расскажет. Дайсукэ кивнул. — И ещё, — добавил Масаёши тише, — мы должны быть осторожны. Тот, кто убил Щита, всё ещё где-то рядом. Если он узнает, что мы ищем правду, мы станем следующими. Дайсукэ посмотрел на маску Щита. — Тогда зачем ты взялся за это? Ведь легче забыть. Просто не лезть. — Потому что Щит помогал мне, — ответил Масаёши. — Не знаю почему. Возможно, это было его задание. Возможно — личный выбор. Но он спас меня от незнания в ночь резни. Он дал мне эту маску. Он говорил загадками, но ни разу не солгал. Я должен узнать, кто его убил. И почему. Голос мальчика дрогнул на последнем слове, но он быстро взял себя в руки. Дайсукэ положил руку на маску Щита — осторожно, уважительно. — Тогда начнём, — сказал он. — Вместе. --- Ночью. Где-то далеко. Человек, убивший Щита, сидел у костра и листал блокнот. Страницы были исписаны мелким, убористым почерком. Имена. Даты. Места. Задания. Но ближе к концу записи становились странными: обрывки фраз, какие-то координаты, упоминания людей, которых убийца не знал. Он перевернул последнюю страницу. Там было всего одно слово. «Элои». Убийца нахмурился. Захлопнул блокнот. Посмотрел на танто, лежащее рядом, — изящный клинок с гравировкой в виде щита у основания лезвия. — Что же ты знал? — пробормотал он. — И кому успел рассказать? Ветер донёс запах гари и далёкий шум водопада. ---