Глава 3. Астра

В полумраке комнаты, на продавленном матрасе, сидела худенькая девочка с русыми волосами, заплетёнными в две кривые косички. Она была одета в посеревшее от времени и стирки платье. Астра Бёрк провожала взглядом уходящую ночь, глядя сквозь грязное стекло на Лютный переулк. Восходящее солнце лениво пробивалось в комнату. Заснуть так и не удалось — предвкушение поездки в Хогвартс вытеснило любой намёк на сон. Её дед — Карактак Бёрк — сколько она себя помнила, всегда был уверен, что она — сквиб. Однако месяц назад, в её день рождения, к ним прилетела сова с письмом о зачислении. Когда на часах было девять утра, Астра спустилась из своей комнаты на первый этаж — там располагалась лавка «Горбин и Бэркес». — Ты собралась? — проскрипел из-за прилавка Карактак. — Да, я чемодан ещё со вчера упаковала. Когда мы поедем на вокзал? Карактак будто не слышал её вопроса... — Мы поедем? — переспросила она. — Делать мне нечего — тебя провожать... Взрослая уже, сама дойдёшь, — бросил старик. *** Два часа спустя Астра стояла на платформе — ужасно уставшая, но счастливая уже потому, что просто сумела добраться до вокзала. Сначала она надеялась доехать до Кингс-Кросс на «Ночном рыцаре», но скупой дед не дал ни кната, поэтому пришлось шагать пешком через пол-Лондона. Оставалось лишь удивляться, как прохожие-магглы умудрились не обратить внимания на одинокую девочку в старомодном платье и с тяжёлым чемоданом в руках. На платформе было полно детей и взрослых. Астра еле протиснулась сквозь толпу и влезла в вагон. Все купе уже были заняты, поэтому ей пришлось идти до конца состава. И только когда поезд тронулся, она смогла найти пустующее купе, где лишь на верхней полке лежал чей-то потёртый чемодан, на котором были выцарапаны инициалы «С.С.». Астра быстро переоделась в мантию, избавившись от надоевшего старого платья. Достала любимый учебник по Защите от тёмных искусств, завалилась на сиденье и принялась читать. Книга была ветхой, с пожелтевшими от времени страницами. Астра коснулась пальцем аккуратных записей на полях, оставленных когда-то мамой. «Какой она была? О чём думала, сидя над этой книгой?» — мысленно гадала девочка. О родителях Астра почти ничего не знала. Драконья оспа унесла их жизни, когда ей было всего два года. Когда позади поезда осталась сельская местность и за окном стали проноситься луга и леса, в коридоре послышались шаги. Внезапно дверь купе открылась, и внутрь зашли двое: девочка в голубом платье с огненно-рыжими волосами и зелёными глазами, и тощий мальчик с чёрными волосами до плеч и такими же чёрными глазами. Он, как и Астра, уже был в школьной мантии. — Извини, мы тебе не помешаем? — спросила девочка. Астра мотнула головой, ей не очень хотелось делить с кем-то купе, но отказывать было бы невежливо... — Я уже занял это купе, вон и вещи мои, — мальчик кивнул на багажную полку, явно уловив её недовольство от появления попутчиков. — А я то думаю, чей он... — протянула Астра. Повисло короткое молчание. Северус переглянулся с Лили и снова повернулся к Астре: — Меня зовут Северус Снейп, а это моя подруга — Лили Эванс. — А меня зовут Астра Бёрк, — представилась она. Тут дверь купе снова открылась, и к ним зашёл долговязый мальчик с тёмно-каштановыми волосами. — Вы не против, если я поеду с вами? А то все купе заняты. — Нет, вчетвером веселее, — улыбнулась Лили. Хоть Астра и Северус, судя по выражению их лиц, были с ней не согласны... — Меня Эдмунд Эйвери зовут, — представился новый мальчик. — Я Северус Снейп. — А я Лили Эванс. — А меня зовут Астра Бёрк, — наконец-то очередь дошла и до неё. — Бёрк? Уж не твой ли дед один из владельцев лавки «Горбин и Бэркес»? — спросил Эдмунд. — Да, верно, — подтвердила Астра. — И там правда много проклятых вещей? Девочка кивнула. — Ха, значит, ты и живёшь там, — Эйвери усмехнулся, — в Лютном? — Да, и что в этом такого? — с вызовом ответила она. — А что такое Лютный? — перебила их Лили. — Лютный переулок — это такой район, недалеко от Косого переулка, там живут в основном нищие, — объяснил Эдмунд. Почувствовав прилив раздражения, Астра сжала пальцы на древке палочки. Она знала, что род Эйвери славился богатством, и мысль о том, что этот мальчик смотрит на неё свысока, была ей отвратительна. — Какая разница кто где живёт? — внезапно встрял в разговор Северус, и Астра была ему за это очень благодарна. — Хм, да большая! Вот я, например, чистокровный волшебник и поэтому живу в приличном месте, — Эйвери сделал паузу и добавил: — Кстати, Эванс, Снейп — это же вроде маггловские фамилии, вы что грязнокровки? — Грязнокровки? — удивилась Лили. Но ей никто из присутствующих не объяснил, что это значит, поэтому она просто ответила: — Я магглорожденная, а Северус — полукровка. — Мда... — протянул Эдмунд. — А я не вижу никакой разницы между чистокровными и магглороженными, — раздражённо сказала Астра, сложив руки на груди. — Тебе всё равно? — Эйвери скривился. — Слышал бы тебя сейчас твой дед. — Деду тоже всё равно, — холодно ответила Астра. — Ему нет разницы, с кем торговать: лишь бы было выгодно. — Ну тогда всё ясно, — махнул на неё рукой мальчик. На какое-то время повисло напряжённое молчание, которое прервала внезапно появившаяся пухлая женщина с тележкой сладостей. — Не хотите сладостей? — спросила она. — Нет, — почти хором ответили Астра и Северус. — А я вот не против... — сказал Эйвери и протянул продавщице горсть монет. Затем он обернулся к своим попутчикам и сказал: — Да ладно вам, хватит дуться! Я угощаю, выбирайте что хотите. Лили взяла шоколадную лягушку, Северус сказал, что не любит сладкое. Астра же, как и Эйвери, выбрала тыквенное печенье. Прежде ей редко доводилось есть сладкое, поэтому она наслаждалась каждым кусочком этого изумительного лакомства... — Ого, лягушка настоящая? — удивилась Лили, когда её конфета внезапно выпрыгнула из упаковки сама. — Нет, но прыгать умеет, — усмехнулся Эдмунд. — А с кем у тебя карточка? — спросила Астра. — Салазар Слизерин, — прочитала она. — Ух ты, это же сам основатель факультета Слизерин! — Кстати, а на какой факультет вы хотите? — спросила Лили. — Слизерин, — ответил Эдмунд. — Мы тоже, — сказала Лили. — Магглорожденная, и на Слизерин? — усмехнулся мальчик, скептически вскинув брови. — А что тут такого? — Ну... Слизерин — факультет для чистокровных, я сомневаюсь, что тебе у нас будут рады. Лили на мгновение растерялась, а потом её взгляд похолодел, и Астра поняла: та готова осадить Эдмунда, чьи слова о «нашем факультете» прозвучали слишком высокомерно... Вздохнув, она ответила: — Давайте только не начинать снова. Она не желала сейчас участвовать в перепалке. — А ты сама куда хочешь? — усмехнулся Эдмунд, переведя на неё взгляд. — На Когтевран! — гордо ответила она. — Почему Коктевран? — удивился мальчик. — Мой дед целый месяц твердил, что я обязана попасть на Слизерин, а я вот возьму ему назло и поступлю на Коктевран! — объяснила она. — Главное не на Гриффиндор, — высказался Северус. — Да... — кивнула Астра, мысленно добавив: «Если это произойдёт, дед точно не пустит домой на летние каникулы». Остаток пути они провели в тишине, Бёрк читала учебник, Северус уснул, опершись головой на окно, Эдмунд купил ещё сладостей и уплетал их за обе щёки. Лили, где-то отыскав карандаш и кусок пергамента, увлечённо что-то рисовала. Когда за окном окончательно стемнело, поезд начал замедлять ход. В этот же момент дверь купе распахнулась, и на пороге возникла высокая девушка с копной чёрных кудрявых волос. Её принадлежность к Слизерину выдавал безупречно завязанный изумрудно-серебряный галстук. — Я Андромеда Блэк — староста школы, — представилась она. - Поезд скоро прибудет к Хогвартсу, багаж с собой брать не нужно. Так как вы первокурсники — вам предстоит путешествие на лодке. Закончив фразу, она удалилась. — На лодке? — испугалась Лили, когда дверь купе закрылась. — Мда... в такую погоду плыть на лодке — не лучшая затея, — заметил Северус, глядя в окно. На улице разгулялся ветер, безжалостно срывая листву с деревьев, и зарядил мелкий, колючий дождь. От утреннего зноя не осталось и следа — его вытеснила сырая осенняя прохлада. Накинув тёплые мантии все четверо вышли на платформу. Холодный ветер тут же ударил Астре в лицо. Она замерла и принялась оглядываться по сторонам. Вокруг толпились такие же взволнованные первокурсники, в темноте мерцали фонари. Сердце забилось быстрее. Всё это было новым... Незнакомым. Лютный переулок остался далеко позади.