Часть 2

Спускаться не хотелось. Ствол дуба был холодным, но надежным, а густая листва вверху — лучшим укрытием, которое она могла найти в этом неуютном месте. Элиана устроилась в развилке толстых ветвей, привязав себя тонким, прочным шнуром к стволу. Сон для нее был редкой роскошью: в мирах, где баланс висел на волоске, ты либо спишь чутко, либо не просыпаешься вовсе. Она закрыла глаза, проверяя экипировку. Где-то там, в глубине подсознания, она продолжала сравнивать этот мир с другими. «Боже, — пронеслось у нее в голове, — я с удовольствием променяла бы этот неудобный кожаный коричневый рюкзак на нормальный спортивный, с эргономичными лямками. Но нет, приходится соответствовать местной „моде“ Средиземья, чтобы не выглядеть как сумасшедшая туристка из будущего. А ведь здесь даже кофе нормального не дождешься, одни лесные ягоды и надежда на то, что тебя не съедят». Эта мысль вызвала слабую улыбку, которая быстро угасла. Она провалилась в тяжелый, прерывистый сон, в котором бесконечные тропы сменялись голосами из других миров — тех, где она уже была, и тех, где ей еще предстояло побывать. Пробуждение было мгновенным. Она открыла глаза, не пошевелив ни единым мускулом. Где-то совсем рядом, метрах в десяти, раздался отчетливый, сухой хруст — будто кто-то наступил на очень хрупкую, сухую кость. Затем последовал тихий, чавкающий звук. Элиана осторожно приподнялась, выглядывая из-за ствола. Чуть ниже, на соседнем дереве, она увидела это. Огромное, склизкое, многоногое чудовище — паук из тех, о которых ходили легенды в проклятых лесах. Он медленно перебирал жвалами, обследуя пространство, его фасеточные глаза тускло поблескивали в темноте. «Серьезно? — подумала она, чувствуя, как внутри закипает привычное раздражение. — В прошлый раз, когда я была в подобном месте, это были наноботы. Теперь — гигантские членистоногие. У Вселенной определенно проблемы с фантазией, если она постоянно подкидывает мне монстров». Она плавно, почти магически отделилась от ствола дуба. Каждое движение было выверено с точностью хирурга. Паук замер, его лапа заскребла по коре, но Элиана уже была в двух метрах от него, перетекая на тонкую ветку, которая едва прогибалась под ее весом. Она двигалась бесшумно, как дуновение ветра. Ей удалось проскользнуть мимо. Она уже чувствовала, как напряжение отступает, когда лес внезапно «взорвался». В паре сотен метров впереди послышался лязг металла, яростные крики на языке, который она узнала бы из тысячи — мелодичном, холодном синдарине. Это был бой. Быстрый, хаотичный, короткий. Звук рассекаемого воздуха, предсмертный визг паука, резкий свист тетивы. Элиана замерла, балансируя на ветке. Она хотела уйти, раствориться в темноте, но судьба решила иначе. Ветка под ней предательски качнулась. И прежде чем она успела среагировать, она почувствовала направленное на неё внимание. Не одно, а сразу несколько. Она спрыгнула на тропу, приземлившись мягко, по-кошачьи, и тут же замерла, выпрямившись. Вокруг нее, как из ниоткуда, выросли фигуры в плащах, сливающихся с листвой. Пять, шесть, десять... Перед ней стояли эльфы. Их луки были натянуты, наконечники стрел смотрели прямо в её грудь. Во главе отряда стоял эльф, чьи черты лица были настолько совершенными, что казались вырезанными из драгоценного камня, а взгляд — холодным и внимательным. Он не стрелял, но его пальцы на тетиве были готовы в любой момент отпустить смертоносный груз. — Ты идешь по землям Владыки Трандуила без позволения, — произнес он. Голос звучал как серебряный звон, в котором угадывалась скрытая сталь. — Кто ты и как ты оказалась так близко к границам нашего королевства, не будучи замеченной моими дозорами? Элиана посмотрела ему прямо в глаза. В голове промелькнуло: «Леголас. Ну конечно, семейное сходство просто поразительное». Она не знала, какой сейчас год, но это было неважно. Она знала одно: если она начнет оправдываться или выглядеть как напуганная девчонка, ее просто скрутят или пристрелят. Она выпрямилась, слегка поправив перевязь с кинжалами, и посмотрела на эльфа с тем видом, будто была не незваным гостем, а коронованной особой, у которой просто сбился график. — Я требую аудиенцию у короля Трандуила, — твердо произнесла она, и ее голос прозвучал куда увереннее, чем она сама себя ощущала. — У меня есть дело к нему, которое не терпит отлагательств. Эльф едва заметно приподнял бровь, и в его взгляде читалось не просто удивление, а чистое, неразбавленное изумление. Похоже, такая наглость в этих краях была редкостью.