Глаза стен

Марат ворвался в каптерку к Кате с охапкой каких-то линз, проводов и старых камер от фотоувеличителей.— Кать, я тут подумал... Раз мы теперь «корпорация», нам нельзя, чтобы всякие крысы по углам шарились. Ты говорила, в будущем везде камеры висят. Давай и у нас повесим!— Марат, для этого нужны мониторы и куча кабелей... — начала Катя.— Всё есть! — он победно выставил на стол ящик пива, который выменял на запчасти у завсклада электроники. — Точнее, не пиво, а связи. Я нашел списанные телевизоры «Юность» и охранные системы с завода. Ты только покажи, как их «подружить», чтобы они не просто пищали, а картинку давали.Всю следующую неделю Марат, как одержимый, лазил по столбам и крышам вокруг базы. Пацаны снизу смотрели на него с разинутыми ртами.— Маратка, ты чё, антенну на Марс строишь? — кричал Зима.— Тише, серость! — отзывался Марат, прикручивая камеру, замаскированную под скворечник. — Это «Око Универсама»! Теперь, если кто-то из «разъездовских» решит под кустом присесть в нашем дворе, мы его на телевизоре увидим в прямом эфире!——————-

Катя настроила пульт управления. В подвале, в бывшей подсобке, теперь светились шесть экранов. Картинка была черно-белой и зернистой, но Марат был в восторге.— Гляди! Гляди, Кать! Это же Турбо идет! — Марат ткнул пальцем в экран, где маленькая фигурка Валеры подходила к базе. — Он даже не знает, что мы его палим. Опа! Он в носу поковырял! Записываем, это компромат!Когда Турбо зашел в подвал и Марат показал ему «кино» с ним в главной роли, Валера замер. Он долго смотрел на экраны, потом на Марата, потом на Катю.— Вы чего... — прошептал Турбо. — Вы теперь и сквозь стены видите?— Не сквозь стены, Валера, а через технологию, — гордо ответил Марат. — Теперь на базу никто незамеченным не пройдет. И на наши такси тоже поставим «тревожные кнопки».———————————

Но технология принесла неожиданную пользу. Ночью Катя и Марат дежурили у экранов, попивая чай. Вдруг на одном из мониторов, который просматривал дальний въезд в район, показались три темные тени. Они обливали бензином двери одного из новых спортзалов Универсама.— Ах вы суки... — Марат вскочил, опрокинув стул. — Это же домбытовские! Решили нам праздник испортить?— Погоди, Марат! Не беги просто так, — Катя схватила его за руку. — У нас же есть громкоговорители, которые ты вчера к столбам прикрутил.Марат замер, и на его лице расплылась самая коварная улыбка в мире. Он схватил микрофон рации, которую Катя переделала в транслятор.— Внимание, граждане поджигатели! — раздался над пустой улицей громовой, искаженный голос Марата. — Вас снимает скрытая камера «Универсама». Колик, повернись лицом в объектив, тебя плохо видно. Милиция уже выехала, а пацаны с арматурой — уже за вашей спиной. У вас есть три секунды, чтобы бросить спички и начать молиться.На экране было видно, как тени замерли. Один из них (реально Колик) в ужасе начал озираться по сторонам, глядя в пустое ночное небо, откуда доносился «глас божий». Они бросили канистру и припустили так, что пятки сверкали.Марат упал на диван и хохотал до слез.— Видала?! Видала, как они деру дали?! Катька, это лучше любой драки! Мы их просто... психологически уничтожили!Он обнял Катю за плечи и прижал к себе:— Сестрёнка, ты понимаешь, что мы теперь непобедимы? С твоими мозгами и моими руками мы этот город в космос запустим.————————

Но радость прервал Адидас. Он зашел в «операторскую», мрачный как туча.— Марат, Катя... К нам из Москвы едут. Не бандиты. Ученые из закрытого НИИ. Прослышали про ваши «чудеса» в обычном казанском подвале. Говорят, хотят «обменяться опытом».Катя похолодела. Она поняла: их успех стал слишком громким. 1989 год не был готов к айфонам и системам слежения.— Марат, — Катя посмотрела на брата. — Нам нужно всё спрятать. Или...— Никаких «или», — Марат встал перед экранами, закрывая их собой. — Это наше. Это Универсам. Если они хотят опыта — пусть сначала в очереди постоят, как все. Вова, скажи им, что у нас карантин. Или что мы всё сломали.Марат крепко сжал руку Кати. Он уже не был тем мальчиком, который просто хотел «быть при делах». Он защищал их общий мир, их будущее, которое они начали строить прямо здесь, среди ржавых турников и черно-белых мониторов.