12: Патовая ситуация в триста седьмом кабинете

Министерство магии Великобритании в девятнадцать часов вечера напоминало вымерший улей.  Шумные толпы клерков, шуршание летающих записок-самолетиков и гул голосов в Атриуме утихли еще час назад. Золотые статуи фонтана Магического братства лениво поблескивали в полумраке, отражая свет редких магических сфер.Она шла по паркетному полу коридора Третьего уровня. Департамент магического правопорядка. Шаги её туфель на небольшом каблуке звучали четко и уверенно, эхом отлетая от темных деревянных панелей стен. На ней была строгая министерская мантия глубокого графитового цвета, но под ней скрывалось шелковое платье, подол которого мягко касался колен. В руках она держала тонкую папку с личным делом и официальным направлением на стажировку.На двери с номером «307» красовалась новенькая, отливающая золотом табличка: *«Глава кураторского отдела Попечительского совета, Лорд Л. Малфой»*.Она не стала стучать. Игра зашла слишком далеко, чтобы тратить время на пустые формальности. Она просто нажала на ручку, и тяжелая дверь послушно открылась, впуская её внутрь.Кабинет Люциуса в Министерстве разительно отличался от его хогвартской обители. Здесь не было вековой пыли или старинных фолиантов Темных искусств — всё дышало дорогой, стерильной роскошью и абсолютной властью. Огромное окно во всю стену показывало заколдованный вид на вечерний Лондон, залитый огнями. Сам хозяин кабинета сидел за столом из полированного черного дерева, просматривая пергаменты под светящейся сферой.Когда дверь закрылась с едва слышным щелчком чар конфиденциальности, Люциус медленно поднял голову.Его взгляд скользнул по её фигуре. Он не видел её неделю — бесконечно долгую неделю, за которую он успел подписать сотни бумаг, провести три скучнейших обеда с чиновниками и выдержать ледяное молчание Нарциссы в Мэноре. Но сейчас, глядя на свою бывшую студентку, Люциус почувствовал, как тяжелая, пульсирующая волна жара мгновенно ударила ему в голову, заставляя воротник рубашки казаться слишком тесным.— Ты опоздала на полминуты, мисс, — тихо произнес он. Его голос, низкий и пропитанный опасным бархатом, заставил всё внутри неё сладко сжаться. — В Министерстве не любят непунктуальных сотрудников.— Я изучала структуру министерских коридоров, мистер Малфой, — она медленно подошла к его столу, положила папку прямо поверх его отчетов и оперлась ладонями о черный лак дерева. — Чтобы точно знать, какие двери здесь запираются лучше всего.Люциус откинулся на спинку кресла, и его пальцы привычно сжали серебряный набалдашник трости. В его глазах, серых и глубоких, как грозовое небо над Лондоном, полыхнуло то самое темное, голодное пламя, которое они так яростно раздували в стенах Хогвартса.— Ты больше не защищена стенами школы, — напомнил он, и его голос упал на октаву ниже. — Здесь, в моем ведомстве, один мой приказ — и твоя карьера закончится, не успев начаться. Ты пришла в логово к змею, девочка.— Я пришла на свое рабочее место, Лорд Малфой, — она дерзко улыбнулась, обходя стол и приближаясь к его креслу. — И змей сам открыл мне эту дверь. Вы ведь могли отказать Министерству в моей кандидатуре. Но вы этого не сделали. Потому что этот кабинет слишком пуст без меня.Люциус резко поднялся с кресла, и его трость с грохотом полетела на ковер. В один шаг он преодолел расстояние между ними, его большая, сильная ладонь жестко легла на её талию, притягивая её тело к себе так близко, что она почувствовала, насколько он уже твердый под тканью своих дорогих брюк. Второй рукой он схватил её за подбородок, вынуждая закинуть голову.— Ты невыносима, — прорычал он ей в самые губы. — Из-за тебя я теряю контроль над собственной жизнью. Нарцисса следит за каждым моим шагом, Министерство требует отчетов, а я думаю только о том, как сорвать с тебя эту строгую мантию.— Так сорвите, — прошептала она, её пальцы быстро заскользили по пуговицам его жилета, расстегивая их одну за другой, пробираясь к горячей коже под шелком рубашки. — Мы в Министерстве, Люциус. Здесь самый высокий уровень секретности. Никто не узнает, чем занимается ваш новый стажер.Малфой глухо, гортанно застонал. Месяцы борьбы с самим собой, аристократическая гордость и страх перед скандалом растворились в чистом, концентрированном безумии этой секунды.Одним мощным движением он усадил её прямо на край своего черного министерского стола, безжалостно сметая в сторону важные государственные документы. Папка с её личным делом раскрылась, и листы веером разлетелись по полу, но им обоим было плевать. Люциус рванул подол её шелкового платья вверх, к самой талии. Под ним, как и всегда, не было ничего — она пришла к нему, полностью готовая к этой капитуляции.Он расстегнул свои брюки, его разгоряченный, пульсирующий член уперся в её влажное лоно. Люциус зафиксировал её бедра своими сильными руками, приподнял её и вошел внутрь одним яростным, сокрушительным толчком на всю глубину.— А-а-ах!.. — её крик эхом отразился от панорамного окна, за которым простирался огромный, ничего не подозревающий город.Этот раз был вершиной их безумия. В самом сердце магической Британии, под носом у министра и сотен служащих, Лорд Малфой брал свою бывшую студентку с такой животной страстью, словно от этого зависела его жизнь. Его толчки были быстрыми, глубокими, выбивающими из неё рваные, свистящие стоны. Она намертво обхватила его талию ногами, её пальцы разрывали ткань его рубашки на спине, оставляя глубокие царапины.В огромном стекле окна отражались их сплетенные тела — темная министерская мантия, белоснежный шелк и платиновые волосы лорда, растрепанные и свободные. Магия в кабинете взбесилась: сфера под потолком замигала, меняя цвет на ядовито-зеленый, а тяжелые шторы начали мерно раскачиваться в такт его безжалостным движениям.— Ты... моя... погибель... — хрипел Люциус, ускоряясь до предела, его бедра с глухими хлопками вбивались в её ягодицы.— Я ваша... победа, Люциус... быстрее... о Мерлин... — бредила она, полностью растворяясь в лавине оргазма, который уже скручивал её тело изнутри.Внутренние мышцы сородились в мощнейшем спазме, тиками сжимая его плоть. Это стало финалом. Люциус издал громкий, хриплый рык, сделал последний, максимально глубокий толчок и со стоном излился внутрь неё, заполняя её горячим, густым потоком своего чистокровного семени. Он прижал её к своей груди, тяжело и часто дыша, пока эхо их страсти медленно затихало в углах триста седьмого кабинета.Через полчаса в кабинете снова воцарился идеальный порядок. Люциус стоял у огромного окна, застегивая запонки на безупречно чистой рубашке. Его волосы снова были собраны в хвост, а лицо вернуло маску холодного, высокомерного лорда. Только слишком яркие, искусанные губы выдавали то, что произошло здесь тридцать минут назад.Она сидела в кресле напротив, неторопливо поправляя подол платья и застегивая мантию. Листы её личного дела так и лежали на полу, но на её лице играла улыбка абсолютной, безоговорочной победительницы.Люциус обернулся, поднял свою трость и посмотрел на нее сверху вниз. В его серых eyes больше не было ярости — только глубокое, осознанное признание их общего поражения. Или общей победы.— Твой рабочий день окончен, мисс, — тихо, но весомо произнес он. — Завтра в девять утра жду тебя с полным отчетом по ревизии Хогвартса. И... постарайся больше не опаздывать.— Как прикажете, мистер Малфой, — она поднялась, собрала бумаги с пола и направилась к выходу.У самой двери она обернулась и бросила последний взгляд на обсидиановые шахматы, которые Люциус привез с собой из школы и поставил на полку за своей спиной. Белый король и черная пешка стояли на одной клетке, слившись в неразрывном, вечном союзе.Партия пришла к своей финальной, патовой позиции. Никто не выиграл, никто не проиграл, но они оба были навеки заперты в этой сладкой, порочной игре, из которой ни у одного из них больше не было выхода.Дверь кабинета закрылась, оставляя Лорда Малфоя наедине с его Лондоном, его Министерством и его самым прекрасным грехом.

КОНЕЦ.