*Глава 5.

Хэворду было около четырёх лет, когда его мать впервые за долгое время решилась провести с ним хоть пару часов. Она подумала о том, что умереть, ни разу не пообщавшись с собственным сыном, большая ошибка.

Мальчик проснулся радостный, ведь он знал, что сегодня увидит маму. Он, конечно, смутно понимал это. Для него всем миром была бабушка. Ему не было понятно, кто она эта мама и почему решила сводить его в парк аттракционов. Хэв подумал, что туда плохие люди его не поведут, поэтому не стоит сильно волноваться по этому поводу, нужно радоваться.

Малыш соскочил с кровати и побежал в комнату бабушки рассказать о том, что утро в доме наступило окончательно. Агнесса встревоженно взглянула на задорного внука, который ждёт предстоящей встречи. Она тысячу раз обвинила себя в том, что рассказала ему об этом предложение зная, что её дочь редко делает то, что говорит.

Хэворд крепко обнял ноги бабушки и стал внимательно разглядывать её. Она присела на корточки, чтобы быть наравне с ребёнком, и крепко сжала его руки.

-Ты помнишь о том, что я вчера тебе говорила?

-Да, моя мама хотела взять меня в парк,- каждое слово давалось ему с трудом, но он хорошо говорил для ребёнка такого возраста.

-У неё не получается, но если ты хочешь, мы можем сходить вдвоём.

У Хэворда неизвестно почему выступили слёзы на глазах. Он не теряет возможность посетить парк, но упускает возможность увидеть свою маму. Кто такая мама? Может, сегодня он мог раскрыть тайну, почему дети в садике так ждут женщин, которых зовут мамами. Что в них такого? Однако, эта тайна остаётся за завесой. Ему было обидно и горестно, ведь чувство обделённости не покидает его.

-Не плачь, у тебя есть бабушка,- Агнесса пыталась ни дать малышу расплакаться, но он громко захныкал и убежал в свою спальню.

Телефонный звонок заставил её перестать прислушиваться к тихому плачу в соседней комнате, Агнесса взяла трубку и ответила.

-Алло.

-Мама, прости, что всё так получилось.

-Ничего. С тобой часто такое случается, я почему-то подумала, что в этот раз всё будет иначе. Больше не буду так думать.

-Мама,- на другом конце линии послышались всхлипывания,- я его люблю. Когда я умру, скажи ему об этом. У него всегда есть мать, пусть и не рядом.

-А где-то там, это где-то там слишком далёкое расстояние.

-Уже поздно что-то исправлять, пойми. Может, лучше будет, если я останусь для него кем-то неизвестным, чем тем, кто покинул его.

-Почему ты не смогла найти в себе силы остановиться,- теперь был слышен сильный кашель.

-Это ни так уже и легко, ясно? Ты сама знаешь, я пыталась. Я бросила, а потом узнала, что уже поздно. Не хотела я потратить остаток жизни на таблетки и тряску, потому что оставлю ребёнка без матери. Поздно уже. Я чувствую, что скоро умру. Мне иногда кажется, что я слышу шорохи косы за ухом, которая разглаживает мои затылочные волосы.

-Скорее всего, ты перебрала с очередной гадостью.

-Мама, мне страшно умир...

Агнесса положила трубку и долго стояла задумавшись. В комнату пришёл Хэворд.

-Бабушка, пошли пить чай. Я голоден.

-Конечно, пошли, - она взяла его за руку и повела на кухню.

Минуты завтрака миновали, малыш уже играл в комнате с кубиками и смотрел мультики по телевизору. Бабушка с любовью наблюдала за ним. Всё произошедшее утром забылось. Остались лишь они вдвоём.

-Бабушка, а может, мама не хочет меня видеть?

-Нет, ты что. Она болеет, Хэворд. Она сильно больна. Ей думается, что так будет лучше для всех.

-Я тебя не понимаю,- он смотрел на бабушку с любопытством.

-Скоро она пропадёт, исчезнет,- она не знала, как объяснить мальчику смерть,- ты будешь грустить, если будешь,- бабушка оборвала свою речь,- Однажды ты поймёшь, почему она так сделала.

-Но я хочу сейчас.

-Сейчас не получится.

Хэворд задумался на пару минут, а потом продолжил свою игру. Бабушка решила не мешать ему, не путать его мысли, и ушла в свою комнату. Около часа она ходила по комнате, нервно накручивая на палец кончики волос. У неё было плохое предчувствие. Ей казалось, что день, который должен наступить давно вот- вот наступит. Сердце стало учащённо биться.

-Неужели? –сказала вслух она.

Ноги подкосились, Агнесс спустилась по стене и безнадёжно развела руки в стороны, а потом пустилась в плач скорби.

-Нет, это лишь предчувствие. Нужно дышать. Вдох. Выдох.

Агнесс потёрла нос ладонью, всегда, когда она начинает плакать, в носу начинается сильное покалывание. Ей потребовалось около десяти минут, чтобы успокоить сердцебиение и свою душу.

-Пойду, приготовлю ужин.

Перед тем как пойти на кухню, она заглянула к Хэворду. Он всё также беспечно игрался. От этой картины ей стало ещё спокойнее.

-Что ещё нужно для счастья?- Агнесс пошла на кухню.

Весь день малыша и Агнесс прошёл, так же как и все остальные дни в их жизни. Еда, игра, мультики и спать. Лишь около шести часов вечера, Агнесс встречала с работы своего мужа, который усталый шёл читать очередную книгу.

Было около десяти вечера, бабушка уложила спать своего внука и направилась в свою комнату. Как только она тихо закрыла дверь, раздался звонок. Квартира уже спала вместе с людьми в ней. Агнесс была хранительницей этого сна, поэтому она тихим бегом подбежала к телефону, который стоял на тумбочке рядом с кроватью. Она не стала включать свет, ей показалось, что кто-то просто ошибся номером, поэтому если она не ответит, то звонки продлятся всю ночь.

-Алло?-сердце её бешено забилось, одной рукой бабушка положила руку на левую грудь, чтобы успокоить стук.

-Здравствуйте,- слова в трубке стали эхом, этот человек не ошибся номером,- мы сообщаем, что ваша дочь, Кэйа Лоренстен, сегодня скончалась в городской больницы, где она прибывала в течение недели. Завтра вас ожидают в больнице по решению вопросов о захоронение тела. Вы меня слышите? С вами всё хорошо?

-Да, я приду.

-До свидания, -гудки на том конце.

Агнесс села на кровать, когда положила трубку обратно на тумбочку. Она этого ожидала в течение нескольких лет, ещё с того самого момента, когда узнала о том, что её дочь наркоманка. Конечно то, что Кэйа-наркоманка оставляло ещё надежды, но когда, Агнесс узнала, что её дочь больна ВИЧ инфекцией, надежды погибли. Каждый день она ожидала этого звонка. Вот он случился, но легче не стало.

В комнате было страшно темно, ей казалось, что там за занавеской её Кэйа. Она подошла и заглянула туда, но там была лишь седая ночь. Вернувшись на кровать, бабушка легла и не смыкала глаза в течение всей ночи, прислушиваясь к тихому дыханию внука за стеной.