Высший спустился

— Ты... ты не ошибся?! — Иан смотрел на друга, лицо его побледнело.

— Нет, Иан, чёрт подери, я точно видел! — задыхаясь, выдавил бродяга. — Один из Ыоцов… он здесь… на улице, с охраной, как целый военный кортеж.

Чуц резко встал с кушетки, накинул плащ на катану. Правый глаз — резко налился красным. Он взглянул на Иана и коротко бросил:

— Веди. Быстро.

Выйдя из мастерской, он накинул капюшон, и пальцем коснулся встроенной кнопки. Из ткани выдвинулась маска-противогаз, плотно обхватив рот и нос. В этот момент он был не просто парнем с улицы. Он был Красной Погибелью. Они поднялись на крышу одного из зданий. Внизу, среди толпы и мигающих вывесок, спокойно шёл высокий человек в роскошном белом костюме. Его окружала целая армия охраны, лица скрыты под шлемами и неоновыми визорами.

— Это… Исма, — прошептал Чуц. — Министр по делам нижних уровней.

Он редко появлялся в этих местах, но, в отличие от других Ыоцов, хотя бы появлялся. Чуц помнил его с раннего детства — тот всегда был спокоен, вежлив, даже отдавал деньги бедным. Но… Если кто-то просил больше — он умирал. Мгновенно. Без взмаха руки. Без оружия. Просто от одного взгляда Исмы. И не осталось даже пепла.

Катана под плащом завибрировала, и сквозь ткань проступили багровые иероглифы. Глаз Чуца дёрнулся. Он тихо прошипел:

— Спокойно…

Он отогнал зеваку с крыши и продолжил наблюдение. Исма тем временем прохаживался по улицам, проспектам, заглядывал в магазины, говорил с прохожими. Чуц следовал за ним по крышам, переулкам, сквозь парки и торговые ряды. Катана продолжала вибрировать — и с каждой минутой становилось всё хуже. Но Чуц терпел. Он знал: это важно. И вот — главная площадь. Люди окружили министра. Тела охранников сомкнулись вокруг него, словно броня. Исма сделал шаг вперёд. Вокруг стало тихо.Он кашлянул, и голос его прогремел над площадью, будто гром с неба:

— Через два месяца, на среднем уровне города, состоится Фестиваль Воссоединения. Цель — объединить верх и низ. Добро пожаловать всем. Толпа загудела, но Исма не ждал.

— За каждым будет закреплён маячок. Снять — смерть. Украсть — смерть. Спрятать — смерть.

Он говорил ровно, без эмоций. Как закон, как приговор. Чуц невольно кивнул. Он уважал Исму — хоть и ненавидел весь этот верхушечный строй. Затем, в одно мгновение, тело Исмы растворилось. Словно взорвался мешок лепестков. Красные розы закружились в воздухе, как пепел, и исчезли. С ними — вся охрана. Пустота. Только ветер.

Чуц замер.

— Мне нужно попасть на средний уровень… — тихо прошептал он. — Но, как ?

Утро следующего дня встретило Чуца неоном и запахом перегоревших проводов. Он закурил, медленно выпустил дым и вышел из автобуса. Было время найти Уца.Тот сидел в подворотне, с руками по локоть в грязи, и жевал кусок пластиковой рыбы.

— Эй, — сказал Чуц, подходя. — Есть дело.

Уц приподнял глаза:

— Я тебя слушаю, Красный глаз.

— Мне нужно на средний уровень. Знаешь кого-то?

Уц почесал шею:

— Есть одна банда… “Вита”. Они делают вылазки на верх. Нелегально, конечно. Но успешно.

— Где их найти?

— Почти в самом низу Эйхвана. Но туда лучше не соваться одному.

Чуц достал пачку сигарет, кинул одну Уцу.

— За информацию.

Он развернулся и ушёл, растворяясь в дыму и тенях.