Оно..живое?!

Город спал. Точнее — имитировал сон.

На самом деле, он никогда не засыпал. Просто менял маску. Днём — это был серый шум транспорта, голограммы, деловые лица. Ночью — шёпот, кровь и неон.

Чуц шёл по тёмному коридору между двумя зданиями. Небо он не видел уже лет пять — над ним были только мосты, трубы, подвесные платформы и бесконечные этажи. Под ногами хлюпала вода, смешанная с мусором, маслом и плотью.

Слева и справа — бетон и ржавчина. Только ядерно-зелёные неоновые лампы тянулись над головой, словно ядовитые лианы. Их свет отражался в лужах, пробегал по его чёрной накидке и отбрасывал тень в форме воина.

Вдруг где-то впереди мигнул свет. Кто-то стоял под одной из ламп, прислонившись к стене.

— Опоздал, Красный, — раздался хриплый голос.

Чуц остановился в пяти метрах, не приближаясь. Он знал этого типа. Уц— старый как город, худой как скелет, но глаза — живые, быстро бегают, всё видят. Его называли "Глаз трущоб".

— У тебя трава?

— А у тебя, как всегда, мания преследования, — фыркнул Уц. — Расслабься, тут кроме крыс и кибер-блох никого.Он кинул маленький чёрный пакетик, Чуц поймал на лету.

— Это та, что с верхних этажей? — спросил он, спрятав свёрток.

— Ага. Сам лично спёр из лаборатории Четвёртого кольца. Потянет на пару вечеров паранойи.

Чуц молча кивнул.Повисла тишина

— Слышал про Ыоцов? — тихо спросил он.

Уц на мгновение напрягся.Даже его всегда насмешливая рожа на секунду потемнела.

— Ты чего, смерти ищешь? Такие имена вслух не произносят...

— Ну?

Уца огляделся, подошёл ближе, почти шепотом ответил:

— Говорят, наверху... на самых верхних этажах... начали развешивать плакаты. Настоящие. Не голограммы, а бумажные, прикинь? Как в старые времена.

— И?

— На них — эмблема Ыоцов. Чёрная спираль. И слова:"Они спустятся. Вы подниметесь."

Чуц поднял бровь с непониманием.

— Что за бред?

— Не знаю. Но все шепчутся. Говорят, через два месяца будет мероприятие. Что-то важное. И вроде как... даже те, кто снизу, смогут туда попасть.Он замолчал.— ...если повезёт. Или если кто-то "позовёт".

— Заманчиво, — сухо ответил Чуц. — Ещё одна ловушка для крыс?

— Может. А может — первый раз за десятилетие они захотели нас увидеть. Или выбрать кого-то. Кто знает?

Тишина. Только капли где-то вдалеке.

— Что ещё слышал? — спросил Чуц.— Пока на этом все. — ответив, Уц прислонился к стене.

— Возьми, — Уц протянул ещё одну маленькую коробочку. — Внутри стабилизатор. Подарок. Вдруг у тебя начнётся... то, о чём ты сам не хочешь знать.

Чуц принял коробку. Повернулся.

— Благодарю.

— Красная Погибель благодарит? Я, блядь, до слёз тронут.

— Остынь, — тихо бросил он через плечо.

И исчез в темноте, растворившись в неоне.Чуц шёл, подкидывая в руке пакетик с травой, словно играясь с мыслью — курить или отдать. Мимо пролетали ржавые дроны, рекламируя успокоительные, оружие, и дешёвые операции по пересадке органов.

Он свернул за угол и оказался у неомаркета — здоровенного купола из стеклопластика и металла, облепленного граффити и полуразвалившимися голограммами. Здесь была вся мразь нижнего этажа: бомжи, малолетки с мо‌дами, бандиты, полураздетые девки, технорейверы...Их объединяло одно — никто не хотел быть здесь, но все приходилось.Перед входом Чуц натянул капюшон, пряча лицо. Не потому что боялся. Просто не хотел светиться.

Внутри было тепло и воняло перегаром, палёной едой и дешевым ароматизатором "Синтетическая Вишня v4.3". Он молча взял пару пластиковых контейнеров с едой, энергетик, и банку "NeuroCold Zero". Пошёл к кассе. За ней сидела обдолбанная в хлам девчонка, лет 15, в неоновых очках и с сигаретой, которая оставляла чёрные следы на губах.

— Ооой, приветик, Красный... что, голодный? — протянула она, не глядя, и провела товары.Чуц молча передал кредитку.— Знаешь, ты был бы няшным, если бы не шрам... или наоборот... — хихикнула.Все также, молчание.— Ладно, иди. Но если помрёшь — я твою куртку заберу!

Он ничего не ответил и вышел наружу.Возле лавки, у выхода, он присел. Начал открывать контейнер с лапшой, как вдруг рядом кто-то громко засмеялся.

— Глянь, кто к нам пожаловал! Бомж с модным прикидом!

Перед ним стояла компашка подростков, на вид лет по 16, все бухие, в грязных куртках, с имплантами в носу и на висках. Один с ирокезом — главный.

— Эй, ты, чё молчишь? Не понял? С тобой разговаривают.Чуц молча пялился в пол.— Ты глухой? Или думаешь, что ты крутой? Вот еду купил — не иначе как у мамки воровал.В ответ - тишина.— Слышь, пацаны, да он же конкретный чмо. Шрамастый, худой... у него, наверное, даже кишка не настоящая.

Чуц поднял взгляд. Медленно. Холодно.

Он без слов просунул руку в карман...и достал пистолет.Без понтов. Без истерик.Прицелился в лоб главному.

Резкое молчание

Парень замер. Остальные отшатнулись. Глаза у ирокеза забегали, дыхание сбилось.

— Э... ты чё... чувак... мы же просто прикалывались... всё норм... эй, пацаны, валим нахрен!

Они разбежались, будто их кто-то окатил кислотой. А он просто убрал пистолет обратно, достал лапшу и начал есть. Спокойно. Ровно. Как будто ничего не было.Но спустя пару минут его правая рука завибрировала. Не в первый раз. Обычно — мелкая дрожь, как будто имплант перегревается или не адаптирован до конца. Он привык. Но в этот раз...это было другое. Вибрация нарастала. Пульсирующая боль. Будто жилы внутри механизма скручивались в узел.Катана внутри руки звенела. Без звука, но в голове Чуца — как если бы её били молотом.Он заскрипел зубами. Вилка выпала из рук.

Он поднялся и побежал.

Через 15 минут он добрался до лаборатории Иана, маленькой полуразваленной клиники среди труб и старых вентиляторов. На двери — табличка: “Части тела, сознания и судьбы — ремонтируем всё, кроме отношений.”

Чуц с трудом постучал. Из-за боли он не мог даже сконцентрироваться.

— Открой, срочно... это... снова... — прохрипел он, и рука задрожала, будто её вот-вот вывернет.

Дверь открылась.

— Что опять случилось, ты ж меня недавно только обрадовал, что всё работает?

Иан, седой мужик с механическим глазом, голографическими руками и вечной чашкой кофе в имплантированном стакане, замер.

— …Погоди. Это уже не просто “вибрация”, да?

Чуц кивнул.Иан посмотрел на его руку.На плащ.На то, что скрыто под ним.

— …Сними.

— Ты уверен? — спросил Чуц, впервые за долгое время неуверенно.

— Сними. Я должен это видеть.Иан. Мастер имплантологии, техник, бывший инженер кибервоенных.

— Что это?.. — Иан пробормотал, водя пальцами по металлу.

Иероглифы на клинке вспыхнули тусклым красным свечением. Тепло пошло по комнате, как от пульсации сердца. Металл был живым. Чуц задышал ровнее. Стабилизатор Уца на удивление сработал.Иан отложил катану, собирался что-то сказать, как вдруг дверь с треском распахнулась. Внутрь влетел взмыленный мужчина — лысый, в плаще, с шрамом поперёк рта.

— ИАН! — заорал он. — Один из Ыоцов… спустился НА ЭТАЖ!

Катана едва заметно дрожала.А Чуц открыл глаза.