Мы друзья

А тем временем игрок 001 заметил вдалеке игрушку.Оставалась 1 минута.

Он рванул к ней, но в этот момент другой игрок сбил его с ног. 001 тут же перевернулся, схватил противника, швырнул на пол и, ухватив за руку, резко провернул сустав. Раздался хруст — крик боли прорезал всю столовку.

Игрок корчился на полу, умоляя о пощаде, но 001, не колеблясь, прижал его горло к полу и стал давить всё сильнее. Хрипы, захлёбывание воздухом... и тишина. Шея переломилась.

001 отпустил мёртвое тело, не глядя на него, и в последнюю секунду схватил игрушку.

Игрок 001 прошёл.

На экране мигнуло сообщение:

Игра окончена.

В зале раздались тяжёлые удары металла — двери захлопнулись. Несколько десятков игроков лежали без игрушек... и тут в здание вошли Кругляши. Автоматные очереди прокатились по помещению. Крики смолкли.

Выжившие остались стоять, задыхаясь от ужаса и адреналина.

Игроки вернулись в общежитие.Тяжёлые шаги — и в зал вошёл Квадрат. Он громко и холодно заявил:

— Из 329 игроков выбыло 124.Осталось 205.

После этого он развернулся и вышел, оставив за собой гробовую тишину.

Команда Чжун хи снова собралась вместе. Увидев, что все живы, включая Анну, Чжун хи на миг улыбнулась и облегчённо выдохнула.

— Мы справились... — сказала она тихо, будто не веря своим словам.

Они уселись ближе друг к другу, стараясь не привлекать внимания других игроков. Атмосфера была мрачной — каждый понимал, что дальше будет только хуже.

— Следующая игра... — пробормотала Хён джу, глядя в пол. — Если всё идёт так мрачно, как и раньше... боюсь, что это будет нечто куда жёстче, чем догонялки и игрушки.

— Может, что-то связанное с телами, — мрачно добавил Ин хо. — Гробы, мясорубки, вода... У них явно больная фантазия.

Питер нервно сжал кулаки.— Я только выжил, мать его... А теперь опять?

Чжун хи посмотрела на них всех и сказала:— Главное, держаться вместе. В прошлый раз нас спасло именно это.

Анна кивнула, хотя её руки дрожали.

Начался ужин. Игроки построились в очередь и получили еду. В мисках снова оказалась та же самая вязкая каша и стакан воды.

Чжун хи, едва попробовав ложку, скривилась, и её вырвало прямо на пол. Она резко оттолкнула миску, сжала кулаки и, кипя от злости, ушла в сторону своих кроватей.

Ин хо же, наоборот, ел спокойно и даже с аппетитом, будто это был деликатес. Он неторопливо доедал кашу, не обращая внимания на недовольные взгляды других игроков.

Анна, сидевшая рядом, наблюдала за ним. В её глазах мелькнула насмешка, и она ухмыльнулась.

— Ты вроде кореец... но тебе понравилась русская каша? — спросила она, наклонившись ближе.

Ин хо поднял взгляд и ухмыльнулся в ответ:— Если ты голоден... тебе понравится любая еда. Даже эта.

Ка Ён, услышав это, фыркнула:— Да ну, я лучше умру, чем буду каждый день это есть.

Хён джу не вмешивалась. Она молча ковыряла кашу ложкой, будто решая — есть или выбросить.

А Питер буркнул:— Да что вы ноете... хотя бы что-то дают. В Америке и хуже было.

В зале снова повисло напряжение, и лишь звон ложек о металлические миски нарушал тишину.

Ка Ён тут же возмутилась, вскинув голову:

— В Америке? Ты что несёшь? Там хотя бы мясо давали! Сочное, горячее мясо, а не вот это дерьмо, — она ткнула ложкой в кашу.

Питер тяжело вздохнул и поставил миску на пол:

— Мясо?.. Это было только на последнем ужине. А до этого? Пустые тарелки, тухлое рагу, вода с привкусом ржавчины. Забыла?

Ка Ён хотела что-то возразить, но замолчала. В её глазах промелькнуло воспоминание о том, как они тогда делили сухие крошки хлеба.

Ин хо усмехнулся:

— Вот именно. Лучше эта каша, чем пустота.

Анна хмыкнула и покрутила ложку в руках:

— Знаете, вы смешные. Даже сейчас спорите о еде, когда завтра половины из нас может уже не быть.

После её слов все на секунду замолчали. Даже Ка Ён отвернулась и стиснула зубы.

Хён джу сидела на ступеньке, держа миску каши в руках. Она резко встала, каша плеснула на бетон, и она бросила ложку обратно в миску.

— Да хватит вам спорить! — голос её гулко отозвался по пустому общежитию. — Мы не сдохнем от этой еды. Неважно, каша это или тухлое мясо. Мы друзья. Мы выберемся отсюда.

Она оглядела остальных — Чжун хи сидела, опустив взгляд, Ка Ён нервно теребила рукав, Питер молчал, Ин хо спокойно ел кашу.

Хён джу вдруг ухмыльнулась и добавила:

— Ну... если только нас потом не заманят в арабские игры.

Она сама усмехнулась, но смех её быстро стих. Остальные даже не улыбнулись.

Анна, сидевшая чуть ниже на ступенях, напряглась, её лицо стало холодным:

— Тебе смешно, да? А мне вот — нет. Я сюда не за шутками пришла.

По лестнице прокатилась тишина. Никто больше не прикасался к еде, только шаги охраны где-то в коридорах напоминали — они всё ещё в ловушке.